Женские истории #дом

иуспокоились. Потом ситуация изменилась, и мне пришлось квартируснимать. Сняла я ее в новостройке на 14-м этаже. И уже на второй день,в лучших традициях, забыла ключи. В этот день мы что-то отмечали сосвоими старыми друзьями, и, как водится, несколько нагрузились.Возвращаюсь я в свежеснятую квартиру, подхожу к двери и понимаю, чтоключи забыла. Ну, звоню по привычке в соседскую дверь. Открываетмужик: как назло очень на моего прежнего соседа похож. Квартира егоизнутри тоже точь-в-точь соседская (как-никак типовая планировка итиповой менталитет свое дело делают). И в моем нетрезвом сознаниипроисходит замыкание. Я, буркнув "Добр-р-чер", бесцеремонно отстраняюопешившего мужика и со словами "Ну я как обычно" двигаю через всюквартиру к балкону. Мужик бросается за мной и пытается схватить заодежду. Я его успокаиваю "Да не волнуйтесь вы, в первый раз, что ли?"При этом, в течение всего своего брусиловского прорыва через квартиру,я комментирую несовпадения интерьера с привычным соседским: "О, коврикположили - давно пора (проходя по нему в ботинках); "О, да вы ителевизор новый купили? Ну и как - хорошо показывает?" и т.п. . А самаоткрываю дверь и вылезаю на балкон. Там навалена куча вещей. Я ихразгребаю, периодически отодвигая мужика, который за моей спинойсуетится и пытается меня оттащить от края.

Наконец, добравшись до перил, я в последний раз отцепляюсь отмужика и со словами "Да что вы, в самом деле, разволновались-то так?"переваливаюсь наружу и по карнизику, держась руками за перила, какобычно перехожу на свой балкон. Мужик, рискуя выпасть на тротуар,перегнувшись, смотрит мне вслед огромными глазами. Я делаю ему ручкойи еще, прощаясь, выдаю что-то вроде "Пойду, посмотрю, что там вхолодильнике есть".

На самом деле, все это была перамбула. Амбула наступила наследующее утро, когда я, проснувшись, вышла из своей новой квартиры наработу. В тот момент, когда ч запирала свою дверь, открылась дверьсоседней квартиры, и из нее вышел тот самый вчерашний мужик - вментовской форме!!!

Эпилог:

Кончилось все хорошо. Об этом свидетельствует хотя бы то, чтоподробности моего поведения в соседской квартире рассказал мне сам еехозяин (оказавшийся, к слову, местным участковым) во время душевнойбеседы за кружечкой чайку.

по виду хорошо так за восемьдесят, с пакетом в руке идёт. Показалось, что она тоже мусор выкидывать, а я ей своей машиной дорогу перегородил. Гм. Утрёпанная такая, слегка согнувшись, всё поношенное, но чистое. Платочек на голове.

- Давайте выброшу- руку протягиваю к её пакету.

- Нет, сынок, это не мусор, это моё.

- Да я подумал, что Вам дорогу закрыл, неудобно.

- Нет, я не к мусорке. А Вы не знаете, где это, Кировская 16? Пройти бы мне- вроде как заблудилась.

- А хрен его знает. Посёлок большой. Погодите, сейчас по навигатору посмотрим.

Открываю приложение. Недалеко, но и не близко.

- Вот что, садитесь-ка, я подвезу.

- Так у меня денег нет.

- Садитесь, садитесь, какие деньги.

Бабуля забирается на переднее сиденье- пёс в багажнике (у меня внедорожник, там его место) поднимает лай.

- Молчать, молчать, кому говорю! Разорался, собака такая... Гости у нас. Он не кусается, добрый, просто присутствие своё обозначает.

- Да я вижу. Вот как хорошо, что Вас встретила, что- то с головой у меня не то - вроде помню, что в магазин за хлебом шла, потом, как туман, а теперь не знаю, как домой добраться...

- Ничего, сейчас доберёмся.

- Это мне Вас Бог послал, я за Вас молиться буду, Вас как зовут?

- Леонид. С праздником Вас. С Победой.

Помолчали. Едем. Бабуля свой пакет на коленях держит. Далековато она забралась со своим туманом - километров пять протопала.

