Женские истории #квартира

с грязной.

— О, какой язвительный молодой человек! Жалко, я не знала, что у меня будет такой важный гость. Купила бы чего-нибудь особенного к чаю. Вы, кстати, чай будете без какого варенья: без вишневого или без клубничного?

— Если можно, то без малинового.

— Пожалуйста! У меня все есть.

Насчет варенья она, конечно, хохмила. Нашлось у нее и варенье, и печенье, и конфеты — как это водится в приличном еврейском доме. Вот иногда видишь человека всего пять минут, а такое ощущение, что знаешь его всю жизнь. Точно такое же чувство возникло у меня после встречи с Миной Моисеевной.

Когда я вижу на сцене Клару Новикову с ее тетей Соней, для которой пишут лучшие юмористы, я всегда думаю: а как же тетя Миня? Ведь ей никто не писал, она все придумывала сама.

Помню, сидим мы с ней, беседуем. Вдруг — телефонный звонок. Кто-то ошибся номером. Громкий мужской голос, который слышу даже я, кричит:

— Куда я попал?!

— А куда Вы целились? — спрашивает тетя Миня.

Хотя в душе она была стопроцентной еврейкой, терпеть не могла разговоров, какие мы все потрясающе умные.

— Ай, не морочьте голову, вот Вам мой племянник, дофке еврей, — тупой, как одно место. Кончил в этом году школу — и что? С его знаниями он может попасть только в один институт — в институт Склифосовского!

Я иногда начинал ее дразнить:

— Но мы же с вами избранный народ!

— Мы — да! Но некоторых евреев, по-моему, избирали прямым и тайным голосованием, как наш Верховный Совет.

Теперь пришла пора сказать, кем же была тетя Миня. Она была профессиональной свахой. Сегодня, в эпоху брачных объявлений и электронных связей, эта профессия кажется ушедшей. Но только не для тех, кто знал Мину Моисеевну.

— Человек должен уметь расхвалить свой товар, — говорила она. — Реклама — это большое дело. Посмотрите, когда курица несет яйцо, как она кричит, как она кудахчет. А утка несет тихо, без единого звука. И результат? Куриные яйца все покупают, а про утиные никто даже не слышал. Не было звуковой рекламы!

Не знаю, как она рекламировала своих женихов и невест, но клиентура у нее была обширная, телефон не умолкал с утра до вечера.

Было сплошным удовольствием слушать, как она решает матримониальные дела.

— Алло! Что? Да, я Вас помню, Володя. Так что Вы хотите? Чтоб она была молодая, так, красивая, и что еще? Богатая. Я не поняла, Вам что, нужно три жены? Ах, одна! Но чтоб она все это имела. Ясно. Простите, а что Вы имеете? Кто Вы по профессии? Учитель зоологии? Хорошо, звоните, будем искать.

— Алло! Кто говорит? Роза Григорьевна? От кого Вы? От Буцхеса. Очень приятно. А что Вы хотите? Жениха? Для кого, для дочки? Нет? А для кого, для внучки? Ах, для себя! Интересно. Если не секрет, сколько Вам исполнилось? Тридцать шесть? А в каком году? Хорошо-хорошо, будем искать. Может быть, что-то откопаем.

— Алло, это Яков Абрамович? Хорошо, что я Вас застала. Дорогой мой, мы оба прекрасно знаем, что у Вас ужасная дочь, которая не дает Вам жить. Но все равно, когда я привожу жениха, не надо ему сразу целовать руки и кричать, что он Ваш спаситель. Они тут же начинают что-то подозревать!

Когда Мине Моисеевне исполнилось 75, она приняла самое важное решение в своей жизни — уехать в Израиль. Все подруги по дому дружно ее отговаривали:

— Миночка, куда Вы собрались на старости лет? Жить среди незнакомых людей!

— Я вот что подумала, — сказала тетя Миня, — лучше я буду жить среди незнакомых людей, чем среди знакомых антисемитов!

И она уехала. Тихо, незаметно, никому ничего не сказав. Тогда в аэропорту «Шереметьево» фотографировали всех провожающих, и она не хотела, чтобы у нас были неприятности после ее отъезда.

Прошли годы, многое в мире изменилось. Советский Союз установил дипломатические отношения с Израилем — и я впервые оказался на Святой земле.

Я сразу же попросил своих друзей отыскать Мину Моисеевну, если она еще жива, а если нет — хотя бы узнать, где она похоронена.

На следующее утро чуть свет в моем номере зазвонил телефон:

— Алло! Это великий русский писатель Шолохов-Алейхем?

— Тетя Миня! — заорал я. — Это Вы?

— Ну да! Что ты так удивился, будто тебе позвонил Ясир Арафат?

Через пару часов я уже завтракал в ее квартире, точь-в-точь копии московской: те же занавески на окнах, те же фотографии на стенах, такой же маленький телевизор, по которому шли все те же наши передачи.

