Истории на отдыхе

на берег не хотелось – мы плыли по удивительному в этих степях озеру, на берегах которого просторно расположились особняки, сауны на мостках, а прямо у воды горели костры, возле которых сидели разнообразные компании – отец с сыном, парень с девушкой, рыбаки с удочками. Мы старались не шуметь и плыли тихо, но все компании вдоль воды тепло приветствовали хозяина лодки в вступали с ним в веселый неторопливый разговор.

Как потом оказалось, он просто дал нам основательно промёрзнуть, чтобы мы в полной мере оценили дальнейшее. Потом была хорошая русская водка с правильной закуской и сауна хозяина, тоже нависшая на мостках над самой водой. В этом огнедышащем пекле я разогрелся настолько, что голый сигал в ночное озеро с неописуемым наслаждением, быстро там замерзал и кидался греться обратно в сауну с наслаждением ещё большим. Сауна была очень горячая, вода очень холодная, поэтому весь этот цикл занимал меньше минуты. Через полчаса я поймал себя на том, что просто стою на мостках над водой абсолютно счастливый и голый, вокруг горят звёзды, кожа моя похожа на туго натянутый горячий барабан, и мне нисколько не холодно теперь на свежем воздухе без всякого свитера.

За дальнейшим разговором выяснилась история этого места. Хозяин лодки, сауны и дома при них стоимостью в пару миллионов долларов минимум, а некогда хозяин и всего этого озера, в семидесятых годах был веснушчатым двухметровым белобрысым пареньком-деревенщиной из Финляндии, приехавшим в США получить бизнес-образование. Обратно в Финляндию он увёз не только красивый диплом, но и красавицу-жену родом из штата Айова. Юная американка мужественно прожила в Финляндии с мужем пару лет, но её наконец достали постоянные отлучки мужа на охоту и рыбалку. Они вернулись к ней на родину, и он принялся там торговать деревом для отделки помещений – как чистопородный финн, в этом он понимал толк и вызывал доверие. Торговать он пытался для богатых людей, которые могли себе позволить действительно качественные решения, а для этого их надо было продемонстрировать хотя бы у себя дома. Денег на дом в фешенебельном районе у него не было, а в бедный район местную бизнес-элиту затащить было невозможно.

Финн поступил в национальном духе – купил обширный участок земли на отшибе, на никому не нужном высохшем болоте, запрудил ручей, сделал озеро, пустил туда разнообразную рыбу и построил у берега свой хутор с сауной. После нескольких визитов в эту сауну на берегах озера стали строить дома местные бизнесмены. Первый участок он отдал другу бесплатно, последний продал за несколько месяцев до нашей встречи за миллион долларов – вокруг озера места больше почти не оставалось, там живет теперь почти вся бизнес-элита этого графства.

Из этой истории выросло и его хобби – первый переселившийся друг купил его сауну за две тысячи долларов и просто перетащил её к своему дому на катере вместе с мостками. Пришлось вечерами выстругивать новую. И так примерно сто пятьдесят раз, по мере раскупки участков вокруг озера.

Последнюю он продал за пятнадцать тысяч. Я так прикидываю, что он натюкал топориком примерно на миллион долларов в качестве хобби в свободное время. Но для него это мизер - мужик теперь стоит около пятидесяти миллионов, и то так мало только потому, что погорел на каких-то акциях. Против рыбалки его жена уже не возражает. Он хотел возобновить на своих болотах ещё и охоту, но для правильной экосистемы нужны комары, против которых его соседи категорически возражают. Недавно к нему приезжал бывший владелец этих мест, продавший когда-то за бесценок высохшее болото – побывав в парилке и попрыгав в озеро, тоже захотел построить там дом и купить сауну…

и сейчас аквапарк. Он в Михайловке. Откуда парочка биатлонистов-чемпионов родом. Помните анекдот про то, как сын - российский чемпион мира по биатлону к отцу в деревню приехал? А отец его через месяц попросил не ссать в огороде, потому что картошка с арбуз размером растет, а морковка сама любого зайца запросто схомячить может.

Так это точно не в Михайловке было: тамошние биатлонисты с допингом не балуются, а все от чернозему растет.

Так вот этот аквапарк на озере расположен. Запрудили разветвленное урочище с ручейком и по берегам построили бани. Лесок, лужайки, озеро и бани. Весь аквапарк. Когда случилось, там пять бань было. Четыре маленьких: на компанию человек на пять-шесть, и большая трехэтажная - человек двадцать вполне. Зимой проруби рубили, чтоб из парилки сразу в прорубь нырнуть. Хорошо.

