Женские истории #квартира

же день, но хотя бы нормально общалась, а сегодня… Это был кошмар! Я только села за инструмент — тут же стук в дверь. Время было 20. 30, я планировала поиграть до 21. 00, то есть, полчаса всего. Она прибежала сразу же, как только я села за инструмент и начала прям орать, что здесь мне не консерватория и играть на фортепиано мне нельзя! Я ей в ответ: «А кто сказал, что нельзя? Выйдите из моей квартиры вообще! Я только села за инструмент и планировала поиграть максимум полчаса! »

Эта сумасшедшая снова стала орать, что нельзя играть и что она будет жаловаться.

Короче, мы чуть не подрались с ней. Меня в ПМС вообще лучше не злить. Ее глаза сверкали злобой, я старалась держаться, а потом как заору на нее: «А ну пошла вон из моей оплаченной квартиры! » Она вышла, слава богу.

Я закрыла дверь, поиграла еще минут десять… Но экшн продолжился. Она стала звонить хозяйке, другая хозяйка стала писать мне, что играть мне нельзя, а если я буду продолжать играть, то мне лучше съехать. Я ответила: «Не вопрос, только деньги верните за вычетом этих 4-х дней». Деньги обещали вернуть. Завтра съезжаю. Ну их нафиг! этих сумасшедших. Жизни все равно не будет.

P. S. Господи, дай мне сил

помогло. Отморозки с разбегу ломились в дверь и просили: "Открывай, б***ь, не то п****ц тебе будет!". В конеце концов, чтобы ничего такого и вправду не случилось, соседка позвонила в милицию.

Дальнейшее нисколько не походило на известное некоммерческое предложение - "МАЛЬЧИКИ ПО ВЫЗОВУ, КРУГЛОСУТОЧНО. ЗВОНИТЬ 02" Всего через 7 минут после звонка распахнулись дверцы лифта. Из лифта выпорхнули две юные грации в модных курточках, брючках, сапожках и с бейсбольными битами в руках. Милые девушки, не говоря худого слова, синхронно приложили отморозков битами по пустым головам. После чего, перешагнув через неподвижные тела, позвонили соседке в дверь "Открывайте, гражданочка! Милиция!"

Оказалось, что эти девушки - слушательницы одного из московских милицейских вузов. Они проезжали в машине с операми из местного отделения и услышали по рации, что в соседнем доме в дверь ломятся бандиты. Вот и решили оказать содействие и победить преступность. На долю поднявшихся по лестнице оперов выпала только транспортировка тел в отделение. На вежливое недоумение соседки, входят ли теперь бейсбольные биты в снаряжение милиции, девушки с ноткой превосходства ответили: "ЭТО НЕОТЪЕМЛЕМЫЙ ПРИЗНАК ЛЮБОГО КУЛЬТУРНОГО ЧЕЛОВЕКА! ". Местные некультурные правонарушители, трепещите!..

лет это излишне, но человек, запуганный сталинскими репрессиями, имеет право это потребовать. С моей бабушкой мы имели большой торг относительно сроков разглашения - она требовала 100 лет, но я сторговался до 80, уповая на то, что могу и сам не дожить до нужной даты. Точная дата мне неизвестна, забыл уточнить, а сейчас уже и спросить не у кого... Будем считать, что раз репрессии начались в 1937-м, то 80 лет уже прошло.

Итак, далее от имени бабушки:

Была я поздним и единственным ребёнком, почему - спросить не догадалась, и к моим 17 годам родители были уже довольно старыми людьми. Жили мы в трехкомнатной коммуналке вместе с дядей Петей - моряком и Линой, крикливой хабалкой, у которой была дочка, моя ровесница. Но мы с ней не дружили, гуляли в разных компаниях, да и я уже училась в ФЗО и тянулась к людям постарше. В нашей компании я была самой младшей. Меня так и звали - Младшенькая. Относились покровительственно, не давали в обиду на учёбе и на работе с 16 лет. После работы и учебы вместе ходили купаться, гулять и на танцы.

