Истории о животных #друг

была от него без ума, холила и лелеяла, как принято говорить в таких случаях, как родного ребенка.

Однажды М. пошел с псом гулять и зашел на рынок. Привязал собаку к оградке недалеко от входа и углубился в продовольственный шопинг. Набрал две полные сумки продуктов, вышел с рынка – обе руки заняты, – и сработал рефлекс, что все при нем, нужно идти домой. В общем, совершенно забыл отвязать собаку, вернулся домой один. Жена сразу запаниковала, стала ругаться, буквально вытолкала его обратно за псом. А в это время…

В это время в ресторане напротив рынка гуляла компания летчиков. Что они делали в Троицке, я не знаю, но в принципе «Внуково» от нас в получасе езды, почему бы и не заглянуть в местный ресторан. Гуляли основательно, отмечали начало отпускного сезона, а прямо с банкета должны были лететь всей компанией в Турцию отдыхать. И вот высыпали нетрезвые летчики на улицу, стали грузиться в автобус, и один из них заметил привязанного к оградке пса. Тут еще нужно добавить: вечерело, на небе собирались тучи, начинал накрапывать дождь. И, видимо, сиротливо сидящий под этим дождичком пес очень тронул пилота – употребленный алкоголь опять же, сильно способствовал сентиментальности. В общем, отвязал он боксера и под одобрительные крики товарищей ввел в автобус.

Можно предположить, что с М. они разминулись буквально на пару минут.

Автобус, может быть, еще только отъезжал от рынка, когда М. уже прибежал за псом и в ужасе метался вдоль оградки, пытаясь понять, куда тот мог подеваться… Вечером, да еще в непогоду около нашего рынка действительно очень малолюдно, но каких-то свидетелей произошедшего М. все же нашел.

Кто-то видел, что пса забрали в автобус, кто-то сказал, что компания вышла из ресторана напротив, а уж в самом ресторане вспомнили, что это были летчики из «Внуково».

М. нашел друга с машиной и помчался в аэропорт. Ну, кто пробовал найти незнакомых летчиков в незнакомом аэропорте, конечно, догадывается, что это дело не пяти минут. И даже не получаса. Пока кто-то вообще начал всерьез воспринимать его сбивчивые рассказы про украденную собаку, гулявшие в Троицке пилоты успели улететь в Турцию. Конечно, с собакой.

Не пропадать же красивому псу без красивого отдыха. Хотя бы раз в жизни же можно позволить.

Отдыхали они там примерно неделю. А когда собрались обратно, выяснилось, что собаку без документов на борт никто не возьмет. Туда-то они его пьяной гурьбой протащили по приколу на чартер, а обратно улетали рейсовым самолетом как цивилизованные люди. И как цивилизованные люди оставили невыездного пса при отеле, велев персоналу подкармливать по возможности.

При отеле дружелюбный боксер прожил два месяца. За это время его хозяева успели обклеить объявлениями о пропаже собаки весь город, забомбардировали сообщениями все тематические форумы, насмерть поссорились друг с другом и начали разводиться. М. подумывал о новой собаке, но его почти уже бывшая жена считала это еще большим предательством, чем забыть, как последний идиот, любимого пса на рынке.

В Турции тем временем начался самый жаркий сезон, туристы сменялись в отеле как пассажиры в час пик на платформе метро, кто-то из них приносил собаке с завтрака круассаны и сладости. Пес был популярен среди россиян

– он понимал русский язык и явно предпочитал его наречию местных жителей, – но никто из наших соотечественников так и не задался вопросом, как этот милый боксер мог оказаться на турецком курорте. В конце концов, отпуск длится от силы пару недель – кто будет тратить драгоценные дни на выяснение судьбы отдельно взятой исхудавшей собаки?

А потом в этот отель вновь прибыла компания сотрудников аэропорта

«Внуково». На этот раз тут были и летчики, и стюардессы, и представители всяких наземных служб – большая такая группа, решившая совместить обсуждение рабочих вопросов с недолгим отдыхом на море. И один из мужиков неожиданно признал в животном того самого пса, которого его соратник забрал из Троицка на память о веселом банкете. Одну молодую стюардессу эта история глубоко впечатлила. Она высказала безбашенным летчикам все, что думает о таком отношении к чужому питомцу, и твердо решила забрать его обратно в Москву. Проблема документов вновь встала в полный рост, но на то она и стюардесса, что знает в самолете все укромные места. В общем, безбилетного четвероногого пассажира она провела на борт тайком.

