Начну с анекдота.
Стоматолог бегает по поликлинике, задумчивый, чуть ли не за голову держится. Медсестра его останавливает:
— Доктор, что случилось?
— Да вот… пришёл пациент. Денег — полно, а зубы все хорошие. И не могу понять, что с ним делать!
Тут сразу понимаешь, почему у стоматологов такой высокий
Говорят, по медицинской статистике у стоматологов один из самых высоких уровней самоубийств среди врачей. И знаете что? Я понимаю.
Во-первых, представьте: каждый день сидишь в замкнутом кабинете и часами смотришь людям в рот.
— «Откройте шире…»
А там вчерашняя шаурма.
Во-вторых, стресс и перфекционизм. У хирурга: «Операция прошла, пациент жив». У стоматолога: «Пломба кривая — всё, репутация в трубу».
Финансовое давление — оборудование стоит как квартира, аренда клиники как самолёт, а пациент приходит и говорит:
— «Доктор, а что так дорого? Я же всего один зуб принёс! »
Негатив от пациентов — люди редко бегут к стоматологу с радостью. В лучшем случае — с обезболивающей таблеткой, в худшем — с маминым криком: «Иди, иди, хватит ныть! »
И наконец — социальное одиночество. Хирурги оперируют в команде: ассистенты, анестезиолог, медсёстры. А стоматолог один на один.
— «Ну что, поговорим? »
— «Ааааааааа…»
Это не разговор, это хор имени «Спаси Господи».
Вот и получается: профессия стоматолога — реально опасная.
Опасная не для пациента… опасная для самого стоматолога!
Переехал я в новый район и решил зубы проверить. Гуглю: «дантист рядом со мной» — выскакивает Басман. Фамилия серьёзная: будто сразу видно — с детства скрипка, гаммы, конкурсы. Думаю: если человек столько мучился с виолончелью, чужие зубы ему — отдых.
Прихожу. Говорю:
— Пломбу поставьте.
Он посмотрел, поморщился и сразу:
— Тут нервы удалять! Операция, 800 долларов… но для вас — 600.
Я:
— Дело не в деньгах, а надо ли вообще?
Он не привык, что пациент разговаривает. Обычно рот открыл — и молчи. Но согласился.
Раздосадованный Басман лепит пломбу. Я иду к ресепшн, карточку достаю… и прямо на полпути — «чпок»! Пломба выпала. Я ещё даже оплатить не успел.
Возвращаюсь, показываю. А Басман, даже не моргнув:
— Это вы языком трогали, сами виноваты.
Я стою, держу пломбу в руках и думаю: «Если бы я языком так умел — я бы не у вас лечился, а в цирке на гастролях выступал! »
Прошло 25 лет. Зуб — жив, нервы работают.
А пломбу мне потом поставила китаянка из Гонконга. Сделала идеально! Но мечтала о другой жизни:
— У меня брат скрипач, — вздыхает.
— Так вы тоже могли!
Я чуть не подавился слюной: «Так это вы от отчаяния людям зубы делаете? »
А ещё у меня пломба времён СССР. Ставила студентка. Так вот она дожила до капитализма, пережила дефолт и, похоже, внуков моих переживёт. Эта пломба — как Ленин: никто не верит, что жива, а она лежит и лежит.
Недавно пошёл чистку делать. Молодая, симпатичная стоматолог говорит:
— Всё отлично. Но надо ещё под дёснами почистить. Это у нас называется «глубокая чистка карманов»… с вас к Вашим $200 еще 261 доллар.
Я кивнул, но в душе ахнул: «Глубокая чистка нужна, когда десна кровоточат. А пока они молчат — пусть и деньги молчат! »
Вышел и написал отзыв: «Спасибо за улыбку, но за такие цены — любитесь с конём».
«Спасибо за улыбку, но за такие цены — любитесь с конём».
Однажды, больше тридцати лет назад, я проснулся с ощущением, что я алкоголик. Ощущение было неожиданным, неприятным и с ним надо было срочно что-то делать. Ну, засиделись вчера на работе за обсуждением конструкции вплоть до последней электрички с Ярославского. Так не в первый раз. Но раньше ощущать себя алкоголиком я не решался, а тут
- Что же делать? – подумал я и тут вспомнил, что недалеко от работы открылось заведение, лечившее алкашей по новейшему методу Довженко. – О! Это можно назвать решением проблемы…
Уточнив с утра по телефону время работы заведения и возможность срочного приема, промучившись ощущениями до обеда, я пошел лечиться.
