- : мне подруга рассказывала, как ее модные рваные джинсы бабушка зашила, потому что соседка ей сказала "марфовна, куда ты смотришь, ребёнок в рваном ходит"
Я живу со своим молодым человеком уже три года, и мы периодически навещаем мою бабулю. Мой мч не очень любит это мероприятие и вы поймете почему.
Сидим мы у бабушки, пьем чай с блинами, далее монолог:
Бабушка:
- Алён, а ты же не замужем еще? Тебе 28, да? Ну не переживай, еще встретишь кого-нибудь!
Подруга Галя вчера рассказала.
Едет это она в автобусе в час пик. Автобус — битком, конечно. Но подруга сидит.
И тут заходят на остановке бабушка с дедушкой. Очень в возрасте, по виду бабушке хорошо за восемьдесят. Еле идёт, дряхленькая такая, ну, совсем божий одуванчик.
А дедушка на первый взгляд вроде как помоложе или покрепче. Может, когда-то был тем, кто называется «а муж-то у неё молодой», может, просто лучше сохранился — кто теперь разберёт.
Автобус трогается, дедушка проходит чуть вперёд, бабушка оказывается аккурат возле Гали. Естественно, она встаёт, чтобы уступить место.
Вместо того чтобы сесть, с облегчением выдохнуть и сказать «спасибо», старушка вперивается в Галю злобным, аки у гарпии, взглядом, тычет сухоньким пальцем вслед дедушке и обличительным прокурорским тоном спрашивает:
- А почему это вы ЕМУ место не уступили? Что, я хуже выгляжу?!
Подруга, ох[рен]евшая после такого наезда за ее воспитанность, от неожиданности громко, на весь автобус, растерянным тоном выдаёт:
- Как почему? НО ВЫ ЖЕ ДЕВОЧКА!
Бабушка сразу успокоилась, стала милой, благосклонно улыбнулась и села. Потому что девочка она и в сто лет девочка, и нехер тут.
Потому что девочка она и в сто лет девочка, и нехер тут.
История произошла в советские времена в прекрасном городе Хабаровске.
В то время неповоротливый корабль советской империи лег на перестроечный курс и потихоньку, то там то сям, по стране начал появляться ceкс, о котором раньше хомо-советикус и не подозревали. Вместе с потребностями в буржуазных, так сказать, усладах возникла и
Приспичило ей, значит.. ну, из уважения к старости скажем, например, что деньги пересчитать. И отправилась она в близлежащую аптеку. В то время в город Хабаровск мало чем отличался от других городов страны. И презервативы продавались не везде. Но, как водится, была центральная аптека на улице под названием «Большая», где было почти все (в советском понимании этого слова, конечно).
Так вот приходит однажды сия пожилая гражданка в аптеку и спрашивает у продавщицы, молодой девицы:
- дайте мне, пожалуйста, презервативы.
- бабушка, - отвечает ей девушка,- они только на «Большой»
На что та, по стариковски смутившись, отвечает: «а мне на большой и надо». ..Очередь полегла там же, где-то рядом с бабушкой.
..Очередь полегла там же, где-то рядом с бабушкой.
Один мoй знакомый недавно купил квартиру в старом сталинском доме, оснoвной контингент которого - бабушки в рюшечках - бывшие учитeльницы и дедушки с шахматами - бывшие инженеры. В общем, всё пристoйно и чинно, все вежливо при встрече здороваются.
И вот в суббoтнее утро раздается звонок в дверь. За дверью - соседка, бабуся, вся тaкая сильвупле.
- Молодой чeловек, если вас не затруднит, уважьте меня, пожалуйста, по-соседски кое-кaкими продуктами!
Мой знакомый - юнoша воспитанный и отзывчивый. - Конечно! Соль, сaхар, спички? - Сто грaмм...
- Конечно! Соль, сaхар, спички?
- Сто грaмм...
Вахтеры меня любят... своею нежною любовью. Если мимо вахтера сплошным потоком идет сто человек, то из этих ста вахтер выловит меня и спросит пропуск. Это я сейчас уже знаю. А тогда, в конце 80-х...