В большой бане горка еще была. Со второго этажа из банкетного зала с камином. Пропил в стене метр на метр с дверцей. Дверцу открыл, на горку вылез (там площадка метра два горизонтальная) и можно прям с горки в прорубь. Хорошо. Но холодно. Холодно чертовски: минус тридцать почти.

Поэтому когда кто с горки съехать захочет, на нее несколько ведер горячей воды выливают специально обученные люди. Ну, чтоб лед с горки смыть и чтоб не примерзнуть по дороге.

Мы пробовали после бани в прорубь-то. Отличная вещь. Освежает. Холодно только. Поэтому возле проруби специально обученный человек стоит и тулуп на тебя накидывает, когда вылезешь. Ну и лед еще колет этот человек, потому что вода имеет свойство к замерзанию.

Так вот паримся все, выпиваем. Кто квас, кто пиво, кто покрепче чего.

Демократия у нас на этот счет: не хочешь водки - не пей. Нам больше достанется. И вот, после очередной рюмки кваса, начальник всего этого аквапарка Сашке говорит:

- Неправильно ты, дядя Саша, водку ешь, т. е. с горки съезжаешь: ногами вперед. Неправильно. Головой вперед нужно, - так ощущений больше.

Сказал и сам к горке шасть. Ему дверцу придержали, водичкой горку полили, он через пропил в стене вылез, лег на живот и башкой вперед в прорубь уехал. Внизу булькнуло. Вернулся минут через десять уже из парилки.

- Видел, дядя Саша, как надо, - спросил он, наливая себе из графина, - только я думаю, что москвичам слабо.

- Не, это я тебе ща покажу как надо, - ответил Сашка, поднимаясь, - открывайте дверь мужики, я пошел.

Сашка отошел подальше для разбега, и. И тут зазвонил его сотовый. Сашка прервал разбег, взял протянутую кем-то трубку и заговорил. Говорил он минут сорок: звонили с какого-то объекта, там чего-то не ладилось. Все уже забыли о Сашке, о том что он собирался научить уфимцев кататься с горки. Все занимались своим делом: кто квас, кто пиво, кто покрепче чего. У нас демократия.

Все забыли, а Сашка не забыл.

- Открывайте дверь! - завопил он специально обученным людям, когда закончил разговор.

И как только лаз был открыт, он прыгнул с разбега. Сашкино тело взвилось в воздух, пролетело параллельно полу пару метров, и, курлыкнув по-журавлиному, вылетело вон. Наружу. Снаружи тело понятным образом осознало, что до наклонной части горки оно не долетит. Падать на обледенелую горизонтальную площадку ему не хотелось и тело дало команду мозгу задержаться в воздухе. Мозг попробовал помахать крыльями, но, вовремя вспомнив, что крыльев у него нет, использовал руки вместо шасси.

Для отнюдь не мягкого приземления.

- Бум, - вздрогнуло трехэтажное строение, - Бумм, - раскатилось надо озерным льдом эхо.

Секунды лежания на льду телу хватило чтоб замерзнуть.

Тело сделало два мощных гребка в стиле "брасс" и покатилось с горки, дрыгая ногами в стиле "кроль". В середине скольжения, тело странно изогнулось, кривовато приподнялось, и покатилось дальше, опираясь на ладони и стопы, - горка была покрыта ледяной коростой, ободравшей телу пузо.

Наконец горка кончилась и голова тела ушла в прорубь. Бульк?

Нет, не "бульк". Не бульк, а "хрясь": голова проломила лицом трех-четырех миллиметровую ледяную корку. Потом - "бульк".

Уолт Дисней умер бы от зависти, если бы дожил до этого момента.

Окунувшись в обжигающе теплую на морозе озерную воду Сашка вылез из проруби.

- Пожалуйте тулупчик, - подскочил к нему специально обученный человек.

Тулуп Сашка взял. Но спросил:

- Любезный мой, специально обученный человек, - спросил Сашка, напяливая поданный тулуп, - не будете ли вы любезны объяснить мне, почему лед в проруби не сколот и не вынут?

