У всех, наверно, в школьном возрасте была история с подобным сюжетом. Контрольная, все получают двойки, приходите домой, мама ругается, мол, почему двойка, отвечаешь: "Да все двойки получили". Или весь класс пришел без школьной формы, все получили нагоняй, дома "разборка", говоришь: "Да мы все без формы пришли!" Мама всегда отвечала: "А если все с моста прыгнут, ты тоже прыгнешь?!"
Меня этот вопрос всегда жутко бесил, как и многих, я думаю. И вот мне уже 30 лет, пришла я в гости к маме, пьем чай, и она начинает свою любимую тему: "А вот у твоей одноклассницы Машки уже три ребенка! А у Светки двое! А ты все сидишь! У всех дети уже".
Естественно, я не смогла удержаться и ответила: "А ЕСЛИ ВСЕ С МОСТА ПРЫГНУТ, МНЕ ТОЖЕ ПРЫГНУТЬ?!"
Мне кажется, произошел какой-то сбой системы в этот момент, мама минут пять в шоке на меня смотрела и молчала, потом все-таки ответила, что она такого никогда не говорила (ага). А с души прям камень свалился, всегда мечтала так ответить))
После журфака устроилась работать на телевидение в новости. Работа была очень нервная, люди держались в среднем от трёх месяцев до полугода, потом уходили на грани нервного срыва. Я уже думала, что хоть мне и нравится, но я для неё не гожусь, слишком медлительная и недостаточно стрессоустойчивая. А потом случайно попала в другую бригаду, надо было кого-то подменить на время отпуска. Попала к другому шеф-редактору, которая, в отличие от моего, не орала по поводу и без так, что стёкла звенели, а просто грамотно выстраивала работу. И оказалось, что вовсе я не медлительная, со стрессоустойчивостью всё нормально. Уже через три дня "не моя" шеф-редактор позвала меня на должность своего зама, и я вот уже четвертый год работаю в нормальной атмосфере, иногда бывает тяжело, но никто это специально не усугубляет. А в моей бывшей бригаде по-прежнему адская текучка, потому что работать с истероидом никто не хочет. Ужасно благодарна человеку, который тогда так вовремя ушёл в отпуск.
Дома йорк, который спит с родителями на кровати. Когда он слишком разъедается и теряет способность прыгать, то рядом с кроватью стелется подушечка. Каждый раз, когда он хочет наверх, он подходит, залезает на подушечку, тявкает, его поднимают. Лифт для толстожопых.
Жена умерла при родах, и я стал отцом-одиночкой. Тяжело было первые несколько лет, но в целом справлялся как-то, сына очень люблю. И бесит, когда приходишь в поликлинику, а врач говорит: "Позвоните жене, узнайте, есть ли у ребёнка аллергии". Я ей говорю, мол, нет аллергии ни на что, а она на меня смотрит, как на придурка, и выдаёт: "Нет, вы просто не знаете, наверное, при мне сейчас позвоните жене... "
Приходилось объяснять, что нет у меня жены, нет у сына мамы. Нас начинали с причитаниями жалеть. В садике новые воспитатели и нянечки тоже заводили песню: "Ой, а что всё вы да вы забираете ребёнка, где ваша мама, почему не приходит? " Устал бесконечно объясняться, огрызаться и отшучиваться, а люди, от парикмахеров до стоматологов, всё лезут и лезут с вопросами. И мне вот интересно, почему к нам столько внимания? Остальные отцы вообще не участвуют в жизни детей, если, судя по всему, всех остальных детей всюду водят матери? Пусть ребенок, пришедший к врачу с отцом, станет нормой.
Пусть ребенок, пришедший к врачу с отцом, станет нормой.
Мои родители были уверены, что минимум месяц за год ребенок должен проводить на море. Денег было немного, поэтому ухищрялись по-разному: жили едва ли не в сараях, питались на юге хлебом, привезенными из дома консервами и местными дешевыми фруктами. До сих пор помню одно из мест отдыха, где был один "душ" на два корпуса жильцов, а в душе две доски, накинутые поверх голой земли и огромная бочка воды сверху. Горячей воды не было как факта, иногда и холодная кончалась, тогда приходилось ждать, пока ее наполнят. И красная спортивная сумка с едой — тушенка, килька в томате, какой-то доширак. И нравилось же. Вот никакого стресса не вызывало — море, солнце, камень красивый можно найти! Сейчас, если подушка неудобная и кондиционер шумный, то уже отдых испорчен, срываемся искать другой отель, плевать, насколько он дороже. Не знаю, радоваться тому, что деньги есть, или огорчаться, что простое и незамысловатое счастье осталось в детстве.
Дело было накануне Нового года. Возвращаюсь поздно из гостей, иду через двор, смотрю, а там компания гоповатого вида человека избивает, а в сторонке ещё один сидит, склонился, под ним снег в крови.
