Моим лучшим мотиватором стала бывшая однокурсница.
Очень умная и способная, но чудовищно неорганизованная и с понтом презирала быт. В итоге она обычно весь семестр ничего не делала, потом последнюю неделю спала по часу в день и падала в обмороки, спешно доделывая все работы. Училась она на бюджете, но стипендию никогда не получала, потому что каждую сессию чудом не вылетала. Из-за питания одними сосисками, бич-пакетами и горошком из банки (готовить — это не для творческих личностей! ) к третьему курсу имела большие проблемы с желудком, почками и кожей. И ходила вечно простуженная, потому что заклеить окно хотя бы пакетами из супермаркета, как делали все остальные в общаге, не хотела — она выше всего этого. В итоге к старшим курсам умная девчонка превратилась в ходячий пример того, как можно просрать отличные возможности на старте.
Когда мне в очередной раз хотелось сказать про что-то, мол, и так сойдёт, сразу её вспоминала и доделывала всё нормально.
Я специалист по рекламе, причём неплохой. У меня никогда не было проблем с работой и заработком, но периодически меня одолевает тоска, и начинает грызть совесть, что, благодаря мне, народу впаривается всякий шлак. И я бросаю офис и подаюсь "в работу мечты": то фотограф, то тренер по верховой езде, то инструктор по дайвингу. Через какое-то время нахожу кучу косяков в работе мечты и, про[втык]ав все сбережения, плетусь обратно в офис зарабатывать на следующее приключение.
Промоутер – ужасная и неблагодарная работа. Особенно с громкоговорителями. Плохая погода, или мужики, которые зовут поехать с ними, или парни, ржущие над тобой, — это ничто по сравнению с алкашом, который предложил мне намазать лицо спермой, чтобы избавиться от прыщей. Я не готова больше так унижаться по четыре часа в день ради ста рублей в час без обедов и выходных.
Я классный руководитель. Во время каникул начальство обязало провести с классом один любой день вне школы, сходить куда-нибудь. Я волонтёрю в частном приюте для собак, предложила детям поехать со мной. Все согласились, родители одобрили - некоторые с энтузиазмом, некоторые были разочарованы выбором, но всё равно против не был никто, дети так вообще от восторга до трёх часов ночи строчили в чат. Несколько родителей приехали вместе с детьми, все привезли корма, игрушки, лекарства, причём я их не просила ничего покупать вообще, думала просто с собаками будем гулять, в приюте нашу ораву тоже ждали, подготовили к выгулу самых добрых и спокойных псов.
В этот же день мой ученик и его мама уехали домой с таксой на "испытательный срок", но позже я узнала, что пёс остался с ними насовсем. Все были довольны - и дети, и набегавшиеся по полям собаки. Только руководство школы было недовольно - они, оказывается, хотели, чтобы класс пошёл на патриотический фильм. Но в сообщении от завуча об этом совсем ничего не было сказано - просто любое мероприятие, с согласия детей и родителей... В общем, сделали мне выговор, завуалированно назвали недалёкой. Не понимаю, почему нельзя было сразу сказать, куда конкретно нужно идти, к чему эти игры в угадайку? Ходят теперь, косятся, завуч целый день просидела на задней парте, проверяя мою работу. Вот и думай теперь: то ли уволить просто хотят, то ли действительно считают некомпетентной дурой...
После рождения сына жена повернулась на материнстве. Сначала я списывал многие вещи на то, что ребенок — это новый опыт, что это бытовые неудобства и так далее. Сначала жена просила меня не шуметь и уходить из комнаты, когда она укладывала сына. Окей. Потом она положила его в нашу кровать, мол, так кормить удобнее. Окей. Но
В итоге время 11, я варю пельмени, грею сосиски или заливаю лапшу. Себе жена при этом готовила, но мне запрещала есть гречку свою или куриную грудку. В чем проблема была сварить того же в два раза больше — я не знаю. В деньгах не нуждались. Поэтому я тупо стал в обед покупать готовую еду и есть весь день на работе, домой приходил сытый. Сыпались упрёки, что я храплю, шумлю, мешаю.
Позвал друг на день рождения на турбазу. Меня и жену с сыном. Домики с удобствами, я говорю, что сам сыном буду заниматься, ни капли не выпью, обещаю. Хотел, чтобы расслабилась, пообщалась с людьми. Не поехала. И мне запретила со словами: "Тебе гульки важнее сына! " Он не болел, был здоров, нас всей семьёй позвали, в чем проблема… Секс исчез. Стала Показать ещё раздражительной.