Дальнейший Сашкин монолог переводить на обычный русский язык очень муторно. Отметим только, что Сашка не забыл упомянуть всю родню специально обученного человека, кончая детьми Ноя. Длился монолог минут десять, а стекла дрожали в зданиях за пару километров.

Кстати, добрый совет: никогда не стойте босыми, мокрыми ногами на льду.

Особенно, когда материтесь при минус тридцати градусах мороза. Потому что примерзнете.

Сашка и примерз. Материться правда не перестал. А вы бы перестали?

Вот тогда Сашке последний раз повезло в бане: в бане было много горячей воды. Она и растопила лед, держащий Сашкины ноги.

С тех пор Сашке в бане не везет. Не то что попариться даже помыться не всегда получается. То на каменку сядет, то подскользнется и упадет, то в бассейн прыгнет, а он без воды. Как-то нехорошо получается, в общем.

Хотя именно та баня с которой все началось очень давно сгорела.

мы заказали жилье через популярный сайт и машину на оставшееся время, планируя по европейской традиции, поездить по стране, ну там расстрелянные ямы посетить, с прахом родственников, как то так... Начнем с того, что в аэропорту у вас требуют медицинскую страховку на русском или беларусском. Если у вас её нет в РАСПЕЧАТАННОМ виде, или она на английском, не беда, ещё до въезда в страну стоит киоск белгоссссраха и бойко страх[рен]ет всех бедолаг, и неважно, что у вас есть страховка, но она не распечатана... Понятно, что если вы не с русскоязычной страны, вам хана... кстати, про этот гениальный чес я знала и этого не боялась... но! Это только первый и лёгкий этап квеста... иностранцы, которые не с приграничных государств, не включая Польши должны регистрироваться в милиции в течение 5 рабочих дней. Зарегистрировался на шестой, штраф больше 200 евро. Но и это ещё не всё: снял жилье на 3 дня, есть у тебя регистрацию на три дня, проехал 300 км, снял новое жилье, в другом городе, или регистрируйся в полицию по новой, ночуешь каждый раз в другом городе, регистрируйся каждый раз по новой. Хочешь пару ночей в палатке? Насмешил! Где ты будешь делать регистрацию? У медведя? Это напоминаю в августе 2018 года. Кстати, каждая регистрацию стоит по мелочи, какие-то 12-13 долларов. Оплачивать ее надо в банках, на почте можно даже через интернет, но мы не поняли как, так как на портале платежей конечным продуктом была не форма об оплате, а бар код, который даже можно было скачать! О как! Перспектива беготни по отделениям милиции и отделениям банков не прельщала... можно было конечно выехать за пределы Беларуси допустим на четвертый день и вернуться (как я поняла до пяти дней регистрация не нужна), но вы пробовали в августе переходить туда и обратно пограничные пункты? Удовольствием на любителя... В общем, неделю выясняли мы, почти европейцы, все правила , писала я и на сайт ОВД, и поняли, не справимся... отменили билеты на самолёт (штраф 60$), машину (штраф 30$), и пошли искать другое место для отдыха... жалко, до слез... а что делать... не надо соваться со своим рылом в калашный ряд. .. а так то страна красоты редкой...

приятели альпинисты должны были тоже подтянуться через несколько дней в район Красного Камня, известной скалы для скалолазания примерно на полпути от Алушты к Ялте. А затем мы все должны были перебраться в Семииз, местечко за Алупкой.

Я уехал дней на пять раньше, чем мои друзья мифисты-альпинисты, в надежде походить по горам в районе Красного Камня. Прямо перед моим отлётом из Москвы, выяснилось, что основная группа сразу едет в Семииз. Только один парень, Саша из Волгограда, приедет на Красный Камень. Этот Саша не был скалолазом, хотя мои друзья альпинисты из МИФИ, встретили его таки и на Эльбрусе и вместе зашли на вершину. Саша обладал несколькими отличительными качествами. Громкий голос в сочетании с неплохой игрой на гитаре делали его заметной фигурой. Странно было, что он был при этом невропатологом и рефлексотерапевтом. Также он играл во все возможные карточные игры. Его любимым способом знакомства, вместо обычных приветствий, было: «Вы в Прэф ыграэте? Нэт, а в Мафэю? ». Он спрашивал именно эти две вещи каждого нового человека. Каждого! Без исключения, парней и девушек, мужчин и женщин, даже детей. Обычно он говорил очень чисто, хоть и был с города на Волге, но вот в этих двух простых фразах во всей красе проявлялся его «волжский акцент».