- И Вас тоже с праздником. Вот ведь как - что тогда было, ясно помню, а сейчас - как туман в голове. Здесь в войну немцев не было, здесь румынская часть стояла. Когда немцы приезжали, мы, девчонки, все прятались- они детей забирали- в лагерь.

- Кого по отбору- тех к себе, в Германию увозили. А кто не годится- тех в Каушту - там свой лагерь был, там кровь забирали. Оттуда мало кто из детей спасся- сестра моя старшая там пропала. А может и не там? Не знаю. С головой плохо, забывать стала.

- Вот и сегодня, как туманом накрыло. Хорошо, что я Вас встретила, здоровья Вам, и вашим детям- я за Вас молиться стану, как Вас зовут?

- Леонид, как Брежнева - его- то помните?

- Сколько лет прошло, как Маришку забирали- сестру мою, помню. А сейчас с головой что- то... Вы ведь меня домой везёте? На Кировскую? Вас мне Бог послал, молиться за Вас буду, Вас как зовут?

- Леонид, как Брежнева.

Подъезжаем. Навигатор сообщает, что маршрут завершён.

- Ну, приехали. Это точно, куда Вам надо? Кировская 16?

- Вроде да, вроде да... А- точно, это мой дом! Вот спасибо Вам, сыночек, миленький, сама бы я не добралась! Может хоть чайку зайдёте, выпьете? Спасибо, я за Вас молиться стану - Вас как зовут?

- КАК БРЕЖНЕВА!

подобного. У меня вот гараж в центре, у Исполкома, ну ты знаешь, там только начальникам места давали. Я там чуть не один рабочий человек затесался. Остальные - всё больше начальники и не маленькие. У меня даже машины тогда ещё не было — только мотоцикл Иж . Максимум что и могли бы дать под мотоцикл - место под малый бокс, так мы с женой и в Исполком, и в Обком, куда только не ходили. Добились!

Соседи по гаражу у меня всё больше дураки были набитые, как им только областью и городом доверили руководить? Но меня все уважали. Так и говорили: «Ты Степан Батькович у нас — голова! Один на весь наш гаражный кооператив такой! Совета по всем-всем вопросам спрашивали... » Сейчас то конечно у нас в гаражах всё больше бизнесмены с бандитами. Они да — простой народ не уважают совсем. Не прислушиваются...

Опять же. Я на том Иже спину застудил почти сразу. Продал его с обиды. Жалко конечно, мотоциклу всего полгода... Но радикулит шуток не любит. Пошёл справку взял, что на дальних рейсах пассажиров возить не могу. Так власть родная советская меня вмиг на ближний маршрут перевела и автобус новый большой дали. Хотели средней вместимости, но я сразу сказал: трудовые люди должны ездить сидя, давайте большой. Прислушались. Мой то опыт в перевозках, а тут открытие маршрута в новый рабочий посёлок.

Опять же открытка на Волгу через месяц после этого пришла: «Есть гараж? Пожалуйста, можешь Волгу по гос. цене приобрести». Ни рассрочек тебе, ни кредитов не надо... Трудовой человек должен был хорошо жить.

Но и работали мы дай Бог каждому! Я план каждый день выполнял, да что уж греха таить — маршрут то у меня убыточный был, я без кондуктора ездил, так сам бывало из своих докладывал денег, чтобы до плана хватило. Во как было!

Начальство у нас в автоколонне так со мной всегда первым здоровалось: и начальник, и мастер выпускающий, и из бухгалтерии нормировщик. Потому что знали: я на маршруте — всегда порядок будет. А какого сменщика я себе подготовил! Прям после ПТУ парень пришёл, я вижу — толковый, понимает прям с полуслова, опыт чувствует и уважает поэтому. Взял и ни разу не пожалел. Смену, так сказать, сам подготовил.

А народ меня на маршруте как уважал! Я же сам ходил в Исполком, чтобы маршрут удлинить. До посёлка довели, а деревенька там рядом в 5 километрах — так топай по грязи. И добился! Удлинили. Во власть какая была! Ну конечно и моя заслуга там была. Это я всегда знал, у кого бумажку взять, кому - отдать. С кем комиссию собрать, чтобы людей к ответственности приобщить, чтобы подписей много было, солидно.

