Женские истории #квартира

нельзя всецело отдаваться хорошему настроению. Вылезаю, не спеша. Ломка. Как же я не хотел этого.

Девица уже стоит, заглядывает. Первое, что поразило, её броская красота.

Ну, повреждений особых нет. У меня на бампере сзади виден только след столкновения, если помыть, то не найдешь ничего. Я уже хотел было произнести, давай мол разойдёмся красиво, всегда приятно сделать добро симпатичной девочке.

Но что-то меня остановило...

Её дерзость.

Да. На лице и во всей позе и даже в пальцах, держащих телефон. Показное пренебрежение ко мне. И вообще ко всему кругом.

Резко сую ей свою карточку страховки и требую от неё тоже.

Она заявляет, что работает в страховом обществе и сделает всё сама, мне можно не беспокоиться.

Ну, пожалуйста.

Не откладывая на потом, я заруливаю в знакомый аутохаус, подсчитать ущерб. Всё равно надо было покупать летнюю резину, что ещё больше польстило хозяину.

Счёт со штемпелем отсылаю дерзкой красавице по указанному адресу.

Признаюсь, делал я всё это через силу. Ну не было никакого ущерба. Только эта юная выскочка, как заноза в пятке.

Через долгое время и множество звонков - звонок в дверь моей квартиры. Стоит моя дЕвица-девИца, переминается, за ней мужчина, которого видно сразу - это её отец. Импозантный, молодой, но богат сединой.

Девушка просит у меня прощения, отец протягивает мне деньги.

Но как она изменилась!

Фасад дерзости сильно потрескался и местами обнажил истинную лепку.

Потом, когда участница дорожного происшествия увязла в разговоре с моей женой о цветах на подоконнике, я увлёк её отца на кухню и стал совать ему деньги обратно. Он - ни в какую. И полушепотом быстро поведал мне, что благодарен случаю, который вкупе с другими жёсткими происшествиями, как из рога изобилия в последнее время, сильно повлиял на его дочь и она стала лучше.

Она, к восемнадцатилетию, особенно после получения прав и автомобиля, сбилась с курса, жизнь в доме превратилась в ад, он уже не находил выхода.

Вот это вот всё было похоже на театральную постановку и сильно эмоционально.

Они ушли, как под занавес, а я долго стоял у окна.

Что это было?

Меня выбрали для наказания и наставления!

Кто?

Меня не спрашивают, хочу ли я.

Кто распоряжается моей судьбой?

сложить к ее ногам весь мир.

И даже больше. Еще два острова и две пантеры. Но… ничто из перечисленного не сделало ее счастливой.

Нина Шейла Дайер родилась в 1930 году. Ее отец владел чайными плантациями на Цейлоне ( сейчас это Шри Ланка). Стройная, гибкая, с пронзительными зелеными глазами. Гордая, смелая, дерзкая. Она оказывала на мужчин гипнотическое действие.

Детство ее прошло на острове, а в двадцать лет она отправилась покорять мир. Сначала в Ливерпуль, потом Лондон. А потом в Париж.

Именно там ее заприметил известный кутюрье Пьер Бальмен. Он увидел ее, когда она она стояла возле его Дома моды, ела мороженное и разглядывала витрину.

Очень скоро она стала супермоделью. Светские приемы, журналы, показы, яхты, вечеринки… все как и положено у супермоделей. Живи и радуйся. Но она хотела стать актрисой.

Девушка мечтала о кино, а вместо этого… вышла замуж. Ее избранником стал 32-летний барон Ханс Генрих Тиссен-Борнемисс, чуть ли не самый богатый человек того времени. Свадьба состоялась в 1954 году.

Правда сначала она года два походила в любовницах. Так как пылкий возлюбленный был женат, и не на ком-то, а на настоящей австрийской принцессе Терезе Липпе-Вайсенфельд, из очень древнего рода правящих германских князей.

Говорят, когда барон предложил Нине стать его любовницей, она с вызовом спросила: «А что я за это получу? ». И тут уж, чуть ли не самый богатый мужчина своего времени, не поскупился. Он буквально завалил ее подарками. Самые дорогие меха, самые дорогие драгоценности, самые дорогие машины… Все перечислять - ни на что другое места не останется. И ко всему этому еще остров Пелью у берегов Ямайки в придачу, и двух пантер.

