Истории на отдыхе

ей нужна светская жизнь. Я решил, пусть уж лучше ведёт свою светскую жизнь под присмотром, и сдался.

Хозяйка дома встретила нас у ворот в холщовом сарафане в пол, и я понял, что мы попали.

Формально это была не дача, а деревня старообрядцев. Хозяин повсюду носил с собой топор. По двору бегали куры. Все семейство натурально ходило в лаптях. Собственно, этим они и зарабатывали теперь на жизнь, как выяснилось. Раньше эти двое прозябали, как все нормальные взрослые несчастные люди, в офисе, а сейчас плетут корзинки и лапти на продажу.

Приставка «эко» в их доме полагалась практически всем существительным без исключения. Любимая присказка хозяйки — «матушка-природа этого не любит». Так она ответила на мой вопрос, есть ли здесь wi-fi.

— Пусть мужчины похлопочут по хозяйству, детишки поиграют, а женщины займутся обедом, — провозгласила хозяйка.

Я еще не закончил постигать сакральный смысл идиомы «хлопоты по хозяйству», как уже обнаружил себя и хозяина за починкой какого-то плетня. В процессе я посадил три занозы в неочевидных местах и прищемил голову.

Под «детишки поиграют» подразумевались Артём и их сын, которые два часа ходили по двору кругами и монотонно дули в попу деревянным свистулькам. Это были единственные игрушки в доме.

Что касается обеда… Жена потом рассказывала, крестясь, что она повидала на своём веку немало кулинарных аномалий, но технику приготовления супа путём баскетбольного метания в кастрюлю цельных картофелин, кабачков и качанов капусты она встретила впервые.

Ели мы этот деревянный (по вкусу) эко-суп из деревянных эко-мисок деревянными эко-ложками, разрисованными, судя по экспрессивным разводам, здесь же.

На десерт подали арбуз. Артём откусил его и заплакал — арбуз оказался солёным (так его еще наши предки вятичи засаливали). Тут жена незаметно наклонилась ко мне и шепнула:

— Прости, я не знала, что они чокнулись.

В этот момент, по иронии судьбы, хозяева и правда чокнулись двумя вёдрами кваса.

— Не говори так, — шепнул я жене в ответ, — матушка-природа этого не любит.

Вечером мы честно хотели уехать, но хозяин дома вежливо сказал, что он нас не отпускает, при этом у него в руке по-прежнему был топор.

Мы сидели у костра, хозяева пели что-то акапелла на древнеславянском, и тут я заметил на плече хозяйки жирного комара. Я попытался его убить, но хозяйка погрозила мне пальчиком и продолжила петь, а комар — сосать.

— Папа, я боюсь эту тетю, — прошептал Артём.

Спать мы улеглись в большой избе без комнат (сооружение было целиком вырублено из векового дуба) все вместе вповалку с петухами и курами.

Через пять минут захрапел хозяин, через десять хозяйка, через пятнадцать сын, так и не выпустивший деревянную свистульку изо рта, чем многократно усилил эффект, а через двадцать петух, который при этом ещё и подкукарекивал во сне.

— Ты спишь? — спросил я жену.

— Очень смешно, — ответила она.

— Что происходит? У них наследованное апноэ сна?

— Ты ничего не понимаешь. Это эко-храп.

— Пап, а до Москвы отсюда далеко? — раздался из темноты голос Артёма.

Мы уходили на цыпочках по вечерней росе. В том месте, где плетень чинил я, зияла спасительная брешь.

Оказавшись в машине, я хотел на прощание посигналить у них под окнами, чтобы петух проорал хозяину прямо в ухо. Но не стал.

Ведь матушка-природа этого не любит.

и принято. Причина обнаружилась за соседним столиком в лице симпатичного молодого человека в круглых очках а-ля Гарри Поттер. Объект тоже кидал заинтересованные взгляды и явно искал повода заговорить.

Корабль прибыл в Неаполь, туристам сообщили время отплытия и дали день на разграбление города. Командование нашей компанией взяла на себя дама из второй пары, Алла. Через некоторое время руссо туристо вместо Пьяцца-дель-Плебишито или галереи Умберто неожиданно оказались в шубном магазине. Еще через некоторое время моя приятельница, не планировавшая никакого шопинга, вдруг обнаружила, что перемеряла полмагазина и купила по элегантной шубке себе и Еве. А еще через некоторое время мужчины наконец посмотрели на часы, и вся компания с воплями «цигель-цигель ай-лю-лю, Михаил Светлов ту-ту» галопом понеслась к порту.