Вот ты говоришь с жильём плохо было при Советах? Может и плохо, только власть своих героев уважала. Вот у меня отец на фронте без вести пропал. Так матери, как вдове павшего защитника, трёхкомнатную квартиру, в центре, прямо у Исполкома дали. Мы с мужиками, с гаражей которые, потом неделю у меня каждый вечер новоселье праздновали.

И "сдулась" эта власть совсем недавно. Я ещё увольнялся — была народная власть, но чувствую - не долго продержится. Вот я на пенсию и ушёл. Мне почётного присвоили и сумму ... хм... ну кто получал, знают что круглую, дали, как премию при выходе.

А сейчас, конечно, уже не та стала власть... Нет. Не та.

Часть 2. Наследница.

Внучка его — шустрая очень. Деда послушала-послушала. Да мне что к чему растолковала. Далее от первого лица:

Ты деда Степана не слушай — шифруется он, по привычке от ОБХСС. Он так-то самый нормальный в нашей семье. Я — вся в него.

Баба Маня, жена его, заведующей столовой работала. Был у неё, конечно, обвес и лишний запас продуктов на складе. Не сегодня-завтра ревизия придёт, и ей КАМАЗом надо бы со склада всё вывозить, чтобы не попасться. А тут — повезло. Крупная шишка из Исполкома пришла — нужно сына женить и свадьбу надо обслужить. Вот баба Маня себе и людям доброе дело сделала: продукты по дешёвке под это дело продала.

Шишка та увидела, что человек с пониманием, да и подсказала, как в гаражный кооператив пролезть: Иж купить, чтоб место дали, и у кого бумажку подмахнуть. Ну а дед Степан в том гаражном кооперативе прямо золотую жилу нашёл: он же всю жизнь при машинах. А тут людям кому масло сменить, кому свечи, автосервисов то тогда почти и не было. И в благодарность, чем могут соседи — тем помогают. У всех же связи. Кто в очередь на Волгу вместо какого-то ветерана поставил (машину же тогда по гос. цене не купить, ну ты же знаешь), кто с работой, кто с квартиркой помог, а кто ему и почётного пробил (там же выплата ты знаешь какая! )

Тем более на маршрут деда очень бойкий поставили. Там нужно было пару автобусов средней вместимости, но дед Степан умный, он быстро смекнул и выпросил один, но большой. Пассажиры у него в тот автобус на остановках настояться, как следует, и как селёдки в бочку набивались. Пластами. А нормировщик план специально занижал. Дед нормировщику кинет, опять же начальнику, чтобы кондуктора не ставил, мастеру, чтобы новый автобус давал. Мальчишку хитрющего подобрал себе в напарники, чтоб всё чинно-благородно. Вот все и живут припеваючи.

И опять же маршрут они удлинили. А до деревни той дороги как не было, так и не сделали. Дед там один раз показательно в луже побуксовал и бабкам вмиг объяснил, что не сахарные — 5 км. и пешком до посёлка дойдут. Тем более что та деревня — три дома, две бабки. Некому там жаловаться. А это же 10 км, да помножить на 6 ездок за смену. Солярка то под это выделяется. Деду Степану опять в карман экономия и по бумагам всё у деда чин чинарём выходит. .

У деда денег с того маршрута столько было, что всегда всех своих друзей поить водкой мог. Да и баба Маня с мяском-колбаской помогала. Они с нужными людьми всегда дружить умели. А я — вся в деда! Я жить умею: где дать, где взять, с кем поделить! За мной не пропадёшь! Женись на мне! Да и дед Степан не сегодня-завтра того, так я ещё и невеста при деньгах буду. Я тогда таких дел с тобой закручу!

Как я представил, как она меня по случаю продаст, а потом курс снизится и обратно купит, чтобы с выгодой в аренду сдавать, так чувствую — совсем жениться не хочется, не та закалка...

ёкало в груди.

Ну а что Жанна? Она просто позволяла себя любить, изредка отвечая на его ухаживания - редкими походами в кино и непродолжительными вечерними разговорами, возле её подъезда.

