В продолжение истории о справке психиатра для охотника.
Получал справку для продления прав на вождение. В очереди - какие-то ненормальные, подозрительные, злобные, грызутся.
Зашёл ко врачу и говорю:
- Доктор, я бы половине Вашей очереди справки бы не дал ! - Да что Вы, процентов 80 !
- Да что Вы, процентов 80 !
От чего чуть не вымерла Москва в 1960 году
В преддверии нового 1960 года, Москва оказалась под угрозой распространения смертоносного заболевания — оспы. В СССР заболевание побороли путем всеобщей вакцинации еще в 1936 году. Врачи даже не думали, что оно может вернуться, и перестали брать его в расчет.
Однако, это все же случилось…
Сразу после возвращения в Москву, у художника поднялась температура и начался сильный кашель. Больного госпитализировали в Боткинскую больницу, где ему поставили диагноз «грипп». На теле Кокорекина появилась сыпь, которую списали на аллергию от лекарств. Алексея Алексеевича положили в палату к больным гриппом. На третий день стало понятно, что художник умирает, и к нему пустили родственников.
Для того, чтобы все-таки определить заболевание, из Ленинграда прибыл известный академик медицины Николай Краевский. Но и он не поставил верный диагноз. Одна из медсестер робко заметила, что такие симптомы характерны для оспы, но слушать ее никто не стал. На носу был Новый год, и советские люди спешили на праздник, поэтому художника в спешке кремировали 31 декабря.
Через две недели, в уже наступившем 1960 году, у некоторых пациентов Боткинской больницы появились такия же, как и у Кокорекина, лихорадка, кашель и сыпь. Материал, взятый с кожи одного из больных, отправили в НИИ вакцин и сывороток. 15 января 1960 года академик Морозов выявил в материале частицы вируса натуральной оспы.
Новость оперативно сообщили высшему руководству страны. Стало понятно, что Москва и весь Советский Союз находятся в шаге от эпидемии болезни, которую не лечат.
Перед личным составом столичной милиции и КГБ поставили задачу в кратчайшие сроки выявить всех, с кем контактировал художник, начиная с момента его посадки на самолет в Индию. В группу риска попали пассажиры самолета, его экипаж, таможенники, коллеги, друзья, родственники. Следствие даже установило, что перед тем, как вернуться домой, Кокорекин сутки провел с любовницей. Масштаб работы был огромен. Выяснили, что в течение нескольких недель больной контактировал с несколькими тысячами людей. Выявить всех было практически нереально.
Медицинские работники сосредоточились на двух основных очагах эпидемии — Боткинская больница и семья художника. Известная на весь СССР московская больница была переведена на казарменное положение. В нее никого не впускали и никого не выпускали из нее. При этом персонал, больных и их родственников о причинах такого режима в известность не ставили. Власти старались не допустить паники, и это давало результаты.
В карантине находились несколько тысяч человек. В короткий срок определили, что в больнице оспой заразились 9 человек из персонала и три пациента. Среди родственников и друзей Кокорекина выявили семь инфицированных: вторая жена, а также первая, которая заразила своего мужа и сына; страховой агент художника и несколько его приятелей. Всего Кокорекин заразил 19 человек, они в свою очередь инфицировали еще 23 человека, из которых несколько передали заболевание трем людям. Из 46 больных трое умерли.
В эти критические дни московские врачи, сотрудники КГБ и милиции совершили подвиг. Они оперативно выявляли потенциальных больных и изолировали их от общества. Были проверены однокурсники и преподаватели дочери Алексея Кокорекина, найдены все 117 пациентов, которые были на приеме у обследовавшего художника терапевта.
Всего в карантин поместили более 9000 человек. Во время бесед с представителями органов, потенциальные носители оспы выдавали имена любовников и собутыльников. Жена художника призналась, что сдала в комиссионку на перепродажу вещи, которые муж привез из Индии. Из-за дефицита одежда, которая могла заразить людей смертельным заболеванием, ушла мимо кассы. Спецы из КГБ, используя свой опыт и неограниченные возможности, сделали невозможное и вышли на покупателей.
В 1960 году все 7 миллионов жителей Москвы были вакцинированы. Привили, в том числе, и умирающих. Каждую неделю укол делали 1,5 млн человек, а проводили вакцинацию 10 тысяч прививочных бригад, в которые ,помимо врачей и фельдшеров , входили студенты медицинских вузов. Через месяц вспышку оспы удалось погасить.