Кабинет врача был светел, как мои устремления. Пожилой, как мне тогда казалось, доктор задумчиво смотрел в окно и грустно улыбался.
- Здравствуйте, молодой человек, присаживайтесь. Что вас ко мне привело?
- Здравствуйте, доктор! – я решил быть предельно искренним в врачом, - я алкоголик и хочу решить этот вопрос раз и на всегда.
- Давно пьете? – во взгляде медицинского специалиста читалось сомнение.
- Очень давно, как спорт бросил, так и пью. Года два уже с половиной.
- Ну, это не срок. А что пьете, позвольте вас спросить?
- Красное сухое в основном. Коньяк еще. Вот вчера был Дербент КВ.
- И все?
- Нет, спирт еще был медицинский, нам для протирки выдают, на корне Элеутерококка, настаиваем. Коньяк быстро кончился.
- Элеутерококк? Не всякий способен выговорить. А закусываете чем?
- Так я химик, доктор, я и не такое могу произнести. А закусывали вчера сыром, карбонатом и буженинки чуть-чуть, тут недалеко ларек кооперативный открылся.
- Алкоголик? – опять спросил врач, - да вы не алкоголик, вы сибарит какой-то, а это не лечится и не кодируется по методу Довженко.
- Так ощущение с утра прям, что алкоголик без вариантов. Что же делать? Неужели вы не сможете мне помочь?
- Пожалуй смогу, в порядке исключения, - улыбка сделала доктора гораздо моложе, - в качестве одноразового мероприятия. Есть проверенный способ.
Доктор достал из тумбы стола початую бутылку Дербента и два стакана. Одной рукой достал, в отточенных движениях чувствовался немалый опыт.
- Ну, . . – сказал доктор, наливая.
- За советскую медицину! – ответил я, выпил, попрощался и пошел дальше, мирясь с проходящим ощущением.
- Ходят тут всякие, только от работы отрывают, - бурчал мне в след доктор, убирая стаканы, - то же мне алкоголик, даже пузырь не допили!
Лет 15 было назад работал в Тюменской области в травмпункте, принимаю больного, слышу в приёмном покое шум, дикий просто хохот. Послал медсестру выяснить и успокоить, возвращается полусогнутая и корчащаяся. Пришлось идти самому, картинка супер, невеста, в платье, в фате! рот открыт, челюсть вывихнула, вся в слезах и слюнях, но самое главное что В ФАТЕ!
Ну я на народ прикрикнул и её вне очереди в кабинет, быстренько полотенце, дёрнул, вправил, всё, счастливо- убежала... продолжаю приём, проходит 5 минут и в приёмном покое хохот опять, но уже просто нереальный. выхожу, [м]ля, она опять стоит рот нараспашку, к слюням и слезам ещё похоже и сопли добавились и опять главное дело В ФАТЕ! оказывается она выбежала на крыльцо, вся свадьба заорала "УРА!" и эта дура заорала громче всех, опять разинув рот во всю ширину...
Ну я опять вправил, вышел с ней, подозвал жениха и родню и наказал им
- Вы бы ей как крокодилу челюсти-то перетянули, а то она у вас так и будет теперь от малейшего зевка по травмпунктам бегать... а жениху отдельно, тебе вообще повезло, можешь на законном основании жене рот завязанным держать.
Таксисту Юре стало плохо во время работы, заболело сердце и весь стал красный, поэтому не медля ни минуты, он поехал в свою станичную больницу.
Терапевт Алмазова только вглянула на него, открывшего дверь и сразу изрекла:
- Я алкашей не лечу, покиньте мой кабинет.
- Да вы что, я на Новый год или день рождения не могу выпить даже стакан пива, мне нельзя по состоянию здоровья.
- Вы меня за ребенка принимаете? Я работаю врачом 20 лет, поэтому повторяю еще раз, я алкашей не лечу, выйдите.
Через несколько дней его такси вызывают на вызов, приезжает, а на улице под дождем мокнет врач Алмазова. Она бросается к машине:
- Мне очень срочно, я тороплюсь.
- Я идиоток и тем более пьяных, не вожу. Иди пешком, может протрезвеешь на свежем воздухе, заодно и дурь из головы дождем смоет.
Только что пришел из больницы. Поликлиническое здание о трех этажах.
Рентгеновский кабинет находится на первом этаже. Хирургический - на третьем!!! Уже смешно? А вот мне несколько лет назад смешно не было.
