Пьяные истории

пробивал снежную бровку, уступая УАЗу дорогу, руководство вышло покурить. Попутно подозвали и тракториста, который все же смог согнать трелевочник с дороги. На морозном воздухе инструктор принюхался и:

— Да, он же пьян!

— Действительно пьян! – тоже принюхавшись, подтвердил директор – ты, Николаенко, сегодня трактор сдай, а завтра первым лесовозом в поселок, я тебя по тридцать третьей уволю.

Тракторист сначала вроде что-то хотел мыкнуть, отчаянно показывая на трактор без стекол и дверей, но, посмотрев на каменные лица руководства, отчаянно махнул рукой и направился к своему железному коню. Дальше ситуация вышла из-под контроля, так как через минуту тракторист вернулся с неплохой такой монтировкой. Не обращая внимания на открытые рты начальников, он саданул монтировкой по лобовым стеклам УАЗа, потом - по боковым, почесал затылок и вынес и заднее стеколко. Потом также молча залез в салон и шуранул монтировкой в крыльчатку печки. Осмотрев творенье рук своих, он остался вполне доволен и, достав из-за пазухи едва початую бутылку водки, сунул ее в руки так и стоявшему с открытым ртом директору. Трактор рявкнул, окутался сизым дымом и минут через пять скрылся за поворотом.

До поселка было сорок пять километров, мороз - за тридцать, водку выпили километров через пять и по приезду уволили механика участка, предупредив главмеха, что следом пойдет и он, если в течение двух дней все трактора на участках не будут оборудованы стеклами, дверями, ну, и, конечно, печками.

Про тракториста никто не вымолвил ни слова.

парень так торопился домой (уже смеркалось), что решил пройти кратчайшим путем - "на прямую". Его "прямая" пролегала между домами и гаражами. Тем временем на улицах уже совсем стемнело, а перед парнем встала преграда - тыльная сторона каких-то гаражей. Хмель его, надо заметить, наверное одолел не до конца, и он попытался найти обход возникшей преграды. Но, боже…! Куда бы он не повернул - везде возникали каменные стены. В его мозгу, наверное, была только одна мысль: "Замуровали, демоны!".

Делать было нечего, и наш герой полез на крышу гаражей. Опережая события, хочу сказать, что уже на следующий день нас всех интересовал один вопрос: "Как же ты туда залез, идиот?!?". Высота до крыши гаражей была около 2-х с небольшим метров, но парень не славился большим ростом, да и одет был не для лазания по гаражам (костюм - тройка). Пьяному, как вы понимаете, и море, и горы - все по … барабану, и вот он уже с победным видом идет по крыше гаражей, радостно про себя отмечая брезжащий впереди свет. Подойдя к краю крыши он видит, что земля находится немного дальше, да и покрыта она асфальтом. Делать нечего, парень разворачивается, и осторожно, по всем правилам, повиснув на руках на крае крыши, прыгает вниз. Приземлился он удачно, и медленно разгибаясь, начинает отряхивать свой костюмчик. (Здесь нужно представить, как это все происходило…) Подняв голову, он, к своему ужасу, видит перед собой … Ж8-( ) вытрезвитель. Медленно поворачиваясь, он ко всему прочему замечает, что находится на освещенном дворе местной милиции, и видит сотрудников ППС, у которых нижняя челюсть отвисла ниже всяких пределов Ж8-( ). Единственное, что смогли выдавить из себя сотрудники милиции, видя, как пьяный молодой человек медленно слезает с крыши гаражей служебных машин (!) прямо во двор милиции - "Многое видели, но чтобы сам пришел...". Надо сказать, что этот случай их достаточно развеселил и поэтому нашему герою удалось без труда уговорить их отпустить его домой. Дабы он не попался на глаза дежурному, они даже показали ему "черный ход": "Знаешь, где здесь дырка в заборе?". Его ответ стал апофеозом всей истории: он сделал очень обиженное лицо и сказал: "Я что, здесь каждый день хожу?!?!"

