Медицинские истории

подарил тем, у кого его купили.

Диалектикой меня убедить легко, потому что я нить быстро теряю.

Флоатинг это когда тебя кладут в герметичную камеру с насыщенным соляным раствором, и ты там без связи с внешним миром час паришь в невесомости. Через это случается просветление, перерождение, контакты с умершими диктаторами и творческий прорыв.

Побежал после работы куда-то в клинику на задворках Савеловского вокзала. Все думал – каково это? Вот приду я один туда. Надо же как-то раздеваться. Не лезть же в эту камеру в одежде. Вдруг там другие люди, а я не похудел не только к лету, но и к флоатингу?

В клинике мне сразу понравилось. Там бахилы дорогие - не голубые полиэтиленовые, а целлюлозные, коричневые и с прокладочкой. С ботинок не течет, чувствуешь себя уверенно.

На стене портреты всех врачей. У кардиолога фамилия Ворслов.

- Присаживайтесь, - говорят. Они всегда говорят «присаживайтесь», будто я в дверях на корточки должен опуститься. – Вас позовут.

Прошло полчаса, и я уже, надо сказать, неплохо отдохнул и даже, в некотором роде, просветлился. Был готов идти домой и рассказывать, как я хорошо провел время. Но тут мне сказали, что моя камера готова. Кто из людей, живущих в России, не мечтал услышать этих слов?

В кабинете флоатинга мило, только света маловато. Но это для просветления так нужно. Сопровождающий меня санитар сказал:

- Раздевайтесь. Вот тут лежит вазелин.

Пока мой ум метался в поисках верной трактовки, санитар добавил:

- Мелкие ранки лучше смазать. Чтоб не саднило.

Через минуту я остался один в полутемной комнате с душем и камерой сенсорной депривации, которая снаружи была похожа на электрическую машинку из парка развлечений, а изнутри - на гроб.

Внутри там неплохо. По крайней мере, тихо и темно. Хотя, у меня и в подъезде так же примерно.

Вода только в уши затекает и мелкие порезы саднят. Но об этом меня предупреждали.

Вроде бы, здесь мне предлагалось успокоиться. И действительно, все к тому располагает. Лежишь в глухом гробу с ощущением того, что тебе выкололи глаза. Чего уж тут волноваться, да?

Но зад в этой невесомости время от времени касается стен камеры, а они такие осклизлые и теплые, что хочется сбегать за пемолюксом.

Все прыщи начинают чесаться, а в глазах режет от соляных испарений.

Так я себе и представлял просветление.

Когда я полностью отстранился от внешнего мира и всех физических ощущений и перестал слышать шум своей текущей в жилах крови, кто-то резко отрыл крышку гроба, извинился и закрыл ее обратно.

Оставшееся время сеанса – сколько его было, сказать трудно, потому что смысл сеанса в отсутствии времени как объективной категории – оставшееся время я думал даже не о том, что у меня могут украсть часы и бумажник, которые я, конечно, не взял в гроб, потому что у оного нет карманов, я думал о том, что, возможно, сейчас в одной полутемной комнате со мной находится человек и тюбик с вазелином.

Все условия для перерождения, просветления и супершавасаны – хер его знает, что это, так на сайте написано.

Наскоро смыв с себя соляную оболочку, я бежал вниз по лестнице, туда, где висел портрет кардиолога Ворслова.

- Спасибо, - говорю, - всего доброго!

- Приходите еще, у вас по сертификату два сеанса осталось.

Главное, - думаю, - что подарок не пропал.

Себе назло, на радость людям.

Заказываю такси и в травмпункт обследоваться. Объехал пару закрытых, нашел пункт дежурный по округу. Был там в полодинадцатого. Только присел, как Скорая доставила пятерых пацанов. Все ,как один, бухие, у всех разбиты морды. У кого нос сломан, кто-то за ребра держится, в общем ,отхватили парни люлей полные карманы. Мне спешить некуда, решил бойцов вперед пропустить. Они по одному начали заходить, кто на ренген, кто на перевязку. За 20 минут почти все прошли необходимые процедуры. Тут приезжает вторая Скорая. Из нее выгружаются человек 6. Все бухие, с разбитыми рожами, в общем, такие же, как первая пятерка. Первыми заходят врачи Скорой. Один врач бурчит другому:

- Говорил -сразу сюда везти надо! - Вот зачем мы в Кузьминки поперлись?

Следом заходят потрепанные пацаны. И тут один из них, осмотревшись, восклицает!

- Слышь пацаны, это же те самые 3,14дарасы!