Там-то со мной и познакомился парень. Был он какой-то слишком серьезный, не разговорчивый, улыбался наиграно и одет был не по возрасту, как-то слишком солидно. Про себя ничего не рассказывал, пару раз проводил до дома и один раз пытался поцеловать возле двери квартиры. Мне он совершенно не нравился. Была я девчонка шебутная, без царя в голове, а он какой-то бука, как 40-летний, хотя не было ему и тридцати.

Так бы и вышла я замуж, как и все мои подружки, за какого-нибудь штукатура или грузчика из порта, но дальше была вот такая история.

Отец мой был уже совсем старый, но еще работал на почте. Он еще в царские времена переехал сюда из Белоруссии и был почтмейстером. Пережил мировую войну, гражданскую, зеленых, белых, красных, грабежи и погромы. В разгаре этого хаоса родилась я, и родители решили уже никуда не переезжать, хотя из своего большого дома нас "попросили" и дали комнату в коммуналке. (Этот дом я ещё помню - снесли на закате советской власти. Долгое время там был пустырь, а теперь - торговый центр. ) Как-то раз отец на работе что-то буркнул про Сталина, и в тот же день за ним пришли, прямо на работу. Больше мы отца не видели и ничего о нем не знали. Но было это в 1935-м и никаких последствий для нас не было. Соседке Лине мы сказали, что отец уехал к родне в Белоруссию, чтобы никаких разговоров у соседей во дворе не было - сплетня Алина была страшная. Дядя Петя пропадал неделями, все ходил мотористом в разные порты и отсутствие отца заметил, наверное, через полгода, но и его наше объяснение про Белоруссию устроило.

Мой молчаливый ухажер с танцев, провожая меня в очередной раз, тоже спросил про отца. Я и ему соврала про Белоруссию. Тогда он спросил, в какой город, а я ни одного города и не знала, пыталась что-то придумать, но только запуталась. Что было потом - я и не помню, несколько месяцев его не встречала, хотя на танцы в припортовый клуб ходили с девчонками постоянно.

Вечером иду я с учебы, как вдруг кто-то хватает меня за локоть и тащит в подворотню, зажав рот ладонью! Можно было и не закрывать рот - я так испугалась, что и пикнуть бы не смогла. Смотрю, а это он - обожатель с танцев. Спросил, не буду ли я кричать? Я кивнула и он меня отпустил. Сказал, что есть очень серьезный разговор, а я дурочка была, подумала, что он свататься хочет, и сказала, что он мне совсем не нравится и замуж за него я не пойду. Он усмехнулся и сказал, что давно это понял, да и не смог бы на мне жениться из-за моего отца... А тут еще новая напасть, похлеще прежней - он кивнул на портфель. Я только тогда обратила внимание на портфель в его руке - в те времена с портфелями ходили важные начальники, директора и бухгалтера, а тут молодой парень и с портфелем.

Взял он меня за руку и повел к черному ходу одного из домов. Наверное, он заранее все продумал, т. к. там горела лампочка (в советские времена лампочки в подъездах постоянно воровали, а уж в довоенные времена лампочка на лестничной площадке черного хода - это как Мерседес у чукчи-оленевода)а стекло окна заклеено газетой. Молча достал из портфеля листок бумаги и велел читать молча. Я сразу обратила внимание на то, что сверху, в углу, стоял фиолетовый штамп и внизу тоже были какие-то печати и подписи другим почерком и чернилами, но была в таком волнении, что не могла собраться с мыслями. Тут мой молчаливый собеседник спохватился, выхватил листок у меня из рук и загнул верхнюю и нижнюю часть листа, оставив только текст по центру. Его-то я и начала читать. А там - что мы с моей мамой хотим отравить тов. Сталина и тов. Калинина яблочным пирогом с мышьяком и на 7 ноября готовимся отправить его в Москву почтой через папу, работника почты.

