Истории на отдыхе

Именно здесь захоронен Христофор Колумб с сыном Диего. При этом город расположен не на берегу моря и не является морским курортом. Этакое патриархальное сердце Андалузии - провинции, которую сами жители называют раскаленной сковородкой Пиренейского полуострова.

Я так и не узнал название того ресторана, в которой мы случайно попали. Мы просто шли по какой-то кривой улочке старинного города и случайно, через арку одного из домов, увидели внутренний дворик с ресторанными столиками. Дворик утопал в зелени, а на высоте третьего этажа, над столиками, был натянут старый треугольный парус, обеспечивающий тень посетителям.

Метрдотель пригласил нас присесть. Подошла официантка. Выяснилось, что меню в этом ресторанчике отсутствует и предлагается только комплексный обед. Всего-то за 9 евро с посетителя или 36 евро с нашей компании. Мой приятель, менеджер банка, великодушно заявил, что он угощает.

И тут началось, сначала, каждому из нас принесли по две бутылки: красного вина и воды. Затем поставили по два небольших тазика: один с салатом, другой с домашней выпечкой. Через минуту официантка водрузила перед нами пузатую бутылку с оливковым маслом – это уже одну на всех.

Столик казался полностью заставлен. Но не тут-то было, официантка продолжала нас удивлять и умудрилась разместить ещё четыре небольших ведерка с супом гаспачо. Как не удивительно, но мы почти всё это съели. Когда суповые ведерки заменили на котелки с вареной картошкой, а на чугунных сковородках принесли по шкворчащему стейку, мы уже не удивились, а только обреченно вздохнули.

Рибай был идеален. Мясо даже почти не надо было жевать. Оно само таяло во рту. Признаюсь честно, картошку никто так и не доел. Но и это было ещё не всё! Опустевшие сковородки заменили на тарелки с медовиками. Торты имели диаметр этак сантиметров по двадцать каждый и были приготовлены по принципу "медовик медом не испортишь". Заметив наш ошарашенный взгляд, официантка выдала нам суповые ложки вместо десертных.

Из ресторана мы выползли, когда уже начало темнеть. Мой приятель оставил на столике сорок евро и громко заявил, что сдачи не надо. Не успела наша компания выйти из арки, как услышали, что нас догоняют. Это была наша официантка.

«Наверное, я что-то не так понял, - подумалось мне. – Тридцать шесть евро, это, скорее всего, с каждого, а не со всех. Но и сорок евро, с чаевыми, вполне приемлемо за такой шикарный обед».

- Сеньоры, вы забыли сдачу, – сказала официантка и протянула нам четыре евро.

- Это вам на чай, типсы, - ответил мой приятель.

- Вы уверены? – удивилась официантка. – Это же четыре евро!

- Да, да, всё правильно, – хором успокоила её наша компания.

Обескураженная, официантка пошла обратно, но еще пару раз оглянулась на нас, проверяя: не передумали ли мы.

Через два дня я был в Марбелье, где, вместе с женой, попил кофе с тирамису за восемьдесят евро на двоих, правда, с прекрасным видом на Средиземное море.

и горкомах КПСС в лице

пенсионеров от слесарей-водопроводчиков решала персонально - а достоин

ли академик Пупкин гулять по улицам враждебной слесарям Европы.

Иногда разрешали. Естественно, что беспартийным интеллигентам увидеть в

своей жизни воды Адриатики тогда не светило совершенно. Но тем не менее

приветствовались групповые выезды отрядов коммунистов на разные

партийно светские тусовки. Типа все друг за другом блюдут и не порочат

светлый образ советского социализьму.

Надо понимать, что когда та страна избавилась от очередной порции

диссидентов, эти самые враги социализьма никакой любви к представителям

КПСС за рубежом не питали совершенно. А при поводе и без повода могли и

обтейбл приложить. Но....

Занесло как-то трио русскоязычных бывших на Болгарский курорт Албена.

Вообще-то мы ехали в Грецию, но как оказались в Албене уже и не

вспомнить. Трое бывших русских а теперь евреев в командировке:)) А в те

давние времена, когда даже советских сантехников за рубеж старались не

выпускать, курорты Болгарии были как правило чисто немецкими с

примесями англосаксов. Естественно, что номинальные евреи-диссиденты

тогда еще совершенно предвзято относились к представителям арийской

расы, даже хуже, чем к коммунистам, поскольку мы были все родом из СССР.