Все моментально оживают и прямо в довольно просторном "предбаннике" начинается второй раунд, в ходе которого ощутимо добавляется работа травматологам. У меня и врачей Скорой были места в первом ряду. Эффект присутствия просто зашкаливал.

Второй раз попал с глубоким порезом руки. Подскользулся на мокром полу и упал на тарелку в кафешке. Сижу. Со мной в комнате сидят такие же, как я, каждый со своей бедой. Тут заходит женщина лет 30 с рукой на повязке и начинает причитать.

- Ох, блин, как болит. Какой же у меня неудачный день, блин ну, надо же. Вообще, как я так? Блин, как же мне сегодня не везет...

И тут дедок с неглубокой, но страшно выглядящей раной на руке выдает:

- Девушка, извините, это вы нам рассказываете?

середине 2000-х на тусовках одного некогда популярного интернет-форума. Помимо того, что он потрясающе пел на гитаре, был нескончаемым источником историй и анекдотов (до сих пор вспоминаю его шутку о том, что трансплантологи называют мотоциклистов "полуфабрикатами", за то что те после ДТП являются нескончаемым источником органов для пересадки), и восхитительно готовил шашлык - он еще и был врачом. И не просто врачом, а врачом от Бога. Анестезиолог-реаниматолог, за почти 10 лет работы в Москве не создавший своего кладбища - это, знаете ли, дорогого стоит (думаю, частый автор этого форума Michael Ashin подтвердит, для реаниматолога это редкость). Не могу сказать, сколько человек вообще он вытянул с того света, но точно знаю, что из нашей тусовки как минимум трое были обязаны Лёше тем, что продолжали ходить на своих двоих, а не на костылях или в коляске.

При этом про свою жизнь до Москвы ни он, ни его жена как-то особо не рассказывали. Все знали, что они приехали откуда-то с юга, но не более того. Ну да в тусовке, где больше половины были такими "понаехавшими", это особого интереса не вызывало. Пока однажды жена его случайно, в процессе обсуждения последних новостей с окраин бывшего СССР, не поделилась их историей. Теперь, спустя почти 15 лет, делюсь с вами.

Лёша был доктором от Бога задолго до того, как приехал в Москву. Лет 20 после окончания института работал в родной республике (в 91м году ставшей гордой независимой страной, где всевозможные правители начали строить свой коммунизм с местным колоритом), еще в советские времена стал профессором. Не знаю, было ли у него кладбище дома, но если и было - то очень маленькое. Во всяком случае, спустя много лет мне случайно довелось пообщаться с людьми, которые знали Лёшу еще в его домосковской жизни, и высказывались о нем исключительно восторженно.

Но жизнь в южных республиках имеет свою специфику. Не обязательно быть плохим, чтобы нажить себе врагов, иногда достаточно быть очень хорошим, чтобы нажить себе врагов. Что там конкретно случилось - никто и не узнает уже толком; может, вылечил кого-то не того, а скорее всего - просто приглянулось кому-то наверху место зав. отделением, которое к его несчастью занимал хороший доктор.

Так или иначе, но однажды ночью у него дома раздался телефонный звонок, и один из некогда поставленных им на ноги офицеров местных спецслужб сказал: "Извини, но на тебя заказ. Утром за тобой придут. Больше сделать для тебя ничего не могу. Удачи".

Вот и всё. Срочно разбудил жену и детей, схватили какие-то самые необходимые вещи, документы, деньги - в машину, и быстрее из страны. Добрались до Москвы, кое-как разместились у друзей, а вот как жить дальше - большой вопрос. Кто помнит середину 90-х - даже в Москве врачи были нафиг никому не нужны. Лёшу спасло то, что один из его бывших учеников работал зав. отделения в одной из московских больниц. Правдами и неправдами смог устроить его на должность санитара (ну не было на тот момент других ставок). Думаю, в то время в эту больницу можно было бы экскурсии водить: это был единственный санитар со званием доктора медицинских наук на всю Москву. Про зарплату санитара и то, как на нее прокормить семью из 4 человек, я скромно умолчу.

Я много читал тут историй про то, как народ приезжал в Штаты или Германию с советским дипломом или даже научной степенью, и первые пару лет мыл полы или подметал улицы. Потом, как правило, следовало "признание заслуг и стремительный успех" (обычно, лет через 5-10). Не хочу ни в коем случае занижать их заслуги, но почему-то мне кажется, что человек, сумевший выжить на зарплату санитара в середине 90-х в России, не имея при этом в Москве своего жилья, зато имея на шее безработную (на тот момент) жену и двух детей, не сдавшийся и не опустивший руки - для меня такой человек в 100 раз круче всевозможных тренеров по мотивации, ломанувшихся собирать стадионы в Москве последние несколько лет.

