Женские истории #работа

- правда.

Тогда мы впервые столкнулись с похищением человека.

История была такая: поступило сообщение - несколько неизвестных похитили супругу бизнесмена.

Всем быть.

Мы в разгрузку, благо, все уже было известно, где и кто, как.

Остается только освободить заложника, повредить чуток лица и телеса похитителей и сдать похищенного родным, а рапорт - начальству, а злодеев

- в ДЧ на определение в КПЗ.

Приезжаем на место... А, нет, давайте, сначала расскажу предысторию.

В ЦПЭТ обратился мужчина.

Коммерсант. Богатый. Представительный.

Перепуган. Его трясет.

У него похитили жену. Азиаты. Только что. Трое.

На десятке. Номера такие-то.

Увезли.

А я что? У них - стволы! Я к вам!

Требования были?

Нет пока.

Где и как прошла машина мы уже знали, мало того, опергруппа уже на месте выявила дом и подходы к нему.

Дом - простой пятистенок.

Явно снят на несколько дней для операции - следов активного ведения хозяйства нет.

Окраина поселка на юге Башкирии.

Пока ехали, стемнело. Нам и на руки.

А вот теперь - приехали на место, накидали схему, благо все по-простому, в окнах горит свет, нас не ждут, в доме визуально - трое неизвестных, предположительно выходцев из средней Азии, вооружение установить не представляется возможным.

По информации потерпевшего - пистолеты.

Количество неизвестно.

Также в доме находится женщина, блондинка, славянской внешности.

Сидит у окна, спиной, видимо, привязана.

А пацаны поопытней - “Это они от штурма защитились! Чтобы нам брать несподручней было”.

Чуть позже стало понятно, что не привязана.

Разбились по ролям на две группы.

1) захват заложника, 2) захват подозреваемых.

Ребята к дверям, стук, штурм, выстрелы в потолок.

Мне - в окно, брать жертву и обратно на вылет.

За жертву отвечаю головой.

В общем, поехали.

Стук. Я под окном.

“Ара, ээээ, хто тамммэ?! ”

Ответ: “Эээ, сваи, дэээ! ” - шум, грохот, два выстрела.

Я в окно, два пореза, х с ними, хватаю девушку и назад.

Краем глаза успеваю заметить, что наши уже в комнате кладут последнего подозреваемого.

Оттаскиваю заложницу к нашим, сдаю медикам, сам - в дом.

А там уже все закончилось.

Ну, остальное - рутина, неинтересно.

Как вам боевик?

Неплох, правда?

Только вот нихрена, кроме испорченных нервов мы в итоге не получили.

ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО МЫ ЗЛОДЕИ В LOVE STORY!

Теперь рассказываю правду.

Оказалось, что у нашей славянки пошла кругом голова.

Седина в бороду - бес в ребро.

От любви. К гостю из южной республики.

Она его полюбила той любовью, которая описана еще нашими предками в песнях слезливых да преданиях и сказках. И о, счастье, он ответил ей взаимностью!

И он полюбил нашу красавицу!

Но любовь та была обречена на верную погибель, ибо “Наташа” была замужем за ревнивым и беспощадным тираном, который, если бы узнал об их чувствах, из обоих сделал бы обивку для сидений своего Мерседеса. Из нее

- светлее, из него - соответственно, темнее.

И они решились.

Сбежать в горячую и жаркую солнечную южную республику.

Хрен с ним, главное до Казахстана добраться, а там - прямая дорога домой, в счастье.

Через неделю подоспела помощь: поддержать Ромео Ахметовича приехали его братья Монтекковы Расул Ахметович и Бархан Ахметович.

Согласованно взяли девушку, попытавшись инсценировать похищение.

Это их и погубило.

Они быстро доехали до перевалочного пункта.

Там мы их и взяли.

Кстати, всех Ахметовичей отпустили.

Не помню, что решил прокурор, но до суда дело не дошло - повестки мне не было. Что стало с коммерсантом и его любвеобильной женой - мне неведомо.

на : Твою мать!

Я смотрю в глазок:

А там и правда - мамочка моя нежная.

Оказывается, она выехала с дачи в пять часов и должна была давно уже быть у себя дома. Но в метро подумала, что как-то уж больно удобно и вольготно она едет, и чего-то не хватает.

Хвать-похвать - а сумочки-то красивой, венецианской, которую я ей купила, - и нет!

А там всё - книжка, паспорт, деньги, карточки - ее и моя, которую я, как водится, на даче за диван уронила, а мама нашла, очки, телефон и ключи от ее квартиры.

Мама вернулась на вокзал в полицию и провела там 5 часов. Надо сказать, ребята всё сделали отменно, как в детективных сериалах, - по камерам нашли эту самую мою маму - тут она с сумочкой, а тут уже без нее (забыла взять после прохождения "подковы", очевидно).