Девушка построила на острове хижину и купалась там голышом. А Долли и Элизабет - так звали ее пантер, которых она сама выкормила из бутылочки с молоком, стали ее верными спутницами, она ходила с ними везде.

И все же, вскоре ей и это показалось мало, она захотела стать законной женой. Барон подчинился. Он был без ума от нее, и готов был на все. Тем не менее, как говорят, Нина Дайер разрушила не то чтобы прям очень счастливый брак. Семейная жизнь Генриха Тиссена еще до встречи с цейлонской красавицей была не слишком радостной. Говорят, австрийская принцесса из очень древнего рода постоянно унижала его из-за его низкого происхождения. Такие дела.

Ну так вот, барон развелся со своей принцессой и женился на Нине Дайер. Но брак их просуществовал меньше года. Так как через три месяца после свадьбы новоявленный муж узнал, что его жена изменяет ему с молодым актером Жаном-Клодом Бриали.

Как видите, даже очень большие деньги не гарантируют семейное счастье.

В общем, актер прилюдно получил удары по лицу, а героиня нашего рассказа - развод с очень хорошими отступными: $ 2, 8 млн, замок на юге Франции, все подаренные мужем драгоценности и … остров.

После развода Нина объявила, что хочет некоторое время остаться одинокой. Но… Уже в 1957 году снова вышла замуж за 24-летнего принца Садруддина Ага-хана, сына 48-го наследного имама исмаилитов.

Как и первый ее муж, принц сходил от нее с ума. Чтобы жениться на ней, он пошел против своей семьи, против всех. Нина, в свою очередь, приняла ислам и стала зваться Ширин. Новый муж занимал важные должности: он был дипломатом и эмиссаром ООН по делам беженцев, а Нина развлекалась помощью бездомным животным.

Принц Садруддин тоже осыпал ее всевозможными дорогими подарками. И подарил еще один остров, рядом с тем, что у нее уже был. А в 1962 году они развелись.

Говорят, причиной развода послужило платье. Однажды в пятницу вся семья, включая родителей мужа, его дядей с женами, и прочими родственниками, собралась за обедом. Нина вышла к столу в сногсшибательном платье от Dior, у которого на самых пикантных местах были прозрачные вставки. Увидев это, женщины закричали. Мужчины кинулись силой выволакивать ее из столовой. А несчастный муж сидел, закрыв глаза руками. После чего, собственно, и последовал незамедлительный развод, во время которого принц, еще недавно боготворивший свою жену, зло произнес:

- Твое место в джунглях, среди диких обезьян!

Что, правда, не помешало ему оставить дикарке приличное содержание и все подаренные драгоценности.

На этом собственно сказка и заканчивается. После развода Нина поехала в Париж и попыталась стать актрисой. Но над ней там посмеялись, а она к такому не привыкла.

Она вообще не привыкла, что у нее что-то не получается. Все всегда случалось само собой, без усилий или стараний с ее стороны. Жизнь просто складывала и складывала дары к ее ногам, а она принимала это как должное. По сути, эта была первая неудача в ее жизни и она … сложила лапки.

А точнее, удалилась от мирской суеты, став добровольной затворницей. К своим 32 годам она дважды побывала замужем за богатейшими мужчинами своего времени. Имела приличное количество денег, неприличное количество драгоценностей, шикарный особняк для жизни, два острова, две пантеры. А еще ноль друзей, и ноль родственников ( родители к этому моменту умерли).

Она одиноко жила в своем особняке. Подбирала бездомных собак. Выгуливала саоих пантер, надев им на шеи драгоценности. Пристрастилась к алкоголю и кокаину. Иногда выбиралась в местные клубы, напивалась там до бесчувствия, так что охраннику приходилось выносить ее к машине на руках.

