Пролог:
В начале 90-х волею судеб оказался в Туркмении, где работал переводчиком на одну аргентинскую нефтяную компанию... Сам из Москвы, где после возвращения из армии взял 3-х летние курсы испанского, по окончании которых моя любимая преподавательница и "сосватала" меня аргентинцам. Интервью прошёл "на ура" ибо задавались обыденные
Собственно , история первая:
Сидим с американцами в выходные в гостинице (на улице жара страшная - дело летом) и играем в карты. Естественно пьём баночное пиво и курим. Я тогда курил дукатскую Яву, если кто помнит. В очередной момент беру карты в руки, а сигарету аккуратно кладу на край банки с пивом, где уже лежит сигарета соседа американца. Тот не глядя пытается её взять и по ошибке затягивается моей... Он не закашлялся. Нет. И даже не заматерился. Всего лишь поморщился, молча вышел из-за стола и ушёл. Вернулся через минуту из своего номера с блоком Мальборо. "Держи, - мне говорит, - и больше, пожалуйста, не кури эту отраву".
История вторая:
У одного из американцев случился инфаркт. Мужик был здоровенный (в плане роста и веса) - сердечко жары и не выдержало. Положили его в местную больницу. Он, естественно, ни слова по- русски, а врачи - по-английски. Так я и оказался лежать с ним на соседней койке в двухместной палате. В одно прекрасное утро отделение обходит один местный именитый профессор с группой студентов-медиков. Зашёл и к нам в палату. Вышел вперед, а все студенты скучились за его спиной и впитывают каждое его слово. "В этой палате, - говорит, - лежит наш американский больной с переводчиком". Диагноз, мол, такой-то. Лечение назначили такое-то и таблетки даём такие-то. Развернулся и уходит. "Цыплята" - за ним. В дверях неожиданно останавливается и оборачивается. Все студенты, соответственно, тоже замерли, обернулись и приготовились ещё углубить свои медицинские знания. Профессор выдержал паузу и выдал: " Больной - справа, переводчик - слева".
Эту историю я услышал в купе поезда Москва-Сочи.
Детская больница провинциального городка. В приемном покое, на приеме больных, медсестра из палаты интенсивной терапии. Опытная, за тридцать лет работы насмотревшаяся всякого, и смешного и грустного. Умеющая ставить на место поддатых пап и успокаивать ревущих мам и детей. И вот в приемный покой
- Чем вы все здесь занимаетесь?! Почему к моим жене и ребенку не подходит врач?! Если врач не подойдет через пять минут, я его отправлю лес валить!
На все его вопли он получил спокойный ответ:
- Врач занят с другим ребенком, освободится, осмотрит вашего. Если не прекратите шуметь, я вызову охрану и вас выведут. Здесь больница, а не дорога.
Мужик обороты убавил, но все еще кипит.
- Я это так не оставлю. Я здесь останусь, имею право.
Наивный! Ну кто его за язык тянул? Сестра заулыбалась.
- Хорошо, хорошо! Помойтесь, переоденьтесь и приезжайте. Тапочки не забудьте.
Вечер, палата интенсивной терапии. Мама 25 лет и десятидневный ребенок с тяжелым ларинготрахеитом. Из роддома сразу в больницу. Мама еще не отошла от своих первых родов и слегка заторможена. Да и муж ее заметно подавляет, привык быть главным. Капельница, ребенок беспокойный, нужно придерживать.
- Ты лежи, лежи. Муж присмотрит.
Ночь. Ингаляция. Надо дать питье. Малыш сосет неохотно. Папа дрожащими руками держит бутылочку. Напоили, теперь надо подержать столбиком, чтобы не срыгнул.
- Ну-ка, папаша, держи его вот так, головкой на плечо. Я пока пеленки приготовлю, а ты, мамаша, не дергайся, пусть привыкает.
Ребенка вырвало прямо на папу, но дыхание явно стало лучше. Такая медицина продолжалась всю ночь.
Утро. Пациент наконец отдышался, порозовел, наелся мамкиного молока и уснул. Новоявленный брат милосердия покинул палату интенсивного воспитания со словами - Как вы здесь работаете? Я чуть с ума не сошел!
Через неделю их выписали из больницы, но все семь дней, навещая жену, инспектор привозил дежурной смене торт к чаю.