Я и говорил, и просил поговорить, и спрашивал, что не так, чем помочь. Брал на руки сына — она орала: "Ты ему голову оторвешь", "Что ты на него напялил, ему же жарко/холодно/неудобно, ты плохой отец". Поздно приходил, она орала, что я не провожу с сыном времени, я плохой отец.
Я терпел, но не вытерпел. Развёлся. Сейчас сыну 6, он вечно болеет, капризный, ноет. Я бы его в спорт отдал, на рыбалку бы с ним ездил, учил бы всему. А он с матерью спит в одной кровати до сих пор! Не знаю, что делать. Сын пропадает.
Все детство родители били меня. Били кулаками, таскали за волосы, пинали. За малейший проступок мне доставалось так, что живого места на теле не было. Так и жила в постоянном страхе, пока наконец не нашла в себе силы прекратить это. В 18 лет съехала от родителей. Сняла квартиру на деньги, что успела накопить, работала после учебы. Было нелегко, но возвращаться в родительский дом мне хотелось меньше всего на свете.
Сейчас мне 27, я неплохо устроилась в этой жизни: хорошая работа, квартира, машина, все как положено. За последние 9 лет с родителями виделась всего 4 раза. Мы периодически созваниваемся, но не более. Вчера они позвонили мне с просьбой одолжить большую сумму денег, машину новую покупать собрались. Отказала. На вопрос, мол, за что ты так с нами, ты же наша дочь, ответила коротко и ясно: "За испорченное детство". Я не горжусь собой, но и не жалею о том, что так поступила. Надо было думать раньше, когда колотили меня и запирали на ночь в туалете.
Мой муж не дружит с гигиеной. Утром он вскакивает с кровати, одевается и сразу бежит на работу, ни умыться, ни помыться, ни почистить зубы хотя бы.
Недавно мы подвозили мою подругу и даже она мне через какое-то время сказала, что у моего мужа несет изо рта, она боялась не доехать. Конечно, сейчас напишут, почему я не развожусь и т. п. А причина очень весомая: я катаюсь как сыр в масле. У нас большой и красивый дом, есть помощники по дому, я не готовлю, только заказываю из ресторанов, каждый месяц мне дают «котлету» денег, и я трачу её, на что хочу, также я могу пользоваться картой мужа.
Я выросла в очень бедной семье, даже базовые потребности не были закрыты. И теперь я не отказываю себе ни в чем, благо я нашла мужчину, который может все это обеспечить.
Работаю с мужиком, который всегда носит с собой сигареты, но сам не курит. Как-то он возвращался с работы домой, и его остановили подростки, спросили сигарет, а у него не было. Они ему и «накостыляли». С тех пор без них из дома не выходит.
Работала в одной крупной организации, у меня было 90 подчинённых, среди которых был мой тогда уже муж. Он был умным и способным, я помогала ему, видя его стремление трудиться и продвигаться, советовала много, поддерживала, защищала, если было нужно. Потом муж очень захотел детей, я не горела желанием, но возраст не стоял на месте, и я ушла в декрет с первым ребёнком.
Через три года вышла на работу, но сменилось руководство, и меня понизили, назначив новую начальницу. Муж так и работал там на прежней должности. Через год я ушла во второй декрет, а ещё через год муж стал начальником, во многом благодаря моим советам и действиям: он брал работу на дом, которую делала я, разрабатывала проекты, давала ему старые контакты.
Спустя время я наконец-то вышла на работу! Моим начальником оказался мой же муж, мы ещё смеялись, что поменялись местами. Но он начал меня гнобить за то, что задерживаюсь, что плохо работаю, опаздываю, часто ухожу на больничные с детьми. С нашими же детьми! А опаздываю, потому что отвожу их в садик, муж же не может! И на кружки после работы вожу, поэтому убегаю с работы ровно в пять, а не засиживаюсь.
Ненавижу мужа и очень жалею, что помогла ему продвинуться. Вынашиваю план, как сместить его с должности. Благо мои мозги и сохранившиеся контакты позволяют это сделать. Думаю, за пару лет с лёгкостью займу его место. Жду и мечтаю об этом дне!
У нас на работе есть чудак, работает с крупными клиентами. И меня просто поражает его невозмутимость. Случается какая-нибудь беда в работе с этими клиентам, все на говно изойдут, переругаются, успокоительные пьют, а он ходит и улыбается. Ему РЕАЛЬНО пофиг. Прям дзен постиг. Спрашивали, в чем секрет — говорит, что все фигня, никто ж не умер, все решаемо и не стоит его нервов. Умом я это понимаю, но себя так же вести не могу. Завидую его отношению к жизни.