— Ничего не меняется, — сказала она, перехватив мой взгляд. — Все как было. Даже профессия у меня та же.

— Как? Вы и здесь сваха?

— Почему нет? Здесь тоже надо соединять женихов и невест. Как говорится, сводить концы с концами.

Дальнейшая часть дня проводилась под аккомпанемент сплошных телефонных разговоров тети Мини:

— Алло? Слушаю! ... Да, я Вас помню. Вы хотели невесту с хорошим приданым. Так вот, можете открывать счет в банке «Хапоалим» — я Вам нашла невесту. За нее дают 50 тысяч шекелей. Что Вы хотите? Посмотреть ее фото? Милый мой, за такие деньги я фото не показываю. Получите приданое, купите себе фотоаппарат и снимайте ее сколько влезет!

— Алло? Бокер тов, геверет! — И тетя Миня затараторила на иврите, как пулемет. — Ненормальная румынская еврейка, — сказала она, положив трубку. — Денег полно — и она сходит с ума. Не хочет блондина, не хочет брюнета, подавай ей только рыжего! Откуда я знаю почему? Может, у нее спальня красного цвета, хочет, чтоб муж был точно в цвет!

— Алло? Ша, что Вы кричите? Кто Вас обманул? Я Вам сразу сказала, что у нее есть ребенок. Какой позор? . . В чем позор? . . Ах, ребенок родился до свадьбы! Так что? Откуда ребенок мог знать, когда свадьба? . .

А я сидел, слушал все это и умирал от счастья и восторга! Потому что за окном был Тель-Авив, потому что рядом была тетя Миня, потому что, слава богу, есть то, что в нашей жизни не меняется.

Не знаю, может, это звучит немного высокопарно, но для меня тетя Миня олицетворяет весь наш народ: тот же юмор, та же деловая жилка, скептическое отношение ко всему и удивительная жизненная сила. Все, что позволило нам выжить в этом кошмарном мире!

Порой мне кажется, что брось тетю Миню в тундру, в тайгу — и уже через пару дней она будет ходить по чумам, сватать чукчей и эскимосов:

— У меня для Вас потрясающая невеста! Она даже не очень похожа на чукчу, скорее на японочку. Какое приданое? . . Какие олени? . . Нет, он сошел с ума! Я ему предлагаю красотку, а он хочет оленей. Да Вы только женитесь — и у вас рога будут больше, чем у оленя!

Сегодня тети Мини уже нет на земле. По нашему обычаю умершим нельзя приносить цветы, но никто не сказал, что им нельзя дарить рассказы. Я написал его в память Мины Моисеевны и жалею только о том, что она его не услышит. Иначе она бы непременно сказала:

— Между прочим, про меня мог бы сочинить и получше! К тому же ты забыл вставить мою главную фразу о том, что надо уметь радоваться жизни. Обязательно напиши: «Пока жизнью недоволен — она и проходит мимо нас"

с ней как раз только что сняли квартиру и туда переехали.

Вот возвращается как-то вечером Вася домой с работы, а ключ то ли забыл, то ли потерял. Стучится в дверь, а ему никто не открывает. Выходит он во двор, смотрит - в окне, единственном освещенном окне на все 5 этажей, горит приглушенный свет и какие-то тени шастают, причем явно две. Тут

Васе стукает в голову ревнивая мысль, что там его подруга с хахалем зажигает, и, несомненно, хахаль тот общий друг Денис. И вот, потеряв от такой мысли всякий разум, ревнивый Вася летит обратно в подъезд и начинает с угрозами и матом ломиться в дверь. Никто не открывает. Сломав дверную ручку, он снова вылетает во двор, и наблюдает игру теней в окне.

Так повторяется несколько раз, и Вася начинает с отчаянья кидать в окно камнями.

Тут вдруг сзади к нему подходит и здоровается в меру удивленный Денис, который типа шел как раз мима и решил зайти в гости. Вася сначала ох[рен]евает, потом соображает, что гнусный хахаль тихонько прошмыгнул мимо него, и теперь над ним же издевается, и порывается надавать Денису [ман]дюлей. После непродолжительных разборок они оба тупо смотрят в окно, и видят там реально две тени. Садятся, пьют пиво и начинают строить догадки, кто же там может быть. Принимается решение, что надо попроситься к соседям сверху, чтоб пустили залезть с ихнего балкона на Васин. Денис остается стоять внизу, а Вася идет уговаривать соседей.

Так уж случилось, что тем вечером соседи сверху, тоже молодожены, решили устроить себе романтический ужин при свечах. Уже почти начали трахаться, как вдруг какой-то псих стал орать во дворе, потом в окно камни метать.

Парень хотел было разобраться, но жена очень просила не отвлекаться.