..............................

Вот такая история. Так что - выпивая знайте меру, друзья! (На что многие отвечают: "Меру - то, мы знаем, но кто же столько выпьет?)

на Проспекте Кирова, недалеко от станции метро Горьковская. Он оказался в зоне повседневных покупок моих друзей, которые жили тогда в общежитии ЛИИЖТ-а на улице Братьев Васильевых. Однажды один из них пронюхал, что в этом магазине появилась польская водка "Житня" (ржаная), которую продавали по очень интересной цене - насколько я помню, где-то около 2,60 за 0,5 (в эти времена бутылка Экстра стояла 3,12).

С самого утра мы с другом появились в магазине, где состоялся такой разговор:

- Я хотел купить водку "Житня".

- Товарищи, прошу познакомиться с правилами продажи в нашем магазине - сейчас мы можем только принять заказ, который вы можете получить во второй половине дня - это во-первых, а во-вторых ваш заказ должен содержать минимум четыре наименования товаров.

- Очень хорошо, тогда будьте любезны приготовить мне следующий заказ:

- пачку грузинского чая

- килограмм песку

- коробку спичек

- ящик водки "Житня".

Наш заказ мы получили через несколько часов без всяких затруднений.

происходит: там танцуют, там поют, кто-то заснул в туалете, где-то говорят "за жизнь и принципы", у кого-то экспресс- любовь, а кто-то плачет, потому что любви нет или потому что мир катится в пропасть, постоянно перемещаются оглушительно пьяные люди... Счет времени давно потерян, за сменой дня и ночи накто не следит, последний временной ориентир - чей-то поход за выпивкой и провиантом; кто-то заснул, кто-то продрал глаза...

... Я преклоняюсь перед выдержкой соседей...

... В какой-то момент, достаточно быстро все улеглось. Многие отправились по домам-делам, кто-то заснул, кто-то разместился на кухне с чаем и разговором, кто-то тупо смотрел телевизор, а одна девушка мыла посуду (sic!).

И вдруг в эту почти устоявшуюся картину спокойствия и безмятежности ворвался крик! Не, не крик. Это был нечеловеческий, первобытный вой, полный леденящего ужаса и отчаяния! Долгий, срывающийся на пронзительный визг.

Все, кто слышал это, сами на короткий миг растерялись, самые хладнокровные устремились на крик...

* * *

... В этой же квартире, кстати, проживал настоящий ежик, принадлежащий хозяину. Неизвестно, кто поставил коробку, в которой он жил, на стол возле дивана в одной из комнат. Ежик, непривычный к такому бедламу, на всякий случай отсиживался в этой коробке, пока все не улеглось, от греха подальше. Когда наступила тишина, и его тонкая ежиная психика немного пришла в норму, он собрался выйти на предмет чего-нибудь пожрать. Когда ему вообще хотелось пройтись, он просто "выкатывался" из своей коробки, потом разворачивался в походное состояние и шел по своим делам. Однако, на этот раз он выкатился со стола на диван. На голые ноги Гриши, который спал на этом диване, очевидно переживая кошмары, снящиеся ему на фоне сильнейшей интоксикации...

... Когда мы вбежали в комнату, Гриша перестал визжать. Он только озирался выпученными глазами, указывал руками на ежика и пытался что-то мычать...

Гриша:

- Парни, я реально чуть не обоссался от страха. Сначала на ноги упал огненный шар какой-то. Открываю глаза - в ногах сидит она. Белочка. Только очень странная...

удивительные и отличные от неизменного питерского болота. А может быть руководитель группы был знатным копателем и собирателем всяких там немецких котелков-автоматов, которыми богата белгородская земля, впитавшая в себя не одну дивизию СС. А кроме сувениров, земля та родит в неизмеряемых количествах сахарную свёклу-буряка, из которой местные бабки варят эликсир в котором, по слухам, ложка стоит, а постояв с минуту и вовсе растворяется на составляющие атомы. Не говоря уже о влиянии такого эликсира на человеческое сознание.