Прочитала я это несколько раз и сказала, что это неправда, что никого мы травить не хотим и папа на почте уже не работает, он сейчас в Белоруссии, что это какая-то ошибка. На это мне мой таинственный собеседник ответил, что это письмо, судя по всему, написала моя соседка, чтобы занять нашу комнату после ареста, и про моего папу он тоже все знает, что папа мой сейчас в такой Белоруссии, что оттуда он уже никогда ничего и никому не отправит. От этих слов мне стало так жутко-жутко, лишь сейчас я повнимательнее начала смотреть на него и мне вообще ничего стало непонятно: кто он, почему мы здесь, зачем?

Выждав паузу, наверное, чтобы я успокоилась, он положил на подоконник лист бумаги из портфеля, чернильницу и перо и велел писать про Лину и ее дочку, что они хотят отравить тов. Сталина и тов. Калинина яблочным пирогом с мышьяком и отправить его по почте в Москву. Сверяясь с тем листом, он говорил, где делать переносы строк, писать крупнее, и даже заставил меня сделать несколько ошибок, как на доносе, хотя я была в ФЗО хорошистка, много читала газет и писала грамотно. Испортив несколько листов, я смогла написать, как надо. Тогда он достал еще один лист, на котором уже стояли штампы, подписи и печати и попросил переписать туда уже буква в букву посередине этот текст еще раз, опять сверился, убрал листок в портфель и остальные листы смял и поджег на полу, прикурив от них. Когда пепел и сигарета потухли окончательно, он их растоптал, оборвал с окна газету и выкрутил лампочку. Я боялась, что он ко мне будет лезть с поцелуями, но он лишь подвел меня к выходу и сказал: "Ты не сможешь удержать эмоции, поэтому домой не иди, а зайди к маме на работу - она еще там, и скажи, что ночевать будешь у подружек в общежитии. Туда и иди, дома до завтрашнего вечера не появляйся".

Я развернулась и пошла в сторону порта, прочь от дома. Пройдя пару шагов, я услышала его оклик и обернулась. Из темноты дверного проема черного хода я услышала фразу: "Я не смог подарить тебе сердце. Зато подарил жизнь! "

Больше я его никогда не видела.

Следующим вечером, вернувшись домой с занятий в ФЗО, я застала дома только встревоженную мать, которая сказала, что вчера вечером приехал "воронок" и арестовали Лину с дочкой.

Потом мы переехали в N-ск, там я через год вышла замуж за офицера-артиллериста, но это уже другая история, как у всех: роды, еще роды, война, похоронка из-под Ленинграда...

Вот так.

Варвара, хотя понятия не имела, кто ей звонил.

— А я была уверена, что ты меня сразу узнаешь, — радостно продолжала женщина. — Как хорошо, что я тебя застала. Ты сейчас можешь разговаривать?

— Могу.

— Отлично. Мы с мужем и детьми уже на вокзале. Час назад сошли с поезда. Меня хорошо слышно?

— Хорошо.

— У тебя голос какой-то тихий. А у тебя точно всё в порядке, Варенька?

— У меня всё отлично.

— Очень за тебя рада. Мы сначала хотели остановиться в гостинице. Думали, что в этом городе у нас никого из родственников нет. А потом вспомнили, что у нас ведь здесь есть ты. Понимаешь?

— Понимаю.

— Как хорошо, что мы о тебе вспомнили. Ты даже не представляешь, как мы обрадовались. Особенно дети.

— Представляю.

— А муж так сразу и сказал: «Звони Варваре. Варвара не подведёт».

— Правильно сказал. Не подведу.

— Значит, ты пустишь нас к себе погостить? Я правильно поняла?

— Правильно. Пущу.

— Мы ненадолго, — радостно продолжала женщина. — Всего на пару недель. Город посмотреть и обратно. Домой. Потому что и дел дома невпроворот, да и, как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше. Согласна?