Едва им удалось абстрагироваться от досадных хулиганов и снова настроиться на романтику, в дверь настойчиво позвонили, и весьма нетрезвый тип стал настырно ломиться в квартиру, причем зачем-то ему срочно было нужно именно на балкон.

В конце концов Васе удалось преодолеть сопротивление невъезжающего соседа, и он прорвался к заветной цели.

Денис, с любопытством наблюдая со двора, увидел, как из загадочно освещенной комнаты на балкон выскакивает Вася, которого кто-то пытается в четыре руки поймать и втащить обратно, и начинает перелезать через край балкона. Ему это уже вполне удается, и тут приходит, наконец, Васина подруга, которая, оказывается, была у мамы. И видит, все более удивляясь, слегка ужратого Васю, свисающего с балкона верхних соседей, и не менее ужратого Дениса, который вертит головой то на нее, то на Васю, и начинает ржать. Тут и до Васи медленно начинает доходить, что тени в окне были на 3 этаже, их квартира находится на 2м.

умеют подать вещи, это особое и великое искусство.

Здесь люди заказывают себе шляпы по личным мерам, шьют костюмы, делают обувь из кожи буйвола, и ниша в парфюмерии тут реально ниша.

Я – истинный парфманьяк, и, однажды просто проходя мимо в компании Драгана, я остановилась как вкопанная: фредерик маль, мемо, ксерджоф, профумом рома под одной крышей, да еще со свечками, да еще с баттерами для тела в ограниченных коллекциях!

В тот несчастливый для себя день Драган купил мне Терезе от Маля, это грандиозный аромат, который переживет время, вечных президентов, войну, если у меня будет внучка, я подарю ей эти духи и скажу, что перед ударом ядерной ракеты настроение повышается от пшика фредерика маля, величайшего из великих.

Рассчитывать на Драгана, конечно, не приходится, и в Метрополитен я в основном ношу свои деньги.

В какой-то момент я устала сопротивляться собственной пошлости и купила 100 миллилитров доли ангелов от Килиан.

Да, я женщина из 90-х, я за пластическую хирургию, я наношу тоналку, как уходовый крем, я не выхожу из дома без тоналки, вот это все, простите. Еще стринги, леггинсы, натуральный мех, оливье и лонг айленд. Так и не смогла понять ценности других коктейлей, когда есть такое чудо: водка, ром и джин в одном стакане, что еще надо?

К Килиану мне дали подарочков. В частности, Тундру от Профумум Рома. Я дежурно попрыскала на сгиб руки и, знаете ли, перенеслась в мир иной.

В какие-то ведьминские мхи, в Скандинавию после дождя, в запах Финского залива в Куоккале, в тонкий ладан, какого нет в Исакии, но он всегда был в Казанском. Естественно, я тут же понеслась в Метрополитен.

Суки итальянцы не делают меньше сотки, а сотка стоит триста евро!

Но ладно, за такое не жалко, за такое можно отдать деньги, душу, молодость и здравый смысл, потому что это запах Питера, а Питер единственное, что мне снится и что я хочу себе вернуть когда-нибудь. Во сне я пьяная в [п]опу иду по Петроге мимо зоосада и смотрю на дом, в котором у Горького была квартира. Ничего, кстати, нереального. И у Горького была квартира, и я многократно нажиралась на той стороне, и лучшие бары там.

Но это к слову.

Что я сделала не так?

Я не поняла одну, одну единственную ноту в тундре, вбила в поисковик тундра профумум рома, и демоны меня покарали, отправив на форум фрагрантики.

Знаете, при всей моей открытости и любви к новому, такого полета я не ожидала. Тундра описывалась как запах говна, «тлена и собачьей лежанки», это цитата.

Я специально понюхала собачьи лежанки, никакого тлена в них нет, они пахнут сухариками, сеном и святостью.

Другой пользователь нашел в шедевре итальянских парфюмеров «ссанье и дым». Довольно сложно обнаруживаемое в этом мире сочетание.

Но я не остановилась, конечно же.

Я двинулась дальше, и прочитала, что думают пользователи фрагрантики о любимом мной Килиане. «Скотство старой [м]ляди», «Воняет перегаром», «Просто тупо вискарь».

Скотство старой [м]ляди показалось мне довольно вдохновляющим, что-то однозначно было поймано и в парфюме и в лайфстайле.

Почитайте же и вы, что называется, не могу не поделиться.

Оставалось надеяться на чудо, и оно случилось. Одна подруга откликнулась - иди к Полине. Автор уникальной методики погружения. Воскрешает мертвых. Сразу после воскрешения они начинают бегло лопотать на незнакомом им ранее языке. Подруга убедилась по собственному опыту. Но предупредила - Полина эта с закидонами. Кого попало в группу не берет, ни за какие бабки. Рекламу не публикует, объявлений не вешает. Ей нужна личная рекомендация, и подруга готова ее дать.