В порту обнаружилось, что «Михаил Светлов» действительно ту-ту. Далеко не уплыл, но уже отошел от пристани. От порции русского мата, которую разъяренные мужчины выдали Алле, взвились в воздух все портовые чайки, а поднявшаяся волна покачнула лодки местных жителей у соседнего причала. На одной ржавой посудине послышалась возня, и на палубу вылез дочерна загорелый местный житель.

– Шо, опоздали? – спросил он на чистейшем... то есть на довольно-таки грязном, но несомненно родном ему русском языке. – Дaк это мы мигом. Двести евро, и вы уже там.

Он почесал лысину под грязной бейсболкой, заменявшей ему капитанскую фуражку, и завел мотор своей фелюги.

– Сто! – прокричал один из мужей сквозь треск мотора.

– Будешь спорить – корабль еще малек отойдет, и станет триста.

Делать было нечего, незадачливые туристы, подхватив пакеты с шубами, сели в фелюгу и пустились в погоню. На корабле их заметили, спустили на воду спасательный плотик с одиноким матросом и сбросили веревочную лестницу. С фелюги требовалось спрыгнуть на плот, на нем подплыть к лестнице и по лестнице вскарабкаться на корабль.

Исполнить весь этот дивертисмент с шубами в руках не представлялось возможным, шубы пришлось надеть на себя. Наизнанку, чтобы ценный мех не пострадал от морских брызг. Переправа с пустыми руками тоже требовала изрядной ловкости, которой из пятерых могла похвастаться только Ева – но и в ее исполнении это упражнение хорошо смотрелось бы в спортивном костюме, а в вывернутой шубе поверх миниюбки тоже представляло некоторый интерес, но совсем иного рода. Что касается четверых взрослых, в особенности Аллы, то они давно утратили параметры стройных газелей и горных козлов и приближались к кондициям бегемотов, а тащить куда-либо бегемота – это, как нам поведал Чуковский, неблагодарное занятие.

Старшее поколение спускали с фелюги на плот в четыре руки – лодочник сверху, матрос снизу. Когда дошло до подъема по веревочной лестнице, каждый из спасаемых намертво вцеплялся в нижние ступеньки, и его приходилось втаскивать наверх лебедкой. Весь процесс занял немалое время и собрал добрую сотню зрителей из числа пассажиров корабля.

Оказавшись наконец на палубе, наши герои поспешили в каюты переодеться к ужину, который давно уже начался. Когда они подошли к своему столику, навстречу с приветливой улыбкой поднялся Гарри Поттер:

– О, вы всё-таки пришли! Опоздали, потому что смотрели представление?

– Какое представление?

– Да тут пятеро идиотов опоздали на корабль. Говорят, такая умора была, когда их втаскивали по веревочной лестнице.

– Говорят? – робкой надеждой переспросила Ева.

– Ну да, я сам не видел. А жаль, посмеялся бы. Или вместе бы посмеялись, – добавил он, посмотрев на девушку.

– Да-да! – подхватила она радостно. – Посмеялись бы вместе. Люблю смеяться над идиотами. В следующий раз зовите.

И тут подошла задержавшаяся где-то Алла:

– Мальчики-девочки, что бы вы без меня делали? Я добилась, нам сейчас принесут шампанское от капитана. Пусть компенсируют нам моральные страдания, а то я чуть не умерла, пока болталась на этой лестнице. А ты, Евочка?

Рассказав о круизе, мои приятели долго недоумевали, почему дочка больше не хочет никуда с ними ехать. И правда, чего это она?

Коля родился и вырос в мартеновской печи. При виде тазиков он дуреет. В нём просыпается огненный монстр, демон веника и пара. А я ж не знал. Я шёл просто мыться и говорить о женской вредности.

Он надел шапку, перчатки. По глазам было видно, надел бы и валенки, не было. Сказал, надо поддать. Поддавал, пока не взорвался градусник.

- Ну вот, теперь хорошо, - обрадовался Коля.