— Согласна.

— Мы так и думали. Особенно муж. Он так сразу и сказал, что не может такого быть, чтобы Варенька не приняла нас к себе. Ведь мы же родственники. Пусть дальние, пусть виделись последний раз лет десять назад, но родственники ведь. Правильно?

— Да.

— А ты сейчас одна живёшь?

— Одна.

— В трёхкомнатной?

— Да.

— Так, значит, мы сейчас едем к тебе?

— Приезжайте.

— Через час мы будем у тебя. А ты всё там же живёшь?

— Там же.

— Тогда жди. Мы скоро подъедем.

— Жду, — ответила Варвара.

Варвара выключила телефон, положила его на тумбочку, повернулась на другой бок, укрылась с головой одеялом и уснула, особо даже не беспокоясь о том, что так и не поняла, с кем она только что разговаривала по телефону.

А через час в дверь позвонили.

Варвара посмотрела на часы, закрыла глаза и повернулась на другой бок. Звонки продолжались. Варвара спала. Через некоторое время по двери стали стучать ногами. Варвара — ноль эмоций. Наконец снова зазвонил телефон.

— Да, — не открывая глаз, произнесла Варвара.

— Варенька? — радостно кричала всё та же женщина.

— Да.

— А это мы. Мы приехали. Звоним, звоним, а ты дверь не открываешь.

— Звоните?

— Да.

— А почему я не слышу?

— Не знаю.

— А позвоните ещё, — попросила Варвара.

В квартире раздался звонок в дверь.

— Звоним, — сказала женщина.

— Нет, — сказала Варенька, — не слышу. А постучите теперь.

Раздался стук в дверь.

— Стучим, — произнесла женщина.

— Нет, — ответила Варвара, — не слышу.

— Кажется, до меня дошло, — произнесла женщина.

— Что? — спросила Варвара.

— А ты сейчас где, Варенька?

— Как где? У себя.

— Где у себя?

— В Новосибирске, — ответила Варвара первое, что в голову пришло. — Где же ещё мне быть?

— Как в Новосибирске? А почему не в Москве?

— А я девять лет назад переехала, — наводила Варвара тень на плетень. — Сразу, как развелась.

— Зачем?

— Зачем развелась?

— Переехала зачем?

— А надоела Москва, вот и переехала. Слишком много неприятных воспоминаний.

— А в Новосибирске разве лучше?

— Конечно. Ещё как лучше.

— А что там лучше-то?

— Да всё лучше. За что не возьмись. И никаких неприятных воспоминаний. Да чего я говорю. Приезжайте, сами увидите. Вас сколько сейчас?

— Так четверо нас. Мы с мужем и двое детей. Старший Павлуша и младшенький Андрюша. Андрюша в этом году хочет в университет третий раз поступать.

— Вот все вчетвером и приезжайте. У нас здесь тоже замечательный университет есть.

— Когда приезжать?

— Да хоть сейчас.

— Сейчас не получится. В Москве дел много. Андрюша хочет учиться только в Москве. А мы на работу приехали сюда устраиваться. Рассчитывали годик у тебя пожить. А оно вон как вышло.

— Значит, сегодня не приедете?

— Нет.

— Жаль. Я уже настроилась.

— А уж как нам жаль. Ты не представляешь.

— Представляю.

— Нет. Не представляешь. Я как подумаю, что нам теперь предстоит, так мне просто жить не хочется.

Варвара решила, что пора заканчивать разговор.

— Ну, ладно, — сказала она, — если сейчас не можете, то приезжайте, когда сможете. Я вам всегда рада. А вы когда в Москве устроитесь, сразу сообщите мне свой адрес. Я к вам в гости приеду. Тоже на пару недель. А там посмотрим. У меня ведь теперь в Москве никого, кроме вас, и нет. Договорились? Пришлёте адрес?