Телохранитель ее, понятно дело, тоже боготворил. Он был высокий, под два метра, крупный и страшный, как Квазимодо. Нина встретила его во время путешествия со своим вторым мужем в одном кенийском городе, он лежал на траве, рядом с тропой, по которой ходят туристы, по его телу ползали змеи. И взяла его к себе на работу. . Говорят, он состоял с ней в интимных отношениях.

Закончилось все это печально. Однажды ее нашли мертвой в своей спальне, в крови был обнаружен алкоголь и большая доза снотворного. Ей было всего 35 лет. Официальная причина смерти - самоубийство на фоне депрессии. Правда, ходили слухи, что ее могли убить ради ограбления, подсыпав снотворное в бокал. Но это уже не важно.

Очевидно одно. У нее было все, о чем можно только мечтать, но это не сделало ее счастливой. «Просто так получилось, что великие вещи стали моей повседневностью», ? говорила она.

Вы знаете, когда говоришь о том, что деньги не делают человека счастливым, люди часто смеются или возмущаются. Не так давно я выкладывала пост про женщину, у которой была хорошая работа, две квартиры, машина, но не было любви, и поэтому она страдала, а ее дочь попала в полицию. Куча женщин набросилась на меня с гневными камментами, уличая в желании навязать свой коучинг женщине, у которой и так все хорошо. Всем бы так плохо жить, как она, писали мне.

Тем не менее единственным верным признаком жизненного успеха является именно удовлетворение от жизни и ощущение счастья, радости. Если этого нет, то какое значение имеет все остальное?

К сожалению, мы не можем знать, что творилась на душе у Нины Дайер. Что помешало ей быть счастливой? Чего ей не хватило?

Мужья ее любили, а она их? Говорят, что нет. Возможно, ей не хватило именно любви. Говорят, что даже ceкс был для нее лишь утомительным занятием. Несмотря на свою красоту и двух мужей, раскрылась ли она как женщина?

Возможно, ей надо было проявить настойчивость, и пытаться пробиться в кино. Возможно, именно туда звала ее душа?

И вообще, человеку нужна цель в жизни, без нее он чахнет.

Конечно, мы можем только гадать. Достоверно лишь одно, бриллианты, хоть и являются лучшими друзьями девушек, но и они не всесильны.

Нина Дайер была несчастлива.

Как и множество других внешне успешных женщин.

Чувство неудовлетворения от жизни, отсутствие счастья - это признак того, что вы живете не в согласии с планами вашей души...

я пошёл открывать дверь, смотрю в глазок - стоит соседка. Открываю дверь, а она мне: "Здрасьте, доктор! ". Я аж проснулся, откуда, говорю, знаете что я врач? Она отвечает: "Вчера, когда вы подъехали, я под лобовым стеклом у вас увидела пропуск на территорию ГКБ и вашу фамилию на нём. Вот и привела к вам моего сыночку глянуть - у него что-то с горлом (на минуту, я ни разу не детский врач, и тем более не ЛОР, я реабилитолог). От такой наглости я, конечно, опешил, но даму с сыном впустил и даже произвёл осмотр горла и сделал звонок другу-педиатру. Диагноз был поставлен - воспаление миндалин, и предложена срочная госпитализация в больницу с целью уточнения диагноза. И, если потребуется, удаления этих самых миндалин. Распрощались, она ушла, я подумал - какие наглые бывают люди, и пошёл лёг в кровать дальше смотреть свои заслуженные сны.

Вечером этого же дня у нас намечался небольшой сабантуй с друзьями в честь второй годовщины нашей свадьбы. Пришли гости, мы выпили по паре рюмок, всё, как у людей. В 20: 00 звонок в дверь. Я без задней мысли открываю дверь, стоит она, и вещает: "Сыначке плохо, температура 39, что делать? ". Я отвечаю: "Мадам, ё[ж]тить, я ещё утром сказал - срочно в больницу, зачем ребенка гробить? ". "Да, - говорит тётя, - мы решили полоскание попробовать, боимся операции". Следующий её вопрос меня просто убил. "Вы что, пьяны?! " - заявляет мне тётя. - "У меня ребёнок болеет, а вы тут пьёте! ". Я на секунду задумался, не перепутал ли я свои хоромы на западе столицы со свои скромным отделением, подумал и понял, что нет. Просто тётка перегибает палку. Вежливо попрощался и пошёл к друзьям.