Меж тем, в парилке настало ядерное лето, всё вокруг сделалось лиловым и малиновым как на Венере в середине августа. На всякий случай я показал Коле жестами, какой я несчастный. Как бы намекнул что сдаюсь и готов уже перейти к пьянству, самолёту и Барбаре Брыльской.

Коля сказал, сейчас мы восстановим мне оптимизм. С трогательной заботой к моим неурядицам он взмахнул веником каким-то самурайским способом. Примерно на втором ударе из меня выбежали все микробы, в том числе полезные. Тогда же открылась разница между баней и процессом распада ядра. И ещё я понял, кого из гостей планировали подать на стол с яблоком во рту. На третьем ударе я отрёкся от гелиоцентрческой модели мира в пользу плоской земли, плывущей на черепахе. Всё, говорю, Коля, никто нигде уже не вертится, только не надо больше вот этого.

В ответ Коля показал как делают «припарки». Ну, которые мёртвым ни к чему. Конечно, ни к чему. Кому ж надо чтоб мёртвые бегали по бане, жалуясь на ожоги.

Потом, когда я всё-таки выжил и ел пирожки с черникой, складывая их в столбики по три, и все гости казались мне одной сплошной Барбарой Брыльской, Коля рассказал Очень Короткую Историю.

- Однажды я мылся со сталеварами. Думал, сд@хну. Было очень жарко, ужасно. Этих мужиков в деревне называли «сталевары». Они вообще беспредельщики. Один выбежал с тазиком под дождь, его ударила молния, он ничего, дальше мыться пошёл.

Так сказал Коля и тревожно посмотрел на закат...

солнечной погоды с теплыми дождями. Эти дни, как утверждают, знатоки - самое лучшее время для «тихой охоты». «Тихой охотой» назвал сбор грибов писатель В.Солоухин. Этой охотой увлечены сотни тысяч людей."

Надо думать, что такая мысль – о деликатесах – пришла в голову не только Васе, но и нескольким сотням других граждан. Так что в лесу его ждало разочарование – то тут, то там слышались голоса, ау-ау, за деревьями мелькали грибники. Набрать грибов в таких суровых условиях – практически невозможно.

Вася, однако, оказался стратегом, и принял единственно правильное решение – идти в глубь леса. Продвигаясь по буеракам, он еще некоторое время замечал вокруг себя посторонних персонажей, но примерно через час оказался в лесу один-оденешенек. Что характерно, потихоньку начали появляться грибы.

Блуждая таким макаром, Вася обнаружил поляну с лисичками. Удовлетворенно хмыкнув, он присел на корточки и начал резать грибы. Сначала все подряд, а потом уже с рассуждением – брал только маленькие и крепенькие, большие пропускал мимо ведра. Надыбал и несколько подосиновых. Полянка заканчивалась, но Вася опытным глазом уже отметил соседние солнечные полянки, где его должны точно были ждать белые.

И вдруг – случилось страшное. Чуткое ухо Васисуалия уловило в чаще чьи-то голоса. Они приближались. Вася ускорил темп резки лисичек. Голоса послышались еще ближе. Вася уже шинковал все подряд, большие и маленькие, червивые, трухлявые, все, до чего дотягивались руки.

Вдруг метрах в тридцати кто-то радостно вскрикнул – Ой! А я белый нашла! Тут, наверное, еще никто не ходил!

Это добило Васю окончательно.

И он что есть мочи, дико, исступленно заорал.

Людей Вася так и не увидел. Только услышал хруст веток, когда они в шоке рванули от места, где он находился. Бедняги.

После этого Василий не спеша продолжил свою тихую охоту. Набрал полные ведра и поехал домой.

Правда, судьба все-таки немного наказала его за жадность. На обратном пути Вася заблудился и еще часа два искал выход из леса. Сделал, как оказалось, крюк в три километра.

Мне ходить за грибами теперь стало страшно. Наверное, придется брать берданку.

на повышенных тонах разговаривал по мобильному, скорее даже ругался.

Я только и смог уловить, что разговор был с женщиной и велся он на великом и могучем сербском языке.

Мужик договорил, что-то рассеянно прошептал себе под нос, спрятал телефон в портфель, снял бейсболку, очки, затем все свое добро переложил в одну руку, а дальше началось совсем уж неадекватное – мужик медленно, без эмоций вошел в море.