Попал недавно мой тесть в аварию - сбили на пешеходном переходе...
Очнулся в палате нейрохирургии, благо сбиватель сам вызывал скорую и ГАИ.
Но мой тесть - мужик с юмором, даже в такой ситуации!
Далее со слов моей жены, как раз навестившей его, итак:
Подошла медсестра делать очередной укол.
Тесть: сестра-сестра (жалобно-жалобно)...
Медсестра: чем я могу помочь?
Тесть: позови, пожалуйста вторую сестру (ещё более жалобно)...
Та позвала!
Тесть: вторая сестра - позови третью сестру...
...
Тесть: вторая и третья сестра - положите меня на первую медсестру. .. От хохота стонало всё отделение.
От хохота стонало всё отделение.
Поставщик комплектухи в магазин знакомого лег в клинику, частную, на операцию... очнулся от наркоза, чувствует сильную боль в груди (хотя операцию должны были делать в заднице - удалить полип(доброкачественный). Протягивает руку к груди - там неимоверно тугая повязка. . , что аж дышать невозможно... охеревает, вызывает мед. сестру... та говорит, что это повязка удерживающая, чтобы имплантанты не вывалились... короче, ему сиськи силиконовые вшили!!! а в соседней палате лежала девочка, которая и хотела эти сиськи... и фамилия у нее была точно такая же несклоняемая и бесполая - Сидоренко, как у поставщика... понятно, что скандал и т. д. , но вот только хз, кому не повезло больше: Сидоренко с сиськами, или Сидоренко с порванной жопой...
Начну с конца. Вы друзья мои знаете - что такое реанимационная кровать (здесь должно быть фото, но мне лень фотографии сюда крепить, надеюсь вы сами загуглите)? Если в кратце- это массивная, металлическая койка, с кучей всяких приблуд, которые должны облегчить состояние пациента. Кстати об удобстве, если честно- я с трудом смог на подобной койке уснуть,
Так вот. К нам привезли мужичка, пьяный вхлам, избитый вусмерть, здоровый как конь. Лицо разбито, синяки, гематомы по всему телу. В животе- жидкость. Тут же взяли в операционную. Оторвалась селезенка. Убрали орган. Разрез был от лона до грудины, ну чтобы вы понимали - состояние больного.
Привезли его в реанимационную палату, сразу привязали (после пьянок подобные личности бывают весьма буйными, да и обычным людям руки фиксируем, так, на всякий случай, мало ли что привидится по выходу из анестезии, да и венозный доступ надо сохранить).
Нет, дядька на удивление оказался совсем не буйным, даже весьма спокойным. Он просто в тот же день встал у окна и любовался видами. Просто... вместе с койкой, благо спинки внизу не было, ее до этого отломал буйный пациент.
Вот и стоит он, любуецца, наслаждаецца. Вернули его в исходное положение. Здоровый дядька оказался. Выписали его.
Лежу в больнице, хирургическое отделение. Народ в палате после разных операций.
Врач делает одному старику перевязку. Тот стонет, "вот, [м]лять! ". Врач ему: ну вы что, мы же с вами договаривались, у меня в отделении матом ругается ИЛИ пациент, ИЛИ доктор. Потому что, когда оба, - это уже перебор.
Лет 20 назад лежал в больнице после удаления аппендикса.
И в нашей палате лежал парнишка после такой же операции. У него из шва торчало сантиметра три трубочки зонда. И вот, наконец, его позвали - уже не помню - в перевязочную или в операционную удалять зонд, потому что надобность в нём отпала. Вернулся - рассказывает:
- Я думал, что внутрь живота входит столько же, сколько снаружи торчит. А трубка-то оказалась длинная - сантиметров двадцать! То-то я всю неделю себя ощупывал - что мне в спину колет! ?!
Лежу в больнице. На этажах идет ремонт. И вот переводят всю нашу палату со второго этажа на пятый. Лампочка в туалете не горит. Туалет - на три очка, причем в средней кабинке дверь отсутствует. Через день-два после нашего переезда лампочка продолжает отсутствовать. И в это время в одной из палат умирает мужик. Народ в больнице ко всему привычный, но все равно как-то не по себе. А мне назначают колоноскопию, к которой нужно основательно готовиться, то есть наглотаться касторки, а потом еще какого-то порошка, после которого ночевать приходится на горшке. И вот - ночь. В туалете темнота. Я дежурю на унитазе в крайней кабинке. Слышу - кто-то вошел в туалет. Слышу - прожурчал. И когда товарищ, по моим подсчетам, должен был двигаться к выходу, я приоткрываю дверь, включаю фонарик, вмонтированный в зажигалке, и замогильным голосом вещаю:
- Покурить не забудь.