Во время перелета несколько раз ходила его проведать. Она не знала, как собаки обычно переносят полеты, но реакция этого пса ей не нравилась.

Дышал тяжело, лежал как-то безвольно, глаза почти не открывал. Из аэропорта домой пришлось ехать на такси – было понятно, что электричку и метро он не осилит, а ночью такси вызвали еще раз – помчались в ветклинику.

Под капельницей собака пролежала несколько дней. Врачи констатировали инфекцию и серьезные проблемы с пищеварением, на лечение ушла куча денег. Молодой человек этой девушки был настроен очень скептически: притащила из Турции какого-то полудохлого пса, да еще, может, заразного, потратила на него ползарплаты, а сама даже имени его не знает! В ветклинике, кстати, тоже очень удивились, когда девушка сообщила, что боксер отзывается на имя «собака», а узнав вкратце историю пса-путешественника, посоветовали искать информацию в интернете, на форумах.

Она вбила в строке поиска: «Троицк потерялась собака породы боксер» – и сразу нашла его фотографию, возраст, имя. Он лежал на подстилке – такой худой и слабый после больницы, – когда она повернулась к нему от компьютера и произнесла вслух его имя. Момента пронзительнее в ее жизни, может, и не было – его глаза загорелись таким восторгом, такой надеждой и мечтой о возвращении самой большой в его жизни любви…

М. ей не поверил: прошло почти три месяца с момента пропажи собаки, когда она позвонила. На встречу с незнакомой женщиной он взял друга покрепче и еще одного – с машиной, на всякий случай. В фильмах такие сцены очень эффектны: нежная музыка, замедленная съемка, собака, всем своим преданным существом устремленная к хозяину. В реальности все было проще и суетливее: они приехали, она вышла из подъезда, он стал неистово лаять и рваться с поводка. М. упал перед ним на колени, и пес принялся вылизывать его лицо. Один из друзей дрогнувшим голосом спросил: «Где же он был все это время? » А второй спросил: «Мы вам что-нибудь должны? »

Последним аккордом в этой истории был финансовый – все чеки за лечение собаки М. , конечно, оплатил. С женой он не развелся, пес жив и здоров.

Только в магазины хозяева больше его с собой не берут. копимастер

класс! ) отучили его почти 2-летнего братика от соски - сунули её в горчицу... малыш навсегда отвык от соски.

Перед уходом на работу, достал банку горчицы (хорошей, деревенской! ) и тщательно смазал все ручки шкафчиков.

Верувшись после работы... мамочки... собачка слизала ВСЮ горчицу, СО ВСЕХ ручек, и сгрыз их под корень, как пилой снял (и слопал! )... Весь вечер с внуками и женой обсуждали: что-же это за зверя мы принесли домой? ?!

Жена злилась на собаку 4 года, но сейчас они - лучшие друзья.

Играли с внуками в шашки. Конечно, поддавался и в шутку сказал: ну, сейчас буду ругаться. Пёс подбежал и собой прикрыл, защитил малышей. После этого собака ушла на свой коврик в коридоре. Сказал внукам и жене "побить" меня, а я стал жалобно "плакать". Квартиру оглосили крики: вот мы тебя! дай ему ремня! побольше! (и удары по подушке) Тишина... Говорю, ругайте, "бейте" громче, стал жаловаться ещё громче... Тишина, собаки не видно. Через 5-10 секунд из-за двери показывается пол-глаза лохматого друга, он видит, что "разбойники" втроём нападают на меня... тихо исчезает за дверью.

Вах, как они все продлевают мне жизнь и делают её полноценной! Спасибо!

но стоит попасть ему на глаза какой-либо собаке – сразу взбодрится, оживает. С собаками крупными он развлекался так… Увидит крупную собаку, привлечет к себе ее внимание, раззадорит ее и спрячется под легковую иномарку. Та со всех сторон пытается его достать, а пролезть не может. Кот лишь местоположение под машиной сменит и опять сидит спокойно. И ведь, главное, не на дерево, как все кошки делают, запрыгивает, а под машиной прячется. Адреналина, что ли, ему не хватало?

А собака налается до хрипоты и уходит, несолоно хлебавши. Или иногда и сигналка у машины сработает. Тогда и хозяин машины может нарисоваться.

Разные же местные двор-терьеры не трогали кота – по своему уважали Кешу.

Но особое удовольствие доставляли коту собаки мелких пород, так называемые, кошачьи завтраки.