Я не из робкого десятка, занималась каратэ, прохожу мимо и спрашиваю, что они делают, зачем избивают человека, готова была заступаться даже. Компания расступается, и один говорит: "Мы шли мимо, а этот урод собаку избивает. Вот мы ему решили показать, как себя чувствуешь, когда ты беззащитен". Я присмотрелась, а тот, кто склонился, сидит и собаку гладит. Они позвонили другу, который за рулём, он приехал, несколько человек поехали с собакой в ветеринарку. Деньги на ветеринарку вытащили из кармана избитого. Последний потащился домой, а остальные разъехались. Я тоже ушла домой.
Спустя несколько недель в парке увидела парня из той компании, он гулял с той самой собакой.
Родители нас с сестрой не любили. Так и говорили всё детство: "Ты (я) — пьяная осечка, а ты (сестра) — порванный гондон". А мы беспроблемные были: ничего не просили, хорошо учились, помогали по дому, сами себе готовили чуть ли не с 1 класса. Нас не обнимали, не целовали, не говорили, что любят, ничего не дарили, никуда не водили. Мы были в доме как мебель, а родители занимались друг другом и кошками.
Сейчас сестра, как побитая собака, идёт к любому, кто погладит и скажет ласковое словцо. Любой парень, подмигнувший ей, становится её любовью, и она либо прыгает к нему в кровать, либо страдает по нему и сталкерит. А я, наоборот, не могу построить отношения: везде мне мерещится, что все эти чувства на самом деле фальшивка, и стоит мне открыться человеку, как об меня вытрут ноги и скажут, что я никто, потому что так и есть.
Проблемы осознаём, ходим к психологу время от времени. Нам 31 и 30, нормально живём для себя, работаем, путешествуем, друзей много, хобби есть. Но хочется любви, нормальной, честной, искренней. А не можется.
Моя мама некоторе время назад работала поваром в школе. Школа, в свою очередь, прикреплена к церкви. Она общалась с охранником, а он человек выпивающий, как-то перебрал и поведал, что вся одежда, которую пожертвовали добрые люди, находится на складе прямо при церкви. Как только скопится большое количество, одежду вывозят и сжигают, так как у "священнослужителей" нет желания разгребать все это. И я, и мама собственными глазами видели эти складские помещения. Очень обидно, многие вещи аккуратно сложены, подписаны, некоторые вообще новые, вещи известных марок...
Четыре года назад моя мама начала вести себя странно. Замкнулась в себе, стала очень мало говорить, выглядела потерянной. Её уволили с работы, потому что она перестала справляться со своими обязанностями. В страхе она опустошила кредитку, чтобы срочно купить какой-то курс и выучиться новой профессии, хотя учиться у неё не получалось — она не
Сейчас ей 56 лет, и болезнь почти сожрала её личность и совсем отняла у неё речь. Мы о ней заботимся и содержим её. Стараемся сделать всё, чтобы ей было комфортно последние годы… Понимаем, что мама умирает. Вроде и смирились уже, хотя всё равно больно видеть её такой.
А я не могу не вспоминать о том случае с кредиткой. Не потому что злюсь, совсем не из-за денег, а потому что мне становится горько за маму. Она считала, что, если не сможет работать, её просто вышвырнут, как мусор, и была в настоящем ужасе, покупая те курсы. Ей удалось мне это объяснить с горем пополам, и я потом долго ревела от сочувствия к маме. Мы с братом никогда ничем подобным ей не угрожали, не знаю, откуда она это взяла. И как же плохо ей должно было быть, если она жила с такими мыслями! Не проходит и дня, чтобы я об этом не думала. Очень хочу лишний раз обнять и сказать: "Мамочка, мне так жаль", — только она уже не поймёт.
Я ветеринар, часто беру на передержку животных. Сейчас у меня обезьяна, она была нелегально ввезена в страну, содержалась в ужасных условиях, у нее истощение и повреждена лапа. Да и вообще она сама по себе достаточно агрессивная.
Ко мне пришла подруга с 10-летней дочерью. Они часто ко мне приходят поиграться с животными, я не против, особенно, когда они здоровы и дружелюбны. В этот раз я предупредила не приближаться к вольеру (обезьяна нервничает), и тем более не заходить. Мне пришлось выйти из дома буквально на несколько минут. Так за это время моя подруга вопреки предупреждению зашла в вольер, и обезьяна на нее кинулась. Хорошенько укусила, а подруга, пока отбивалась, сильно зацепила лапу - обезьяне теперь требуется более долгий курс реабилитации. Единственное, что забавно в этой ситуации - дочь подруги теперь с ней не разговаривает, потому что "я же говорила делать так, как тетя говорит!". С подругой разругались в пух и прах, я оказалась виновата в этой ситуации. А на следующий день дочь подруги приехала ко мне сама (в первый раз) извиняться за маму. Интересовалась самочувствием мартышки.