Рассказал им, посмеялись, забыли.

Утром в воскресенье звонок в дверь. Догадываетесь, кто пришёл? Правильно.

Первый вопрос: "Вы протрезвели? ".

Второй: "Что делать с сыном? ".

Узнал номер её квартиры, послал, вызвал скорую, пацана увезли.

После этого я стал врагом всех мамаш в радиусе 3 км от дома и пьющим врачом.

к себе в кабинет замдиректора по кадрам, что само по себе не сулило ничего хорошего. Алёна, будучи по образованию биологом, двадцать шесть лет работала сотрудником Зоологического музея. В музее она курировала отдельную развернутую экспозицию, посвящённую эволюционному учению Чарльза Дарвина. На ответственном хранении Алёны в числе прочих экспонатов состояли чучела животных редких пород, а также единственное в мире чучело пингвина-альбиноса — предмет гордости Алёны и зависти коллег.

— Проходите, Алёна Григорьевна, садитесь, — с трудом выдавил из себя замдиректора по кадрам. Его голос звучал так, будто замдиректора только что слегка придушили. Возможно, данный дефект был следствием многочисленных детских ангин, но, вероятнее всего, причиной послужило пагубное пристрастие начальника к алкоголю и кубинским сигарам. Алёна послушно села.

— Алёна Григорьевна, администрация музея с великим сожалением вынуждена предупредить вас о грядущем сокращении. Музею трудно выживать в сложившейся экономической ситуации. Вы должны нас понять. Через два месяца, с полной выплатой всех положенных по закону материальных средств. Дела передавайте старшему научному сотруднику Курочкину. У меня всё. Можете идти.

Алёна встала и на негнущихся ногах направилась к выходу из кабинета. Очнулась она, лёжа на антикварном кожаном диване в приёмной. Нервная секретарша совала ей под нос нашатырь, замдиректора по кадрам замер неподалёку с графином воды и стаканом в руках. В этот момент до Алёны дошло подлинное значение слова «катастрофа».

Причины сокращения скрывались под пологом каких-то придворных тайн. Не последнюю роль сыграла ревность сотрудников к чучелу пингвина-альбиноса. Но самое печальное во всей этой истории было то, что Алёна в жизни больше ничего не умела. У неё не было мужа, детей, не было даже отдельной квартиры. Алёна с пожилой мамой ютилась в крохотной комнатке, в коммуналке неподалёку от работы, на углу Среднего проспекта и 11-й линии Васильевского острова. Ни разу в жизни она не готовила, не стирала и имела весьма приблизительное представление о том, как пользоваться пылесосом.

Трудно описать словами чувства, нахлынувшие на Алёну в этот трагический день. Тем не менее на следующее утро она как всегда в положенное время была на работе.

Старший научный сотрудник Курочкин торжествовал. Алёна тянула с передачей дел как могла. Несмотря на это, Курочкин уже чувствовал себя полноправным хозяином экспозиции. Шли дни, недели, и, наконец, два месяца истекли. Наступил последний Алёнин день в музее. Это был канун дня её пятидесятилетия.

Утром Алёна надела зелёное платье в стиле «Бохо» — самое красивое из двух, имевшихся в наличии. Приколола к платью брошку с двумя красными пластмассовыми бусинами, купленную за сорок девять рублей на Апрашке, и отправилась на работу. Войдя в первый экспозиционный зал, Алёна открыла ключом витрину с чучелом пингвина и нежно, как лучшего друга, обняла альбиноса, невзирая на яростные протесты старшего научного сотрудника Курочкина. Всё-таки двадцать шесть лет вместе — это не шутка!

Затем Алёна направилась в бухгалтерию и получила причитающиеся ей расчётные средства, в том числе два оклада вперёд, что в совокупности составило немыслимую сумму в двадцать две тысячи рублей. В отделе кадров ей выдали трудовую книжку, которую Алёна с юности не держала в руках. Книжка выглядела как экспонат из далёкого прошлого. Начальные записи в ней велись перьевой ручкой.