Особенно запомнился один случай. Наблюдал со своего балкона. Проходит около скамейки, на которой лежал кот, до этого не подававший никаких признаков активности, дамочка и ведет на поводке один из таких завтраков. Та, с позволения сказать, собачка идет мимо скамеечки, ничего не подозревая, семенит своими лапками. Кеша лишь приоткрыл глаз, а сам сечет ситуацию. И вдруг как кинется на это чудо природы! Собачка вместе с поводком от неожиданности оказалась в считанные доли секунды на другом конце двора, невероятно этим изумив свою хозяйку. Уши навострила, вся напряглась, и стоит там вся в непонятках, дескать, что это сейчас было, и то ли готовится дать отпор, то ли дальше бежать. А что в это время делает кот? Он, пока собачка стоит и пытается высмотреть хоть что-то, пригнувшись, огибает двор под прикрытием припаркованных во дворе машин, а иногда и ползком, прячась за бордюрным камнем, заходит в тыл той собачке и опять так же внезапно атакует ее. То, что та в истерике начинает носиться по всему двору, уже не интересно рассказывать. Но - кот! Он, уже абсолютно не обращая на нее внимания, подняв свой пушистый хвост, вальяжно, не спеша идет прямиком на свое место.

отбросать снег и выйти.

И вот открываю я дверь — и в избушку закатываются два медвежонка, уже довольно большие, и продолжают между собой бороться.

Я сразу попытался их выгнать, а они в полумраке избушки как–то не особенно на меня обратили внимание. А у меня одна мысль — где–то рядом медведица, и она, если посчитает, что я её детей обижаю, раскатает избушку мгновенно, и куда я побегу — я даже подумать не успел. Стрелять боюсь — она же на выстрел прибежит, а медвежат трогать тоже страшно — они хоть и небольшие, но покусать могут так, что потом зашиваться придётся.

Наконец они поняли, что им тут не рады, и выбежали в открытую дверь. Увидел я, что побежали они вдоль берега озера, вышел, посмотрел — медведицу не увидел. А она меня, видимо, увидела — рявкнула громко — и медвежата бегом побежали в тайгу.

В этот раз всё обошлось.

А вот другой случай произошёл, слава Богу, не со мной, но очень неприятный.

В небольшом сибирском городке жил мальчишка, который с раннего детства мечтал стать охотником–промысловиком. Вот такая мечта у него была с малых лет. В этом городке был госпромхоз, в котором работали охотники–промысловики. Так он там пропадал всё своё детство и юность, и всё ждал, когда же ему исполнится 18 лет, чтобы стать штатным охотником.

И вот, наконец, подошло его совершеннолетие, он оформился штатным охотником — ну, сбылась мечта! На водоплавающую дичь он охотился лет с четырнадцати с отцом и дедом, и в тайге был с ними на охоте, но не по зверю, а по птице.

И вот в конце октября его в паре со знакомым промысловиком отправляют в тайгу на промысел — соболь, белка — мечта всей его жизни. Вертолёт высадил его на полянке, оружие и всё остальное выбросили, и вертолёт улетел, чтобы доставить его напарника на соседний участок. У напарника рация, и напарник должен придти на следующий день к этому парню помочь обустроиться, оборудовать путик для капканов и привести собаку этого парня — они её сразу не оставили потому, что парень высаживался с трапа — вертолёт не садился, а собака не кошка — её с высоты бросать нельзя.

И вот напарник этого парня по какой–то причине задержался у себя на участке и пришёл к нему только через два дня на третий. Пришёл к избушке, в которой должен был жить этот парень — пусто, вышел на поляну, куда он высадился с вертолёта — никого нет, только оружие и вещи раскиданы. Походил, посмотрел вокруг. И тут собаки, с которыми он пришёл — своя и парня — залаяли.

Нашли они его на сосне, он уже говорил с трудом, еле сполз с дерева. Без воды и еды провёл он всё это время в конце октября, снег уже лежал. Напарник его сразу в избушку, отпоил чаем, дал немного пожевать. А парнишка только просит его не уходить, не бросать его.

Что оказалось. Только улетел вертолёт, и парень начал собирать вещи по поляне, как на поляну вышел медведь. Вышел неожиданно и тихо, как все звери, хорошо, что парнишка его вовремя увидел и мгновенно залез на сосну. Сосна не ёлка — ветви только вверху — как он до этих веток добрался, он не помнил. И так и просидел на этих ветках почти трое суток. Замёрз, но не простыл даже. А медведь не уходил с поляны, порвал и растрепал все его вещи, съел и разбросал продукты, ружьё поломал.