Ладно, если сломана рука. А если, как у меня, правая нога? Не хотите погулять на костылях с первого этажа на третий, да не один раз. А ведь не я один ногу ломал. А ведь в распределении кабинетов, несомненно, участвовали медики.
У нас одна из медсестер процедурного кабинета нашла способ борьбы с нахалами, в наглую заходящими на забор крови без бахил и не снимая обуви, со словами типа "я что, идиот (ка) босиком ходить! " Когда в очередной раз к ней завалилась девица и села в сапогах, она взяла швабру, ведро с водой и повесила на дверь табличку "Текущая уборка 20 минут". В ответ на возмущение толпы она невозмутимо сказала: "Уважаемые, я вас прекрасно понимаю, но, в связи с тем, что пациентка зашла на стерильную зону в уличной обуви, я вынуждена прервать забор крови и провести текущую дезинфекцию помещения. Девушка отказалась приобрести бахилы, поэтому, если уборка не состоится, нарушится стерильность кабинета, спасибо за понимание! " После чего пунцовая от злости девушка выскочила в коридор, где ее уже радостно приветствовали 40 ожидающих своей очереди пациентов...
Заглядываю к доктору в кабинет. "Извините, можно? ". Беседующий с доктором молодой человек в идеально выутюженном белом халате с безукоризненной выправкой вместо принятого общекорректного обращения звонким металлическим отрывисто-командным голосом "Нет, ждите! ". Пациентам приказы отдает? Пздц... Через несколько минут величественно покидает ее кабинет и опять-таки вместо привычного для поликлиники доброжелательного приглашения четким командным голосом, даже не глядя в мою сторону "Проходим, ПРОХОДИММ! ! ".
Уважаемая администрация, вы начальника охраны перевели на должность главного врача?
Еще одна околомедицинская история. Имена я поменял на всякий случай, но суть дела постарался сохранить.
Однокурсница и подруга моей жены в 18 с небольшим лет заболела чем-то простудным с высоченной температурой. Случилось это в выходной, так что вызвать участковую не было возможности. А от скорой помощи Тата категорически отказалась:
– Саша, привет. Извини за беспокойство, можешь сейчас к нам приехать? Дочка заболела, а скорую вызывать не хочет. Спасибо, жду.
Когда доктор Саша, весьма привлекательный мужчина лет тридцати, мерял у больной пульс, она с некоторым запозданием сообразила, что доктор ведь сейчас будет слушать легкие. А значит, увидит ее грудь! Боже, какой позор! Робко спросила, нельзя ли прописать какую-нибудь таблетку прямо так, без детального осмотра.
– Девушка, – засмеялся доктор, – знаете, кто я по основной специальности? Женский уролог. Меня уже ничем удивить нельзя. Я видел не только голых женщин, но даже женщин с начисто содранной кожей.
Опознав в реплике доктора Саши цитату из горячо любимого и полузапретного тогда Булгакова, Тата признала его за своего. Стесняться не перестала, но, несмотря на пылающие от стыда щеки, позволила не только послушать легкие, но и провести осмотр в разрезе основной специальности доктора. И ей, по-видимому, всё же удалось его чем-то удивить, потому что года через три они поженились.
После того, как я женился на Татиной подруге, мы периодически общались с Татой и Сашей. Не часто, но с большой симпатией. Когда лет через 12-15 у меня заподозрили мочекаменную болезнь, я тут же позвонил Саше.
– Не проблема, – заверил он. – Ложись ко мне в пятидесятую больницу на обследование. То есть не ко мне, а в мужскую урологию. Там прекрасные специалисты, я тебя познакомлю, сделают всё в лучшем виде. Только потерпи месяц, а то мы с Татой уезжаем сейчас в отпуск.
Я готов был потерпеть и месяц, и два, но мой камень в почке со мной не согласился. Тронулся в путь с адской болью. Я вызвал скорую. Врач сделал укол и велел собираться в больницу.
– В какую? – спросил я.
– Какая вам разница? В дежурную.
– А можно в пятидесятую? У меня там знакомые, я уже практически договорился туда лечь.
– Ну, смотря что за знакомые. Кого вы там знаете?
– Доктора Михайлова.
– Что-то вы путаете, молодой человек. Доктор Михайлов работает в женском отделении.
– Ну да. А меня обещал устроить в мужское.
– Ну хорошо, тогда скажите, как имя-отчество вашего Михайлова?
– Имя Александр, а отчества я не знаю. Мы с ним на «ты».