Группа была самая обыкновенная - были в ней и ботаники (и в прямом и переносном смысле), и лодыри, и был даже один [мав]р. Помимо кофейного цвета кожи, ярко выраженных губ и волос мелким бесом, [мав]р этот обладал фантастически шикарным именем: Габриэль Рабинович. Звали его Габи, в честь той героини Светличной с которой Штирлиц танцевал, но не более.

История умалчивает каким образом отец Габи, корабельный врач Балтийского морского пароходства, сумел привезти из Кубы тропическую красавицу-жену, и сколько шила пришлось списать на капитана судна, особиста, и всяких таможенных чиновников, но кончилось всё успешно, благодаря папашиной пробивной силе, которую, впрочем, в отличии от орлиного носа и кошмарного зрения, наш герой не унаследовал.

Когда в первый день группа стала лагерем на краю небольшого леска, первым делом, конечно, возникла проблема пополнения запасов горючего, кончившегося в поезде ещё не доезжая Курска. Решили не дожидаясь вечера послать в близлежащую деревеньку группу захвата. Командиром группы был назначен известный приколист Витька Петров, который, именно прикола ради, взял с собой Габи, удивить местное население. На Габи даже в питерском метро иные политически неподкованные бабки показывали пальцем, а тут и тем более. Деревенька была небольшой, в одну улицу главную, и одну второстепенную. Как раз на углу, под красной тряпкой гарантирующей

Миру Труд в Мае, находился сельмаг. Он, конечно, был закрыт, но на крыльце, видимо в силу традиций, покуривал местный ценитель зелёного змия. Ценил он его, судя по всему, с раннего дошкольного возраста и вплоть до данного момента, а следовательно являлся особо ценным языком.

Завидев Витьку с Габи алкаш почему-то ничуть не удивился, и проявил неожиданную проницательность, дав показания не дожидаясь допроса. Вам, ребята, видимо к бабе Клаве - направо около колонки и третий дом слева.

Дом нашли без проблем, и Витька, мерзко хихикая, послал робкого Габи стучаться в дверь, а сам расположился сбоку, но так, чтобы увидеть реакцию бабы Клавы на представшего пред ней [мав]ра. Может со страху самогону нальёт подешевле, а может и весь аппарат отдаст. Но дверь не открылась, а открылось окошко, а из окошка высунулась голова размером примерно с это самое окошко, бритая наголо, а цвета лилово-чёрного.

Оценив ситуацию, голова неожиданно предложила - ну, заходьте, заробитчанэ...

Тем вечером по следам пропавшей группы захвата вышла группа прикрытия.

После непродолжительного поиска группа подошла к дому, у крыльца которого лежал Витька со стаканом в руке, любовно глядя на звёздное небо стеклянными глазами, в позе человека готового обнять всю вселенную. В дверном проёме, в трусах и майке, стоял младший научный сотрудник

Харьковского ВНИПИ Черметэнергоочистка Петро Омагумби, гостивший у тёщи в деревне, и тихо напевал "Iхав козак за Дунай. " А придерживаясь для пущей стабильности за перила, с крыльца деловито мочился студент третьего курса славного биолого-почвенного факультета ленинградского государственного университета Габриэль Михайлович Рабинович.

обратно решил зайти перекусить и выпить кофе в привокзальный ресторанчик. Заказал, сижу, о чём-то задумался, поэтому не сразу воспринял всё возрастающий шум через два-три столика от моего, немного наискосок. Шум производили молоденькая симпатичная немка-официантка и «товарищ прапорщик», расхристанный и бывший уже серьёзно «на взводе». Это было видно с первого взгляда. Кстати, каким образом он в таком виде появился в самом центре Берлина и почему его до того момента не замели (неважно кто) – это обстоятельство остаётся для меня самого загадкой века до сегодняшнего дня. Так что во вранье меня прошу не обвинять.