Мама еще критически оценила свою киногеничность: "пора идти краситься, уже корни видно! "

Потом они позвонили куда-то, где ведали о забытых вещах именно на этой подкове, и там сказали, что да: забыли такую сумку, но уже за ней приехала служба потерянных вещей (название романа героя Вуди Аллена) и ее увезли во Внуково - на общий сборный пункт потерь(тоже название хорошее: Пункт утрат... . )

Мамочка настояла, чтоб позвонили и туда. Там сказали, что да, сумочку приняли. Мамины полицейские предложили: а ну-ка, мы в эту сумочку позвоним! Мама назвала свой номер - единственный, который она помнила, - и там из её сумки забябякало, значит: правда она! Но в пункте утрат корректно не стали брать трубку, а предупредили, что сейчас уже закрывают лавочку, а приехать и забрать можно будет только завтра.

Всё это время полицейские советовали маме связаться с близкими, чтоб получить моральную поддержку (со мной или со снохой и племяшами), но мамочка не помнила наших номеров. Полицейские предложили найти нас в интернете. Нашли меня в трех соц. сетях, прочитали про все мои спектакли и книжки, хвалебное и бранное (мне ужасно смешно представлять, как полицейские в синих формах на вокзале читают, как я няню в спектакле Этели Иошпы играла), но телефона и контакта так и не извлекли. Если в фейсбук написали бы - то еще могло б сработать, но им, наверное, нельзя VPN включать, - да и мама не сказала, что я тут завсегдатай. Она умница у меня.

В общем, найдя сумочку во Внуково, мама приехала ко мне ночевать, а куда еще - ключ-то в сумочке, сумочка во Внуково, Внуково в яйце, яйцо в сердце Кащея и пр.

Утром она пошла от меня на работу - водила студентов МГУ по храму в Филях и его окрестностям, - а потом поехала во Внуково. Смешно еще, что у меня не было ни копейки наличности, а электронными деньгами мама пользоваться не умеет, ей 87, так что в метро её пустили просто из уважения к сединам (к корням! ), а дальше я связалась с ее коллегами и студентами по соцсетям, и они её подхватили, напоили кофе, заказали такси до Внуково и привезли домой, - спасибо им.

Мораль: родителям надо носить на шее ладанку с нашими телефонами.

А нам надо иметь хоть чуть-чуть наличности, вдруг чего.

и выслала. Дома разбила телевизор, купленный в браке, компьютер и два монитора, купленные сыном до брака, но документов на руках уже нет. Это не снимала. Затем нассала на пол (хороший, дорогой паркет был... ), а матрац залила всеми моющими средствами в доме. Это не зафиксировала. Разбила всю посуду и стеклянные вещи в доме, равномерно рассыпала стекло по полам и, кажется, даже специально запихала осколки в мебель. Это тоже не снимала. Не удивлюсь, если где-то спрятаны яйца, но пока не обнаружили. Все это она сделала за полдня, пока сын был на работе, и съехала с вещами.

Пока, по словам юриста, можно будет гарантированно получить половину денег за машину (но с актуальными ценами ничего нормального за эти деньги уже не купишь, а машина сыну нужна, чтобы добираться до работы в пригороде) и половину сожжённых денег. При этом у невестки официальная зарплата копеечная, платить будет по 8-9 тысяч в месяц, что даже не смешно в масштабах ущерба. За технику и ремонт получить деньги, скорее всего, не получится. Только компьютер с мониторами, по словам сына, больше двух сотен на замену... А на невестку даже дело невозможно завести, чтобы это хоть как-то ей аукнулось.

детей. Разумеется, есть у неё и ошейник, хороший фирменный ошейник, для хорошей собаки, хороший ошейник - это правильно.

Итак, в выходные поехал к матушке в город Nsk. Город как город,- провинциальный, без работы и перспектив. Подходит вечер, надо с собакеным гулять, иду в лес, дорога проходит мимо школы. Собаку спустил с поводка, никого нет... И тут вываливается из школы вторая смена. Я ускоряюсь, думаю: пройду быстрее, чтобы детей не пугать... Вижу: нет моего собакена. Останавливаюсь, оглядываюсь, вижу картину. Мою здоровенную и серьёзную овчарку гладит белокурый ангел. Девочка лет десяти, с ручками-тростинками. Собака млеет, ребёнок сам её гладит. Я ещё так удивился, думаю: надо же, такая маленькая, не боится незнакомую, большую собаку. Ну, ладно. Погладила она собаку, погуляли мы в лесу, возвращаемся, я тянусь к собаке пристегнуть поводок, а ошейника нет. То есть этот белокурый ангел, с руками-тростинками, умудрилась снять ошейник с незнакомой, здоровенной немецкой овчарки, на глазах у взрослого и тоже весьма не маленького хозяина этой овчарки так, что ни собака, ни хозяин ничего не поняли. Ошейник, видимо, будет использован для каких-то женских аксессуаров. Спасибо тебе, девочка, я никогда не разуверюсь в русских женщинах.

Варвара, хотя понятия не имела, кто ей звонил.

— А я была уверена, что ты меня сразу узнаешь, — радостно продолжала женщина. — Как хорошо, что я тебя застала. Ты сейчас можешь разговаривать?