Как товарища вынесло из туалета я не видел - я слышал. Дверь, по-моему, он вышибал лбом.
Никто на следующийй день в ночном визите в туалет не признался, но лампочку вкрутили в тот же день. Инициатора и исполнителя вкручивания лампочки я вычислил. Но никому не сказал.
Получил я однажды по голове. Как получил и за что - история это отдельная, по-своему смешная и поучительная, возможно, позже расскажу и её. Но сейчас важно лишь то, что я крепко получил по голове. Загремел в больницу с сотрясением мозга. А в отечественную больницу живому, как известно, лучше не попадать.
Угодил я в палату человек
Штука, в общем-то, диагностически малоценная и притом весьма опасная: малейшая ошибка - и травмирован спинной мозг, со всеми вытекающими последствиями. Однако материал для диссертации должен быть представительным, выборка – репрезентативной. И любопытный исследователь, ничтоже сумняшеся, подвергал этой рискованной процедуре всех, кто попадал к нему в лапы и, по незнанию или легковерию, не оказывал сразу же отчаяннейшего сопротивления.
А потому первым же делом матёрые больные, здешние старожилы, предупредили меня о лекарской причуде. И, кстати же, показали мне в коридоре жертву доброго доктора-пункционера - прихрамывающую миловидную девушку, которую этот эскулап всё-таки подбил на свою любимую процедуру, наврав, что иначе исход болезни может оказаться печальным. Товарищи по палате добавили, что таких доверчивых больных он покалечил на их памяти уже несколько, и наказали категорически от предлагаемой пункции отказываться, несмотря на всю настойчивость любознательного экспериментатора.
И действительно, не успев толком представиться, лечащий врач (странное это словосочетание – "лечащий врач", вроде как пишущий писатель или танцующий танцор… ну, да ладно, не об этом речь) начал упорно склонять меня к означенной пункции, а я принялся столь же целеустремлённо изворачиваться. В ход пошли страшилки и всё более мрачные прогнозы моего будущего, спасти которое может только чудотворная сила целительной пункции. Я в ответ вежливо благодарил добряка за желание спасти мою молодую жизнь, но от милой его сердцу процедуры неизменно, под разнообразнейшими предлогами уклонялся.
В таких беседах прошло несколько дней, доктор терял лицо и всё более входил в раж, стремясь добиться желаемого. И тут к нам поместили новенького. Им оказался сильно пьющий сантехник, доставленный с так называемой "пьяной травмой". Мужичок этот был угрюмым молчуном, изъяснялся лишь несколькими простыми словами, в основном - непечтаными.
Обязательную для каждого новичка историю про пункцию он выслушал внимательно, прокомментировал лапе[тух]но. И, действительно, через некоторое время пришёл к нему наш айболит, поздоровался, традиционно представился. Сантехник отреагировал своеобразно. Он неторопливо уселся на кровати, прижавшись к стене, подобрав колени к подбородку и крепко обхватив их руками. Набычился и молча, настороженно уставился на доктора. Тот слегка смутился и повторил свою речь во второй, затем – и в третий раз. В ответ - молчание сантехника, застывшего всё в той же позе.
И вот, наконец, лекарь произнёс то, из-за чего затевал всю слащавую беседу: "ну, и, конечно же, для надежности диагноза и полноты исцеления мы Вам, батенька, сделаем ПУНКЦИЮ! "
И тут Валаамова ослица заговорила. Громко, злобно и отчётливо, глядя на ненавистного врага исподлобья, сантехник отчеканил: "ПОШЁЛ НА Х... !!! ".
Врач изумлённо отпрянул, отступил и, помолчав, нерешительно пробормотал:
"Тааак... Ну, значит, этому мы пункцию делать не будем... "
И наша палата разразилась громовым хохотом. Каких только ухищрений и дипломатических ходов не перепробовали мы, интеллигентишки, уклоняясь от грозной вивисекции. А единственный верный ответ с ходу нашёл малограмотный сантехник!
