Пьяные истории

Однажды дали поддержку целой группе из нашего института, поехал и Женька, мой первый муж. К их возвращению я отправилась в аэропорт его встретить. Самолет прилетал поздним вечером. Прямо перед моим выходом зазвонил телефон. Свекровь сообщила:

- Лена, я тоже поеду встретить Женечку. Но я не успеваю, приеду попозже минут на сорок - на час! Дождитесь меня в аэропорту!

- Не надо, Лариса Валентиновна! Мы так на метро не успеем! - отчаянно закричала я в трубку, но она ее уже бросила. Я безуспешно ей перезванивала, в конце концов смирилась и уехала.

Моя первая свекровь была моральной террористкой специального назначения. Собственный сын выносить ее не мог, а я пыталась из общечеловеческих и родственных соображений. Но делать было нечего, мобильников в те годы не было почти ни у кого, предупредить ее, что мы уедем, уже никто не мог.

Все благополучно прилетели и почти все разъехались, а мы с Женькой остались ждать его мамашу. Однако мы остались не одни. Еще там были наш старший коллега Карен и Толя. Толя, очень симпатичный, интересный и талантливый человек, тогда достаточно молодой, напился в самолете до положения риз. Его надо было как-то отправлять домой, Карен пытался это сделать. Но такси было не поймать и не вызвать, автобус тоже не шел, и к тому же у Толи с собой были деньги от оргкомитета, компенсация за билеты. Это было больше полугодовой зарплаты в те тяжелые времена. Оставлять их в кармане у пьяного было нельзя. Карен пытался их у него забрать.

- Толя, дай деньги!

- Не дам! - твердо отвечал напившийся Толя.

- Толя! У тебя их сопрут! Ты же пьян. Я завтра тебе их верну. Толя, отдай деньги!

- Не дам!

Этот разговор продолжался минут десять. Наконец, взгляд Карена упал на меня, и лицо его озарилось идеей.

- Толя! А Лене отдашь деньги?

Толя вытащил пачку из кармана и торжественно мне вручил, помахав ею перед носом Карена и погрозив ему пальцем:

- Вот ей - отдам! А тебе - неет!

В конце концов было решено ждать автобуса до последнего. Я с Толей стояла на остановке, следила, чтобы он не падал и сторожила перенесенные чемоданы, Женька их перетаскивал, а Карен сторожил оставшиеся в аэропорту. Было темно, холодно, ветрено, валил мокрый мартовский снег. Я злилась на свекровь и на Толю.

- Анатолий Андреевич! - с упреком сказала я. - Ну как же не стыдно так напиваться! Вы же такой замечательный человек, и так себя нехорошо ведете!

- Была бы у меня такая жена, как ты, я бы алкоголя в рот не брал, - с несколько измененной дикцией сообщил мне Толя, грустно на меня посмотрев красивыми темными глазами.

Этот неожиданный комплимент полностью меня обезоружил и свел на нет мои воспитательные порывы, поскольку, несмотря на толино обаяние и такую благую цель, замуж за него я все же не собиралась.

Тут наконец приехала и свекровь. Она сразу заняла позицию около кучи вещей и охраняла их от подозрительных личностей. Карен бегал туда-сюда в надежде на такси для Толи, опасаясь пропустить автобус. Автобуса не было минут сорок. Вещей почему-то было очень много - чемоданы, пакеты. (В дьюти-фри, что ли, закупились? - удивилась я. )

Около нас нарезал круги какой-то полупьяный субъект и все норовил к нам присоседиться. Я озлобленно подумала, что Толю все-таки жалко, но еще одного пьяного я уже не выдержу.

- Скажите, а это ваши вещи? - нерешительно спросил мужик.

- ВАШЕГО ничего здесь нет! - внушительно ответила ему Лариса Валентиновна и загородила вещи корпусом. Мужик робко ретировался.

Наконец пришел автобус. Мы еле влезли в него, загрузив туда вещи и Толю. Я стояла перед сидящими Толей и полупьяным мужиком. Тот переживал за Толю. Каждые пять минут он хватал меня за коленку и трагическим шепотом беспокойно спрашивал:

- Заинька! Куда вы его везете?!

Я отдергивала коленку и мрачно отвечала сквозь зубы:

- Я вам не заинька! . . Домой везем!

Наконец мы выгрузились у метро. Там Карен поймал такси для Толи, хорошо заплатил таксисту и условился, что тот доставит его до дверей квартиры. Его чемодан Карен взял себе, а пакеты отдал нам, так как таксисту хватало и Толи. Со всем этим барахлом мы потащились в противоположный конец города. К счастью, успели до закрытия метро. Дома моя мама накормила нас ужином, а папа заглянул в пакеты, сказал, что там какая-то еда, и выставил их на балкон.

Утром Женька по телефону успокаивал Толю, который забыл обо всем произошедшем, и предлагал привезти деньги и вещи. Однако от пакетов Толя напрочь отказывался. Не было у меня пакетов, тем более с едой, говорит. Тут мы их вытащили с балкона и внимательно посмотрели внутрь. Там оказалось полкило вареной колбасы, какое-то печенье и восемь килограммов сырого мяса разного качества - ребра, шея, бедренная часть... Это был клад. В то время в магазинах на прилавках не было вообще ничего, только пустые поддоны, да и денег у нас тоже не было. В полном недоумении мы с Женькой смотрели друг на друга, и тут я вспомнила про пьяного, который робко задавал вопросы насчет вещей Ларисе Валентиновне. Наверное, это был работник столовой аэропорта, который прихватил "излишки" домой и неосмотрительно поставил рядом с нашими чемоданами... в общем, найти его уже мы не могли, а то мясо ели всей семьей еще долго.