"Секта небось" - пожала плечами Валя и воспользовалась рекомендацией. Она и через секту английский успела до этого поучить. У мунистов, за бесплатно. Авторша уникальной методики работала только за деньги, но вполне умеренные. Валя решила заплатить.

Дальше начался полный сюр. Полина оказалась 20 лет с небольшим, моложе многих своих учеников. И абсолютная хиппи. Прекрасная принцесса, сбежавшая из-под бременских музыкантов. Высокий рост, мини-юбка, бандана через лоб, а уж энергетика - люся в небесах с алмазами перекувыркнулась бы от зависти.

Фундаментальные педагогические теории о четкой грани между Учителем и учеником были ею разбиты напрочь. Она снимала двушку в самом центре Москвы, на Маросейке. Колоритный такой старинный домик в глухом дворе, и даже с мансардой. Где жила, там и принимала учеников. Безнадежно были потеряны даже грани между спальней и учебной аудиторией, между суровым педагогическим трудом и веселой молодежной тусовкой. Свое фирменное погружение в англоязычную среду она исповедовала очень широко. Просмотры зашибись фильмов. Медляки под чувственную музыку. Ободряюще приобнять застенчивого ученика на диване, отчего эрегировали вокруг даже кактусы. В общем, у нее было весело.

Высший приз, по слухам, был овладеть самой училкой. Но не ранее, чем ты выучил все 16 активных и 12 пассивных времен английского языка. Скорее всего, это были враки завистливых учениц. Однако парней эта надежда явно обуревала и способствовала их успехам в учебе.

При таком образе жизни, она вечно опаздывала на свои занятия. Постоянно теряла ключи от собственной квартиры. Щедро раздаривала их ученикам, но и те теряли тоже.

И вот реальный случай: десяток этих учеников собираются у нее под дверью. Долго ждут, училки нет. Наконец один из парней неохотно вынимает мобилу, звонки тогда стоили дорого. Звонит. Она: "ДА ВЫ ЧТО, НЕУЖЕЛИ НИ У КОГО НЕТ КЛЮЧЕЙ ОТ МОЕЙ КВАРТИРЫ? Ладно, слушайте: в мансарде есть лестница. Ставите, пролезаете через окно. Как залезете все, начинайте общаться на английском. Я буду через полчаса".

Что характерно - у нее в этой квартире был весь ее рабочий инструмент. Видак, ценность по тем временам невероятная, телик и обширная коллекция видеокассет. Но ничего не пропадало. Простое требование обязательной рекомендации было - "новый ученик должен быть человеком порядочным и интересным".

то шумят после 10 вечера (в четверть одиннадцатого Ника прошла на кухню попить воды), то заводят стиральную машинку (официально стиральные машины в доме запрещены, но в действительности они есть у всех и никому не мешают: Нью-Йорк - не Америка, а обитатели недорогих съемных квартир далеко не так законопослушны, как жители американской глубинки).

При этом сам сосед не стесняется ночи напролет стучать клюкой об пол и передвигать мебель. О чем достоверно известно от Машиной мамы, которая живет на первом этаже в том же подъезде. Фамилия старика Квинсли, но Ника давно переименовала его в мистера Квакли - так зовут противного лягушонка из детской книжки.

История случилась в позапрошлом ноябре, когда Нике было семь, а Мурзику - чуть меньше года. Домашние животные в доме тоже запрещены, поэтому существование Мурзика держали в секрете от всех соседей, а особенно - от мистера Квакли. За год котик ни разу не был на улице и вообще кроме родной квартиры бывал только на первом этаже у бабушки, куда его иногда относили в сумке. От такой жизни у Мурзика развился невроз: он жутко боялся чужих и при виде постороннего человека начинал в ужасе метаться по квартире, отыскивая пятый угол.

На самом деле, несмотря на запрет, кошек и собак в их доме не меньше, чем в любом другом. Существует негласное, но достаточно четко соблюдаемое правило: если животное все же завели и за год на него не поступило ни одной жалобы, дальше считается негуманым разлучать зверя с хозяевами, и менеджмент перестает реагировать на жалобы типа "уберите его, оно тут живет", а реагирует только на экстраординарные события вроде укуса. Каким образом хозяева доказывают, что год уже прошел, точно не знаю. Видимо, предъявляют справку от ветеринара. Вот такой аналог бурно обсуждаемой ныне амнистии нелегалов.

К моменту описываемых событий Мурзику до перехода на легальное положение оставалось меньше месяца. И тут случился День благодарения. Отметить его было решено у бабушки. С утра Маша жарила и парила, а ближе к вечеру процессия двинулась на первый этаж. Яша нес индейку, Маша - судки с салатами, а Ника - Мурзика.