Еще учась на 4-м курсе университета я начал ходить в институт (НИИ) в который потом и распределился. Сначала курсовая, потом диплом.
10 и кучу всяких переходов по центральному корпусу. Вторая -- проходная опытного производства. Домик у ворот в котором была действительно проходная с блокирующейся вертушкой. Через нее я и ходил. Посменно там работало 4 вахтера. Трое вахтеров несколько раз проверив у меня пропуск успокоились и узнавали меня в лицо. Но одна бабулька...
Как я уже сказал, ходить я туда начал еще студентом и выписали мне временный пропуск. Обычная бумажка -- на принтере сейчас гораздо лучше напечатать можно, но эта бумажка давала право пройти в институт. Утром, когда я шел на работу бабуля спрашивала у меня пропуск всегда. Я оправдывал ее для себя тем, что пропуск у меня временный и она каждый раз хочет убедиться, что пропуск действительный. Так я и ходил полтора года, каждый 4-й день копаясь в поисках пропуска. Но вот университет закончился, и я распределился в этот НИИ. Получил постоянный пропуск, и казалось бы... но нет, ничего не изменилось. Бабуля все так же по утрам спрашивала мой пропуск. Узкий проход в будочке, народ идет на работу и протискиваясь мимо меня удивленно смотрит, как я тихо матерясь ищу пропуск в "дипломате". Чего я только не испробовал: я и просто душевно разговаривал с этой бабулей, и ругался, аргументируя, что остальные проходят спокойно, а я должен искать пропуск -- бабуля была непробиваема. На все мои слова у нее был железный аргумент: я имею право проверять пропуск у входящих в институт. Казалось она меня победила -- каждый 4-й день выходя из дому я клал пропуск в карман поближе, чтобы не ковыряться на проходной. И все же эта ситуация меня напрягала. Решение пришло неожиданно. В институте столовая была плохая и на обед я выходил в кафе неподалеку, но за территорией института. К обеду бабулька уже несколько теряла свою бдительность и тихо-мирно кушала свой обед, уютно устроившись за столиком в своей каморке. Очередной раз выходя на обед и ощущая пропуск в кармане меня озарило, при виде мирно обедающей бабульки. Я подошел к ее окошку и сказал: "Подойдите, проверьте мой пропуск, я же выхожу, а вы должны контролировать, кто проходит через проходную. " Если бы бабулю навернули обухом по голове, это произвело бы меньший эффект. С минуту она тупо втыкала на меня, не понимая, что я хочу. Потом сказала: проходи. Но я не сдался.
- Вы же сказали мне, что должны убедиться, что я могу здесь проходить -- посмотрите мой пропуск.
Бабуле пришлось оторваться от своей мисочки, подняться, подойти и посмотреть в мой пропуск. На том мы и расстались, но я понял, что мне поперло. Возвращаясь с обеда я звонким молодым призывом оторвал бабулю от довольного переваривания обеда на диванчике. Встать после сытного обеда было тяжело, но бабуля знала, что не я это начал. Пришлось опять осматривать знакомый до боли пропуск. Уходя домой, я не забыл о контрольном выстреле пропуском в уставшую за день бабульку.
Через четыре дня я привычно приготовил пропуск и открыл дверь на проходную. Увидев меня (еще без пропуска), бабуля расплылась в улыбке, как-будто увидела своего самого родного и любимого внука. И с несходящей с лица улыбкой замахала мне обеими руками: "Проходи, проходи! ". За все последующее наше общение, продолжавшееся до середины 90-х она больше ни разу не спросила у меня пропуск. Более того, когда я шел на машинное время вечером или в выходные, она не спрашивала у меня, выписана ли на меня бумажка, а приветливо меня пропускала. И только уже в начале 90-х, когда институт закрыли, а всех сотрудников отправили в неоплачиваемые отпуска за свой счет, она очень извиняясь передо мной говорила, что "ну не может она сейчас никого пропустить -- уволят ее за это". Ну да и не очень нужно было -- так, забегал забрать какую-то мелочь. Прошло много времени, и хотя шансов немного, но хотелось бы, чтобы с этой бабулей все было хорошо -- не со зла она это все.
