Работаю участковым терапевтом в поликлинике, молодой специалист. Отучилась шесть лет в университете, прошла интернатуру и после всего этого нет никакого желания быть врачом. Вечные депрессии, усталость, всё что показывают по телевизору, все эти сериалы - это полная чушь, на самом деле дела обстоят совсем не так. Чувствую себя "девочкой по вызову", когда меня на дом вызывают молодые парни и девушки с температурой 37,0 для открытия и продления больничного листа. Мы ходим пешком, поэтому визиты могут занимать по 5 часов. В итоге из жизнерадостной, позитивной, человечной девушки я потихоньку превращаюсь в депрессивную, вечно недовольную змею ;(((
Так уж вышло, что с 18 лет у меня проявилось два заболевания: шизотипическое расстройство личности и полное отсутствие ceксуального желания. И хотя мне пришлось полежать в больнице и пить таблетки, моя мама, как заведенная, продолжала повторять, что все это я себе выдумал сам. И если шизотипическое расстройство я почти победил, то ceксуальное влечение вернуть не удалось. Я стал работать и отправился к врачам. И выяснили, что причина в депрессии. Девять лет ада, без любви и понимания.
Пару месяцев назад друг позвал на работу к себе. Отношения с коллективом не особо складываются. Работа не получается. А ведь мне надо пропить курс антидепрессантов, чтобы получить возможность нормально строить отношения с противоположным полом. Эти лекарства сильно действуют на сообразительность и скорость реакции.
И вот я перед дилеммой: подвести себя или друга... Чувство ответственности есть, но решил, что, даже если вылечу с работы, то найду другую. Пусть низкооплачиваемую, но не сдамся.
Хочу получить сильное сотрясение мозга и в придачу к нему амнезию, чтобы выйдя из больнице через месяц, посмотреть Гарри Поттера, как в первый раз.
Всю мою сознательную жизнь самой главной мотивацией и личным "двигателем прогресса" была цель доказать что-либо окружающим. Закончила медицинский и защитила докторскую в отместку учителям, говорившими за спиной, мол, "у этой амбициозной идиотки нет никаких способностей"; достигла больших успехов в йоге и атлетике из-за парня, называвшего меня жирной; обижала учительница иностранных языков в начальной школе - нет проблем, знаю в совершенстве пять языков. Глупо, но остановиться не могу.
Был у меня друг. Гордость родителей. Золотая медаль, красный диплом, довольно успешная карьера военного, в 30 стал полковником. Да еще и красавец-мужчина. Как-то ночью, возвращаясь через парк домой, увидел, как парень избивает девушку. Прогнал, девушка оказалась 14-летним ребенком. Сначала избиение хотели свалить на него, а когда не получилось, подкараулили и со спины выстрелили в голову. Камеры были, парня посадили. Друга откачали военные врачи, но он так и остался овощем.
Случился цистит; не секрет, что это мучительно. Пошла к врачу в платную клинику за рецептом на таблетки. Говорю, вот, похоже, у меня цистит. Он в ответ так саркастично: о, мол, а зачем же вы к врачу пришли, если вы такая умная и сама себе диагноз ставите. Как же это взбесило. Когда бесплатный усталый врач в поликлинике упражняется в сарказме, это ещё можно стерпеть, но, [м]лять, я не для того плачу такие деньги, чтобы мне хамили. Спокойно, но зло объяснила ему, что не намерена терпеть это; он сразу завалил хлебальник и дальше всё чётко по делу — расспросил о симптомах, подтвердил диагноз и выписал рецепт. Вот зачем было вы[дел]ываться!!!
Всегда ношу красивые комплекты нижнего белья. А вдруг меня машина собьет, привезут моё бездыханное тело в больницу, а там... Жёлтые трусы и красный лифчик. Ну не красиво же.
В детстве я ужасно боялась пьяных людей, чуяла даже слегка выпивших на расстоянии. После поликлиники мы с братом стояли на остановке, и к нам приближался мужчина, его ноги заплетались, а речь была невнятной, он упал на скамейку, а я вместо очередной истерики просила брата подойти к нему. Вызвали скорую, у мужчины инсульт. Через несколько месяцев его жена с дочкой привезли нам несколько больших пакетов с фруктами и сладостями.
Привезли меня в больницу с острым аппендицитом. Соседки по палате рассказали, что во время отходняка кричала, как сильно и в каких именно позах я хочу трахнуть одного мужчину. Рядом стояла мама и все это слышала... А этот мужчина - её хороший друг.
Работаю в поликлинике. Пришла женщина записаться на диспансеризацию. На вид ей лет 60, не больше. Одета со вкусом, хороший макияж, маникюр. Заполняю анкету и вижу, что ей, мать твою, 90 лет! Разговорились. Она, оказывается, в поликлинику ходит только на диспансеризации, а в больнице лежала всего три раза. В роддоме.
В детстве лежал в больнице и очень просил маму удочерить одну девочку из интерната, которая тоже лежала там. Её звали Анюта. Сейчас вспоминаю, что у нее были какие-то проблемы с развитием, она плохо говорила, как маленький-маленький ребенок, но почему-то я очень привязался к ней, проводил с ней все время, когда не нужно было идти на процедуры. К сожалению, в то время моя семья чисто финансово не смогла бы потянуть еще одного ребенка… Когда я выписывался, я умолял маму сделать этой девочке небольшой подарок. В последнюю нашу встречу, я подарил ей много фруктов, свои лучшие игрушки и попросил маму отдать ей свои красные туфли на каблуках. Анюта часто говорила о том, что мечтает о таких, называла их «кублуками». Как она была счастлива этому подарку, вы не представляете. Я больше не видел ее никогда после этого, но, думаю, если на жива, если здорова, она не забыла день, когда у неё появились "кублуки")
Мой шибко принципиальный троюродный брат раньше работал в ГИБДД. И вот однажды останавливает он машину, проехавшую пустой перекресток на красный. Водитель говорит: "Я хирург, меня срочно вызвали к больной с инсультом, отпустите, пожалуйста! Я в городе один специалист, больше некому, очень срочно надо!" Брат ни в какую, оформляет протокол. А когда мужик (оставив права) попытался просто уехать — вывернул руки, вызвал наряд и отправил в отделение. Там уже протокол за неисполнение законных требований, освидетельствование и прочее.