У Лёши, как вы понимаете, потом стало все хорошо. Сначала врач, потом зав. отделением. Уже на момент нашего знакомства преподавал в мед. институте, был приглашаем на всевозможные конференции и т. п. О сложном этапе своей жизни вспоминать по-прежнему не любил. Только морщился слегка, когда кто-то из присутствующих жаловался на трудности на работе, сокращения зарплаты или причитания из серии "меня хотят уволить, не знаю как жить дальше" (обычно с таким лицом инструктор спецназа по выживанию слушает рассказ старшеклассника о том, как тот заблудился в лесу и испугался).

Ну а я? С тех пор пару раз попадал в ситуации, в которых бы до этого опустил бы руки, разрыдался и ушел в монастырь. Теперь же, вспоминая Лёшу, я просто усмехался про себя, вставал и двигался дальше. Спасибо тебе, Доктор. Сам не зная того, пару раз ты спас мне жизнь. Дай Бог тебе здоровья, и пусть у тебя никогда не будет своего кладбища.

ну, там осматривает, выслушивает, ощупывает, прослушивает. Американский – с показаниями приборов, включая анализы, подстраховывается за этими показаниями, чтобы его не засудили.

А чисто пациент – дело пятое.

. . По направлению своего американского врача прохожу УЗИ в медцентре университета. 45 минут страха - вдруг какой глюк в компьютере, и он выдаст инфу: пациент неживой. Меня тут же на вскрытие и ничего не докажешь - прибор показал, ничего не попишешь. К счастью, всё обошлось.

Результаты, сказали, сами передадут врачу.

Прихожу к своему врачу. Он вроде удивлён, но виду не подаёт. И даже поздравил: беременность у вас проходит нормально, УЗИ определило и пол ребёнка – мальчик, и срок родов. И из лекарств врач исключил не рекомендуемые беременным. Я спорить не стал, ничего не докажешь - прибор показал, ничего не попишешь. Проявлю выдержку и приду в назначенный срок родов: ну, сцуки, а где мальчик?

А дальше обращусь к адвокату - из тех, кто специализируется на медицинских ошибках. И скачаю через суд с медцентра университета компенсацию за материальный ущерб - купил приданое, обустроил детскую, приобрел джип перевозки и коляски, да ещё замучили токсикозы по утрам после каждой пьянки... И за ущерб моральный - ушла жена, заподозрив, что ребёнок не от неё; упрёки любовницы, которая с изменами ей с женой ещё как-то мирилась, а вот "Как ты мог изменять нам, подлец! " Ну, ещё там косые взгляды знакомых, статьи в жёлтой прессе, из-за которых уволили с работы...

При хорошем адвокате присяжные дружно встанут за меня, и суд примет мою сторону. Нигде наше не пропадало!

осложнениями и приводят примеры о людях вообще не лечивших простуду (проще говоря тех кто перенес ее на ногах). Ну да ладно, сама история.

В классе 5 или 6 во время планового осмотра школьным "врачом" (как говорит Задорнов "врач - это от слова врать") меня направили в поликлинику, на предмет шумов в сердце. Далее куча анализов и кардиограмма. По результатам которой врач заявляет "у вашего сына (т. е. меня) врожденный прок сердца. Оно неправильно повернуто". Сколько лет жизни потеряла моя мама от этой новости - это вопрос. Однако врач заверил что и с этим живут, только нужно пить лекарства, кучу лекарств. Короче сказал родителям что пить лекарства не буду, точнее не сказал, а просто не стал пить первый курс. А далее как в сказке, по мере приближения к 18 годам (и потенциальной службе в армии) сердце сперва разворачивается, а потом и шумы проходят. Во истину, наша медицина творит чудеса. И чудо не в том, что служат слепые, если у собаки поводыря не обнаружат плоскостопие, а в том что сперва болезни появляются, а потом волшебным образом исчезают вместе с деньгами из кошельков пациента на "лечение". В заключении хочу написать что мне 30 проблем с сердцем нет (стучу по дереву), а кардиограммы из карточки за время "лечения" на просвет почти идентичны.

ПС

Этот случай единичный в принципе доктора попадались нормальные, но "врачей" видно сразу. Во-первых они всегда выписывают конкретные лекарства из списка "блатных", во-вторых они всегда с охотой критикуют народную медицину.