Знакомая работает сестрой-анестезисткой.
Когда людей после операций и наркоза привозят в общую палату, то за ними наблюдает персонал в момент "отходняков" после наркоза. Обычно приходит доктор и задаёт общие вопросы: как самочувствие, какой сегодня день и т. д. Цель понятна: оценить состояние пациента. Так как некоторые пациенты могут начать дурковать и неадекватить, и такие личности могут навредить себе и другим больным в палате.
Если есть подозрение на буйство пациента, особенно вкупе с галлюцинациями, то с помощью бинтов их фиксируют к кровати, для их же блага.
Привозят в палату молодого парня. Парень приходит в себя. К нему подходит врач и моя знакомая (которая сестра-анестезистка).
Врач ему задаёт дежурные вопросы и парень вроде адекватно на них отвечает. Но потом вдруг выдаёт фразу: "Доктор, я хотел вам сказать... у вас тут голубь по палате ходит".
Сестра и врач многозначительно переглянулись, кивнули головой. Без лишних слов и жестов (опыт совместной работы, он такой) стало понятно: надо привязывать. И тут из под койки пациента выходит реальный голубь))
И тут из под койки пациента выходит реальный голубь))
Рассказал опять же муж, далее - с его слов.
«Лежу я как-то в госпитале, а по соседству со мной парень лежит, койки через тумбочку. В палате помимо нас одни старперы, вот мы и разболтались с ним по душам, о том, о сем. А у него шрам на носу, неаккуратный такой. Я спрашиваю – откуда да почему. Да это, говорит, жена моя изобразила. Она у меня из-за размера груди сильно нервничает. Очень сильно. Я говорю – она же приходила к тебе в палату, нормальная у нее грудь! Вата там, она с ватой ходит, отвечает. И рассказал.
«Поскольку груди у жены практически нет, всякие разговоры, телепрограммы с грудастыми тетками и просто косые взгляды на улице категорически запрещены. Уговоры и клятвы о том, что ее грудь ему очень нравится, заканчиваются обычно истериками и битьем посуды. И вот как-то прихожу я домой поздно, с дружеской попойки, жена уже спит. Голенькая вся такая, лежит сопит себе. Я плюхаюсь рядышком ничком, начинаю гладить. Она замурлыкала, а я да и скажи – как же я люблю твою грудь! Оказалось, спала она на животе…
Про сообразительность медсестер? ?
Привезли очередного больного в психбольницу. После необходимых манипуляций в приемке, санитарка попросила поднять больного на этаж.
Стоим у входа в палату, наблюдаем как больного фиксируют на кровати.
Обращаю внимание, что один из пациентов - не отводя взгляда, смотрит куда-то над дверным проемом. Заглядываю внутрь, а там на А4 нарисован дорожный знак «кирпич».
Спрашиваю у персонала: в чем прикол?
Привезли больного, а он давай газовать во весь голос на все отделение, да еще и тормозить со свистом. Вот кто-то и предложил «кирпич».
Он как затормозил юзом пару часов назад, так и стоит… Наверное заднюю никак не воткнет.
У друга умерла тёща. Старенькая совсем, да тут ещё и онкология, короче, для его семьи это не было неожиданностью. Примерно за неделю до её перевезли в хоспис. Круглосуточный уход, питание пять раз в день, двухместные палаты, умирай - не хочу. Так вот, когда оформляли бумаги, главврач сказал: "Сейчас задам очень важный вопрос, только не воспринимайте как шутку: она за Путина или за Навального? ". "А что, если против Путина, вы ее не примете в хоспис? ", - удивился друг. "Конечно, примем, - ответил главврач, - но в палату к тем, кто за Путина, подселять не будем. Вы не представляете какие у нас тут политические баталии, дело до рукоприкладства доходит. Моя задача, чтобы наши пациенты покидали палаты естественным образом, а не в результате насильственной смерти, ведь им, сами понимаете, много не надо, чтобы отдать богу душу. Так что давайте серьезно: она за Путина или за Навального? "
Я обещал историю про Ландау, так что вот держите.