Сестра моей прабабушки была угнана на работы в Германию в 17 лет. В 1942 году за попытку побега она оказалась в концентрационном лагере. По прибытии на перроне у женщин уточняли, кто работал портнихой и умеет хорошо шить. Шить она не умела и руку не подняла, но в последний момент немецкий офицер вытащил ее из толпы и отправил к портнихам. Неизвестно, чем она ему приглянулась, но в тот же вечер он ее изнасиловал, и насиловал постоянно. Периодически он добрел, просил называть его Уве, приносил ей что-то из еды и одежды, учил «человеческому языку», много смеялся. Через пару месяцев она заболела тифом вместе с большинством женщин барака. Многие умерли, но остальные уже начали выздоравливать, когда в один из дней за ними пришли, чтобы отвести к врачу. Перед санитарным корпусом тот офицер приказал дать ему пощечину, или он ее застрелит. Она подчинилась, на что он, под смех охраны, ударил ее прикладом настолько сильно, что разбил лицо и выбил зуб. Дальше потащил ее за ворота в лесок, кинул на землю и дал автоматную очередь в метре от неё. Что-то сказал стоявшему поблизости старику и ушел. Старик оказался фермером, в доме которого она проработала до освобождения Польши. Того офицера она больше никогда не видела, как сложилась его судьба — неизвестно.
Я люблю фильмы про зомби и вирусы. Обычно они американские и сняты в тёплых краях. А мне интересно следующее: вот настал зомби-апокалипсис, а мы живём в Сибири, и как эти зомби будут бегать за живыми при -35? А в Норильске зимой при -50? Да они окоченеют сразу, и воевать с ними не надо. Вот и получается, что живём мы не у чёрта на куличках, а у Христа за пазухой.
Чуть больше полугода назад была операция на желудке, до сих пор восстанавливаюсь. Пища и жидкость часто не проходят — рвота. Недавно приключился такой случай.
Любовник решил устроить нам свидание, интима до этого не было. Думаю: "Ну самое время переходить на новый уровень". Встретились, шикарный ужин, свечи, вино, цветы. Сидим, едим, общаемся. Дело движется к постели. После медленного танца решила взять инициативу в свои руки. Снимаю с него штаны, опускаюсь на колени, начинаю стягивать боксеры, как вдруг в самый ответственный момент чувствую, что внутри что-то "встало". Вскакиваю на ноги и со скоростью света улетаю в туалет без объяснения причин. Провела там около 20 минут с характерными звуками, проклиная всех и вся. А когда вышла... Видели бы вы его лицо. Около часа пришлось доказывать, что меня не от вида его достоинства вырвало, а из-за проблем со здоровьем, о которых он ранее не знал. В следующий раз зарёкся мне ужин из смеси детского питания устроить, чтобы точно всё прошло и назад в ненужный момент не попросилось.
После того, как узнала, что у папы любовница, и не одна, не могу на него нормально смотреть. Хочу сделать какую-нибудь пакость. Маме говорить не буду, ей нельзя нервничать, она болеет. А он всегда такой милый, цветы ей приносит, меня учит жизни (у меня есть муж и своя семья), при других он такой хороший. А я-то знаю, что он всех обманывает. Аж противно. Ненавижу! После этого и мужа стала ненавидеть! 25 лет прожил с мамой, учил меня жизни, а сам кобель редкостный! Еще и помочь просит меня.
Мне от бабушки в наследство досталась большая трехкомнатная квартира. Жена дяди осталась недовольна таким раскладом, ведь она рассчитывала переехать вместе с тремя детьми в квартиру побольше. Все начиналось довольно мирно: ласковые просьбы, попытки выдавить из меня слезы от такой несправедливости, мол, как же ей ютиться со всем своим потомством в мелкой двушке. Я оставалась непреклонна, это моя хата. Дальше она решила принять более радикальные методы: начала разговаривать с нотариусами и юристами о возможности оспорить завещание, пыталась всех убедить, что бабушка была не в себе, когда завещала мне квартиру. Ласковые просьбы превратились уже в требования, а в один день у входной двери меня дожидался сюрприз в виде говна неизвестного происхождения.
Это все вызывало смех и недоумение ровно до одного случая. Поздно вечером меня подкараулил бугай с огромным шрамом на лице и зашел за мной в подъезд. Он схватил меня за руку и начал угрожать расправой, если я не перепишу квартиру на жену дяди. Признаюсь честно, я обоссалась, но через несколько дней ссались уже жена дяди и бугай в отделении полиции. Она умоляет меня отозвать заявление, у нее же деточки, а я понимаю, что если я сейчас с этим не покончу, то оно так и будет продолжаться годами.