– Вот вы и попались, Штирлиц! Никакой он не Александр. Никто вам ничего не обещал, вы просто услышали где-то фамилию и морочите мне голову. Поехали в дежурную.
В дежурной меня обезболили, а с камнем ничего делать не стали. Он остался в мочеточнике и впоследствии доставил немало неприятностей, которые расхлебывал в Сашиной пятидесятой больнице великий доктор Кан, я как-то уже писал об этом.
Оправившись от операции, я зашел в Сашино отделение и обнаружил на его кабинете табличку «Михайлов С. В. »
– Так ты что, не Александр?
– Нет. Я Серафим.
– А почему тогда Саша?
– А потому что мои блаженной памяти родители совершенно не подумали, какие от Серафима бывают уменьшительные. А бывают Сима, Фима и, прости господи, Серик. Ну кому захочется быть Сериком? Вот и живу в двух ипостасях: для родных и друзей Саша, для остальных Серафим Викторович.
Бойтесь своих желаний — они имеют свойство сбываться.
Все описанные события подлинные, хотя какие то незначительные детали забылись и будут изложены в вольном пересказе.
Лет двадцать назад судьба свела меня с девушкой, которая после пары лет взаимных притирок стала женой. На тот момент у обоих было понимание, что откладывать
В назначенный день пришел я в регистратуру, отдал направление и выдали мне в провожатые милую девушку-медсестру. Она отвела меня в маленькую уютную комнату на первом этаже, объяснила тонкости процедуры и оставила в гордом одиночестве… Вот тут я призадумался – ведь наверняка же кто то придумал высокотехнологичный аппарат для забора эякулята, а я тут сижу и гоняю лысого, как какой то подросток. За этими великими мыслями квест кое как был выполнен и стали мы с супругой дожидаться результатов. По итогам обследования нам рассказали, что в целом мы оба здоровы и каких то серьезных преград нет, но есть над чем поработать – попить витамины, подлечить хронические болячки, отказаться от бани и горячих ванн, больше двигаться и т. д. На фоне стремления к совершенству не забывать о конечной цели и пробовать добиться положительного результата. Если через полгода беременность не наступит, то сдать анализы еще раз, чтобы понаблюдать динамику.
Через полгода результаты, безусловно, были, но вовсе не те, на которые мы надеялись – сломался диван и соседи по площадке при встрече улыбались иронично-понимающе… Хочешь не хочешь пришлось идти сдаваться повторно. Здраво рассудив, что второй раз все пройдет проще, заявился я к медикам. Опять выдали мне девушку провожатую, только повела она меня почему то не в знакомую уютную процедурку, а повезла на лифте куда то наверх. Решив, что за полгода могло многое измениться, я не стал возражать и следом за медсестрой попал в довольно большой кабинет, где она отдала направление врачу, что то невнятно буркнула и удалилась. И тут начался театр абсурда! Мало того, что врачом была девушка, в кабинете было еще две ее коллеги. Мне предложили присесть на стул поближе к аппарату. Вот тут я и вспомнил свои мысли на первой процедуре и знатно удивился оперативности воплощения их в реальность. Настораживало меня пара вещей:
Медички явно никуда не собирались выходить, а методично занимались своими делами. Я в молодости несколько раз пьянствовал со студентами-медиками и отдавал себе отчет, что в части здорового цинизма и юмора на грани фола они большие мастера, но вряд ли это было уместно на рабочем месте. На всякий случай украдкой осмотрел себя, вроде бы на футболке нет надписи «почетный экскгибиционист города» или чего то подобного. Даже характерного плаща и того не было.
Еще большие подозрения вызывал сам аппарат – я со своим техническим образованием не мог сообразить, как его применить по назначению. Насадка была явно маловата в диаметре и какой то странной формы, а гофрированный шланг не выглядел съемным, что сразу наводило на мысли про сложности с мойкой и дезинфекцией.
Из этих размышлений меня вырвал прямо приказ врача:
- Что же вы сидите? Приступайте уже!
- Я бы рад, только не могу сообразить, как это делать.
- Что тут соображать, зажимаете наконечник в зубах и дуете в трубку, что есть силы!
Про себя решив ничему не удивляться, я выполнил поручение и сразу же получил ответ, который меня добил окончательно – показания в норме! Вот тут я уже не выдержал и вежливо поинтересовался - каким таким чудом они так быстро, а главное таким интересным способом узнали , что показания в норме? Как я упоминал выше, больница была хорошая и дураков там замечено не было, поэтому первое, что сделала врач – посмотрела в направление и с трудом сдерживая смех сказала
- Ага, так вам нужна была не спирометрия, а спермограмма! Пойдемте, я вас провожу…. И имейте в виду – легкие у вас в полном порядке.