Дочь-школьница увлекается скрапбукингом. Я часто говорила ей, чтобы больше думала об учебе, о будущей работе, и не занималась своими глупостями, что толку от ее бумажек нет никакого, да и стоят материалы для этого развлечения недешево. Однажды за плохую оценку я запретила ей эти материалы покупать, сказала ей про кризис,
Казалось, с того момента она вняла моим словам: в доме больше не было дизайнерского картона, блесток, и прочих поделочных вещей. Но на день рождения дочь все же смастерила мне открытку. Оставила на видном месте, на столе, а сама с утра уехала с отцом на рынок. Я нашла открытку - а правильнее было бы назвать ее мини-альбомом, и во мне смешались досада от того, что дочь все равно балуется своим скрапом, и приятное тепло, ведь она создала что-то для меня. А потом я открыла этот мини-альбом. У дочери не было никаких материалов, и она использовала то, что могла. На каждой странице альбома были наши фотографии: я с ней на прогулке, я веду ее в первый класс, я с ней в отпуске... А рамкой для всех фото служили магазинные чеки. Дочь скрупулезно собирала чеки от всех покупок, и выложила их, надо признать, довольно красиво, но... Я словно бы увидела свою жизнь со стороны. Я была в заточении вечной необходимости платить, вечного страха что денег не хватит, а маленькие островки радости были совсем не связаны с деньгами...
Чем дело кончилось? Нет, я не потратила все сбережения на цветную бумагу для этой рукодельницы. Но когда мне хочется что-то запретить ей, я поглядываю на открытку.
Стала свидетельницей очень странного случая.
Ехала утром в метро, на работу. На одной из станций зашёл парень в костюме петуха! Все пассажиры сразу заулыбались. А этот парень стоит и смотрит на часы. Минут пять смотрит.
И тут он начинает ОЧЕНЬ ГРОМКО КУКАРЕКАТЬ. Охренели больше всех те, кто мирно дремал.
Долгое время с мужем пытались завести ребёнка. Через некоторое время муж потерял работу, потом я узнала, что беременна. Было решено делать аборт. Нас отговорили мои родители, пообещав помочь.
Как только ребёнок родился, родители чудесным образом исчезли. Всякая просьба о помощи была невнятно отклонена, а на прямые вопросы нас называли наглецами и "глупцами, не подумавшими о будущем". Муж брался за любую халтуру, итак работая на двух работах. Я тоже вышла на работу, периодически оставляя ребёнка на самую близкую подругу.
Позже всё наладилось, муж нашёл прибыльную работу, как и я. Ребёнок здоров, сыт и одет. Подругу в знак благодарности отправили отдыхать. Мои родители возмущаются, почему мы отправили "левую девку" за свои деньги на море, добавляя к этому, что родным бабушке и дедушке не даём повидаться с внуком, хотя я обещала! В последний раз, когда они спрашивали о сыне, сказала им, что научилась держать обещания на их примере.
До четырех лет была инвалидом по зрению. Никто, даже достаточно квалифицированные врачи, не брались оперировать мою катаракту. Моя мама уже совсем отчаялась, как вдруг случайно узнала об относительно новом центре, куда немедленно и обратилась с проблемой. Я помню удивленные взгляды врачей, когда я, четырехлетний ребенок (первый в истории этой клиники такой маленький пациент), исправно и терпеливо проходила все процедуры при обследовании; помню прекрасного анестезиолога, который носил меня на ручках и всячески развлекал; и никогда не забуду хирурга, который был для меня добрым волшебником, спасшим от слепоты, проведя сложнейшую и тяжелейшую операцию. Было круто приехать спустя много лет в клинику к этому же хирургу и видеть гордость в его глазах от проделанной работы и прекрасного результата.
Работал одно время с парнем, который купил себе мотоцикл и стал ездить на нем на работу. А потом где-то через месяц перестал и пересел обратно на машину. И почти все, кто с нами работал, а фирма немаленькая, подходили и спрашивали, когда он на работу опять на мотоцикле-то приедет.
Он отшучивался или говорил, что на машине пока решил ездить.
А я помню, как после такого ответа он сказал тихо и со злостью себе под нос: "Когда-когда... когда с женой разведусь!"