Причиной происшествия стало роковое стечение двух обстоятельств. Во-первых, куда-то задевалась кошачья сумка, и девочка несла котика легкомысленно завернутым в шарфик. А во-вторых, к соседу пришли гости. У мистера Квакли имеется не меньше дюжины детей, внуков и других отпрысков, рослых, бесцеремонных и очень шумных. Весь год они никак не напоминают о своем существовании, но в День благодарения являются в полном составе поесть жареной индейки, по части приготовления которой мистер Квакли, как вскоре выяснится, большой дока.

В момент, когда мои друзья проходили площадку второго этажа, одна порция младших Квакли как раз входила в квартиру, а другая поднималась снизу по лестнице. Шум и грохот, который они при этом производили, мог бы напугать и обкуренного гиппопотама, а не только впечатлительного котика. Перепуганный Мурзик мгновенно выпростался из шарфика, метнулся по площадке и в поисках пятого угла влетел в квартиру мистера Квакли.

В типовых американских квартирах нет прихожей, входная дверь открывается прямо в гостиную. Поэтому Маша с площадки могла лицезреть явление Мурзика народу во всей красе. Стоп-кадр: изящно сервированный длинный стол, покрытый белоснежной скатертью. На дальнем его конце красуется циклопических размеров фаршированная индейка в аппетитной золотистой корочке. Кадр следующий: по столу проносится серый меховой вихрь, разбивает рюмки, расплескивает соусы, опрокидывает на скатерть бутылки с вином и наконец с налета впечатывается в бок птице.

По третьему закону Ньютона при столкновении килограммового кота с двадцатикилограммовой индейкой кот должен улететь за горизонт, а птица - едва сдвинуться с места. Но на этот раз у Ньютона что-то не срослось. Кот действительно отлетел в угол, но индейка тоже бодро заскользила к краю стола и грохнулась на пол, облив жиром диван и разбросав начинку по всей комнате. Юные Квакли с криком и топотом кинулись ловить кота, поскальзываясь на начинке, спотыкаясь об индейку и удесятеряя разгром. А между ними по полу, по мебели, по гардинам и чуть ли не по потолку метался обезумевший Мурзик, серой молнии подобный.

Несчастный мистер Квакли, от бешенства едва удерживая во рту вставную челюсть, прошипел Маше в лицо:

- Я этого так не оставлю! Я немедленно звоню в полицию. Вы мне за все заплатите. Я добьюсь, чтобы вас выселили, а вашего кота усыпили. Вы понимаете, что это серьезно?

Он был прав. Траблы грозили нешуточные. Но не перевелись еще женщины в наших селеньях. В том числе - не перевелись на английский. Маша мгновенно просчитала в уме все варианты спасения и выбрала единственно действенный. Широко улыбнувшись мистеру Квакли, она ответила, как и полагается одесситке, вопросом на вопрос:

- Я вам глубоко сочувствую, но с чего вы взяли, что это наш кот? Я этого кота первый раз вижу. Он только что забежал с улицы.

Нельзя сказать, что мистер Квакли безоговорочно ей поверил, но во всяком случае призадумался. А вот у Ники от такого предательства задергались губы, и она собралась расплакаться и всех выдать. Заметив это, Маша скомандовала:

- Яша, Ника! Нечего вам тут стоять. Берите еду и быстро к бабушке! - И дальше добавила несколько фраз по-русски.

Как только за мужем и дочкой закрылась дверь, Маша из вежливой одесситки преобразилась в отчаянную русскую бабу, которая, если надо, и кота на скаку остановит, и в чужую квартиру войдет. Что она немедленно и проделала: отодвинула в сторону мистера Квакли и решительно вошла в центр бедлама, царившего в его гостиной. Мурзик, заметив во враждебном окружении что-то родное, кинулся к ней в объятия. Маша безжалостно оторвала его от себя и, держа за шкирку на вытянутой руке (потерпи, Мурзинька, так надо!), продемонстрировала всем тринадцати Кваклям и дюжине других соседей, высунувшихся на шум из своих квартир:

- Вот, мистер Квинсли, я поймала этого гадкого кота. И сейчас я его выкину!

С этими словами она спустиласть на два лестничных пролета, открыла тяжелую подъездную дверь и с размаху выбросила кота во двор. Закрыла дверь, демонстративно отряхнула руки и скрылась в маминой квартире. Мистер Квакли, окончательно убедившись в отсутствии преступной связи между котом и русскими, поплелся убирать следы разгрома.

Прежде чем проследить дальнейшую судьбу Мурзика, замечу, что Яша, сам парень далеко не промах, в трудных ситуациях привык безоговорочно доверять жене. И это не очень похвальное для мужчины качество в данном случае пришлось как нельзя кстати.

