Медицинские истории

ничего. Однако, лет 5 назад дочери, приехав в гости, обнаружили у отца резкое ухудшение слуха. Правым ухом он практически перестал слышать, левым слышал только когда громко разговаривали. На уговоры поехать в город он отвечал резким отказом, поскольку панически боялся врачей. В общем, дочки скинулись и купили ему навороченный немецкий слуховой аппарат, это наушник с креплением за ухом. Наушник этот глубоко входит в ухо (это важно), и благодаря встроенному усилителю можно регулировать громкость звука. В общем стал наш чабан слышать более менее хорошо. Дочки распрощались и уехали. Приехав на следующий год, они были поражены. Отец стал слышать как в молодости, причем без слухового аппарата. Разговорив отца, они узнали причину случившегося чуда. Как-то раз он ушел с отарой на выпас на пару недель. Слуховой аппарат, естественно был его постоянным спутником. Пригнав отару, он пошел в баню, и наконец решил вынуть аппарат из уха. Однако это было нелегко, и наконец с громким хлопком наушник был выдернут вместе с огромным куском ушной серы. Слух в правом ухе вернулся в полном объеме))) А с помощью палочки с ватой было исцелено и второе ухо))

массаж предстательной железы.

Мужчины, особенно старшего возраста знают, что это такое, а кто не знает, коротенько поясню - в прямую кишку (проще говоря, в задницу) пациента врач вставляет палец и затем совершает достаточно энергичные вращательно-поступательные движения. Пациент в это время стоит нагнувшись вперед, за ширмой, выставив наружу лишь заднюю часть своего тела.

Врач же, одной рукой совершая действие, другую кладет на плечо больного, дабы таким упором добиться более жесткого, а, следовательно, качественного массирования.

Так вот, процедуру эту проводил мой приятель, тоже недавно закончивший институт. Ну, трудится он, значит, в поте лица, одна рука (вернее, указательной палец) у пациента в заднице, второй рукой, как и положено, держит его за плечо. В это время заходит в процедурный кабинет его старший наставник, чтобы лично проверить, как его подопечный справляется с работой. Заходит, молча подходит к больному (который, ессно, его не видит) и так же молча кладет больному руку на плечо.

Состояние пациента, как рассказывает мой приятель, выразилось в полном ужаса хриплом шепоте:

"Доктор! А чем Вы меня массируете?! "

Сергей

российскую смекалку, рождает сюжеты, от которых терапевт плачет, а проктолог – рыдает, но смеётся.

Итак, праздничный сезон 2026 года был отмечен в нашей Необъятной страны странной, тревожной и местами очень пикантной любовью к цитрусовым. Казалось бы, мандарин ? – символ Нового года. ? Его надо нюхать, чистить, есть, бросать кожуру в огонь для запаха. Но нет! Наш человек всегда найдёт, где проявить недюжинный креатив.

Эпизод первый, московский, или «Спасибо друзьям, что жива».

В столице юная особа, лет двадцати от роду, поддав изрядной дозы «игристого настроения» (а возможно, и чего покрепче), приняла спортивный вызов. Суть его проста и гениальна, как квантовая физика в изложении пьяного слесаря: проглотить мандарин целиком. Что она, собственно, и сделала. Фрукт, как и положено порядочному цитрусу, встал поперёк горла, перекрыв кислород. Начался увлекательный аттракцион «Асфиксия по-новогоднему».

Но друзья девушки не дремали. Верные товарищи, инициировавшие спор, немедленно бросились на помощь. Они принялись бить даму по спине, делать искусственное дыхание и в итоге добились своего! Фрукт был исторгнут. Правда, помимо прочего, героиня повредила ещё и… ребро. Скорая помощь, вызванная в итоге, констатировала: «Асфиксия и перелом ребра». Мораль: иногда друзья спасают тебе жизнь, но так, что потом хочется их прибить.

Эпизод второй, башкирский, или «Тропический гамбит».

Если московская история – это классический фронтальный штурм, то наш следующий герой, 32-летний житель Башкирии, подошёл к вопросу с фланга. Точнее, с тыла. Приняв для храбрости «горячительного проводника в страну дураков», он совершил тактический манёвр, достойный учебника: засунул два мандарина… ну, скажем так, в тыловое депо. Зачем? Философский вопрос. Возможно, решил создать внутренний запас витаминов на чёрный день. Или зажечь себе новогодний фонарик.

Сделав своё тёмное дело, гражданин вернулся к празднику, уселся смотреть «Голубой огонёк». И вот звучит старинная песенка Ёлки про «воздушный шар мандаринового цвета»… А у нашего героя внутри что-то ёкает. И не просто ёкает. Ощущения становятся настолько красноречивыми, что он вынужден отлучиться. Благодаря естественным силам организма один фрукт покидает негостеприимные апартаменты самостоятельно.