Невыдуманная история из жизни начинающего фотографа.
В далёких 50х - 60х, точнее не могу сказать в каком году, отец увлёкся фотографией. Основная работа его не была связана с фотографией и находилась в нескольких часах ходьбы от дома. Поэтому фотоматериалы, проявитель, фиксаж, фотобумагу приходилось покупать лишь в субботу.
Фотографов, у которых имелись фотоаппараты тогда на наш небольшой посёлок было всего лишь двое. И один из них - мой отец.
Однажды его попросили снять свадьбу. Подошёл ответственно, готовился заранее и почти всё закупил. Осталось лишь дело в фотобумаге, которую он попросил купить свою маму (мою бабушку).
Свадьбу снимал на три фотоаппарата: "Зенит", "Зоркий" и широкоплёночник "Москву".
После проявления плёнок, радовался кадрам - со всех камер большинство получились с хорошей контрастностью, то есть экспозиция была в норме.
Когда же закрылся на кухне и начал пытаться печатать снимки, сразу никак не мог понять, поскольку снимки начали чернеть сразу же в проявителе вне зависимости от экспозиции под увеличителем. Стал открывать другую пачку фотобумаги, и тут сообразил, что пачка оказалась вскрытой! Перепроверил все пачки, картина была сходной. На всякий случай вытащил по листочку из каждой и просто отпускал их в проявитель. Реакция, как Вы, наверняка догадались, была одинаковой - все чернели даже совсем без экспонирования.
Вышел из кухни с вопросом:
-Мама, ты где фотобумагу покупала?
-В универмаге, сынок. Сделала всё, как ты написал в записке, и глянцевой накупила, и матовой, и тиснёной, на все 25 рублей! Бумагу дома проверила - вся чистая, хорошая без пятен...
-Пришлось событие по печати свадебных фотографий отложить ещё на несколько дней.
Еду в автобусе, рядом бабулька сидит с сумками. Напротив — парень с девушкой, видимо, не знакомы. Я замечаю, как парень вытащил у девушки телефон, он встал и направился к выходу. Бабушка, недолго думая, встает за ним и вытаскивает телефон уже из кармана парня, а вместо техники подсовывает пачку сигарет. Откуда она — понятия не имею. Дальше бабушка возвращается на место и, как только парень выходит, возвращает телефон девушке. Столько благодарности в глазах я не видела еще ни разу.
Было это в начале 70-х.
Свадьба папы с мамой.
Основным средством воспроизведения музыки тогда были граммофонные пластинки.
Только-только появились магнитофоны с большими бобинами. По тем временам - невиданный прогресс.
Мой папа был (и остался) большим любителем прогресса. Поэтому у него был магнитофон, он записал
И вот свадьба.
Все за столом, в магнитофон торжественно вставлется пленка и нажимается кнопка воспроизведения. Тишина, все гости ждут, затаив дыхание.
Из динамиков раздается "Товарищи! Позвольте поздравить Вас с окончанием очередного трудового года... " и далее в том же духе.
Сначала все решили что так и надо. Несколько минут слушали, ждали музыку. Так и не дождались.
Оказалось, что папа забыл, что он приобщил к прогрессу свою маму - мою бабушку.
У бабушки приближалось ответствнное мероприятие - годовое отчетное собрание на заводе, где она работала в профкоме. И она репетировала речь.
Папа предложил ей для этой цели использовать техническую новинку - магнитофон, чтобы можно было прослушать речь с целью ее последующей доработки для достижения максимального эффекта.
То ли пленка с музыкой затерлась речью, то ли взяли не ту бобину с пленкой...