Войдя в тещину квартиру, Яша в точности выполнил данные Машей указания (те самые несколько фраз по-русски): немедленно вылез через окно во двор и застыл напротив двери подъезда в позе Льва Яшина, готового отразить одиннадцатиметровый. Через полминуты из двери вылетел Мурзик, пущенный сильной Машиной рукой. Промедли Яша хоть мгновение, кот кинулся бы наутек и навсегда исчез в каменных джунглях. Но яшинский бросок был точен, кот был пойман, через окно доставлен в бабушкину квартиру, облит слезами, успокоен, обласкан и накормлен самым вкусным кусочком индейки.

Следующие две-три недели Мурзик скрывался у друзей и знакомых, как Ленин в Разливе. Приходили все-таки вызванные соседом люди из менеджмента, осмотрели квартиру, не нашли никаких следов пребывания животных и ушли ни с чем. Тем временем Маша, которая в свое время училась на помощника юриста, вовсю внедряла в жизнь сведения, усвоенные из курса психологии свидетелей. Например, тот факт, что вещи, вызвавшие у человека сильные эмоции, кажутся ему крупнее и ярче, чем в действительности. Или что людям свойственно принимать то, что они слышали от других, за виденное собственными глазами. Вооруженная этой информацией, Маша без устали пересказывала соседям происшествие с котом, не скупясь на подробности и особо напирая на то, что кот был чужой, и еще на одну выдуманную деталь, которую я раскрою чуть позже.

В декабре исполнился долгожданный год со дня приобретения Мурзика. Кот был возвращен в лоно семьи и легализован. Еще через пару месяцев Ника уговорила родителей вынести кота на улицу. Собралась толпа детей, норовивших рассмотреть его и погладить. Вылечившийся от невроза Мурзик довольно жмурился. Подошел мистер Квакли, внимательно всмотрелся и укоризненно сказал Маше:

- Вы же говорили, что это не ваш кот!

- Какой кот?

- Тот, который уничожил мою индейку. Вы говорили, что первый раз его видите, а теперь с ним гуляет ваша дочка.

- Ну что вы, мистер Квинсли, это был совсем другой кот. Мой серый и маленький, а тот был огромного размера и рыжий.

- То есть как рыжий?

- Конечно, рыжий, вы разве не помните? Да все соседи видели, что кот был рыжий. Не верите - спросите кого угодно.

Больше ничего не случилось. Только мистер Квакли периодически заводил с соседями разговор о котах, а потом спрашивал, не знают ли они хорошего невропатолога. А то память стала сдавать, да и цвета уже плохо различает.

из положения - ЕЗДИТЬ НА РАБОТУ НА ТАКСИ, покуда квартиру в том районе не подберу (дорого, но зато безопастно и быстро!).

Если кто знает, что это такое: на очень маленькой, всеми забытой улице ловить такси в другой конец города когда на дорогах бесконечные "пробки", да еще за 150-200 руб. (больше отдавать я просто не в состоянии!) - этот человек мне посочувствует!

Снег, мороз, ветер, метель - а ты стоишь как болван и "голосуешь" (причем, машины встречаются с интервалом одна в минут пятнадцать!)...

На шестой машине (ну водиле видимо просто делать нечего или деньги нужны... даже такие...) все-же везет и я еду на работу!

Вечером история повторяется - только уже в обратном направлении + повышается тариф на услуги такси за "ночное время суток"... А платить я больше не намеренна!

Поверьте, усложняет ситуацию сей факт неимоверно!!!

Ну так вот... позавчера... стою я на дороге, на часах почти девять вечера, снег метет... ветерок... фары слепят глаза... а я стою как вкопанная, в коротенькой юбочке и такой же дубленочке...

Три "умных водилы" уже отказались ехать в ТАКУЮ даль за ТАКИЕ деньги...

И тут... останавливается шикарный джип-с (ну, мне уже не привыкать к такому, потому как в Москве могут "бомбить" и на Мерседесах!) и я с радостью подбегаю к приоткрытому окну машины.

А теперь внимание, диалог:

Он:

- СКОЛЬКО ? (ну и к этому мне не привыкать, многим ехать хоть куда, лишь бы "циферка" устроила)

Я:

- 150! (начинаю с минимума, потом пойду на прибавление!)

- САДИСЬ ! (хм... неужели мне повезло и я сейчас уеду от этого проклятого фонаря и вечного холода домой?!)

- СПАСИБО! (открываю дверь и лезу в машину!)

- КУДА? (начинается... самое страшное - узнает куда везти - высадит!)

- В ЦАРИЦЫНО! (опускаю глаза и жду взрыва!)

- А ЧЁ ТАК ДАЛЕКО? (ну-у-у-у-во-о--от!)

- ЖИВУ Я ТАМ! (не теряя надежды и прибавляя голосу слезливые нотки)

- ЧЁ, НА ХАТУ ВЕЗЁШЬ? А НАФИГА ? ДАВАЙ В МАШИНЕ! ЩАС ТОКА В ПАРК СРУЛЮ... (ой... мамочки... что это?!)