— Анахронизм, ископаемое… — произнесла Алёна, и непонятно было, к чему или к кому относятся её слова.

Алёна медленно брела по Университетской набережной в сторону дома и вдруг остановилась, наткнувшись на трафаретную надпись, сделанную белой краской на асфальте. Надпись гласила: «Работа для девушек» и содержала номер мобильного телефона.

Алёна, несмотря на свой далеко не юный возраст, подсознательно продолжала относить себя к категории девушек. Вероятно, по этой самой причине объявление на асфальте не вызвало у неё подозрения. Алёна порылась в своей потрёпанной сумке, достала карандаш и на краешке расчётного листка записала номер телефона. Придя домой, она направилась в ванную, открыла кран и набрала номер на мобильном.

На другом конце быстро сняли трубку, хриплый мужской голос выдохнул Алёне в ухо: «Да!»

— Я по поводу объявления на Университетской набережной, — робко начала Алёна.

— Ну? — выжидающее молчание.

— Я по поводу работы для девушек, — уточнила Алёна.

— Работы очень много, дорогая, работы невпроворот!

— А зарплата?

— Зарплата сдельная, договорная. Больше работаешь, больше получаешь! Ты как работать будешь, по вызову или в стационаре?

— Я — в стационаре, — почему-то ответила Алёна, — А когда можно приступать?

— Да хоть завтра, — хохотнул мужчина, — я обычно кастинг сначала устраиваю, но, слышу, ты девочка деловая, с опытом. Приходи завтра к пяти в переулок Гривцова 14, вход со двора, магазин «Индийская роза», — и повесил трубку.

Алёна не успела ничего спросить о характере предлагаемой работы. Но отступать не хотелось, жизнь должна продолжаться. Нельзя же сказать маме, что её сократили в музее, такая новость может подорвать мамино и без того пошатнувшееся здоровье.

Проснулась Алёна в половине третьего, стараясь не производить лишнего шума, пошла в ванную, быстро почистила зубы, приняла душ и вернулась в комнату. Надела вчерашнее платье, приколола к нему брошку и без четверти четыре вышла на улицу. Путь был неблизким, общественный транспорт ещё не ходил. Было прохладно и сыро, но все мелкие погодные неприятности искупала белая ночь и красота любимого города.

Алёна без особого труда преодолела расстояние, она любила ходить пешком. Без десяти пять Алёна стояла во дворе дома 14 по переулку Гривцова. Вниз в полуподвальное помещение вели заплёванные скользкие ступеньки. На облезлой ржавой двери нагло красовалась надпись: «Индийская роза». Алёна подёргала ручку, дверь была заперта. Алёна отступила назад. Дверь с шумом распахнулась, из неё выпорхнула парочка молодых нетрезвых девушек и лысоватый, но весь покрытый чёрной шерстью мужик кавказской наружности.

Мужик сфокусировал взгляд на Алёне.

— Ты кто? — послышался уже знакомый по телефонному разговору голос.

— Я вам звонила по поводу объявления на набережной, про работу для девушек, — напомнила Алёна.

— А! Так я же велел тебе прийти в пять.

— Сейчас пять часов пять минут, — нерешительно ответила Алёна.

— Вот дура! В пять вечера! А сейчас я хочу спать. Впрочем, заходи, раз пришла. Какая же ты девушка?! Тебе лет-то сколько? — кавказец жестом указал на дверь в подвал, и Алёна нерешительно шагнула вперёд.

— Сегодня суббота, и завалялся тут один постоянный клиент. Правда, он так уже накидался, что ему сейчас до фени твой возраст. Вон та розовая дверь, иди, работай! Такса у нас — тысяча рублей в час. Половину заработка отдашь мне, иди! — с этими словами он подтолкнул Алёну к указанной двери.