Отвели меня в уже знакомую комнату, где все пришлось делать старым дедовским способом….
PS если кто из участников этого шоу узнал себя, то низкий вам поклон, у нас вскоре все получилось!
Я довольно мнительный человек, вспомнила об этом забавный случай.
Однажды, года три назад, у меня на костяшках под щиколотками появились подозрительные красные пятна. А потом подобные - на суставах пальцев правой руки.
Сложив в уме мясо, бухло и знание классической литературы, однозначно получила подагру.
Прибежав
Мельком взглянув на мою подагру, лучший ревматолог сдержанно фыркнул, и сказал:
- Это к дерматологу. Денег не возьму. Ступайте, и не грешите. И да, поменьше читайте, что ли.
Вернувшись в регистратуру, потребовала лучшего дерматолога.
- Лучший уходит, - сказали в регистратуре. - Пересменка у них. Бегите, может, застанете.
Лучший дерматолог оказался белокурым юношей лет тридцати. Поймав его на пороге, я умоляла остаться и непременно поставить диагноз.
- Нейродермит, - небрежно сообщил лучший дерматолог, одним взглядом окинув мою несбывшуюся подагру, - Лечение долгое, но справимся. Приходите завтра, сейчас мне некогда.
В это время его сменщица, дама сильно пенсионного возраста, сидя за столом, молча смотрела на меня и внимательно слушала коллегу. Когда юноша выбежал, дама предложила:
- А присядь, деточка. Давай я тебя посмотрю.
Отказать старушке было неудобно, да и лучший дерматолог уже ушел. Я решила остаться - пусть смотрит какой уж есть врач.
- Ручки какие у тебя красивые, с маникюром, - одобрила дама. - И ножки хорошие. Эх, молодость... А скажи мне, деточка: ты правша?
Я молча кивнула, не понимая, к чему ведет какой уж есть врач.
- А теперь вот еще, деточка, - продолжала дама. - Смотрю, ты на нерусскую похожа. Ты любишь сидеть по-турецки? И если да, то где?
Я действительно люблю сидеть на полу по-турецки, и так работать на ноуте, поэтому снова кивнула.
- Ну так вот, деточка, - резюмировала дама. - Ты не сиди на жестком полу, а сиди на ковре или там покрывале. Костяшки на ножках ты просто надавила. А ручки... Вспоминай, что травмирующее ты все время носишь в правой руке?
- Поводок, - обалдело ответила я.
- Вот и натерла, - подытожила дама. - Иди домой, деточка.
- А как же... нейродермит? - пролепетала я.
Какой есть врач вздохнула:
- Гений он у нас. Молодой еще. Лечить любит...
С тех пор я стараюсь обращаться не к самому лучшему доктору, а к самому опытному.
Заснул... Натурально заснул, несмотря на зловещий антураж стоматологического кабинета с его страшными стальными инструментами, запахом лекарства и бормашиной. Так получилось, что не спал порядка полутора суток, ну и вырубился прямо в кресле с открытым ртом, в то время как доктор занимался больным зубом.
Проснулся от того, что мой доктор, Семен Моисеевич, у которого я лечу зубы вот уже почти двадцать лет, трясет меня за плечо. Очень довольный С. М. говорит мне, а говорит он голосом удивительно похожим на голос Василия Ливанова из фильма, где он играет английского сыщика-социопата Шерлока Холмса:
- Дорогой мой, я практикую вот уже порядка сорока с лишним лет, многое повидал за это время, но чтобы пациент без какой-либо анестезии заснул во время того как я ему зуб сверлю, вижу в первый раз. Хотелось бы знать, что это было? Абсолютное ко мне доверие и признание меня как гения стоматологии, работающего без малейшей боли, либо ваши стальные нервы наряду с полным отсутствием воображения?
Это было в 1987 году. Стала у меня болеть голова и температура небольшая держится. Подойду к фельдшеру - он даст таблетку, несколько часов не болит , а потом все сначала. Через пару дней начала увеличиваться кость - надбровная дуга. Рассуждаю - раз кость, надо идти к хирургу. Записываюсь на прием, вхожу в кабинет. Врач что-то пишет, на меня не глядит. Ну, думаю, сейчас ты на меня точно поглядишь!