Причина шума. Перед ним на столике стоял маленький овальный подносик с пятью «доппелями». Что такое доппель? У немцев крепкие спиртные напитки обычно подают «одинарными» (einfach) или «двойными» т. е. doppel) порциями. Первая – 20, вторая – 40 граммов... Для нормального русского человека это просто издевательство. Поэтому, видимо, он и заказал сразу 5 штук доппелей (5 X 40 г = 200 граммов! ). Это, словами песенки из «Кавказской пленницы», уже «кое-что». Видимо - потому что начало их дискуссии я упустил и додумал сам. В этот же момент ему был нужен нормальный стакан, поэтому он и повторял немке одно и то же слово – Glas, что в данном контексте означало стакан (или бокал). Она же упорно не понимала, что он от неё хочет. Чтобы объяснить ей, что ему нужно, он сказал «Глас Кола». Здесь он совершил лексическую ошибку, так как в данном случае в немецком языке значение полностью зависит от последовательности этих двух слов. Glas Cola («Глас Кола») - это стакан (или бокал, неважно! ) С КОЛОЙ! Ему же нужен был Colaglas («Колаглас») – бокал ДЛЯ колы. Поняв суть проблемы, я уже хотел встать и помочь соотечественнику разрулить ситуацию, но так как к этому моменту на них смотрело уже полресторана, я просто-напросто постеснялся. Тогда я ещё обращал внимание на такие мелочи...

Итак, она принесла ему бокал С КОЛОЙ, приняла оплату за заказ и осталась стоять недалеко от его столика. Ей, видимо, было интересно, что же будет потом. Выругавшись, он начал искать, куда слить ненужную ему колу и освободить ёмкость. Поблизости стояла кадка с каким-то растением (украшение интерьера), и он уже нацелился на эту кадку, но официантка погрозила ему пальчиком: мол, «Низзя! ». Он с видимым отвращением выпил эту колу, не спеша слил в бокал все 5 доппелей (к этому моменту на него смотрели, а точнее, пялились, побросав свои ложки – вилки – ножи, уже все посетители ресторанчика), достал из кармана что-то, завёрнутое в бумагу и напоминавшее со стороны два толстых куска хлеба с чем-то посредине (из моей перспективы я не разглядел), положив большой . уй на всех присутствовавших, также не спеша выпил, закусил, встал и вышел. Глаза присутствовавших немцев, включая официантку, я описывать не берусь ...

Вторая аналогичная история произошла со мной в 90-х годах уже в объединенной Германии, т. е. в ФРГ.

Руководство фирмы, на которой я тогда работал, поручило мне отвезти группу специалистов из «стран СНГ», с которыми они вели переговоры, в Саксонскую Швейцарию. Это большой скальный массив недалеко от Дрездена, примерно половина которого расположена в Германии, а другая половина – в Чехии. Кто ещё не был – обязательно посетите, если представится возможность. Гарантирую – не пожалеете. Красота неописуемая! И вот, налюбовавшись этой потрясающей картиной с плато Bastei (можно посмотреть и в интернете), мы, а было нас в общей сложности человек 10-12, теперь уже не помню, отправились обратно к нашему автобусу.

Проходя мимо расположенного там же открытого ресторанчика (по-немецки Gastst? tte), мы решили перекусить. Собрав пожелания (столько-то жареных колбасок, столько-то соков и минералок, столько-то пив), я уже было направился к раздаче, когда один из мужчин высказался примерно таким образом: „От всего этого великолепия и красоты у меня появилось стойкое желание выпить нормальный стакан водки». Чтобы сразу же целиком и полностью исключить любые подозрения и инсинуации: это был совершенно нормальный российский мужик, не какой-нибудь алкаш. Это обстоятельство хотелось бы подчеркнуть особо. Просто, так сказать, «на свободе», то есть в этой командировке, вдали от работы, семьи, повседневных забот, дачи, собаки и т. д. у него и появилось это хоть немного необычное, но вполне объяснимое желание.