Алёна вошла, не успев понять, что произошло. Несмотря на то, что помещение располагалось в подвале, интерьер комнаты был довольно приятным и даже с претензией на изысканность. Стены были обтянуты тканью кремово-розового цвета. Мягкая мебель, выполненная в стиле гарнитура генеральши Поповой из «Двенадцати стульев», была обита тканью тех же тонов. В центре комнаты под балдахином из той же задрапированной ткани возвышалась огромная кровать. На кровати, забывшись сном, лежал грузный мужчина. На сервировочном столике и на полу валялись бутылки из-под водки и дорогого шампанского «Моёт».

Алёна подошла поближе, черты лица спящего мужчины показались ей знакомыми.

Именно в этот момент в голове Алёны созрел план мести. Как бы Алёна ни была наивна, у неё хватило ума догадаться, какого рода работа предлагалась девушкам в том злосчастном объявлении.

Она сняла с себя одежду и аккуратной стопкой сложила её на стуле, стоявшем поблизости. Затем она прилегла рядом со спящим, стараясь выглядеть ceксуально и непринуждённо.

Мужчина зашевелился и сонно пошарил рукой по постели. Нащупав Алёну, обнял её, открыл глаза и сразу же отшатнулся, вскочил и даже протрезвел от ужаса.

— Алёна Григорьевна! Что вы здесь делаете? Как? Где я? Почему вы голая? — завопил замдиректора по кадрам высоким фальцетом, прорезавшимся неведомо откуда.

— Я теперь здесь работаю, — тихо ответила Алёна, удивляясь новым ноткам металла в своём голосе. — Вы же меня вчера сократили!

— Алёна Григорьевна! Это всё чудовищное недоразумение! Я человек с положением! У меня семья! Я всё исправлю! Всё ещё можно исправить! Алёна Григорьевна! Только умоляю, никому ни слова, никому!

Вскоре под сокращение попал старший научный сотрудник Курочкин. А в понедельник, в установленное правилами трудового распорядка время, Алёна вошла в Зоологический музей и направилась в первый экспозиционный зал, где её дожидалось единственное в мире чучело пингвина-альбиноса.

всей страной делали песенники. Абсолютно с той же страстью, с какой вы сейчас свои селфи в Инстаграм ебошите. И печали те же самые: вы подписчиками и лайками меряетесь, а мы песенники свои на переменках сравнивали: у кого круче в нём рисунки, и из каких журналов картиночки красивые туда вклеены. х[ер]ня ваш Инстаграм по сравнению с нашими песенниками! Тебе не понять этой чёрной и бессильной зависти, когда у твоей одноклассницы в песеннике иностранные песни прям вот по-английски написаны, и картиночки-то в нём из иностранных журналов с красивыми тётеньками на красивых машинах, а в твоём песеннике из иностранного только песня "Ночное рандеву" - да и то, потому что певец нерусский, какой-то Крис Кельми, и картиночки из журнала Крестьянка и Здоровье, с тётками-доярками и красиво нарисованным простатитом в разрезе! Ты не представляешь, на какую уголовку приходилось идти ради красивого и крутого песенника! Я уговорила папу взять меня к себе на работу, типа мне очень интересна стройка, оранжевые каски, и вот это всё - а на самом деле Я ШЛА ВОРОВАТЬ! Папа мой тогда строил в аэропорту Шереметьево взлётно-посадочные полосы, и я точно знала, что в местных помойках у международного терминала должны валяться иностранные журналы с красивыми картиночками! И ты не знаешь, чего мне стоило незаметно порыться в помойке, а потом спрятать на себе 10 журналов с рекламой духов и красивых машин!

Так вот, деточка, в моём песеннике, помимо Ночного рандеву, была ещё песня "У Светки Соколовой день рожденья, ей сегодня 30 лет". И вот подходящей к этой грустной песне картиночки у меня не было, поэтому я её сама нарисовала. Вот как я себе представляла в 10 лет тридцатилетних стариков - так их и нарисовала. Там бабка такая сидит на лавочке, морщинистая вся, в очках, и чота на спицах вяжет, а возле неё стоит старый лысый дед с палочкой и деревянной ногой, как у пирата - и в руке у него три розы. А нога у него деревянная - это потому что он же воевал на войне, и ногу там потерял, как мой дед. Вот такими мне виделись тридцатилетние люди! А вы сорокалетних видите я вообще не понимаю через какую [п]опу, и вас из крайности в крайность кидает. То вы пишете, что после сорока уже неприлично ходить в джинсах и в футболках с рисунками; на шпильках и в платьях выше колена - и предлагаете спрятать свой варикоз и целлюлит в стильные безразмерные штаны и утягивающие трусы до подмышек, то советуете носить платья с декольте по самый клитор ("тело женщины ceксуально расцветает только к сорока годам! ") и шпильки 15 см ("Коко Шанель до самой смерти ходила на шпильках, а ей ведь было тогда почти двести лет! ")