— Могу.

— Отлично. Мы с мужем и детьми уже на вокзале. Час назад сошли с поезда. Меня хорошо слышно?

— Хорошо.

— У тебя голос какой-то тихий. А у тебя точно всё в порядке, Варенька?

— У меня всё отлично.

— Очень за тебя рада. Мы сначала хотели остановиться в гостинице. Думали, что в этом городе у нас никого из родственников нет. А потом вспомнили, что у нас ведь здесь есть ты. Понимаешь?

— Понимаю.

— Как хорошо, что мы о тебе вспомнили. Ты даже не представляешь, как мы обрадовались. Особенно дети.

— Представляю.

— А муж так сразу и сказал: «Звони Варваре. Варвара не подведёт».

— Правильно сказал. Не подведу.

— Значит, ты пустишь нас к себе погостить? Я правильно поняла?

— Правильно. Пущу.

— Мы ненадолго, — радостно продолжала женщина. — Всего на пару недель. Город посмотреть и обратно. Домой. Потому что и дел дома невпроворот, да и, как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше. Согласна?

— Согласна.

— Мы так и думали. Особенно муж. Он так сразу и сказал, что не может такого быть, чтобы Варенька не приняла нас к себе. Ведь мы же родственники. Пусть дальние, пусть виделись последний раз лет десять назад, но родственники ведь. Правильно?

— Да.

— А ты сейчас одна живёшь?

— Одна.

— В трёхкомнатной?

— Да.

— Так, значит, мы сейчас едем к тебе?

— Приезжайте.

— Через час мы будем у тебя. А ты всё там же живёшь?

— Там же.

— Тогда жди. Мы скоро подъедем.

— Жду, — ответила Варвара.

Варвара выключила телефон, положила его на тумбочку, повернулась на другой бок, укрылась с головой одеялом и уснула, особо даже не беспокоясь о том, что так и не поняла, с кем она только что разговаривала по телефону.

А через час в дверь позвонили.

Варвара посмотрела на часы, закрыла глаза и повернулась на другой бок. Звонки продолжались. Варвара спала. Через некоторое время по двери стали стучать ногами. Варвара — ноль эмоций. Наконец снова зазвонил телефон.

— Да, — не открывая глаз, произнесла Варвара.

— Варенька? — радостно кричала всё та же женщина.

— Да.

— А это мы. Мы приехали. Звоним, звоним, а ты дверь не открываешь.

— Звоните?

— Да.

— А почему я не слышу?

— Не знаю.

— А позвоните ещё, — попросила Варвара.

В квартире раздался звонок в дверь.

— Звоним, — сказала женщина.

— Нет, — сказала Варенька, — не слышу. А постучите теперь.

Раздался стук в дверь.

— Стучим, — произнесла женщина.

— Нет, — ответила Варвара, — не слышу.

— Кажется, до меня дошло, — произнесла женщина.

— Что? — спросила Варвара.

— А ты сейчас где, Варенька?

— Как где? У себя.

— Где у себя?

— В Новосибирске, — ответила Варвара первое, что в голову пришло. — Где же ещё мне быть?

— Как в Новосибирске? А почему не в Москве?

— А я девять лет назад переехала, — наводила Варвара тень на плетень. — Сразу, как развелась.

— Зачем?

— Зачем развелась?

— Переехала зачем?

— А надоела Москва, вот и переехала. Слишком много неприятных воспоминаний.

— А в Новосибирске разве лучше?

— Конечно. Ещё как лучше.

— А что там лучше-то?

— Да всё лучше. За что не возьмись. И никаких неприятных воспоминаний. Да чего я говорю. Приезжайте, сами увидите. Вас сколько сейчас?

— Так четверо нас. Мы с мужем и двое детей. Старший Павлуша и младшенький Андрюша. Андрюша в этом году хочет в университет третий раз поступать.

— Вот все вчетвером и приезжайте. У нас здесь тоже замечательный университет есть.

— Когда приезжать?

— Да хоть сейчас.

— Сейчас не получится. В Москве дел много. Андрюша хочет учиться только в Москве. А мы на работу приехали сюда устраиваться. Рассчитывали годик у тебя пожить. А оно вон как вышло.

— Значит, сегодня не приедете?

— Нет.

— Жаль. Я уже настроилась.

— А уж как нам жаль. Ты не представляешь.

— Представляю.

— Нет. Не представляешь. Я как подумаю, что нам теперь предстоит, так мне просто жить не хочется.

Варвара решила, что пора заканчивать разговор.

— Ну, ладно, — сказала она, — если сейчас не можете, то приезжайте, когда сможете. Я вам всегда рада. А вы когда в Москве устроитесь, сразу сообщите мне свой адрес. Я к вам в гости приеду. Тоже на пару недель. А там посмотрим. У меня ведь теперь в Москве никого, кроме вас, и нет. Договорились? Пришлёте адрес?

Но ответа Варвара не услышала, потому что связь резко прервалась.