В конце этого же дня собаки нашли неподалёку этого медведя, поставили его, и напарник–охотник его застрелил. Оказался старый медведь, худой, не набравший жира на зиму.

С парнем всё закончилось благополучно — через несколько дней они с напарником потихоньку вышли к избушке напарника, передали по рации сообщение об этих неприятностях, прилетел вертолёт и увёз парня в город.

От мечты стать охотником–промысловиком он отказался, поступил в институт и выучился на биолога–охотоведа и работал с охотниками, но промыслом в тайге не занимался.

Вот так с медведями бывает.

ушло (93-й год как никак) на покупку псинки. В то время денег на прививки не было, отец считал – жить захочет - выживет. И вправду, когда в нашем дворе погибали собаки друг за другом от чумки – от нашего кобеля заразу Бог отвел, собачий, наверное. И клещей собирал постоянно стаями тараканьими (ну или паучиными – кто они там по-систематике – не помню) – съездит на покос с мужиками – пачками потом вычесывает отец – ни тифа, ни энцефалита не цеплял. Не злой был, но только к чужим – к детям добродушный, а вот пьяных на дух не переносил – шерсть дыбом сразу – оскал и утробное рычание. Хотя всех чужих в квартире по стеночке ставил – вальяжно так ходил – зайдет в гости подруга – сначала лай, потом - усиленное обнюхивание (на этот момент, как раз, гость принимает стойку – "Смирно!") затем вдоль стеночки в комнату, но дверь закрывать – нельзя! Пес должен знать, что творится в его доме.

Был случай, когда сестрица закрылась с парнем в комнате, ну все дела, как положено, шуры-муры, легкий взвизг – и дверь уже летит с петель, пес на пороге – шерсть дыбом, парень в «легком» шоке.

А еще у пса был свой личный диван на кухне. Просто стоял в сторонке такой большой (уже шерстяной) диванище, он на нем ночью всегда спал. И с мамой частенько там любил прикимарить днем. Мама на краешек сядет – чайку нальет, а псинка голову ей на колени, и вытянется как раз вдоль всего дивана.

Или бывало, засядем всей семьей на диванчике собачьем – придет пес, недовольно на нас так посмотрит, залезет посередине бесцеремонно, протиснет попу с хвостом и начинает плавными качающимися движениями протискиваться между нами.

Естественно, деваться некуда, и один с дивана обязательно сойдет – места хватит, как раз, псу свернуться в тугой калачик и с неимоверным кряхтением прилечь, наконец, на своё законное место. Нечастых гостей, ночующих дома, на этот же диван укладывали спать, частенько посреди ночи они просыпались от собачьего храпения на соседней подушке. И боясь пошевелиться, гость обычно ждал утра, пока не проснутся хозяева и не подымут их шерстяного соседа. Ну да – его боялись – гости говорили шепотом, но если человек ночует, на утро «контроль» с него снимается (почти – гладить пса разрешалось лишь членам семьи).

Но был у пса, как и у любого кобеля, просто инстинктивный «загул». Пойдешь выгуливать – а он срывается, и хвост трубой, скрывается за горизонтом. И приводил его после «загула» какой-нибудь сосед – в эти моменты, когда пес считал себе крайне виноватым, кобель разрешал себя гладить чужаку (чем тот с пребольшим удовольствием обычно пользовался), но как только пес отмывался от жуткой вони падали, был накормлен (обычно уже через час) – его статус хозяина восстанавливался, и сосед, уже ходил по стеночке и говорил шепотом.

И питался он всем, разве что не любил помидоры почему-то, ну и цитрусы еще. Дашь огурец – семечки аккуратно в кучке на полу, дашь яйцо отварное – скорлупа тоже. Яблоки он любил, и мясо, безусловно! Бывает хрумкаешь яблоком – пес сидит рядом голова в сторону отведена, а глаза от яблока не отрываются. И как только начинаешь доедать – тогда уже псина напоминает о себе (пусть – крайне невежливо) – тяфкнет разок громко, слюни пустит, а сам вроде и не глядит на тебя – отдашь огрызочек – вмиг клацнет пастью и сглотнет.

