Женские истории #квартира

несколько раз взглядами встретились. За пару остановок встаю и начинаю продвигаться к выходу. Спрашиваю девицу «Выходишь? » та отвечает

«Да», а сама на меня косится, наверное запаха свежей водки она не любит, или крупные мужчины ей не нравятся. Ну в общем оказалось, что выходим на одной остановке, она на каблучках семенит впереди, я за ней но тоже по дороге к своему дому. По пути в киоске взял пивка иду из горлышка глотаю, она прибавляет шагу, оглядывается постоянно, я иду не торопясь, но так как росту во мне 192 сантиметра шаг у меня как у неё два. Она поворачивает в мой двор и уже бегом впархивает в мой подъезд. Я без задней мысли захожу следом, где она уже вызвала лифт. Увидев меня деваха, что то пискнув припустилась бегом вверх по лестнице. Тут открывается дверца лифта вызванного ей, я захожу и еду к себе на 7 этаж.

Выхожу из лифта и направляюсь к квартире, в это время мне навстречу по лестнице вылетает запыхавшееся подруга, увидев меня резко разворачивается и бросается назад, вниз по лестнице. Где то в районе третьего этажа слышится непонятный грохот, повизгование, а через несколько секунд звук захлопывающейся входной двери.

Через несколько дней мы встретились в подъезде уже днём, смутившись поздоровались, а через пару недель в субботу уже вместе пили пиво в баре по соседству. Тогда то, я и услышал её версию случившегося.

Недавно приехала в Казань из небольшого посёлка, устроилась на работу, сняла комнату. Дома от знакомых и родственников наслушалась всяких страшилок про городскую жизнь, что наркоманы, маньяки и насильники тут попадаются сплошь и рядом, а тут всё как по написанному, темень, полупустой автобус, с задней площадки всю дорогу пялится какой то пьяный амбал и преследуeт прямо до лифта, а как известно насилуют и убивают обычно там, просто классический случай из маминых страшилок. Решила убежать по лестнице, но на каблуках не очень то, разбегаешься, почти добежала до восьмого этажа, где спасительная квартира, осталось совсем чуть-чуть, а маньяк уже дорогу перекрыл. От ужаса кубарем скатилась по лестнице до улицы, и полночи не решалась зайти обратно в подъезд.

Ну всё, подумала я, в своих обычных джинсиках и рубашке, с рюкзачком. не сразу уеду.

А блондинка изящно вскинула ручку. . аж я засмотрелась. Мда-а, хрен с тобой! - подумала. Но мужики-то на неё скорее поведуться, обидно. . она уедет, а мне стоять не перестоять.

И тут словно продолжение моих мыслей, летит шикарная иномарка представительского класса. Ну, всё. . подумаа про себя, девушка сейчас уедет. Но машинально всё равно поднимаю руку. И на что надеюсь? Машина на скорости пролетает мимо блондинки, специально как мне показалось заехав в лужу и окатив жидкой грязью с ног до головы. . оО-о и тормозит около меня.

Блондинка в ступоре. . с ресниц грязь капает.

Я заглядываю в опустившееся окошко там сидит довольно таки взрослая тётка 45 - 50 лет:

- Садись, дочка.

Едем. А меня любопытство разбирает, за чтож она так блондинок не любит. Аккуратно так интересуюсь, она как давай ржать и рассказывает:

- Да эта дрянь, жена моего бывшего мужа. Отсудили они при разводе всё - квартиру, дачу, даже собаку! Оставив мне небольшую зверо-ферму. Я её продала и купила машину. Давно мечтала эту сволочь переехать!!!

ёкало в груди.

Ну а что Жанна? Она просто позволяла себя любить, изредка отвечая на его ухаживания - редкими походами в кино и непродолжительными вечерними разговорами, возле её подъезда.