Я его только спросил «А тебе не поплохеет? ». На что он ответил одним словом: «Обижаешь! ».

На продаже стояла на этот раз уже пожилая и опытная женщина. Озвучив свой заказ (столько колбасок... и. т. д. – см. выше), я под конец сказал: «И налейте, пожалуйста, 200 г водки в пивной бокал». Здесь она меня не поняла. «Что вы хотите? ». Я повторил последнюю часть заказа ещё раз. Она опять не поняла. В её глазах явственно читалось: «А зачем? ». Увидев со своего места, что при заказе желаемого появились какие-то проблемы, ко мне подошёл один из членов группы и спросил (естественно, по-русски): «Что, есть какие-то трудности? » Услышав русскую речь, немка среагировала моментально: «А, так вы русские? Что же вы сразу не сказали! », и без дальнейших разговоров налила в пивной бокал 200 г водки.

К чести заказавшего бокал водки члена группы следует упомянуть: абсолютно никаких проблем у нас с ним после этого не возникло. Держался он после этого весь день совершенно нормально, как и положено нормальному русскому мужику в такой ситуации ...

о запрете «в общественных местах», а что это за места менты трактуют так, как им сподручнее – то есть, очень широко. Обычно мент просто прикидывает – сможет ли он что-то с этой ситуации поиметь? Отсюда и исходит в своих дальнейших действиях.

Подобная ситуация сложилась не сегодня. Время от времени власти боролись с практикой распивания пива на улице, но делали это крайне неуклюже.

Так, лет тридцать назад или чуть более того милиция получила установку искоренить это пагубное явление, но законодательной базой та установка обеспечена не была. Менты нашли выход – они стали штрафовать распивающих за засорение окружающей среды. И действительно – открыв бутылку (банок тогда вообще не было), мужики естественным образом выбрасывали пробки куда попало.

Реакция последовала быстро – все распивающие стали держать пробки в руках. Сейчас уже кому-то трудно такое представить, но вот обычная картина для того времени. К группе мужичков походит мент, и те по очереди предъявляют ему пивные пробки. Он, как будто ему представили некий солидный и исчерпывающий документ, молча кивает и идет к следующей группе. Ну, а если у кого-то пробки в руке не окажется, мент раскручивает его на некую сумму, к которой они приходят после долгой и горячей дискуссии…

И вот - возвращаясь в сегодняшний день - стоим мы с приятелем под деревцем и смотрим: идет-таки к нам мент! Понятно, с какой целью…

Подходит, представляется и для начала спрашивает наши документы. Мой дружок на секунду задумался… а потом предъявил ему пивную пробку! Да и я свою не выбросил – старая школа! И тоже демонстрирую эту железку менту.

А потом, увидев его ошарашенное лицо, мы не удержались и стали попросту ржать. Прямо-таки по-лошадиному, на всю улицу.

Мент поглядел на двух корчащихся в пароксизмах немолодых мужиков, протягивающих ему вместо документов пивные пробки, и поставил соответствующий медицинский диагноз. Который, ко всему прочему гласил: здесь ему ничего не отвалится – и молча удалился.

на корню.

Опрыскивание затянулось на пару дней, но уже к средине первого дня к оградке, показывающей границу участка, потянулись местные "синяки", но они боялись зайти внутрь и просто стояли и смотрели за опрыскиванием сада.

Оказалось, что парень, абсолютный трезвенник, купил в местном магазине 9 бутылок (по 0,75л) гадости, которую обычно пили "хроники". Это сразу стало известно всему городку и к нему потянулся синий "контингент", надеясь на дармовое угощение.

К их ужасу, парень слил все в канистру, разбавил водой, всыпал в порошок перетёртого хозяйственного мыла и этим средством стал опрыскивать сад.