Детка, чтобы давать советы по стилю сорокалетним тётям - надо быть этой тётей! И тогда ты будешь знать, что советовать им выбросить свои огромные сумки, потому что они вышли из моды, и вместо них купить клатч - это плохой совет. Клатч-то мы купим, говно вопрос, но ты видела какие у нас кошельки?! Так, ты вот щас про банковскую карту даже не заикайся. Во-первых, ты этой картой на рынке за картошку не заплатишь, а во-вторых, ты хоть знаешь, что у нас лежит в кошельках кроме денег? Там стопятьсот скидочных карт Пятёрочки, зоомагазинов, Л"Этуаля, магазина "Красное и Белое" и минимум трёх сетевых аптек! Там лежат счастливые два доллара, кошельковая мышь, ложка-загребушка, фотографии детей, освящённая бумажка с молитвой, и [м]лять адресник! Со всеми твоими ФИО, адресом, группой крови и телефонами родственников, на случай если тебя собьёт машина! А ещё у нас в сумках лежат лекарства от головы, от живота, от изжоги и от внезапной беременности, носовые платочки, ключи от дома, ключи от дачи, ключи от офиса, запасные ключи от квартиры соседки, и очки! Две пары минимум: от солнца, и чтоб книжку в метро почитать! И как, по-твоему, мы вот это всё должны утрамбовать в твой модный клатч цвета пыльной розы?

А пляжная мода для сорокалетних? Как у тебя вообще язык поворачивается называть модой вот эти купальники льва Бонифация? Это не купальник, деточка. Это костюм силача из дореволюционного бродячего цирка! К нему ещё должны прилагаться усы Тараса Бульбы и пудовая гиря. Сама вот в этом на пляж и ходи, у тебя [п]опа в три раза больше моей, и бока висят во все стороны. И клатч ещё с собой возьми, ё[ж]та. Цвета пыльной розы конечно же. И впихни туда всё, что ты тут насоветовала, включая закрытые резиновые тапки для купания, чтобы спрятать артритные пальцы. А у нас в сорок лет ещё не выросли такие пальцы, прикинь? И [п]опа метр на метр давно уже в три раза меньше, потому что у нас есть деньги на липосакцию, косметологов и на абонемент в хороший спортзал. И сама иди стригись под Хакамаду, потому что короткая стрижка очень молодит, а мы к сорока годам только-только наконец-то отрастили на башке густые волосы, потому что перестали краситься дома гидропиритом, и знаем 33 способа правильного мытья головы шампунями без парабенов!

Понаберут [м]лять в стилисты чёрт знает кого с улицы, с купленной в переходе медкнижкой и регистрацией, а у нас потом от их статей нервы и давление! Это вот хорошо ещё, что у нас клатча нет, а в сумке зато лежит полкило всяких нужных таблеток и кошелёк со скидочными картами из трёх аптек.

И кошельковая мышь ещё. Это самое главное.

воду добавляла, звонила в сервис, сказали что надо менять насос, а у них нету и т. д.

Посмотрел я этот утюг. Вещь удобная. Съемный бачок для воды. Вот этом бачке как раз и была загвоздка. Уровень воды в нем контролируется при помощи поплавка с магнитом. Всплыл поплавок - есть контакт, пользуйся пожалуйста, не всплыл - горит сигнал добавления воды. Вижу, поплавок приклеился к стенке, там, видно, какие-то соли накопились от длительного пользования. Встряхнул бачок, поплавок всплыл и все работает. Главное, что в инструкции написано: при добавлении воды встряхнуть резервуар для всплытия поплавка, но кто их читает эти инструкции.