Конечно, Марик пытался форсировать события, но Жанна всегда находила всевозможные причины для вежливого отказа. Это продолжалось до того события, когда Марику, как и его друзьям пришло время отдать долг Родине, доблестной службой в рядах доблестной советской армии. Накануне перед отправкой, пригласив на проводы Жанну, он намеренно выпил для храбрости, чтобы быть чуть смелее со своей девушкой, да и друзья чувствуя эмоции Марика, под конец вечера оставили их вдвоём наедине в спальне родителей. Ну а те, тактично покинули квартиру после первого стола. Но, то ли алкоголь сыграл злую шутку, то ли Жанна не была готова к этому, но через минут двадцать Марик вышел из комнаты и громко произнёс:

— Ты всё равно будешь нянчить моих детей!

И ещё раз повторил на всю квартиру, так что было слышно всем:

— Слышишь, ты всё равно будешь нянчить моих детей!

А затем одев кроссовки выбежал на улицу. Где он провёл ночь, никто так и не узнал, вот только на следующее день, ближе к обеду, он с такими же лысыми призывниками, как и сам, уже ехал в плацкартном вагоне в далёкую Белоруссию.

Первые полгода он усиленно переписывался с Жанной, которая как ни в чём ни бывало отвечала на письма Марика и даже писала, что скучает по нему. Но после Нового года как-то стала писать всё реже и реже, а к майским праздникам всё таки написала, что дружит с каким то парнем, студентом последнего курса её института и что пусть он, то бишь Марик не обижается... Так получилось.

Марик долго не мог поверить в это, думал, что это розыгрыш, ну так проверка чувств, пока его друзья не подтвердили самые худшие его опасения. А ещё через некоторое время пришло сообщение, что его Жанночка благополучно вышла замуж и укатила с мужем куда то по его распределению, а куда неизвестно.

Ну а что же Марик? Он благополучно отслужил положенные два года, даже чуть-чуть поболее, приехал домой и побыв пару месяцев в родном городе, уехал поступать в столицу, в один из местных вузов. Поступил, закончил с отличием, да так и остался преподавать в родном «альма матер»

Отработав в институте лет пятнадцать, наш Марик, хотя конечно его уже называли по имени отчеству, защитил кандидатский минимум и почти наготове была докторская диссертация. Также за это время, он успел обзавестись приличной «трёшкой» в одном из элитных микрорайонов «южной столицы» (официальный столичный статус город уже к тому времени утратил), а также неплохим автомобилем, ведь помимо своей основной преподавательской деятельности, он занимался различными коммерческими проектами, благо время было такое, а энергии и сноровки у него было не отнять.

Ну а личную жизнь он как то не пытался налаживать, хотя парнем он был видным и женским вниманием был точно не обделён. Конечно, он не жил праведным монахом, всё было, но вот женитьба его не прельщала, хотя и пару раз пытался жить гражданским браком, но хватило максимум, всего лишь на четыре месяца.

Пока однажды, совершенно случайно, не познакомился с милой девчушкой, которая была гораздо моложе его, но именно с ней он чувствовал себя легко и непринуждённо и именно ради неё ему хотелось совершить, что нибудь этакое; хорошее, героическое, а при его статусе, это героическое и подразумевало женитьбу. Ну а через полгода появился и повод, она оказалась в положении, ведь они с молчаливого согласия друг друга, просто перестали предохраняться.

Ну что же, раз такое дело, Марик, как истинный джентльмен и мужчина решил сделать ей предложение. Она конечно согласилась и через недельку они вылетели в столицу, знакомиться с её родителями, вернее мамой, так как её отец покинул их и уже давно жил за бугром с новой семьей. По прилёту в столицу они, поймав такси, отправились к ней домой. Дверь открыла женщина, средних лет, ещё не утратившая следы былой, ослепительной красоты и эта красота была ему до боли знакома! ... Женщина, тоже начала приглядываться, а затем слегка побледнев, села на кушетку.

«Жанна» - только и сумел сказать Марик. «Марик» - только и сумела сказать Жанна. И добавила:

— Ну что же, я готова нянчить твоих детей! ...

я к подруге в гости после работы. Забежала в магазин, что-нибудь к чаю прикупить. И вдруг вижу: Пирожные! Настоящие! Бисквитные! Да еще и украшенные огромными кремовыми розами. Правда, цвет какой-то ядовитый! Да Бог с ним, с цветом.