Облегчённый, мужчина возвращается к столу. Но через час история повторяется. Видимо, второй мандарин, оставшись в одиночестве, затосковал и решил последовать за братом. Но пути назад уже не было. Пришлось звать кавалерию в лице скорой помощи.

Бригада приехала оперативно и оказала помощь прямо на дому, мастерски достав трофей. Когда же спасённый, проникшись благодарностью, предложил: «Спасибо, друзья! С Новым годом! Мандаринчиков хотите? » – медики в едином порыве, с ужасом в глазах, воскликнули: «Не-е-ет! » И укатили прочь, вероятно, чтобы продезинфицировать не только инструменты, но и саму память об этом вызове.

Эпизод третий, гармоничный, или Стакан наполовину… пуст.

И как же без предыстории? В конце ноября 2025 один житель Подмосковья отмечал День гармониста (да, есть и такой! ) столь обильно, что гармония осталась только в названии праздника. В пылу веселья он умудрился… разместить внутри себя гранёный стакан. Тот самый, символ эпохи. По какой причине? Ответа нет. В больнице на вопрос «Зачем?! » он лишь бессмысленно улыбался, потупив взор. Видимо, хотел почувствовать «огонёк» внутри в прямом смысле, но перепутал двери.

Мораль

Итак, граждане! Со Старым Новым годом! ? Пусть эта поучительная трилогия станет для некоторых ярким, как мандарин, предостережением.

Употребляя спиртное, помните меру. Ту самую, за которой отключается не только стыд, но и базовый инстинкт самосохранения. И обязательно – закусывайте! Орешки, салатики, мандарины… Но, ради всего святого, ЧЕРЕЗ РОТ!

Через рот, дорогие граждане. Это проверенный, цивилизованный и безопасный путь для пищи. Все остальные – это не кулинарные изыски, а прямые указания к действию для бригады скорой помощи, которая в праздники и так без работы не сидит.

Будьте здоровы и разумны. А мандарины – ешьте. Только правильно. ?

P. S. В фельетоне описаны три реальных случая.

на текущей работе. Тем более, что перед рейсами Капитан всегда старался пообщаться с медиками и привести себя в надлежащую форму.

Часа через полтора Капитан почувствовал себя хуже: боль стала нестерпимой, несмотря на прием спазмолитиков. Мышцы живота напряглись до предела, тело прошиб холодный пот, во рту стало необычно сухо. Капитану казалось, что в его живот вставлен лом и им долбают по кишкам что есть силы.

Поскольку на судне не было врача, медицинскую помощь Капитану оказывал старший помощник, в судовые обязанности которого это входило. Со слов Капитана и своих собственных медицинских познаний, он поставил диагноз – обострение язвенной болезни с возможным осложнением: прободением или кровотечением. Судовая инструкция требовала в таком случае связаться по радио с Базой и получить соответствующие рекомендации. В результате радиообмена было принято решение обратиться за помощью в ближайший порт. Таким портом оказался Порт-Стэнли (Восточный Фолкленд), где располагалась английская военная база.

Англичане оперативно откликнулись на просьбу оказать срочную медицинскую помощь, и через полчаса над советским транспортником завис вертолет, с помощью которого Капитан был эвакуирован на берег и помещен в военный госпиталь. Военные английские медики провели гастроскопию желудка Капитана с помощью фиброскопа (в Советском Союзе тогда подобным оборудованием пользовались только в поликлиниках Главного медицинского управления) и подтвердили диагноз старпома: обострение язвенной болезни. Пациенту был прописан строгий постельный режим, настолько строгий, что без сопровождения часового, дежурившего у палаты Капитана, он не мог никуда последовать в госпитале. Часовой был выставлен и под окном палаты, хотя она располагалась на втором этаже. По всему было видно, что англичане не доверяют больному и опасаются, что он сбежит и разузнает секреты военной базы для передачи их аргентинцам. Здесь следует сказать, что описанная история происходила в 1981 году, ровно за год до того, как разразился Аргентино-английский конфликт из-за Фолклендов.

Интенсивное лечение с использованием самых эффективных на тот момент препаратов быстро дало результат: о болях в желудке Капитан забыл на пятый день. Его можно было выписывать из госпиталя, но пролежать в палате ему пришлось еще неделю. Задержка была связана с тем, что мимо Фолклендов в те дни не проходили советские суда. Наконец, такое судно нашлось, и Капитан снова по воздуху был доставлен на его борт. Через неделю он уже был в родном городе. И вот тут история язвенной болезни Капитана получила новое развитие.