Позвонила моя девушка, рыдала и начала кричать в трубку: "Саша, помоги, пожалуйста! Саша, Саша! Помоги мне! " На мои попытки узнать, где она и что с ней, она просто истерично орала в трубку, чтобы я ей помог. Очень испугался за неё. От собственной беспомощности, что не могу ничем помочь, чуть с ума не сошёл. А она просто от наркоза отходила и, как-то набрав меня в телефоне, начала бредить. Вспомнил, уговорил дать трубку врачу, на что она сразу согласилась и замолчала. Успокоили.
Сижу как-то в травме (палец немношк сломал на тренировке), в кабинете я и два врача. Звонит телефон, врач отвечает, общается, потом с офигевшим видом рассказывает коллеге:
- Звонил мужик, решил себя проверить - сам дома разрезал себе бедро и сам себе зашил. Сейчас звонил, спрашивал, что делать, мол, нога ПОЧЕРНЕЛА и увеличилась в размере в ДВА раза! Вторая врачиха индифферентно: - Ногу отрежем, но мозг не спасти.
Вторая врачиха индифферентно:
- Ногу отрежем, но мозг не спасти.
Врач сегодня порадовала фразой:
- Какие у этого препарата могут быть противопоказания и побочные действия, он ведь дорогущий!
Больница. Во всех кабинетах устанавливают какое-то новое оборудование. Его подвозят еженедельно. В качестве склада установщикам выделили помещение, которое когда-то было моргом. Но единственный их специалист-установщик оказался «сачком», и оборудование стало скапливаться.
Прислали человека - небольшого начальника, пропесочить лентяя.
Специалист в это время сидел во врачебном кабинете, шел прием, а он неспешно делал свою работу, о нем никто и не подозревал из длинной очереди, ждавшей снаружи и знавшей только о присутстви в кабинете врача.
Важной поступью подошел присланный начальник. Он явно был на нервах, приоткрыв дверь и увидев своего подчиненного, он прямо с порога, не входя, начал его отчитывать:
- Вы даже не представляете, как все крайне недовольны вашей ужасной работой, это жуткое безобразие должно немедленно прекратиться. Из-за вас морг забит под самый потолок, туда теперь даже протиснуться нельзя!
Он еще несколько минут продолжал ругать подчиненного, но говорят, что к этому моменту очередь в неистовом ужасе уже неслась по улицам города, пугая прохожих, подальше от этой жуткой больницы.
Про студентов-медиков напомнило:
Несколько лет назад попал в неврологию с радикулитом.
(Это, когда даже ходить больно. Кто в курсе, поймет).
Единственный выход - сделать блокаду (укол). Лечащий врач сделал одну - сразу полегчало. И должен был сделать вторую.
В течение дня есть несколько процедур, соответственно, надо на них поприсутствовать.
По возвращении в палату, нахожу соседа стонущего. На вопрос, чего случилось, отвечает, что приходил преподаватель из меда со студентами и сделали блокаду. Хотя он ее не заказывал.
Закрались смутные подозрения.
На следующее утро спрашиваю у лечащего врача про укол. На что слышу - так вам вчера же сделали.
И тут все встало на свои места.
Оказывается, лечащий был в курсе, что будут практиканты, и, соответственно, сказал им про укол.
Теперь представьте ситуацию: 8-местная палата, открываются двери, берется первый попавшийся пациент и без спроса даже данных, ему делается укол. Типа - там все такие. Оставалось порадоваться, что хоть это не хирургия была
Оставалось порадоваться, что хоть это не хирургия была
Проверялся на кишечных паразитов, прихожу за результатом, врач смотрит на меня и заявляет: "С вами неинтересно работать, ни одного паразита нет. "
Была у стоматолога. Пока врач лечил зуб, шутил, байки травил, смешил, в конце спросил про семью, детей, делал комплименты. Приятный дядька такой. Прихожу снова к нему на прием через год. Сижу в коридоре, он мимо меня ходит, не здоровается, в кресло к нему села, рот открыла, он глянул на мои зубы и: "О, это ты! Привеееет! Как дела? Как сын, диагноз ему сняли? . . " Я в шоке, он по зубам клиентов узнает. Причем у меня обычные зубы, без каких-то больших особенностей.
В стоматологии жду приёма. Из дальнего конца коридора, где принимает детский врач, слышатся душераздирающие вопли. Ребёнок орёт так сильно и так долго, что у меня нервы не выдерживают:
- Господи, что же там с ребёнком делают?
Проходящий мимо мужчина: - Ничего не делают, в кабинет пытаются завести.