Саша должен был приехать на день или на два позже меня к Красному Камню. Мы всегда ставили палатки на площадке у подножья скалы, так чтобы только камни на нас не падали.

Я приехал к Камню, никого вообще нет. Утром я ушёл бродить по горам, вышел на яйлу, переночевал в лесу в палатке и к вечеру второго дня вернулся к Камню. Саши не было. Зато на нашем месте стоял целый отряд подростков из московского альпклуба во главе с несколькими студентами. Как ни странно, они были все трезвые и поразительно спокойные. Песни дурные не орали, спать легли очень рано, в 6 утра уже завтракали, а 7 были на скале.

Вечером мы пообщались со студентами и я им сказал, что утром я уеду в Ялту и дальше в Алупку. Сказал им, что возможно к Красному Камню прийдет человек с рюкзаком и гитарой и спросит: «Вы в Прэф ыграэте? Нэт, а в Мафэю? ». Это будет Саша из Волгограда, хороший парень итд. С этим я и уехал в Ялту погулять, а к вечеру добрался до нашего места с Семиизе.

На следующий день приехала основная толпа, а к вечеру приехал и Саша. Увидев меня он сразу стал хохотать.

Рассказ от Саши.

«Я прихожу к Красному Камню, наших никого нет. Подошёл к палаткам скалолазов. Спрашиваю, как обычно, не хотели ли бы они сыграть в Прэф или Мафыю? Вдруг те все разом замолчали, а старший с удивлением спрашивает: «Так вы и есть Саша? » Я нечего понять не могу, а они рассказывают историю, как Сергей их наставлял, что прийдет некий Саша и будет спрашивать про Прэф и Мафыю. Вот чего они конечно никак не ожидали, что это произошло слово в слово, как Сергей им говорил».

Возвращаясь в начало моей истории, когда Олег Суздальцев позвонил мне и спросил, играю ли я в преферанс, а моих ушах звучало: «Вы в Прэф ыграэте? Нэт, а в Мафэю? ».

Коля родился и вырос в мартеновской печи. При виде тазиков он дуреет. В нём просыпается огненный монстр, демон веника и пара. А я ж не знал. Я шёл просто мыться и говорить о женской вредности.

Он надел шапку, перчатки. По глазам было видно, надел бы и валенки, не было. Сказал, надо поддать. Поддавал, пока не взорвался градусник.

- Ну вот, теперь хорошо, - обрадовался Коля.

Меж тем, в парилке настало ядерное лето, всё вокруг сделалось лиловым и малиновым как на Венере в середине августа. На всякий случай я показал Коле жестами, какой я несчастный. Как бы намекнул что сдаюсь и готов уже перейти к пьянству, самолёту и Барбаре Брыльской.

Коля сказал, сейчас мы восстановим мне оптимизм. С трогательной заботой к моим неурядицам он взмахнул веником каким-то самурайским способом. Примерно на втором ударе из меня выбежали все микробы, в том числе полезные. Тогда же открылась разница между баней и процессом распада ядра. И ещё я понял, кого из гостей планировали подать на стол с яблоком во рту. На третьем ударе я отрёкся от гелиоцентрческой модели мира в пользу плоской земли, плывущей на черепахе. Всё, говорю, Коля, никто нигде уже не вертится, только не надо больше вот этого.

В ответ Коля показал как делают «припарки». Ну, которые мёртвым ни к чему. Конечно, ни к чему. Кому ж надо чтоб мёртвые бегали по бане, жалуясь на ожоги.

Потом, когда я всё-таки выжил и ел пирожки с черникой, складывая их в столбики по три, и все гости казались мне одной сплошной Барбарой Брыльской, Коля рассказал Очень Короткую Историю.

- Однажды я мылся со сталеварами. Думал, сд@хну. Было очень жарко, ужасно. Этих мужиков в деревне называли «сталевары». Они вообще беспредельщики. Один выбежал с тазиком под дождь, его ударила молния, он ничего, дальше мыться пошёл.

Так сказал Коля и тревожно посмотрел на закат...

это автоклавы исключительно плодо перерабатывающих заводов, я не имею в виду автоклавы ядерных центров или сугубо военных производств.

Мы стали называть их «Клаватуры», по причине чрезвычайной полезности, сравнимые со знаменитыми достопримечательностями в Турции или где-то поблизости от нее после одной из командировок.