Но ответа Варвара не услышала, потому что связь резко прервалась.

Изначально я хотел подсесть к одинокой девушке, которая сидела рядом за столиком возле этих троих, но чем-то она меня насторожила, потому что она была одета в свободный рваный комбинезон, в бейсболке с короткой стрижкой и выглядела как дама, которой мужчины нах не нужны, в отличии от дам, которые были одеты стильно.

Дамы пили шампанское, а перед ней стоял графин водки и апельсиновый сок.

Я заказал шампанского и присел к девушкам, заведя непринужденный разговор, веселя их историями и анекдотами.

Дама прислушивалась к разговору и иногда очень меткими шуточками резюмировала мои разговоры, вызывая бурный смех девченок.

Минут через двадцать она мне стала нравиться больше, чем все три, с кем я сидел за столом.

Последняя ее шутка в мой адрес заставила переключиться на нее.

- Девочки, ну вы посмотрите какой альфа самец у вас за столиком! Прям горный орел! Красивый, умный, но, судя по возрасту, вам в папы годится. Ну, и с памятью что-то у него, вот уже пол часа ширинку никак не застегнет, и того гляди птенец из гнезда выпадет!

[м]ля, а она действительно расстегнулась! )

Дамы рассмеялись и пошли на танцпол, а я пересел к ней.

Надо сказать, что она сразила меня своим обаянием и юмором.

- Ты из Одессы?

- Да, а как ты догадался?

- Так брат в Одессе да и Бабелем зачитывался в детстве!

- Вы таки посмотрите на него! Это же прям культурный человек, не путает Бабеля с Бебелем и Бабелью!

- Ну дык образование-то еще советское!

- Ну ,так а что ты подкатываешь к дамам которые ЕГЭ сдавали?

- Ну красивые же!

- Да, а ты Ален Делон!

- Нет Соломон!

Она молча налила мне водки и мы выпили за знакомство.

Оказалось что она актриса театра и играла в постановке по Бабелю подругу Бени Крика.

После третьего графина она начала икать и попросила ее отправить на квартиру, взяв обещание завтра встретиться в десять на пляже Победа.

Таксист татарин отказался ее везти одну потому что она все время икала и держалась за меня, так что я решил ехать с нею.

- Девушка адрес скажите куда вас везти!

- Ик! Наалетчиков двадцать два.

- Девушка нет такой улицы!

Она посмотрела на него мутным взглядом и повторила - Я сказала же... Ик... Налетчиков двадцать два!

Таксист начал заводиться и тут я понял ее мысль и перевел с пьяного на трезвый:

- На улицу Летчиков двадцать два!

- Вот! Ик! Красава!

В такси она все время мне повторяла, что она пьяная и хочет только спать, а я, как порядочный человек, должен уважать ее желание.

Да говно вопрос, тем более только час ночи и веселье в самом разгаре!

Я довел ее до квартиры, открыл дверь и, убедившись, что она дома чмокнул в щеку и вернулся назад в клуб.

Утром, прийдя на пляж Победы, я решил заправиться пивком и присел на лавочке, пытаясь понять,где эта дама, так как без одежды ее узнавать категорически отказывался.

Попивая пивко, я провожал взглядом идущих мимо дам и вздыхал, называя себя лошарой, так как забыл взять телефон.

Рядом сидел паренек лет тридцати с рюкзачком в татуировках и наблюдал за мной.

- Красивые дамы ходят?

Ну них[рена]сла себе, это что он подкатывает ко мне? Гомик что ли? Вроде бы не похож?

- Ну да, красивые... .

- Так а что вы не подойдете и не познакомитесь?

- Ну был бы я молодым как ты тогда да, а так кто я? )

И тут он мне дает свою визитку на которой написано Коуч Максим "Искусство пиакапа" и номер телефона.

За десять минут общения он мне рассказал , что тот, кто освоит его технику, может снять любую и даже может прямо сейчас продемонстрировать свои способности.