После отставки, Дядя моего отца пришёл на работу в ЦИТО (Центральный Институт Травмотологии и Ортопедии) в 1961м и проработал там почти 30 лет. В ЦИТО оперировали, обследовали, лечили практически весь "бомонд" СССР, от актеров до министров, так что повстречать ему пришлось многих интересных
В 1962м году произошла страшная авария в которую попал знаменитый физик, Лев Давидович Ландау. Его привезли в ЦИТО и там многие месяцы шла борьба за его жизнь. Привозили аппаратуру, лекарства, и приезжали врачи со всего мира, и в конце жизнь победила смерть. Дядя также (одним из очень многих разумеется) посильно участовал в этом событии в качестве хирурга-ортопеда. И вот когда опасность уже миновала, и Ландау явно пошёл на поправку через несколько месяцев после аварии, и произошла эта история.
Естественно, у Ландау была и отдельная палата, и кнопка вызова, и очень регулярный надзор, но когда опасность для жизни миновала, ночью было достаточно периодического обхода дежурным врачом. И вот в одну ночь этим дежурным врачом оказался Дядя.
Он зашёл к нему в палату и застал довольно тяжкую сцену. Ландау стонал, дергался, и причитал "Забыл, забыл, совсем забыл. Не помню... Совсем забыл. " "Что вы забыли, Лев Давыдович? " Ландау ответил "Формулу. Я физику забыл... Не помню совсем. Как будут мои ученики. Кому я теперь нужен. Забыл. Совсем забыл. Ничего не помню. " Было ясно видно что у Ландау происходил нервный срыв, что в прочем наверное не удивительно после такой аварии (я не врач, но мне кажется что забытая формула вызвала какой-то кризис).
Дядя даже растерялся. Как фронтовой хирург прошедший войну от звонка до звонка он видел сотни, а может и тысячи смертей. Да и после через него прошли сотни пациентов в разных состояниях. Но тут ему безумно стало больно за этого человека, тем более что он ему не мог никак помочь. Он же не психотерапевт, а хирург-ортопед. А Ландау явно становилось хуже.
И тут он сделал то что не делал никогда ни до, ни после. Он посмотрел на Ландау и заговорил с ним... на идиш. Ландау вдруг притих, глаза стали иными, и он ответил... тоже на маме лошн. И они стали говорить на идиш с трудом подбирая слова, ибо наверняка в повседневной жизни использовали его очень редко (Дядя на нём практически не общался с 30х годов, только если надо было сказать что-то секретное жене и братьям/сестрам). Говорили о каких то пустяках, но Ландау становилось лучше. Потом умолкли.
И Дядя сказал, уже на русском. "Вот видите Лев Давидович, язык то Вы помните, значит и физика от Вас никуда не денется. Всё будет хорошо, вот увидите. Поспите. " Ландау, посмотрел, удивлённо улыбнулся и ответил на русском "Да... язык я помню. Наверное Вы правы. Спасибо. " И он облегчённо закрыл глаза. И когда Дядя выходил из палаты, Ландау что-то прошептал, тоже на идиш. Дядя не расслышал, обернулся переспросить, но Ландау уже спал.
Потом они ещё не раз виделись в ЦИТО, но на идиш больше не говорили никогда. И вообще эту ночь не вспоминали.
Вот уже почти 50 лет как нету Ландау. И Дяди тоже нет лет 10. А мне всё не даёт покоя, что же прошептал Ландау. Может он поделился доказательством своей "теории счастья"? Доброго здоровья и хорошей недели.
Доброго здоровья и хорошей недели.
Вот вчера историю прочитал…
Как бедный маленький мальчик ручку сломал, а Земля не захотела вокруг него кружиться… А ведь там его все любили и жалели. Временами же в игру входят деньги и жалости места нету.
Уезжали наши клиенты на год в Аргентину. И искали сиделку для мамы. Вернее распорядителя и опекуна. Ну чтобы, теоретически,
Они были в курсе, что я клиентов в госпиталя вожу, вот и пристали. Я сначала поотнекивался, но после озвучки условий и зарплаты согласился. Познакомили меня с Нателлой, подписали докУменты о передаче мне опеки, открыли счёт на моё имя и уехали…
Бабка 75 лет. Метр шестьдесят с кепкой и 120 кило веса. Лёгкие недомогания как на её возраст. Диабет там второго типа, какие-то шумы в сердце, проблемы с психикой немного. Ну или как иначе назвать даже нежелание и невозможность самостоятельно передвигаться. Бывшая директор ресторана в Союзе, кстати. Не главный инженер, как обычно.