И вот сидючи в большом зале прибрежного ресторана мы старательно

старались вылечить головную боль смесями бренди и ракии.

В центре зала музыкант ненавязчиво наигрывал и пел разные шлягеры на

редком тогда электропианино. Все было неплохо, пока не появилась

команда немцев человек в пятьдесят в своих шортах, и еще пришла

команда каких-то лохматых и бородатых мужиков в черных костюмах с

галстуками. И те и другие сдвинули столы и стали усиленно наливать.

Немцы в шортах естественно пиво, а мужики что-то из под стола по кругу.

Причем, если шорты взялись тут же орать что-то, то мужики в черном

говорили похоже только шепотом и жестами. Потом появились аккардеоны

и шорты начали орать свои рулады и качаться в обнимку на стульях. Люди

в черном все так же что-то разливали под столом и шептались между собой.

Надо сказать, что немецкие песни хором в прибрежном ресторане очень

быстро утомляют, потом раздражают, потом вызывают ненависть. В общем

достали они нас. И мы запели. А что могут петь евреи диссиденты в

приморском болгарском ресторане? Мы запели "Комсомольцы-добровольцы"!

Ну пьяные были, что возьмешь. Немецкие штаны удивленно затихли, а потом

начали смеяться. Мы встали, стали петь громче. Немцы заорали свое. Но

что могут трое против пятидесяти, только устроить драку. И тут встают

20 мужиков в черном и запевают вместе с нами:

Комсомольцы-добровольцы,

Мы сильны нашей верною дружбой.

Сквозь огонь мы пойдем, если нужно

Открывать молодые пути.

Но как они запели! Без труда они накрыли пением немецкие вопли.

Вся набережная в удивлении остановилась. Потрясенный музыкант включил

свое пианино на полную громкость и стал подыгрывать. Оказалось, что это

был мужской хор ядерных инженеров-физиков из под Москвы. Мы также

дружно спели:

И врагу никогда не добиться,

Чтоб склонилась твоя голова,

Дорогая моя столица!

Золотая моя Москва!

И "Подмосковные вечера". И "Вечер на рейде". Немцы молча слушали. Но

когда хор запел "Дубинушку" они встали и запели вместе с нами, по

своему, по-немецки. Евреи-диссиденты, немцы, коммунисты физики, болгары

пели вместе. Драки не получилось, сложился хор почти в сотню друзей

приятелей....

Нет уже СССР и КПСС, нет и многих из тех, кто пел тогда на набережной,

не надо больше спрашивать разрешения на поездку в Россию и Германию, но

и в Москве и в Берлине приезжая в гости мы обязательно поем:

Хорошо над Москвою-рекой

Услыхать соловья на рассвете,

Только нам по душе не покой,

Мы сурового времени дети.

Комсомольцы-добровольцы,

Надо верить, любить беззаветно,

Видеть солнце порой предрассветной,

Только так можно счастье найти!

выставка закончилась, экспонаты упакованы, есть полдня свободных.

— А что в Казахстане такое важное, без чего уезжать никак нельзя, учитывая, что зеленая тюбетейка у меня уже есть? — спрашиваю я у местных грузчиков.

— Бешбармак! — закричали грузчики и все как один показали мне свои тёмные пятерни, — Бешбармак!

Найти самый лучший ресторан национальной кухни я поручил таксисту. Мы ехали по бесконечно длинному проспекту, на домах мелькали трехзначные номера, потом свернули на улицу, и снова ехали долго, долго.

Это всё ещё Алматы? - спросил я водителя.

Где? - спросил он в ответ, и я понял, что шутка не удалась.

Наконец такси остановилось у опрятного двухэтажного дома с красивыми лампочками.

Приняв от меня оплату, водитель сказал:

Обязательно конины поешь. Конина помогает от этого… он постучал согнутым пальцем по виску.

Я вошёл в ресторан. Народу было много, видимо, пока добирались —наступил вечер. Играл оркестр народных инструментов, девушки в красивых национальных костюмах разносили еду по нескольким залам. Меня усадили за свободный столик, подали меню, огромную книгу в тяжелом кожаном переплете.