Мне аж интересно стало и я попросил его провести мастер класс для меня.

- Покажите мне даму и через пять минут я буду знать о ней все, а через десять – мы будим с нею сидеть вон за тем столиком в кафе, и потом поговорим про курсы.

- По рукам?

- По рукам!

- Видишь, вон стоит у воды красотка в косынке и синем купальнике, тем более она одна на пляже.

- Хорошо!

Через минуту он разложил рядом полотенце, обнажил торс и через три минуты уже стоял возле нее и что-то рассказывал. Она смотрела на него удивленно и, ничего не говоря, слушала его тираду.

Через пару минут он стал показывать на меня и что-то с улыбкой говорить.

Дама повернулась и я узнал свою вчерашнюю знакомую, она меня тоже узнала и с удивлением посмотрела на пикапера.

Что было потом я запомнил надолго, как и те, кто был рядом на пляже.

Она повернулась ко мне и громко на весь пляж сказала:

- Сема ты таки представляешь, что заявляет мне этот поц? Что он преподавал там, где ты учился!

Обычно говорят, что ржала вся маршрутка, так тут ржал весь пляж. )

Пикапер как-то резко сник, взял рюкзак с полотенцем и ушел вдоль прибоя под улюлюканье мужиков под зонтиком.

А потом я узнал еще очень много из жизни театральной богемы города Одессы, и что вчера я повел себя как баран, не оставшись у нее.

Но я потом я реабилитировался и прекрасно провел два летних дня с прекрасной девушкой.

Всем хорошего дня!

чтобы все было как полагается, и дитё спало (сынишке меньше годика). Сам летит на работу своих танцовщиц ресторанных строить,обещая непременно к полуночи вернуться, и ВОТ ТОГДА....

Ну жена, натурально, потихоньку разбирает вещи, и видит цифровой аппарат. Начинает смотреть на нем виды северной столицы. Ох и ах, действительно красиво, просто слов нет. Посмотрев все на камере, видит еще при нем карту памяти. Решает: там же еще что-нибудь покрасивей есть! (О ЭТИ ЖЕНЩИНЫ!)Смотрит. На карте в разных немыслимых позах запечатлена какая-то деваха с неплохой фигурой, волосы до попы и все такое. И главное, моложе! У дамочки падает планка, щас, блин, думает, я тебе устрою мойку и бритье, похотливый ты козел и прочие слова, что я не привожу.Выбирает на кухне скалку поувесистей (надо отметить, дама сложения хрупкого, как и муж, но характера боевого).

НО! Но. До полуночи еще 3 часа. Дама чуть остыла, и с горя взялась пересмотреть злополучные снимки еще раз. И тут потихоньку начинает осознавать, что интерьер на снимках уж больно знакомый. Так это же квартира его матушки! Нет, думает, не мог он к маме привести какую-то шалаву да еще снимать на камеру. И вот тут, только тут до нее внезапно доходит, что это подружка МЛАДШЕГО БРАТА мужа, и что, собственно, и камера принадлежит этому самому брату, и ее благоверный здесь вовсе не при чем, и что скалку надо прятать и срочно-таки мыться и бриться в нужных местах.

Короче, успела она за полчаса до прихода приобрести товарный вид, малыш спит в кроватке. Сидит она, ждет.

В первом часу открывается дверь, и появляется муж, с букетом, с бутылочкой коньяка, весь светится изнутри, ну прямо загляденье. Дамочка на него посмотрела и... как засмеется, остановиться не может, истерика с бедняжкой приключилась. Муж, понятно, в недоумении, что, мол, да как?. В общем, она ему все рассказала, показала фотки, и даже скалку продемонстрировала, удара коей он чудом избежал.

Но главное - реакция на все мужа. Он присел аккуратненько на стул и сказал : ТО-ТО БЫ Я УДИВИЛСЯ...!