Иду я значит в магазин, в своих любимых драных джинсах (да, на них довольно-таки много дырок), купила все что нужно, подхожу на кассу, девочка-кассир пробивает мне все, потом грустно смотрит и говорит: "Девушка, а можно я вас сфотографирую и покажу своей бабушке как выглядят настоящие рваные джинсы? Может хоть тогда она перестанет выкидывать в мусорку мои джинсы, на которых всего-то пара протертостей... "
Бабуле исполнялось 80 лет, и мы решили по этому поводу устроить праздник. Подобрали пару ресторанов, кафе и показали список бабушке. Она, внимательно прочитав перечень, забраковала один из них фразой: "Ой, неее. Я туда не хочу! Там танцпола нет! "
Когда бабушка Нина сошла с ума, то немедленно обвинила нас в попытке отобрать квартиру (которая ей не принадлежит), отравлении запрещенными препаратами (витаминами и легким снотворным), ну и в голодоморе, как же без него, три раза в день, не считая полдника с кефиром и булочкой. Но в этой истории интересен не сам факт сумасшествия - с кем
Последующая жизнь бабы Нины проистекала в двоичной системе: днем она работала в престижном НИИ и защищала диссертации. Вечерами, вооружившись кофе, сигаретами и подружками, читала вслух диссидентов и травила анекдоты про "сиськимасиськи" Леонида Ильича. И еще она не выносила обращение "товарищ". "Никакой я вам не товарищ", - строго говорила она. "И вы мне не товарищи". Вокруг нее были сплошь господа, сударыни и судари, в крайнем случае – граждане. Так и жила, слушая всевозможные "голоса", "волны" и "эхо". Уже будучи на пенсии выделяла тонны желчи в бесконечной телефонной трескотне с подружками. Которые, кстати, как и она, проявляли удивительную живучесть и долголетие, несмотря на тяжелое детство и "режим" в стране. Баба Нина вообще любила пофантазировать на тему "режима, " утверждая, например, что ребенком прошла через ГУЛАГ. На самом деле около года провела в детском доме под Куйбышевом.
И вот бабушка Нина сошла с ума. И что сделала перво-наперво? – Она обратилась к общественности! Дамы и господа ведь всегда обращаются к общественности, не так ли? Вооружившись здоровенной тростью, антисоветская бабушка стала колотить по стенам и, набрав в легкие воздуху, что есть мочи вопить:
- Товарищи! Товарищи! ! ТОВАРИЩИ! Немедленно сообщите в милицию, КГБ, обком и райисполком, что здесь происходят чудовищные события!
Дальше следовали вышеупомянутые сигналы о квартире, вредительских препаратах и голодоморе.
До соседей достучаться получалось не всегда, посему громкие обращения к "товарищам" стали вылетать из открытого окна, особенно пикантно они звучали в ночные часы. .
При попытке госпитализировать бабушку в соответствующее учреждение, нам было сказано, что человек она пожилой и ей хорошо бы в пансионат для престарелых. В платном пансионате посоветовали сперва подлечить в психбольнице, а потом только к ним, в противном случае могут пострадать адекватные старики.
В общем понятную медицинскую помощь решено было оказывать на дому, в результате которой все "товарищи" куда-то исчезли, а бытовым обслуживанием отчего-то занялись господа, которые, ради этого удовольствия, видимо, вернулись из парижской эмиграции : )
В детстве мы с двоюродным братом остались на выходные у бабушки. Приспичило нам завести хомячков. Сели обсуждать, как бы нам родителей уговорить купить маленьких зверьков. Разговор услышала бабушка и вмешалась: «У нас в соседнем подъезде девочка жила, у которой был хомячок. Зимой она решила отнести его погулять на улицу. Хомячок замерз. Девочка решила погреть его ртом. Он запрыгнул ей в горло, она задохнулась и умерла! » Интересные у нашей бабушки были способы отговорить нас от покупки домашних животных…
Моя бабушка приличная, порядочная женщина, но мама рассказала, что когда она долго не вытирала пыль в своей комнате, бабушка исподтишка на всех покрытых пылью поверхностях в её комнате написала слово "х[рен]".
Сейчас вернулась из поликлиники, ухохатываюсь...
Очередь была долгой (3 часа просидела), так что настроение у меня было философско-созерцательное. Понаблюдала, как в соседний кабинет продвигается очередь с бумагами: медсестра выходит, берет бумаги, затем через какое-то время их выносит и берет бумаги у следующего
Бабушка, чувствуется, профессионал по созданию образа пострадавшей, ведь если не знать историю с самого начала, то поведешься на ее благородное возмущение и требование справедливости по отношению к себе. .. Справедливость по отношению к другим не обязательна...