Бешбармак я нашел сразу, на первой странице. И хотел уже было сделать заказ, но взгляд задержался на цене. Цена была большая, очень большая. Куда не пересчитывай, хоть в рубли, хоть в доллары. Хм... Судя по описанию, мне предлагали за пятьсот долларов наваристый бульон с лапшой. Это что же за лапша такая? А интересно ведь, что за лапша за такие-то деньжищи. Небось не та, которую кипятком разводят. Будет, что рассказать. Но минутку... Ведь в этой стране меня неделю хорошо кормили за пятьсот рублей, а тут одно блюдо за пятьсот долларов. Да эта цена ужина в парижском трехзвёздочном ресторане, на двоих и с хорошим вином, да ещё в конце выйдет сам шеф, легенда мировой гастрономии и руку пожмёт, и спросит, всё ли понравилось, а тут? Я огляделся, многие уже танцевали, не вставая из-за стола, тут никто не выйдет, а если выйдет, то непонятно кто.

Но нельзя же быть таким жадным. Вот я в Казахстане первый раз, а буду ли еще — неизвестно, как же я бешбармак не попробую, зачем ездил-то тогда? Кто у таксиста требовал лучший ресторан? Ну, станет у меня на пятьсот долларов меньше. А на что станет больше? На тарелку лапши? Еще неизвестно, вкусной ли.

Домбра на сцене заиграла "Дым над водой".

А вдруг великие герои прошлого погибли за отказ раскрыть рецепт жестоким джунгарам? А если на этот бешбармак порезали последнего белого верблюда с обложки красной книги и шестьдесят казахских девственниц сушили эту лапшу на склонах Медео, отказывая себе во всём, а я, скупердяй, забывший что живем мы только раз, и нечего мучить себя жалкими сомнениями, сейчас или никогда:

— Девушка! Девушка!

— Выбрали уже?

— Бешбармак, как бы.

— Прекрасный выбор.

— Да? А, ну да. Вот только нет ли здесь ошибки, — спросил я, стараясь не допускать в голосе жалобных интонаций, и ткнул пальцем в цену.

А вы очень сильно бешбармак любите? — удивленно спросила официантка.

Не знаю. Я попробовать хотел. Первый раз я... В Казахстане.

Тогда, может быть, вам с одной порции начать?

В смысле?

Вот на что вы сейчас пальцем показываете, это триста порций или чуть больше, на свадьбу заказывают или на похороны, это уж как повезёт, а вы откройте меню на сорок седьмой странице, давайте помогу, вот, бешбармак с двумя видами мяса, сейчас сразу по курсу пересчитаю, выйдет шестьдесят рублей, а с четырьмя видами мяса получится восемьдесят пять, - девушка посмотрела на меня испытующе, Вы какой вариант закажете?

«Один раз живем, девственницы Медео, сейчас или никогда» всё ещё носились в моей голове.

Несите за восемьдесят пять! -решительно ответил я.

хлещут пивас и дико смеются. Тут же стоит коляска с ребенком и сидит еще пара детей постарше. В другом тук-туке такая же ситуация, только без коляски. Ну, то есть типичный тагил на отдыхе. За детьми не следят, если вдруг машина резко ускорится (трасса то скоростная, за городом), полетят все из кузова, включая коляску.

Ну едут себе и едут, мое то какое дело... хотя подождите! Они тоже направляются на военный пляж! И надо же было такому случится, что когда мы приехали и уже расположились, то "тагильцы" приперлись прямо к нам, что называется под бок. Дети бегают, песок разлетается по сторонам. Родители бухают. В общем, наш день, похоже, удался. А так хотелось в тишине посидеть. Можно было, конечно, переместиться, но все нормальные места уже заняты.

Ладно, терпимо, идем купаться. Сумка с деньгами и телефонами остается на лежаке. К ней жена привязала пакет с фруктами: манго, мангустины, драконы, чтобы если кто позарится, то труднее было сумку утащить. Пока плаваем, я внимательно слежу за сумкой. Отвлекаюсь буквально на мгновение - и в следующий момент вижу, как большая обезъяна тащит сумку с лежака куда-то в сторону дерева! Та самая обезъяна, которая тихо себе сидела на входе на пляж.

Бросаюсь плыть в размашку в сторону берега, но параллельно понимаю, что не успею. За это время макака успеет залезть на дерево, и поминай, как звали.

И тут происходит чудо - один из тагильцев тоже замечает макаку, подбегает к ней и буквально успевает вырвать сумку из лап в последний момент перед деревом. Слава богу, макака тащила привязанный пакет с фруктами, а не саму сумку. Тагилец не останавливается на достигнутом и вырывает пакет у макаки. Макака поспешно ретируется на дерево, утащив таки один манго.