Я все еще надеялся, что он только попробует ногами температуру воды и вернется, но нет, человек заходил все дальше и глубже…

Паниковать было вроде еще рано, но я не знал, как обычно выглядят люди решившие покончить с собой, и потому в душе слегка задергался.

Вокруг плескались веселые мамы, папы и счастливые детишки в надувных нарукавниках, а мужик аккуратно и без эмоций пробирался мимо них, стараясь не замочить свою поклажу. Зашел по грудь и вдруг… поплыл, поплыл, куда-то в сторону горизонта, только рука с портфельчиком, журналом, кепкой и очками на оттопыренном мизинце, торчала над водой, как перископ подводной лодки.

Иногда даже голова суицидника пропадала с поверхности воды, но вновь и вновь выныривала.

Несмотря на зревшую во мне панику, я все же заметил, что этот странный мужик, несмотря на груз вещей, гребет довольно бойко, лично я, пожалуй бы и в ластах за ним не угнался…

Вот отчаянный пловец достигнув линии буйков, поднырнул головой под трос, аккуратно переложил вещи из одной руки в другую и, не сбавляя темпа, поплыл все дальше и дальше в открытое море в сторону Италии.

Я даже встал, чтобы лучше разглядеть удаляющуюся ручонку с вещами, но вскоре, человек совсем пропал из вида, он скрылся за далекой, покрытой брезентом, спящей моторной лодкой.

Нужно было срочно действовать.

Глянул на спасательную вышку, она как всегда пустовала и я решил обратиться к знакомому вампиру – продавцу мороженного. С утра он со своим холодным ящиком прятался в глубокой темной нише дома, а по мере того, как солнце отступало и катилось к горизонту, вампир постепенно выдвигал ящик на колесиках к самой границе света и тьмы и так до заката.

А что он делал по ночам, я себе даже и представить боюсь – это одному Люциферу известно.

Но поскольку днем вампир был не особо опасен, к тому же почти без акцента говорил на русском (уж за тысячу лет нетрудно выучить все человеческие языки) я бегом пересек пляж и направился к нему.

Вкратце рассказал что к чему, что мужик, мол, не в себе, поругался с женой и его срочно нужно спасать, если еще не поздно.

Продавец мороженного сосредоточенно почесал голову и спросил:

- А этот человек плыл с сигарой?

- Да нет же, какая сигара! ? Причем тут сигара! ?

- А в руке у него был такой небольшой, коричневый, кожаный портфель?

- Да, был… А ты откуда знаешь?

- Ну, все ясно – это не суицидник – это Марко, хозяин в-о-о-о-о-н той лодочки. Он так каждый день на работу и с работы плавает, причем обычно он это делает с дымящейся сигарой. Мороженое хочешь? Сейчас бинокль принесу.

Я сидел за столиком, уплетал мороженое и наблюдал, как далеко - далеко, «суицидник» уже загорал в своем, расчехленном катере, читал глянцевый журнал и дымил толстой сигарой.

Стоит ли говорить, что до конца отпуска, мы с сыном, всякий раз, когда хотели доплыть до далеких неизвестных островов, нанимали только Марко Поло с его старенькой бригантиной и даже случающиеся шторма, с таким бравым капитаном, нас не особо-то волновали…

до глаз достают – сразу видно человек свободный и корпоративной этикой не связан. Жена – его ровесница - обычная женщина чуть старше средних лет.

Едем весело. Ему интересно рассказывать, как здорово гонять по просторам Монголии стада мелкого и крупного, но рогатого скота напрямую к нему на бойню, а мне - вставлять комментарии.

На горизонте возникает высокая гора с одиноким, но большим монастырем. Я и говорю:

- А вот и Ставровуни. Вы, по Вашим рассказам уже много где успели побывать по острову. Наверное, Вы и там были?

Она так расслаблено, со знанием дела:

- Конечно! Конечно, мы там были. Там ведь еще и мощи Христа хранятся.

У меня как взрыв перед глазами от таких слов – психологический шок резко переходящий в культурный. Но муж её не растерялся. Поворачивается к ней с переднего сидения, наверно, чтоб в глаза смотреть, и говорит эмоционально:

- Какие мощи Христа!!! Там!!! Частицы креста! – и набрав еще воздуха, добавляет. – Да и не были мы там!!!