Написал записку, что если снова не будет работать, прочитай инструкцию п. 7. 2, а сам уехал по своим делам. Через день звонок:

- Слушай, что-то опять барахлит мой утюг, та же проблема, не подскажешь, что мне делать?

- А ты инструкцию читала?

- Ой, да некогда мне читать, он у меня два года без всяких инструкций работал. Может опять к тебе привезти?

Вот это меня немножко зацепило. Будет тащиться с утюгом к черту на кулички вместо того, чтобы прочесть две строчки.

Нет, говорю, у меня времени с твоим утюгом возиться. Устал он, два года без передышки пашет, ему тоже отдых нужен.

- Ой, а что же мне делать?

- Не знаю, может возьми его на руки, побаюкай, песенку ему спой, может и заработает!

Она конечно обиделась, мол, иди ты в баню со своими приколами, не хочешь помочь ну и не надо.

- Ну как знаешь, я больше ничего сделать не могу!

Через час звонок.

- Ой, спасибо тебе большое! Ты знаешь, поколыхала я свой утюг, колыбельную ему спела, включила, а он работает! Чудо! А я думала, та прикалываешься. Теперь буду знать, как с ним обращаться!

А вчера опять звонит.

- Слушай, а песни ему петь обязательно? А то я ношусь по квартире с утюгом, мало того, что баюкаю, как ребенка, да еще и колыбельную пою. Семейство на меня с подозрением смотрит!

Граждане! Читайте инструкции! Иногда это полезно!

иуспокоились. Потом ситуация изменилась, и мне пришлось квартируснимать. Сняла я ее в новостройке на 14-м этаже. И уже на второй день,в лучших традициях, забыла ключи. В этот день мы что-то отмечали сосвоими старыми друзьями, и, как водится, несколько нагрузились.Возвращаюсь я в свежеснятую квартиру, подхожу к двери и понимаю, чтоключи забыла. Ну, звоню по привычке в соседскую дверь. Открываетмужик: как назло очень на моего прежнего соседа похож. Квартира егоизнутри тоже точь-в-точь соседская (как-никак типовая планировка итиповой менталитет свое дело делают). И в моем нетрезвом сознаниипроисходит замыкание. Я, буркнув "Добр-р-чер", бесцеремонно отстраняюопешившего мужика и со словами "Ну я как обычно" двигаю через всюквартиру к балкону. Мужик бросается за мной и пытается схватить заодежду. Я его успокаиваю "Да не волнуйтесь вы, в первый раз, что ли?"При этом, в течение всего своего брусиловского прорыва через квартиру,я комментирую несовпадения интерьера с привычным соседским: "О, коврикположили - давно пора (проходя по нему в ботинках); "О, да вы ителевизор новый купили? Ну и как - хорошо показывает?" и т.п. . А самаоткрываю дверь и вылезаю на балкон. Там навалена куча вещей. Я ихразгребаю, периодически отодвигая мужика, который за моей спинойсуетится и пытается меня оттащить от края.

Наконец, добравшись до перил, я в последний раз отцепляюсь отмужика и со словами "Да что вы, в самом деле, разволновались-то так?"переваливаюсь наружу и по карнизику, держась руками за перила, какобычно перехожу на свой балкон. Мужик, рискуя выпасть на тротуар,перегнувшись, смотрит мне вслед огромными глазами. Я делаю ему ручкойи еще, прощаясь, выдаю что-то вроде "Пойду, посмотрю, что там вхолодильнике есть".

На самом деле, все это была перамбула. Амбула наступила наследующее утро, когда я, проснувшись, вышла из своей новой квартиры наработу. В тот момент, когда ч запирала свою дверь, открылась дверьсоседней квартиры, и из нее вышел тот самый вчерашний мужик - вментовской форме!!!

Эпилог:

Кончилось все хорошо. Об этом свидетельствует хотя бы то, чтоподробности моего поведения в соседской квартире рассказал мне сам еехозяин (оказавшийся, к слову, местным участковым) во время душевнойбеседы за кружечкой чайку.