Я подбегаю к тагильцу. Благодарю его. Он скромно отвечает: "Да не за что, братан, один манго я не успел спасти, уж извини". Про себя думаю: "Да хрен с ним с манго, знал бы ты, что в сумке в сумке 14 айфон лежал и баксы... ", благодарю его еще раз. Он возвращается в свою компанию, они допивают и уезжают с пляжа. А я остаюсь наедине с мыслью, что в каждом тагильце все-таки живет добрый и отзывчивый человек.

P. S. Как потом выяснилось, эта обезъяна утащила наверх уже не одну вещь. В назидание всем туристам они до сих пор там висят. Будете в тех краях, не кормите макаку, она заприметит вашу еду и придет за ней в самый подходящий момент.

полагается – бооольшой, по выражению тестя, “кормозапарник” – живот. Все это не мешало Кунде тоже любить рыбалку. Знал много своих потаенных мест, где ловится рыба, и мало с кем делился месторасположением своих заимок.

Так вот, как-то летом выехали они на лодке на речку порыбачить. Дело было уже ближе к вечеру. Стояла тихая прекрасная кубанская погода, когда дневная жара уже начинает спадать, и над речкой начинается разноситься отчаянный запах приготавливаемого городскими шашлыка. Берега речушки сплошь заросли высоченным камышом, и видеть с берега, что происходит на воде, совершенно невозможно.

Вдруг Кундя попросил срочно остановить лодку прямо посередине реки.

Тесть, не понимая в чем дело, выполнил указание, хотя вроде как рыбачить собирались совсем в другом месте. Дальнейшие действия Кунди еще больше его озадачили, т. к. тот быстренько скинул с себя одежду и, не говоря ни слова, по-тихому нырнул за бортом лодки. В следующий раз его голова показалась лишь в метрах двадцати, около самого берега. Вот он опять скрылся под водой и его вынырнувшая голова показалась опять метрах в двадцати, только рядом с мостками, упиравшимися в берег. Повозившись с минуту там он в последний раз погрузился под воду. Тесть долго искал глазами на поверхности реки голову Кунди и чуть не вскрикнул от неожиданности, когда тот вынырнул рядом с лодкой и произнес: “Уплываем отсюда скорее! ” И с этими словами Кундя вытаскивает из воды и протягивает тестю авоську, в которой призывно позвякивали три бутылки водки и шампанское!

Тесть, ясное дело, весла в руки и быстренько так направил лодку подальше в сторону от берега с теми мостками. Но, удаляясь, он еще услышал вопрошающий крик какого-то мужика вглубь берега: “Петро, ты куда авоську с бутылками повесил? ! ! ”

Вот так тесть и Кундя “порыбачили” в тот день!

человека с большим плакатом на груди-Kielce. Остановился, говорю. что я до Кракова, спрашиваю-этот город по пути? Он что то говорит на смеси английского и ещё какого то неизвестного языка. Я показал карту, попросил указать на ней куда ему. И млин, ему то и показать нечем-нет обеих рук, по самые плечи. Он только твердил -Кельце, Кельце и "hotel".

Я просто взял его небольшую сумку и положил в багажник и повёз его в

Кельце, как оказалось совсем в другую сторону. Ехали в основном молча, его и мои знания английского заканчивались на курсе школьной программы.

Оказалось, что он финн, я позвонил по скайпу своему товарищу в финку и включил громкую связь, так и говорили, через друга.

Ему 72 года, 3-й год путешествует автостопом, говорит, что домой не будет возращаться, хочет умереть где то в дороге, только не дома. Имел с собой страховку с оплаченной транспортировкой его тела назад, в случае смерти.

Похороненным желал быть только на родине. Через Польшу ехал с Германии в сторону Чехии.

Через 6 часов были в Кельце, поселил я его в гостиннице рядом с трассой, попросил персоная поухаживать за ним, ведь он без рук даже покушать не может.

Попрощались, адреса/телефоны не брал, ведь он выехал в одну сторону.

Развернувшись, поехал обратно во Вроцлав, утром надо было встречаться по делам.

И так меня эта встреча загнала во внутрь себя, столько произошло осмыслений о жизни, что и сам не ожидал такого. Ведь человек путешествуя без обеих рук, надеется только на людскую помощь, на самого себя в его положении расчитывать тяжело. Значит он абсолютно знает, что Людей на

Земле-over 9000 и он их все эти 3 года видел.

И мля, мне очень, очень приятно сознавать, что и я оказался где то в их числе.