- Ничего не делают, в кабинет пытаются завести.
В психиатрический стационар бригада привезла из милиции красивую, хорошо одетую женщину 28-ми лет. На дворе 1992 год.
Звонок в ОВД – драка. Приехавший наряд увидел картину уже закончившегося мордобоя – лужу крови и три стонущих полутрупа с кастетами, рядом — деваха, злющая как собака, с разбитыми в кровь костяшками,
В подворотне напали гопники. Подошли трое с кастетами, рассчитывая грабануть, а с девчонкой... как получится. Мамзель вместо того чтоб спрятаться за провожающего, вышла вперёд и со словами к кавалеру «Не лезь, в сторонке постой», отоварила флибустьеров, да так, что руки-ноги им переломала.
Когда вывели из камеры допросить, удивились перемене. Перед стражами стояла мокрая курица, рыдая, размазывая сопли и косметику, требуя объяснений, как сюда попала, — ничего не помня. Разница кардинальная. Сообразили вызвать бригаду.
Врач попался опытный, сразу понял, в чём дело, хотя случай редкий. Во время описываемых событий это называлось "множественное расстройство личности" (МРЛ), сейчас — "диссоциативное расстройство идентичности" (ДРИ). Разница в подходе к лечению: раньше подавляли одну личность, сейчас учат взаимодействовать, – не суть.
В процессе наблюдения за Светланой (по паспорту) выяснилось, что у неё две альтер-личности (а-л): женская гетероceксуальная и мужская гомоc@ксуальная. Причём мужская а-л доминирующая, выступает в роли защитника и знает о существовании женской а-л, а она нет. 1. Когда ОН знает о ней: наблюдает изнутри, слышит её мысли, видит, что с ней происходит, выходит, когда считает, что ей угрожает опасность. Но при этом девушка а-л не подозревает о его существовании, принимает его голос за свои собственные мысли («Я вдруг разозлилась, сама не знаю почему»). 2. Когда ОНА не знает о нем: женщина а-л знает, что иногда теряет время и подозревает, что внутри есть кто-то еще, но никогда с ним не разговаривала и не знает его имени - парень а-л остается скрытым. Слышание голосов внутри это не ГАЛЛЮЦИНАЦИИ, а его мысли. Например, женщина а-л хочет что-то сделать, а внутри раздаётся: «Не делай этого». Возникают импульсивные желания, не свойственные а-л например, женщине вдруг хочется выпить или подраться.
С точки зрения нравственности всё выглядело благопристойно – обе а-л любили мужской пол. Правда, разные типажи. Мужчина а-л — как джентльмен — позволял даме а-л поиграть в любовь и из глубин сознания снисходительно наблюдал. Дама а-л, в свою очередь, утром, пока сосед а-л дремал, могла с ужасом обнаружить у себя в постели непонятно откуда взявшегося кавалера.
Случай очень сложный, и лечить его по старинке, подавляя одну из личностей, было нельзя: оставить альтер-личность женщину – она не доминирующая; мужчину альтер-личность в женском теле, к тому же гомика, – так себе идея. Решили лечить передовым, недостаточно изученным и рискованным методом – с помощью него был налажен диалог между а-л и снижена амнезия. .. Наши победили! Вот такие выверты сознания случаются в жизни.
Наши победили! Вот такие выверты сознания случаются в жизни.
Есть такое "лекарство" - инжир, вареный в молоке. В разное время мне и моим знакомым его прописывали от:
- бронхита
- недостатка грудного молока
- перелома берцовой кости
- перелома ключицы (разным людям разные врачи)
- спазма аккомодации глаза
- дерматита
- мигрени
Работает так: организм готов на что угодно, лишь бы больше никогда ЭТО не нюхать и не пить. Даже срастить берцовую кость.
ГДЕ [мав]рЫ???
Эту дивную историю поведала подруга.
Про нашего общего друга.
Экс-спецназовец (а впрочем они «бывшими» не бывают), 120 кэгэ и под
2 метра, углядел как-то что шестеро [мав]ров выхватили сумочку у его соседки. Тот, что с сумкой благоразумно бросился бежать, а остальные
«типо заняли оборону,
Что было дальше описать несложно. Один против пятерых – это даже для спецназовца, скажем так, несколько проблематично. Хотя финал был ясен заранее – больница, отделение травматологии. Для ВСЕХ!!!
Причем Ромка отделался сотрясением мозга и ушибами, а у [мав]ров дела обстояли куда как хуже – многочисленные переломы, по большей части в суставах.