Больше дама за всю экскурсию не сказала ни слова. И поступила, согласно мнения Аристотеля, весьма мудро.

отдельным тиражом.

Итак-ночь, изрядно повеселевший Рома предлагает отцу идти ставить бредень. После десятиминутного обсуждения решено еще взять маму-чтобы светила фонариком. Далее с ее слов:

"Взяли бредень, пошли к озеру. Неприятности начались еще во дворе. Отец шел впереди и спокойно прошел через ворота. А Рома зацепился за ворота, но этого факта не заметил. Стала распутывать. Они заметили что я отстала, и начали орать чего я там копошусь. Молча распутала бредень и пошла дальше. Идем через поле, я впереди, свечу фонариком. Они начинают орать, что соседи заметят(а соседи до этого, часов до 11 бухали с нами...). Выключила. Через несколько шагов(когда дошли вроде до картошки) начали орать, что ни хрена не видно-включила. Картошку не заметили, и половину сгребли бреднем, заодно зацепив и деревянные колышки, порвав бредень. Дошли до озера. Отец зашел в воду нормально, Рома тоже. Первые 2 шага. Потом упал набок по пояс. Встал. Матюкнулся. Пошел дальше, упал на другой бок. Так, переваливаясь, как то поставили бредень(в процессе наорали, что фонарик надо выключить-рыба увидит... "

Потом они дошли спокойно до дома и упали в кровати.

Эпилог: Мать проснулась. Все спали. Только кровать Ромы была пустой.

Выйдя во двор, она увидела его, сидящего на какой табуретке, с бреднем в руках. Он поднял на нее грустные глаза и сказал: "грёбаные раки, весь бредень порвали".

есть пароход не перевернется (кильнется), что ты с ним не делай. Дело было в 50 км от Сангар и 290 от Якутска, у Белой горы. Шел теплоход в Якутск, но на Лене начался шторм. А шторм на Лене - это серьезно. Волны до 4м. Теплоход полностью захлестывают, идти на крыле нельзя. Отец загоняет метеор в бухточку, и, поскольку делать нечего, отправляет команду по грибы.

Видя, как команда на берегу жарит шашлыки, пассажиры отправляют парламентариев в лице депутата местного парламента Илтумен (в первый раз услышав это самоназвание я спросил, помнится, "а причем здесь два больных мужика?") который, отматерив отца за задержку рейса и пообещав ему устроить проблемы с руководством порта, прокуратурой и прочее, буквально заставляет его выйти из бухты. Далее, как рассказал батя: "Я даже команду с острова забирать на стал. Выгнал Метеор на середину фарватера, повернулся бортом к волне, волна через крышу прехлестывает, бортовая качка градусов 30 движки заглушил. Цепляясь за что ни попадя, выхожу в салон. В салоне все сидят тихо-тихо, и лица белые. Говорю: "Ну что, дальше поедем?" Депутатик головой машет - нет, мол. Ну ладно - закладываю циркуляцию на остров, где команду оставил."

Мораль этого рассказа такова - если профи говорит нет - это значит нет, сделать это нельзя. Даже для депутата.

снимают посуточно чтобы тихонько с детьми в бане посидеть, а то у себя дома никак). Не рекомендую иметь с хозяйкой дела, никакой клиентоориентированности".

Ответ хозяйки.

"Вы сняли дом для мальчишника не поставив нас в известность. Вы всю ночь орали на улице, так как были совершенно невменяемые. Дом на 200 кв. метров, а вам нужно было именно на улице шуметь до 7 утра. Мальчишники мы в принципе не берём. У нас достаточно адекватных гостей, которые такое не устраивают.

И веники у нас есть, нужно просто спросить .

Там же.

"Хозяева - полнейшие хамы. Клиентоориентированность на нуле. Весь дым из мангала валит в беседку так, что глаза слезятся и находиться там не возможно. Для отдыха веселой компанией - не рекомендую совершенно (кроме случаев, когда вы намерены закончить мероприятие до 22: 00)".

Ответ хозяйки.

"Ваша компания, толпой в 18 человек в 23: 30 ночи разбудила пол-улицы своими визгами на углу и фейерверками. Вы были ни во дворе ни в доме, а в жилом районе на улице в ночь на понедельник! ! И мы ориентированы на семейный отдых, а не на полнейшую пьянку и дебош".