Капитана пригласили в Областное управление КГБ и попросили дать поподробнее описание своей госпитализации на Фолклендах. Капитан в деталях изложил хронологию событий молодому сотруднику, живописуя чудеса заграничного лечения и нелепости усиленного присмотра со стороны военных. Сотрудник вместе с ним посмеялся над чрезмерной предосторожностью англичан и в заключение попросил пройти медицинское освидетельствование в областной больнице.

- Зачем? – спросил удивленный Капитан.

- Затем, чтобы подтвердить правильность ваших слов.

- А разве медицинская справка, выданная мне в госпитале, не является таким свидетельством? - спросил Капитан.

- Для нас не является.

Против КГБ не попрешь, тем более, что разрешение на заграничную визу выдавала эта контора. Пришлось Капитану направиться в Областную больницу на рентген желудка, так как фиброскопов тогда в городе не было. К радости Капитана на полученной рентгенограмме врач не обнаружил никаких следов недавней язвы: ни рубцов, ни других постязвенных дефектов. Об этом он и написал в своем заключении, сказав, что на Западе умеют лечить язву. С полученным заключением Капитан вновь пришел в управление КГБ и передал его уже знакомому молодому сотруднику. Тот внимательно прочитал заключение, потер себе лоб и сказал:

- Что же у нас получается? Вы и англичане показываете, что были госпитализированы на Фолкленды в связи с обострением язвенной болезни, а данные рентгенологического обследования говорят о том, что у вас никаких признаков этой болезни нет. Явный нонсенс! Как прикажите его понимать?

- Не знаю. Может техника диагностирования не та? - только и смог ответить Капитан.

- Может быть дело в технике, а может быть в чем-то другом? – многозначительно произнес сотрудник КГБ. – У них, видите ли, фиброскопы, а у нас рентгеновские аппараты.

- Да еще образца шестидесятых годов, – нашелся что сказать Капитан.

- Ну, хорошо, допустим дело в старой технике? Тогда вам следует пройти рентген на современной технике. Поищите такой аппарат в городе и сделайте новую рентгеноскопию желудка. Согласны?

- Согласен, – ответил Капитан и занялся поисками нового рентгеновского аппарата.

Таких аппаратов в городе было два. Один в городской больнице, а другой в военном госпитале. Рентгенограмма из городской больницы на этот раз не принесла утешения Капитану. Желудок был в полном порядке. А вот рентгенограмма из госпиталя оказалась такой, как надо. Там где и положено четко просматривалось углубление в слизистой оболочке желудка, которое могло быть классифицировано как язва. Правда восторжествовала. Но ценой ее стала новое госпитализация и лечение, которое заняло уже целый месяц.

Выписавшись из больницы, капитан сходил в Управление КГБ и передал курирующему его сотруднику свое медицинское заключение.

- Ну, вот, теперь полный порядок! – сказал тот, прочив медицинскую справку. – Ни вам, ни нам не нужна сомнительная информация. Желаю вам всего хорошего.

Загрузили мы его в машину и в соседний поселок, где была больница. Заходим в приемный покой, а там тишина. Еле докричались и откуда то из глубин покоев показалась симпатичная и немного взъерошенная медсестра. Выслушав наши жалобы и поглядывая на Серегу, она произнесла:

- У нас сегодня дежурный врач гинеколог, если я его разбужу, то он конечно посмотрит, но вряд ли сможет помочь. У него ведь профиль другой. - при этих словах она как-то сладостно улыбнулась и поправила прическу. - Ладно пойду попробую.

Врача она все же разбудила, он был взъерошен не меньше чем она, а еще он был удивлен. Хотя в принципе, за свою работу он насмотрелся такого, что удивить его было наверно очень трудно. Но он был удивлен реально.

- Нихрена себе, нихрена себе! - нарезав несколько кругов возле Сереги, приговаривал он. - Как же это так? Как это она так вылетела? И чего делать? - обведя нас взглядом поинтересовался он. Хотя мы тоже хотели спросить его именно это. - Нас в институте на практику в колхоз отправляли, так там тоже бык коленный сустав вывихнул. Я вставил! Правда скотник быка сначала кувалдой глушанул вместо наркоза... Кстати, у кого нибудь есть кувалда?

Наверно он все же хотел пошутить, но так как весь народ был прилично пьян, все озадачились именно этой проблемой — где взять кувалду? При этом напрочь забыв о Сереге и даже его крик — встало, встало! Привлек только внимание медсестры. Да и то, потому, что она была просто удивлена, что что-то встало без ее участия.

- Ребята, пацаны, она сама встала! - показывая нам вполне нормальную руку, произнес Серега, - у нас выпить что нибудь есть? Я как представил, как меня сейчас лечить будут, она хоп и встала! - радовался он отступившей боли и тому, что этой рукой можно опять поднять стакан.