- Я ТАКСИ ЛОВИЛА, А НЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ НА ПОПУ (пытаюсь взять себя в руки!)

- КАКОЕ ТАКСИ?! (ну и вопрос!)

- ЖЕЛТЕНЬКОЕ, С "ШАШЕЧКАМИ" (какой вопрос, такой и ответ!)

- А Я ТУТ ПРИ ЧЕМ?! (молчу и понимаю - что сглупила с предыдущим ответом... мэрс вовсе не желтенький, и "шашечек" на нем видимо отродясь не бывало!)

- ОСТАНОВИТЕ, А?! МЫ НЕ ТАК ПОНЯЛИ ДРУГ ДРУГА! (голос предательски вздрогнул!!!)

- НЕ ТАК ПОНЯЛ? А ЧЁ ТЫ ТОГДА ЦЕНУ В 150 БАКСОВ НАЗВАЛА? (мое состояние начинает приближаться к обмороку!)

- Я НЕ В БАКСАХ... В РУБЛЯХ... ЗАПЛАТИТЬ ВАМ... Я С РАБОТЫ... ДОМОЙ... ЗАМЕРЗЛА... (меня "пробило" на слёзные речи)

- ТЫ-МНЕ-ЗА-ПЛА-ТИ-ТЬ ?!!! РУ-БЛЯ-МИ ?!!! (у мужика тоже начинается истерия)

- Я ЖЕ ТАКСИ ЛОВИЛА... А ТУТ ВЫ (Боже, хоть бы он остановился!)

- ЗАПЛАТИТЬ... РУБЛЯМИ... (точно - началась... только не истерия, а истерика... слёзная... от хохота!)

- ... молчу и молюсь...

- ... смеется так громко и смачно, что у меня в ушах начинает звенеть!...

- ОСТАНОВИТЕ... ОЧЕНЬ ПРОШУ... (это последняя попытка спасти себя мирно, перед прыжком из дверей на полном ходу!)

- СИДИ! НЕ РЫПАЙСЯ! РАССМЕШИЛА ТЫ МЕНЯ! ТЫЩУ ЛЕТ ТАК НЕ РЖАЛ! КУДА ТЕБЕ ТУТ ТО? (оглядываюсь и... замираю... за окном родной микрарайон!)

- ПО КОЛЬЦУ НАЛЕВО, ТАМ ЗА ОСТАНОВКОЙ НАПРАВО И ПРЯМО МЕТРОВ 150... (что я делаю?! Нужно выходить немедленно и пусть он катиться дальше!)

- НУ ВОТ... КРАСАВИЦА... ДОЕХАЛИ... (а сам так и давиться от смеха) БРАТКАМ РАССКАЖУ - НЕ ПОВЕРЯТ! (истерика смеха повторяется по новой)

- БОЛЬШОЕ ВАМ СПАСИБО, ПРОСТИТЕ, ЧТО ВВЕЛА ВАС В ЗАБЛУЖДЕНИЕ (протягивая 200 рублей).

- ТЫ ЧЁ, СДУРЕЛА?! (смотрит на деньги)... УГОВОР ВЕДЬ УЖЕ БЫЛ... (достает какие-то баксы из кошелька)... НА, ЗА ТО, ЧТО ДОСТАВИЛА МНЕ УДОВОЛЬСТВИЕ... ПОВЕСЕЛИЛА...

- НЕТ! НЕ НУЖНО! СПАСИБО! МОЖНО МНЕ ИДТИ?! (какие баксы?! Живой бы до подъезда добежать)

- ХА... ГОРДАЯ, ТИПА, ДА?! (голос его посуровел)

- НЕТ, ТО ЕСТЬ - ДА, НУ... ТАК... ПО-РУКАМ... Я ВАС РАССМЕШИЛА - ВЫ МЕНЯ ДОСТАВИЛИ ДО ДОМА. ВСЕ ПО ЧЕСТНОМУ. МЫ В РАСЧЕТЕ!? (что я "несу"? Какой расчет? Мамочки...)

- НУ, ПО-РУКАМ, ТАК ПО-РУКАМ... БЫВАЙ, ГОРДЯЧКА!

- И ВАМ ВСЕГО ДОБРОГО... (открываю дверь и несусь к подъезду)

... Он уехал, я приняла пару таблеток валерьянки и назавтра опять стояла под тем-же фонарем и в той же дубленке, только уже не в короткой юбке, а в черных кожаных брюках...

Отвечая водителям сразу скороговоркой: ЛОВЛЮ ТАКСИ... ДО ЦАРИЦЫНО, 150 РУБЛЕЙ, ИНТИМ НЕ ПРЕДЛАГАТЬ!