Врачи как всегда отличились человечностью и пониманием. Они всех засунули в одну палату!!! Ну, как раз на шестерых рассчитанную.
Далее рассказ от его имени.
Прихожу в себя, глаз из-под одеяла высунул… ОПА! А на соседних койках те уроды, каждый наполовину в гипсе!
Поморгал.
Не помогло. Точно они.
Начинаю вставать – из одеяла выпутываюсь. Встаю. Смотрю. ЁЁЁ… А никого нету! Я что с катушек съехал? Э…э… Как эт нету – тока что были!
Встаю.
Ну, башка кружится и с координацией движений не всё ровно… может чего вкололи?
Ага, это уже конструктивно. Надо пойти выяснить, чего кололи.
Иду. Отлавливаю дежурную медсестру и требую «историю болезни». Разбираю врачебные каракули – да нет, ничего такого не кололи… откуда ж глюки?
Возвращаюсь с целью разведки местности. Да, на койках кто-то лежал. Даже матрасы ещё тёплые. Значит не глюки. А куда все делись? Ну… пойдем искать.
Нагибаться (под кроватями проверить) с отбитой башкой было несколько проблематично, как и осматривать окошки вентиляции. Но от усиленной мозговой деятельности мозгам же и легче сделалось. Поисковая операция продолжилась. Отловил врача.
- ТУТ лежали… кто?
- Вместе с тобой привезли. [мав]ры.
- А куда их дели?
- А куда они денутся в гипсе? Ты им все попереломал! Да, сейчас менты приедут, поговорить с тобой хотят…
Лишнее подтверждение что не глюки, но…!!! Куда делись [мав]ры? В гипсе? И менты… скажут еще что я их в форточку повыкидавал, а потом доказывай, что я даже не знаю где тут форточка… Хуже всего то, что вчерашние события великолепно помню.
Оценив ситуёбину, начинаю чувствовать себя совершенно здоровым и жаждущим найти [мав]ров уже в доказательство что я их не убивал. А только побил. В целях самообороны.
Ставлю на уши весь персонал травматологии. Инструктирую. Прочёс территории. Медсестры в темпе шерстят палаты, проверяя даже в тумбочках.
Врач побежал трясти вахтера – ну пятерых [мав]ров в гипсе трудно не заметить. А тут и менты явились. Ну здорово!
Правда, менты оказались нормальными ребятами и вникли в ситуацию.
Присоединились к поискам.
[мав]ров нашли. В запертой изнутри ванной, а еще точнее – в самой ванне, куда они утрамбовались впятером вместе с «гипсами» да еще и прикрылись грязным бельём. Замаскировались так.
Нашли и переводчика.
Тот пояснил, что они, увидев, что Я ВСТАЮ… тоже быстро выздоровели. Меня выписали, а [мав]ров вернули в койки.
Меня выписали, а [мав]ров вернули в койки.
У меня к 30 годам испортились и выпали почти все зубы. Боюсь стоматологов, да и с деньгами туго. И вот начали болеть и краснеть дёсны. Думала — все, пи[c]ец мне настал! Но к врачу все равно ни ногой. Думаю — значит, судьба у меня такая. Но примерно через месяца 2, 5 вылезли сначала вросшие в десну корни, а затем стали расти НОВЫЕ зубы. Сейчас у меня они все выросли уже. Ровные, идеальные, лучше, чем были. Теперь следить буду. Больше, думаю, такого дара не будет.
жж melicenta77
Обязательный медосмотр в институте: в один прекрасный день всему курсу было велено приехать в поликлинику, к которой мы были прикреплены (на противоположном конце Москвы от нашего факультета, а я-то и вовсе в области жила, поэтому добираться было особенно весело). Всем выдали медицинские карты и вывесили воттакенный список врачей, которых надо было непременно обойти. И у каждого кабинета уже очередь человек по 5–10. Осмотр, конечно, был чистой формальностью – стоматолог, например, мне просто от балды нарисовал на схеме челюстей щедрую россыпь пломб и отсутствующий зуб, хотя у меня и вовсе тогда ни одной пломбы не было. Ну и остальные врачи в том же духе. Но всё равно из-за очередей процесс безбожно растянулся. А пройти всех надо кровь из носу, иначе не поставят зачёт по физкультуре и не допустят до экзаменов.
Через несколько часов захожу к восьмому где-то по счёту врачу. Им оказался психотерапевт. И тут он задаёт сакраментальный вопрос: "Скажите, а вам никогда не хотелось кого-нибудь убить? "