Я еще раз убедился, что слово лечит, но до сих пор не могу понять, почему на восьмое марта дежурным врачом назначают гинеколога? У нас что, на этот праздник повышенный женский травматизм от поздравлений?

подготовки к наркозу и по его окончанию, когда надо убедиться, что пациент способен следовать моим проверочным заданиям.

С более редко встречающимися языками — сложнее, есть переводческая услуга по телефону, бесплатно предоставляемая штатом.

Что решает далеко не все проблемы — особенно при пробуждении, самой сложной и ответственной фазе наркоза.

Дело, видите ли, не в том, что « вход — рубль, выход — два» — нет, тут другое: взлёт зависит, главным образом, от моих навыков.

А вот посадка — тут многое зависит от поведения пациента, я должен решить — когда передать ему руль управления главными функциями организма.

И вот тут — очень важно, чтобы пациент тебя слышал и понимал.

С чем у меня и случилась проблема.

В нашем маленьком Вавилоне — есть и небольшая община арабов, из Сирии, семей 10.

Все они — выходцы из одного многострадального городка, христиане — что позволяет им содержать ликеро-водочные магазины, в которых они же и работают, семьями.

Городок небольшой, некоторых я знаю по именам — за четверть века познакомились.

А вот и история.

Пациент, хорошо за 70, готовится к операции.

Мой выход, предоперационное интервью, где я сталкиваюсь с серьёзной проблемой: пациент не владеет ни одним языком, кроме арабского.

К счастью, вместе с ним его сын, с готовностью взявший на себя роль переводчика.

Так что на этом этапе — никаких проблем.

Легко, однако, предвидеть, мои проблемы в операционной, куда сыну доступа нет, особенно на этапе пробуждения.

Так, что делать?

Джон, его сын, диктует мне несколько арабских фраз, я записываю их на бумажке:

«Откройте глаза, подымите голову, глубоко вдохните, вам что-то болит…»

Короче, всё самое необходимое.

Пора ехать в операционную, сын трогательно прощается с отцом, желает нам удачи и уходит.

Всё прошло хорошо, время будить старика, я громко( он ко всему ещё и глуховат) выкрикиваю арабские фразы, он достаточно адекватно следует моим инструкциям, меня переполняет чувство гордости за свой арабский и мы едем в послеоперационную, куда по моему настоянию приводят сына, у которого я прошу подтвердить, что всё хорошо.

Пару часов спустя я зашёл проверить его перед выпиской, блеснув парой фраз из шпаргалки.

Сын показывает мне большой палец — мои навыки арабского оказались вполне достаточны для успеха.

Медсестра, присутствующая при этом общении, интересуется, не родственники ли мы?

Несколько удивлённый, я отвечаю, что нет, просто несколько фраз выучил. Она же в ответ говорит — а выглядите как родственники…

И точно: большие семитские носы, карие глаза — во всём моём госпитале нет более похожих друг на друга людей, чем мы трое.

Прощаюсь и мы расстаёмся, пожелав друг другу всего доброго.

Вот и вся история.

А вот и послесловие.

Пару дней спустя заехал к своей дочке, она у меня медсестра и мы часто делимся опытом.

Я с гордостью рассказываю — какой у неё папа полиглот, показываю шпаргалку с арабскими фразами.

Она, ни слова не говоря, протягивает руку к моему наручному гаджету (она мне его и подарила на Рождество и им я пользуюсь исключительно как наручными часами да пульс у себя проверить), нажимает на кнопку и запрашивает у Сири как сказать по-арабски «Вам что-то болит? »

Сири отвечает на чистом арабском языке…

Мнда… похвастался, называется, своей замшелой дремучей старомодностью…

Ну да ладно, хоть научился новым навыкам, спасибо дочке.

И, вдогонку, — послесловие к послесловию:

Спустя недели две старый медицинский закон парности случаев проявился в очередной раз — теперь уже пожилая арабская женщина, со слабым английским, поступает для неотложной операции.

Вооруженный до зубов знаниями своего союзника, Сири, я громко разговариваю по-арабски, донельзя гордый собой.

Занавеска приоткрывается — наша новая практикантка, будущий врач, высокая кареглазая девушка — спрашивает, не нужна ли мне помощь?

Помощь?! ?

Ну да, помощь, в переводе — она родилась в соседней Иордании и в совершенстве владеет арабским.

Вот эта удача! !

Очень толковая девушка оказалась — и как переводчик и как будущий доктор.

Так что вот — языковые барьеры барьерами становятся или не становятся в зависимости от нашего желания договориться… старая банальность, в очередной раз себя подтвердившая.