Это было в г. Джамбуле (ныне Тараз), куда наша бригада прибыла с целью автоматизации процесса стерилизации их продукции.

Все было готово: и автоклавы, и трубопроводы (вода и пар), и необходимые механизмы в виде кран-балок и пр. Не было только оборудования для собственно автоматизации. Впрочем, обычное дело для хозяйства Советского Союза.

Дело было весной, жизнь била ключом по бестолковкам командированных, и от безделья и активной скуки мы решили принять ванну прямо в автоклавах, тем более никаких животворных источников вроде озерца или речушки поблизости не наблюдалось.

А что? Банная прорубь была под рукой, температура регулировалась от плюс двадцати и до кипятка, времени и энтузиазма – хоть отбавляй.

Автоклавы располагались в ряд, аж шесть штук, расстояние между ними было с полметра, причем верхний край располагался на высоте около сорока сантиметров от настила, остальное – погружено вниз.

А нас в бригаде было всего пять человек, поэтому одна банька оставалась в запасе, так мы ее и называли - гостевая.

Надо сказать, что в первые же деньки мы свели знакомство со сторожем винзавода, располагавшегося поблизости. Старичку уж больно приглянулся наш скарб, в смысле инструментов и принадлежностей. Особо заинтересовала бухта пневмокабеля, эдакой гибкой и тонкой трубочки, необходимой нам для производства работ.

- Ребятки, очень нужна мне для хозяйства эта трубочка, не могли бы со мной поделиться? – подбирался он к нам со своей заботой.

- Дед, а конкретно, куда же тебе пневмотрубка? – поинтересовался Боря.

- Да у наших цистерн больно большая высота, - сдался сторож. – А для себя мне хоть немного, а винца требуется, и для здоровья, ну и для поддержания статуса.

- Ну ты даешь, дед. Хищение социалистической собственности, ты к этому нас подбиваешь? – с укоризной продолжил Боря. – Ну, да ладно, метров двадцать мы тебе на бедность выделим, из уважения. . Но за это...

Дальше понятно, имели мы с деда в любое время винцо в чайничке (на три литра), хоть белое, хоть красное.

И вот, представь себе картинку. Пятеро бездельников нежатся каждый в своей ванне, лениво ведут «великосветскую» беседу и небрежным движением переталкивают друг другу чайничек со стимулом для поддержания этой самой беседы. Куда там Турции, с их непонятными заморочками и особыми условиями. Чистый горный воздух, еда от пуза, стопроцентно натуральное вино и никакой работы.

Правда, был и казус.

Однажды, подогрев себе ванну до нужной температуры, один из нас мимоходом задел кран сжатого воздуха у соседней клаватуры и, не заметив этого, плюхнулся в свое рукотворное джакузи. А этот краник был ответственным органом управления механизмом управления закрытия герметичной крышки автоклава.

Только представь себе: млеешь ты в горячей ванне, и вдруг на тебя наползает чугунная крышка, готовая тебя прихлопнуть и перекрыть даже глоток почему-то остро необходимого тебе воздуха.

В общем, пока мы разобрались с причиной аварии, пока открыли крышку, прошло с минуту. У всех без исключения благодушное настроение улетучилось напрочь.

Открывается крышка, выскакивает из емкости переживший катаклизм член бригады, а Боря невозмутимо говорит:

- Ну что, все живы? Тогда еще по глоточку, и отдыхать дальше.

Уж с чем-чем, а с этим согласились все без исключения. Боря, погружаясь в свою клаватуру, спросил у потерпевшего:

- А ты, Бек, что не купаешься?

Аманбек, пыхтя у сливного вентиля, буркнул:

- Надо водичку поменять, я ее, кажется, слегка подпортил…

Во избежание подобных эксцессов, все опасные места мы, конечно, заблокировали и командированная жизнь покатила по прежней уютной колее. Но слегка разнообразили ее, каждый, как мог. Кто-то себе веточек вишневых, набирающих сок, накидает, кто-то полынь, а кто-то просто устелет лопухами свою ванну.

Но я в этом извращении уже участие не принимал, потому как мне оставалась всего пара недель до гос экзаменов и сдачи диплома о высшем образовании. С чем я успешно и справился.

купаться стоят, но все купаются.

А мы что, не люди?

Одного внука держу левой рукой, другого правой — и навстречу волнам.

Сколько страха, восторга, «наслаждения битвой жизни» — до тех пор, пока одна из волн не сбила с меня очки.