Конечно, Марик пытался форсировать события, но Жанна всегда находила всевозможные причины для вежливого отказа. Это продолжалось до того события, когда Марику, как и его друзьям пришло время отдать долг Родине, доблестной службой в рядах доблестной советской армии. Накануне перед отправкой, пригласив на проводы Жанну, он намеренно выпил для храбрости, чтобы быть чуть смелее со своей девушкой, да и друзья чувствуя эмоции Марика, под конец вечера оставили их вдвоём наедине в спальне родителей. Ну а те, тактично покинули квартиру после первого стола. Но, то ли алкоголь сыграл злую шутку, то ли Жанна не была готова к этому, но через минут двадцать Марик вышел из комнаты и громко произнёс:

— Ты всё равно будешь нянчить моих детей!

И ещё раз повторил на всю квартиру, так что было слышно всем:

— Слышишь, ты всё равно будешь нянчить моих детей!

А затем одев кроссовки выбежал на улицу. Где он провёл ночь, никто так и не узнал, вот только на следующее день, ближе к обеду, он с такими же лысыми призывниками, как и сам, уже ехал в плацкартном вагоне в далёкую Белоруссию.

Первые полгода он усиленно переписывался с Жанной, которая как ни в чём ни бывало отвечала на письма Марика и даже писала, что скучает по нему. Но после Нового года как-то стала писать всё реже и реже, а к майским праздникам всё таки написала, что дружит с каким то парнем, студентом последнего курса её института и что пусть он, то бишь Марик не обижается... Так получилось.

Марик долго не мог поверить в это, думал, что это розыгрыш, ну так проверка чувств, пока его друзья не подтвердили самые худшие его опасения. А ещё через некоторое время пришло сообщение, что его Жанночка благополучно вышла замуж и укатила с мужем куда то по его распределению, а куда неизвестно.

Ну а что же Марик? Он благополучно отслужил положенные два года, даже чуть-чуть поболее, приехал домой и побыв пару месяцев в родном городе, уехал поступать в столицу, в один из местных вузов. Поступил, закончил с отличием, да так и остался преподавать в родном «альма матер»

Отработав в институте лет пятнадцать, наш Марик, хотя конечно его уже называли по имени отчеству, защитил кандидатский минимум и почти наготове была докторская диссертация. Также за это время, он успел обзавестись приличной «трёшкой» в одном из элитных микрорайонов «южной столицы» (официальный столичный статус город уже к тому времени утратил), а также неплохим автомобилем, ведь помимо своей основной преподавательской деятельности, он занимался различными коммерческими проектами, благо время было такое, а энергии и сноровки у него было не отнять.

Ну а личную жизнь он как то не пытался налаживать, хотя парнем он был видным и женским вниманием был точно не обделён. Конечно, он не жил праведным монахом, всё было, но вот женитьба его не прельщала, хотя и пару раз пытался жить гражданским браком, но хватило максимум, всего лишь на четыре месяца.

Пока однажды, совершенно случайно, не познакомился с милой девчушкой, которая была гораздо моложе его, но именно с ней он чувствовал себя легко и непринуждённо и именно ради неё ему хотелось совершить, что нибудь этакое; хорошее, героическое, а при его статусе, это героическое и подразумевало женитьбу. Ну а через полгода появился и повод, она оказалась в положении, ведь они с молчаливого согласия друг друга, просто перестали предохраняться.

Ну что же, раз такое дело, Марик, как истинный джентльмен и мужчина решил сделать ей предложение. Она конечно согласилась и через недельку они вылетели в столицу, знакомиться с её родителями, вернее мамой, так как её отец покинул их и уже давно жил за бугром с новой семьей. По прилёту в столицу они, поймав такси, отправились к ней домой. Дверь открыла женщина, средних лет, ещё не утратившая следы былой, ослепительной красоты и эта красота была ему до боли знакома! ... Женщина, тоже начала приглядываться, а затем слегка побледнев, села на кушетку.

«Жанна» - только и сумел сказать Марик. «Марик» - только и сумела сказать Жанна. И добавила:

— Ну что же, я готова нянчить твоих детей! ...