Узнав об этом, мы долго хохотали, а он объяснил, что мы - дураки, а он сделал всё правильно: "хроники" ведь дохнут от "чернилка" - дохнут, а чем садовые паразиты отличаются от человеческих - НИЧЕМ, вот он и применил дешёвый, легкодоступный яд для очистки сада, чуток его улучшив, для пользы экологии окружающей среды...

Кстати, за забором стоявшие "товарищи" иногда шипели: "Что-ж ты делаешь, гад, нет, что-бы отдать нам ту выпивку, а уж мы-бы сами, своими руками, собрали-бы с участка всех до единого паразитов" ...

это в довольно спокойном районе, "белых воротничков".

Мы с напарником, всегда походу дежурства "отдыхаем", патрулируя этот район.

Ну, вообщем, упал мужик и затих. Мы выскочили, револьверы вытащили, водим по окнам - тихо везде. Дом довольно высокий, этажей 6. Я по рации "амбуланс" вызвал. Потрогали пульс у бедолаги. Дышит. Ощупали, переломов вроде нет, крови тоже. Накрыли его плащом, поскольку дождичек накрапывал. Бедолага без сознания, но дышит. Спиртным от него несет, хоть закусывай. Стоим, курим, ждем.

А напарник у меня, из Северной Африки, Хаким звать. Он мне рассказывает, что у них в Африке колдуны есть, которые летают. Но только им надо сбросить с себя все одежды, чтобы полететь. И с подробностями рассказывает мне древний ритуал, читает специальное заклятие или не знаю, как оно там называется. Как колдун снимает с себя одежды, одну за другой. При этом колдун читает заклинание на каждую вещь, которую с себя снимает, отдельно. И как он потом начинает подниматься в воздух и летать. Ну, я слушаю, изредка выражая сомнения, в столь удивительных способностях колдунов. Но сомневаюсь не сильно, все таки ожидать скучно, да и дождь сыпет.

И вдруг мы слышим хриплый голос, вроде из под земли:

- Все правда! - я 10 лет изучаю эти способности колдунов Африки. Все заклинания записал и выучил. 2 года тренируюсь. До сегодняшнего дня не получалось. А сегодня - великий день! Наконец-то я полетел!

Глядим, а наш выпавший и выпимший ситуайен уже сидит. Это он к нам обращался.

Трясется. то ли от волнения, то ли от холода, а морда счастливая, как у собаки получившей сахарную косточку! По лицу то ли вода, то ли слезы радости льются!

Ну, мы его данные спросили, какая квартира, на каком этаже, кто в квартире? мужик хоть и в подпитии, отвечает нормально. Записали. Приехал амбуланс.

Потом следователь. Пошли в квартиру. Звоним. Долго не открывали. Хотя слышались шумы. разговоры, музыка играла.

Открывает мужичек, лет 55-60. Представляемся, спрашиваем:

- Такой то здесь проживает?

- Здесь, - говорит старичек, - Но его сейчас нет. Он улетел.

- Куда улетел? , - спрашивает следователь, - постепенно просачиваясь в коридор? мы за ним.

В квартире полно народу. Все основательно "подогретые".

- А черт его знает, - отвечает старичек. У него День Рождения сегодня.

Мы выпили, закусили. Сидим разговариваем. А ВиктОр нам все про африканских колдунов рассказывает, как они летают. Он уже два года, как вернулся из Африки и все время бухтит про этих летающих колдунов. Достал - сил нет.

- И что? - спрашивает следователь.

- Стал нам показывать это действо. Снимал одежды и читал какую-то тарабарщину. Потом стал подпрыгивать, но не взлетел. Ну, жалко нам его стало. Тем более День Рождение у него, да и выпили мы много.

- Говорим, - Ты встань на окно, колдуны то свои заклинания, небось не в квартире произносили, а на природе. Вдруг полетишь. Окно у нас большое, в рост человека. Ну, ВиктОр и встал, голый. Глаза закрыл и заключительную мантру читает. Очень нам его жалко стало. Он так верил в полеты, Ну мы его слегка и подтолкнули. Он и улетел.