...многие смотрят на меня ТАКИМИ глазами, слов нет обрисовать эти взгляды... на "дебилов" и то смотрят не так удивленно!

Но мне уже все-равно... главное - ЧТОБЫ НЕ ПОНЯЛИ МЕНЯ ПРИВРАТНО!

Длинные, волнистые волосы, симпатичное лицо без косметики, от чего она казалась только красивее, учитывая всеобщую женскую страсть к краске на лице и на волосах. Мужчина тяжко вздохнул. Эх! Было ведь времечко, когда с такими вот девушками встречался, беззаботен был, ветренен немного. А сейчас?

Преподаватель, лысею, жена (господи, как быстро она постарела! ) двое детей. Пусть и деньги неплохие и квартира есть, но...

Он опять мельком глянул на девицу и залюбовался румянцем на ее щеках и маленькой сумочкой со всякими глупенькими висюльками. Пора уже было выходить. Он поднялся и встал возле двери.

- Так! – возмущенно заявила девушка. – И долго это продолжаться будет?

- Что? – удивился мужчина.

- Ну, знакомиться-то будем, или нет? – она посмотрела на него сердито и сжала розовые губки. – Я же видела, как ты на меня пялился.

- Я не пялился, девушка. – автобус, как назло, застрял перед светофором.

- Правда? А что это было? Ну, ведь же хочешь познакомиться? – она поднялась и испытательно посмотрела ему в глаза. А он взял, да и ляпнул правду:

- Вообще-то... Да! – в ее глазах появилось удовлетворение

- Я Лика! – представилась она, и подошла ближе, бесцеремонно подхватила под руку. – А ты?

- А я, женат... - промямлил он, вызывая ее смех. – То есть я Игорь Валерьевич.

Немногочисленные пассажиры стали оборачиваться.

- Игорь! А я замуж хочу! – сказала Лика, и мечтательно, но немного капризно посмотрела вверх. – Вот ты меня замуж возьмешь? Только честно!

Мужчина совсем уже потерял нить, от таких резких поворотов разговора, он не мог ничего придумать.

- Дык, я же женат! – немного отчаяния в его голосе.

- Ну и что? Подумаешь. – возразила девушка. – Был женат, стал разведен. Вот если бы не женат был, меня бы в супруги взял? Только честно!

- Лика. Я вас совсем не знаю... - начал, было, Игорь Валерьевич, но она отмахнулась.

- Я хорошая! Серьезно! Я готовлю хорошо, я умная, отличница. И ведь красивая же. Правда? Или я тебе не нравлюсь?

- Нравитесь.

- Славно, так и что? Взял бы?

- Нууууу... - Игорь замялся, автобус уже выворачивал к остановке, и надо было что-то сказать. – Взял бы, наверное.

- Урааа! – Лика счастливо подпрыгнула. – Так когда в ЗАГС?

Дверцы автобуса открылись, Игорь Валерьевич стал спускаться, проигнорировав вопрос «Сумасшедшая!». А она взяла и спустилась следом, обняла его за талию и ткнулась носом в грудь, пробурчав глухо оттуда:

- Мой Муж! – У Игоря Валерьевича кончилось терпение.

- Так! Все! Хватит! Девушка, отцепитесь от меня, шутки шутками, но предел тоже иметь надо! – он вырвался из цепких ручек, подхватил свой тубус и быстрым шагом направился прочь.

... Вслед ему раздался плач. Такой, самый страшный для мужчины плач – женский. Против такого никто не устоит, секретное оружие, однако! Она сидела на скамеечке, совершенно по-детски хлюпала носом, и хлопала огромными, враз покрасневшими глазами.

Игорь Валерьевич вздохнул и остановился. Лика поглядела на него с надеждой.

- Ты ведь понимаешь, что замуж я тебя не могу взять? – она кивнула. – Тогда чего плачешь?

- Заааамуууж хочууу! – она опять хлюпнула носом.

- А может чего-нибудь другого? Хочешь я тебе куплю чего-нибудь, и ты домой поедешь, а? И отстанешь от меня.

Она надулась, обиженно посмотрела на него, встала и одернула курточку:

- Соврал, значит, что нравлюсь! Хорошо! Только покупать ничего не надо. Вот! – она порылась в сумочке, и протянула ему маленькую книжицу, коричневого цвета.

Это была зачетка. На имя Васильевой Лики Александровны.

«Твою мать!» про себя выругался Игорь Валерьевич, преподаватель психологии.

Лика улыбалась, глядя на него:

- Ставьте оценку Игорь Валерьевич. Я не ходила на ваши занятия, но курсовую работу на тему «Экстремальные способы воздействия на сознание» сдам вам завтра.

Он поставил оценку «5», расписался, проводил ее взглядом и надолго задумался.

«Отличница ведь» и над тем, что оценка заслужена...