- На что жалуетесь? , - спрашивает.
- Я не женат!
- ? ! ! !
- А рога растут! Кто наставил? !
Ржали вместе. А с гайморитом и фронтитом я потом две недели в больнице лежал. . .
Веду прием в ПНД. Смотрю, в очереди сидит пациент и читает книгу Максима Малявина "Психиатрию - народу! Доктору - коньяк! ". Заходит он в кабинет. Спрашиваю:
- Книга интересная?
- Очень!
- А что же она тебя ничему не учит? - В смысле? - Ну ты же к доктору с пустыми руками пришел.
- В смысле?
- Ну ты же к доктору с пустыми руками пришел.
Стою на автобусной обстановке, автобуса все нет и нет. Рядом разговаривают двое мужчин:
- Что-то ты сегодня неважно выглядишь?
- Вчера меня к себе в кабинет вызывал директор.
- Что, ругал, кричал, грозился уволить?
- Ругал, кричал, грозился уволить, прихватило сердце. Вызвали скорую, оказался – инфаркт.
- У тебя? ?
- Почему у меня, у директора. Уже третий директор за полгода. Мимо проехала скорая, автобуса все не было и не было.
Мимо проехала скорая, автобуса все не было и не было.
Решил я как-то изведать новый способ похудения, для чего приобрел в аптеке целую пачку чая с романтическим названием "Летящая ласточка". Я сначала так понял, что после этого чая немеряно худеешь и летаешь, аки эта беззаботная птица.
Все оказалось гораздо прозаичнее. Эксперимент был начат с утра в понедельник по приходу на работу.
Решив что поллитра за раз я не выпью, я решил повысить концентрацию и попросил секретаря (Олю) заварить мне "чашечку этого нового чая, который я принес сегодня утром".
Через 15 минут после того, как я насладился терпким вкусом нового напитка, я, как ласточка, летел по коридору, приложив руки к "спине", с одной мыслью: "Только бы успеть". Успел... . Почему меня не разорвало, пока я бежал, я не могу понять до сих пор... . .
Остаток дня прошел как у ласточки. В кратких полетах... . . Как в рекламе "И пусть весь мир подождет". Только от рекламы это отличалось полным отсустствием какой-либо романтики.
В общем, Затея провалилась на начальном этапе... Но главное было дальше... ... . После короткой депрессии я задвинул коробку с чаем на самую дальнюю полку Олиного шкафчика с чайными принадлежностями и благополучно забыл про нее.
Прошло три месяца. В кабинете в очередной раз собралось совещание по какому-то мегаважному вопросу. Срочность была такая, что совещание проходило в форме "Пока вопрос не решим, хрен кто из кабинета выйдет! ".
Прошло три часа, за это время успели поскандалить, помириться, но консенсуса так и не достигли. Дабы скрасить людям тяготы трехчасового марафона, который обещал затянуться, я поднял трубку телефона и сказал
- Оля, нам три чая и мне кофе.
Этой фразой я предрешил исход совещания и предопределил судьбу присутствующих на нем людей на остаток дня.
Через 15 минут люди начали как-то неестественно ерзать и тихо постанывать. Иваныч робко попросился покурить.
- Курите здесь! - твердо сказал я и поставил перед ним пепельницу.
- Нет, извините, я в кабинете не привык, - пробормотал Иваныч, выкуривавший у себя в кабинете по две пачки в день, и выскочил из кабинета опрокинув стул.
Вслед за ним в течение 5 минут покурить выскочили и оставшиеся, чему я очень удивился, т. к. знал что они не курят.
Прошло 20 минут... Никто не приходил... Это начинало походить на неуважение... Я вышел в коридор и пошел в курилку, дабы навести порядок и выяснить причину их нежелания продолжать совещание дальше.
В коридоре я увидел, как из дверей туалета показался Иваныч, он насекунду задержался на пороге, но потом раскинув руки со стоном бросился обратно, как птица, неожиданно обретшая долгожданную свободу.
И тут меня осенило... ... Я чуть ли не бегом бросился в свой кабинет, и запыхавшимся голосом попросил у секретаря отдать мне коробку "того нового чая с птичкой на коробочке"... Со страхом я приподнял крышку... ... ... . В коробке не хватало четыре пакетика... ... ...
В течение двух месяцев после этого сотрудники отказывались что-либо пить и есть у меня в кабинете. А Иваныч с подозрением пил даже водку.