Водитель и правда оказался хирургом, ехавшим в больницу по срочному вызову — к матери брата, которую инсульт накрыл прямо на работе!
Когда врач до нее добрался, что-либо делать было уже поздно. Она выжила, но осталась глубоким инвалидом, не способным к самообслуживанию. Брат уволился из ГИБДД, работает на Севере у газовиков, все деньги шлет матери на лекарства и сиделку, но сам за прошедшие шесть лет ни разу не приехал…
Женат, два сына 6 и 9 лет. Моя жена маленькая хрупкая женщина с истеричным характером. Жили мы довольно дружно всегда, прекрасное взаимопонимание и т. д. И вот однажды чуть более года назад ехали мы из деревни домой. Я был за рулем. Она водит ужасно, руль я ей почти никогда не давал. Скорость больше сотни. Меня подрезали, я резко вправо в отбойник, там обрыв. Короче машина висит на одном колесе. Вроде все целы. Стал выходить из машины, она юзом пошла и об дерево, я между деревом и машиной. Резкая боль и больше ничего не помню. Очнулся на заднем сидении своей машины, старший сын пристегнут на переднем пассажирском, младший сзади со мной, мою голову держит. За рулем жена, везет в больницу.
Как оказалось у меня переломы, они все целы. С тех пор я боюсь свою жену. Как она оттолкала машину, затащила меня в нее, выехала из обрыва на трассу? Дети говорят, что она была одна, они ей помогали. Пока я лежал в больнице, она сама сдала машину в ремонт, была сильно помята водительская дверь и правое переднее крыло. А самое страшное, что она меня стала презирать. Разговариваем очень мало только по фактам, никогда не улыбается, избегает меня. Как будто я узнал о том, чего не должен был. Дети стали ее слушаться с одного слова. Я сто раз хотел поговорить об аварии, но боюсь, поблагодарить тоже пытался, но она не хочет слушать.
Никогда не верила в порчу, проклятия и прочее до недавнего времени. Около месяца назад ночью я покрылась темными пятнами в области плеч, груди, спины и лица. Температура, озноб, тошнота. Думала, отравилась. Мама (медик) сразу же угля дала. Наутро симптомы прошли, но начался жуткий, удушающий кашель. Я просто-напросто спать не могла, не говоря
Пошла к врачу, та в недоумении разводит руками: снимок показывает двустороннюю пневмонию, а симптомы и анализы крови говорят, что никакой болезни нет. Чуть ли не вся поликлиника собралась снимок рассматривать. Поставили в итоге диагноз "пневмония" и отправили лечиться.
Прошло около месяца с начала лечения, когда меня у метро остановила цыганка и сказала: "Женщина тебя губит. Смерти тебе через твое дыхание желает! Не ходи к ней!". Я отмахнулась и пошла дальше, мало ли что у людей на уме. А ехала я в тот день к дальней родственнице отмечать др ее взрослого сына. Зашла в комнату тетки за пледом, так как было холодно на веранде, и в шкафу этой суки между скатертей я увидела свое фото с воткнутыми иглами в области груди и непонятный мешочек с вонючим запахом. Скандал, ругань. На вопрос, за что, ответ был таков: "А чего ваша дочь отказала моему ***! То же мне! Пусть ни за кого тогда не выходит!". Сука [бах]нутая, я чуть на тот свет не отправилась, а она за сЫночку своего переживает, 32-летний [ч]удак личную жизнь свою никак не устроит. С теткой не общаемся, а я теперь в Бога верить начала.
Я единственная дочь в семье. Кроме меня, было еще пятеро братьев.
Когда я родилась, старшему было пять лет, второму четыре года, третий и четвертый двойняшки с разницей в 10 минут, а пятый опередил меня при рождении. Он появился на свет на 15 минут раньше меня.
Я обожала братьев. С каждым были свои тайны и секреты,
мы были непобедимой командой! Когда родители ругались, они забирали меня из моей комнаты, и мы вшестером в комнате старшего брата читали книжки. Я чувствовала себя защищенной.
Мать ушла из семьи к другому мужчине, когда мне было 10 лет. Братьям было тяжело, но они беспокоились за меня, и их забота помогла мне пережить это.
Когда самому старшему брату исполнилось 21 год, он погиб, — его сбил пьяный водитель, который даже ничего не понял. Я до сих пор не помню, что я делала все эти дни, когда все готовились к похоронам. Я часами сидела в углу его комнаты, сжимая в объятьях его любимую книгу, пока меня не находили остальные братья.
Второй брат умер, когда ему исполнилось 23 года. Когда мне позвонили и сообщили об этом, я со злости разбила своей телефоне. Отец еле-еле держался на ногах, а мы вчетвером помогали ему, как могли.
Сейчас мне 26 лет. Близнецы работают в другом городе, один из них недавно женился. Мой близнец сейчас за границей. Недавно мне позвонил третий брат и сообщил, что у него злокачественная опухоль, что скоро операция, и врачи опасаются за жизнь брата. Я молча рыдала в трубку. Я больше не могу.