Накупила я угощения на всех! Посидели с подругой, наговорились, напились с ней чаю — время быстро пролетело. Пирожными тоже полакомились, естественно. А одно я оставила для своей малышки. Мы его аккуратненько поставили на тетрадный лист ( с пакетами тогда напряженка была, как и со всем остальным, а о контейнерах мы тогда и не слышали) . Чтобы розочки не помялись, тетрадный лист осторожно опустили на дно сумки.

Засиделись мы с подружкой изрядно, так что домой я прибыла в половине первого ночи.

Доча моя была еще совсем маленькой, и в силу своего нежного возраста , да и сложного экономического положения в стране, пирожных никогда не видела. Ехала я домой в автобусе, и представляла, как завтра моя малышка проснется, а я ей покажу лакомство и скажу: » Доченька, это пирожное! » И прямо видела, как она всплеснет ручками и будет радоваться.

Угощение для маленькой моей везла очень осторожно, постоянно напоминала себе: » В сумке пирожное, аккуратнее! ». Из автобуса выскочила с теми же мыслями, сумку несла почти на вытянутой руке, на весу, а не на плече, по- привычке. И повторяла, повторяла: » Галка, не помни пирожное! ».

Живу я на окраине города, в частном секторе, так что места там тихие и малолюдные, особенно в позднее время. От автобуса к моей улице вела короткая дорожка (как я всегда говорила: в два автобуса длиной ), да вот беда — фонарь там кто-то разбил.

Короче, бегу я домой по тропиночке, вся такая радостная, сумку держу на весу, мысли только о пирожном. И вдруг из кустов выскакивает мужик, хватает меня за плечи и начинает тащить в кусты!

А дело в том, что я, когда вижу цель, меня с нее свернуть очень трудно! то есть — я рвусь вперед, домой! А он меня тянет влево, в кусты. Ну не совпадают наши желания! И топчемся мы на одном месте, и громко при этом сопим! Кто кого перетянет!

И тут я начинаю понимать, что происходит что-то неправильное, нехорошее! И дальше — испуг, желание защититься, и что-то сказать при этом — обязательно ( молча, что ли, защищаться) . Но только когда напугана, то иногда говоришь и делаешь совсем не то, что от тебя ожидают. Вот и я, вся такая нелогичная и неожиданная оказалась.

Как вдруг заору: » Сц&ка! Ты почему мнешь мое пирожное! »

Не знаю, что подумал насильник, он неопытный, наверное, был какой- то. Но он меня вдруг отпустил. А я опять как заору: » Ты кто такой, чтобы мять мое пирожное! »

И как дам ему сумкой!

Насильник , бедный, отскочил! А я развернулась и сумкой его, сумкой! И ору что-то типа: » Не твое оно, не тебе несла! ».

Несчастный насильник , видать, совсем охренел. Я не знаю, и никогда не узнаю, что за мысли у него в были голове , но рванул он от меня очень резво — в кусты. Промчался через них и дальше поскакал. А я за ним, и сумкой его, сумкой луплю что есть силы. И ору что-то обвиняющее! В кустах я запуталась, упала, и пока падала, вдруг поняла, что бежать мне нужно совсем в другую сторону.

Домой прибежала злющая. Пирожному, конечно — каюк. Сплющилось и розочкам конец наступил. Подровняла его, как смогла, крем с тетрадного листа вилочкой соскребла и сверху намазала. И вилкой же нарисовала на нем решетку. И вот когда решеточку нарисовала, дошло вдруг до меня, что дело-то было серьезное. А потом вспомнила, как я орала — и такой смех меня пробрал, что не могла удержаться — хохотала на всю квартиру, аж повизгивала!

Утром все было так, как я и мечтала. Я сказала : » Доченька, это пирожное! » И моя малышка всплеснула ручками, и очень — очень радовалась. И лакомство ей понравилось, между прочим ( да кто б сомневался).