Но норсинг хоум отличный. Комната на одного, врачи, медсёстры, массажисты, реабилитологи. Еду можно по меню у них заказывать или из ресторана по телефону. Телевизор, прогулки на кресле каталке. Ну и я 2-3 раза в неделю с разными деликатесами из разных ебеней. А шо делать, если женщина просит?
Присмотрелся я, значит, к этой ситуации и понял, что денежки то мимо меня плывут. Бабке вряд ли уже поможешь. Вставать она даже не хочет. Душ тоже не любит. Да что там душ. Посрать, извиняюсь, может неделю не ходить и нужно клизму делать. Тоесть, на ладан дышит старушка. А все расходы я оплачиваю. И за норсинг хоум, и за её телефон, и за рестораны, и за деликатесы. Да ещё и за свои деньги как на работу к ней езжу… Ну как за свои? . . За сына деньги. Но они то могли бы быть моими, если бы бабушка меньше тратила или умерла.
Ну, до роли Раскольникова я ещё не созрел, но план созревания составить смог.
Во первых перевёл её в другой дом опеки. Только не надо на меня так смотреть! Не в чёрное же гетто, а к нашим, русским. Она даже обрадовалась поначалу. А разница в оплате чуть ли не на порядок. Ну, нету врача на постоянку. Но ведь заходит! Медсестёр не десяток, канешно, но дежурная всегда на месте. Я проверял. Даже массажиста раз у них видел.
Комната, канешно, на четырёх. Но это как товар прорекламируешь. А вот ей теперь есть с кем поговорить, а не только с телевизором. Радовалась, как ребёнок. Кредитную карту забрал. Как говорится нету тела, нету дела. Тоесть нету карты, никто и денег не тратит.
Труднее было с телефоном. Но удалось поменять на кнопочный. Типа, удобнее. А для меня главное, чтобы дети увидеть ничего не могли. Без меня. А с моего телефона - пожалуйста. Америкосы полёты на Луну в павильоне снимали, а я чё, букетик не куплю для антуража? Тем более что у бабульки появилась светобоязнь, склонность к фантазиям и разные страхи. Типа, что обеда не дадут. А почему это не дадут? Даже можно выбрать. Между вчерашней курицей и сегодняшним хеком. Белая рыба! . . [фиг]ли?! . .
Месяц проходил за месяцем. Я всё реже виделся с Нателлой. Да и на что там смотреть? Слушать плачи, как она с голода помирает, как никто из персонала ничем помочь без денег в руку не хочет, как соседки спокойно спать не дают? Не, я там раз в месяц приносил какие-то дешёвые яблоки, но зачем? У неё и так 2-3 раза на неделе творожная запеканка бывала, да и греча с подливой - пальчики оближешь.
Но у заведующей появлялся регулярно. Деньги ей платил за то чтобы языком не молола, ну и интересовался когда уже бабулька будет готова уехать в мир иной. А встречаться с нею самому лично, как то не с руки было. Ну опять плакаться начнёт. А я ведь не железный. Пойду и бананов куплю. А нах[рен]а, если копейка доллар бережёт.
В общем скоро сказка сказывается… Да и недолго музыка играла, не долго фраер танцевал. Разведчики обычно на мелочах горят. Позвонил сын на бабкин телефон, а уборщица комнату убирала. Вот он у неё всё и выяснил. И название норсинг хоума, и условия содержания и моё участие в этой афёре. Ничего не сказала мне золотая рыбка, а махнула хвостиком и с женой припёрлась в отпуск на неделю. И сразу к заведующей. Та меня, пока они в кабинет поднимались, по быстрому вызвала и бросилась роскошной грудью на амбразуру. Мол, хоть поверьте, хоть проверьте, но не виноватая я… Игорь сам пришёл с такими требованиями. И что мы могли сделать? Он официальный опекун и заказывает уход в соответствии с оплатой. В общем, сдала с потрохами.
Я успел уже к финальной сцене. Разъярённые дети неслись по коридору в палату к умирающей Нателле, а она двигалась им навстречу, толкая перед собою повозку с обедами для неходящих друзей по несчастью. Спокойная, жизнерадостная и на 40 кг легче…