(Все имена изменены. )

метроceксаул, но, так как рядом с ним находились два крепких товарища, все обходилось мирно.

Второй день он решил проставиться, так как ему мы сосватали девушку из Минска, которая сразила его тем, что быстро определила, что у него на руке Брайтлинг, и описала марку всех его шмоток до ремня.

Вечер набирал веселье, когда в клуб зашла красивая девушка лет двадцати пяти, в красном облегающем платье да еще и блондинка с подругой.

Второй товарищ подкатил к ней яйца буквально в начале вечера, но получил деликатный отлуп и перепоручил мне попробовать познакомиться, сказав, что подружку, хоть она и страшненькая, берет на себя.

Через час я уже знал, что она — Таня из Харькова, и как я понял, она не возражала, если мы вечер проведем вместе после того, как они от души потанцуют.

И тут наш красивый товарищ заказал нам Абсент с кофейными зернами, который поджигают, переливают в стакан, огонь гаснет, его надо выпить, зажевать кофе и потянуть через трубочку из-под бокала на салфетке воздух.

Понравилось очень, штырило лучше водки, решили повторить еще раз, потом еще...

Короче, к концу вечера я понял, что начинаю уходить, решил взять даму и отвалить.

Подхожу к блондинке в красном платье и говорю

- Ну что, Танюша, рулим ко мне?

- Поехали!

Помню, что очень хотелось пить, благо ,кулер в номере был, ночь была долгой, как и ceкс ,который очень понравился.

Утром с бодуна продрал глаза и увидел, что со мной вместо красотки на постели лежит не молодая и красивая Таня из Харькова, а какой-то, извините, крокодил в возрасте где-то, как баба ягодка опять или немного старше.

Смутно пытаясь понять такую метаморфозу, я задал вопрос:

- А ты кто?

- Я? Я Наталья Ивановна, бухгалтер из Перми?

- А где Таня из Харькова?

- А я откуда знаю?

- Ты подошел, обнял за талию и говоришь: "Ну, что, Танюша, едем ко мне?

- Так ты же не Танюша, что ж ты не отказалась?

- А ты бы отказался на моем месте, да и я подумала, что это игра такая.

Со слов товарища ...

Как потом рассказывал он, ему в первый раз довелось увидеть такой ох[рен]евший взгляд у Тани после того, как я весь вечер за нею ухлестывал, а потом развернулся, взял за талию старушку в красном и свалил в неизвестном направлении.

Вот так закончилось мое первое и последнее знакомство с Абсентом. )

Да, на следующий день я реабилитировался, но это совсем другая история... )

Дело было лет десять назад где-то в начале сентября Востоковед и К собрались недельку порыбачить на Оке (у К имеется родовое гнездышко в аккурат напротив дома-музея Сергея Есенина) Ну приехали накопали червей пришли на берег Оки воткнули удочки в берег и начали рыбачить "Нарыбачились" до такой степени что востоковед утратил способность передвигаться самостоятельно и поэтому К уложил его в какую-то скирду соломы а сам с трудом уволокся домой Дальше такое кино - востоковед очнулся вылез из скирды (дело напомню в сентябре происходит уже совсем не жарко) в ватнике кирзачах каком-то треухе драном солома к щеке прилипла Мимо проходит группа иностранных туристов И кто-то из забугорщиков на плохом русском спрашивает у востоковеда как пройти к дому Есенина На что плохо держащийся на ногах востоковед без запинки отвечает им по-английски по-французски и по-японски Туристы естессно окружили его и давай вопросы задавать - типа кто такой мил камарад? Востоковед и тут лицом в грязь не ударил - тракторист мол местный А насчет языков нехотя пояснил - да так интересуюсь

К рассказывал что просто дара речи лишился когда в калитку к нему ввалилась толпа иностранцев с его другом на руках а тот лишь вяло шевелил ногами и отменно матерился По-русски

с женой и расслаблялся по полной программе. Встречу друзья решили отметить более крепкими напитками. Через некоторое время, часов через 10 деньги иссякли, список продуктов потерялся, но Андрей успокоил друга, говорит, идем к моей экс-супруге - будем делить имущество. Бывшая жена Андрея была удивлена и недовольна визиту, но имущество поделила с радостью, ведь Андрею из всего нажитого добра понадобилась только искусственная елка и фотоаппарат(сфотографироваться с другом!:). Памятный снимок был сделан и Коля взяв елку побрел домой, а было уже около 23.00.

Радость Колиной тёщи и жены невозможно описать цензурными словами. После того как словарный запас тещи иссяк, она послала Колю в подвал за картошкой (хоть какая-нибудь пища на новогодний стол). Коля в подвале не был уже года три, света как назло нет, он зажег свечу и пошел добывать картошку. После недолгого брожения по лабиринту, искомая дверь была найдена, он набрал картошки и собрался было выходить, но... потухла свечка. Коля понял, что в этом году из подвала ему не выбраться. Долго ходил он темными коридорами, вот услышал как и куранты пробили, и только через часа два выбрался он наружу. Вдохнул свежего воздуха и вспомнил, что не закрыл дверь подвала и... забыл картошку.

Пришел Коля домой и, не слушая крики тещи и шипение жены, достал шампанское, селедку - сел смотреть телевизор. С Новым Годом!