Выхожу на берег, с помощью собак - поводырей (внуков) нахожу дочку, выслушиваю порцию порицания и недовольства.

Новые очки заказывать долго, да и не знаем где, поэтому покупаю у каких-то цыганского вида продавцов очки, в которых я хоть что-то вижу.

Идём в отель, на пути небольшое скопление людей — стоит стол, на нём порядка тридцати бутылок, с импортным алкоголем, и хозяин аттракциона — с удочкой.

На конце лески - кольцо, по размеру чуть больше крышек бутылок. Мужичок время от времени накидывает это кольцо на крышку бутылки, показывая, что это сделать беспроблемно, и зазывает желающих. Накинул кольцо на горлышко бутылки - алкоголь твой . Две минуты ловли - сто рублей.

Желающие кстати есть - парень уныло стоит и ловит какую-то литровую бутылку. Публика, состоящая в основном из мужчин, напряжена и безмолвствует.

Я азартный человек, каюсь.

Остановилась посмотреть.

И тут подходит ко мне этот мужичок - организатор, шепчет на ухо: — Будешь приманкой, я с тебя денег не возьму! — суёт мне в руки свою удочку, и выталкивает к столу с бутылками.

Ну, проснулся во мне экспериментатор, наверное - почему у мужика получается, чем я хуже?

Стою, пытаюсь надеть кольцо на горлышко бутылки. А оно отскакивает, как только приблизится к крышке. Типа однополюсных магнитов. А ещё и ветер!

А у меня в голове — мужик же мне свою удочку дал, у него же получалось!

Включаю все способности, которые позабыла ещё в школе, пытаюсь сделать поправку на скорость ветра, на дальность отталкивания предметов, в общем стою с лицом профессора, в очках, в которых толком ничего не вижу.

Как ни странно, мужик не прогадал - толпа стала ещё больше, и желающих поучаствовать прибавилось.

Стоим, ловим, все молча переживают.

И тут заскучавшие мои внуки начинают скандировать:

— Ба-бу-шка! Давай, лови!

Толпа подхватывает и ржёт.

Внуки не успокаиваются, и громко советуют:

— Вон ту, зелёную, дедушке в подарок.

Толпа подхватывает:

— Де-ду! Де-ду! Зе-Лё-Ну-Ю!

Рука, почти нашедшая алгоритм, вздрагивает, кольцо отлетает от бутылки с зелёной жидкостью, а я, непривычная к столь пристальному вниманию, кланяюсь, возвращаю удочку владельцу, забираю внуков и хохочущую дочку - и ухожу.

Казалось бы - конец?

Ан нет...

На следующий день, когда мы снова шли на море, мужика этого уже не было.

Зато меня догоняли, хватали за руки, и просто останавливали люди с одним вопросом: собираюсь ли я купить дедушке егермейстер?

И напоследок: когда за нами приехал муж, внуки ему доложили:

- Бабушка тебе почти поймала зелёную бутылку, но почему-то бросила ловить. Поэтому ты без подарка.

на дереве "лабаз" - дощатый настил, - и устраиваются в засаде.

Естественно, при установке лабаза стараются не шуметь, чтобы не насторожить зверя, а в засаде так вообще - полная тишина.

В общем, герои затаились в лабазе. В сгущающихся сумерках медведь вышел на поле. Какое-то время нечеткий силуэт двигался по полю, и пропал. Охотники сидели, напряженно всматриваясь и вслушиваясь - зверя не было. И вдруг - тихий звук. Тварь висела на дереве и с удивлением рассматривала чужаков.

Короткая немая пауза. И тот, кто был ближе к стволу, выхватил топор и с криком ударил, целясь в голову. Мишка отшатнулся, и топор перерубил веревки, крепившие лабаз к дереву. Лабаз рухнул, сбив зверя. Очень удачно сбив - тварь оказалась внизу, став амортизатором.

Не дожидаясь, пока разъяренный медведь (максимальная скорость - 64 км/ч) очухается и кинется мстить, охотники ломанулись наутек и пришли в себя через 9 км, на окраине поселка. Но рядом с лабазом остался мотоцикл!

К нему возвращались медленно, осторожно, ружья наготове, прикрывая друг друга. Зверя не было - упав на землю, он ломанулся в лес, и следы сопровождались "медвежьей болезнью".

В общем, поохотились интересно.