И любил он нас сильно, добро так! Перед сном обойдет, наши маковки девчачьи обнюхает и после этого идет на диванчик свой. Редко, если кто дома не ночует – тоскует сильно, не спит и не ест. А если родители ругались, (редко бывало, но все же – семья, не без этого…) залезал или в шкаф, или ко мне под бочок на диван, или на кресло на колени мои, всеми своими 50 кг, залезал, дрожал и в глаза заглядывал. Или бывало, приедем к бабушкам в деревню – отцовская мать в одном селе, у матери – в другом, недалеко, но по сельским дорогам км 10 точно было пути. Отец пса с собой забирал – иногда пес ночью отца будил – вроде как «приспичило» его, выбегал из дома и хвост трубой – только и видели его. Через часок собачий лай будил уже маму в соседнем селе. А как та дверь открывала – пулей по комнатам пробегал и вновь на улицу - к отцу возвращался. Правда, бывало, по пути делал крюк еще, если мы с сестрой ночевали у тетки в этой же деревне.

Еще купаться пес любил, очень–очень! За это иногда его называли выдрой морской. Едем на машине, вдруг пес увидит гладь водоема какого-нибудь вдалеке – всё! Начинается беготня по салону, взвизгивание и желание просочиться в любую щель в авто, иногда у него это получалось, если не успевали мы среагировать и закрыть окно – на ходу выскакивал и бросался к воде, не оглядываясь. И даже мы, дети, любящие купаться до посинения, уже вылезали из воды от усталости, пес еще наяривал круги по водной глади. Наверное, купание было его самым любимым занятием на свете! Не в ванне, разумеется, туда он залезал обычно неохотно, и с собачьим ворчанием терпел все положенные водные процедуры. Не помню даже - болел ли он у нас когда-нибудь? Так до своей кончины и прожил здоровым молодцом, редко, разве что, насморк собачий доставал, да чих. При насморке, как и многие псы, просто громко хрюкал гоняя собачьи сопли по большому носу. А вот чихал громко и смачно, при этом вытягивался весь дугой – морда кверху – хвост дугой надолго замирал в такой виде, после закатывал глаза и мощно чихал, при этом частенько бился головой об пол, не сильно так, но, видимо, не рассчитав. Сильный еще был он!

Однажды с отцом поехали на покос, да псина заигрался – не успел на паром, так и плыл за ним через всю Обь, петляя по реке.

В бою собачьем – умелый! Не задирался и первым бой не начинал – поднимал шерсть, уши вострил и ждал атаку. И быстро отражал её! Особо задиристые бойцовые псы, быстро понимали, кто во дворе хозяин. Чем вызывал у отца неописуемую гордость.

Да и вообще на прогулке вел себя крайне «аристократично» - из двора на собачью площадку шел вальяжно, не торопясь (нарушить чинную прогулку могла нарушить лишь какая-нибудь дворовая кошка) – гадил только в кусты.

Доходило до смешного – приспичит пса по-большому (ну этакая собачья диарея застанет врасплох) бегает по местности ищет кустик, если не найдет в округе – дальше бежит с повизгиваниями, пока не найдет – малюсенький какой-нибудь, запихнет в него свою пятую точку и справляет нужду.

Молодец был пес! Умный! Много историй с ним было – всего и не пересказать. А однажды убежал он в кобелиный «загул» - побежал через дорогу в сумерках, машина и настигла его. Погиб сразу – удар был сильнейший. Отцу пришлось выплатить Н-ую сумму лихачу за разбитую фару.

А потом наша семья скорбила, закопали пса в роще – в первый и последний раз видела, чтобы отец плакал.

Царствие тебе небесное, Рэй! Собачье, разумеется!

выгуливает его Санек в наморднике, на

жестком поводке и подальше от пешеходных тропинок, чтобы не пугать

пешеходов. Раз по осени и я за ними увязался. Пиво пил, поговорить

хотелось, а Саня как раз с Джеком прогуляться собрался. Идем. А тут

свадьба. Собачья. Одна с@чка и кобелей штук десять. Конечно и у Джека

основной инстинкт сыграл. Рванул у Санька из рук пару раз поводок. Да не

тут-то было. Посмотрел обиженно на хозяина. А я возьми да ляпни, мол,

слушай, Сань, а кобелей-то кастрировать можно? А то, говорю, Джека-то

видимо придется того. Все равно он у тебя не породистый. На вязку вряд

ли кто-то позовет, а к дворнягам ты его не отпускаешь. А так глядишь,

все меньше гормонов будут ему кровь будоражить. Что ответил мне Саня, я

уже и не помню. Но вот взгляд Джека после моих слов, стал какой-то

странный. Хотя почему странный? Очень даже не странный, а такой

укоризненно-осудительный. Как будто понял все. Но время шло и все

забылось. А в прошлую субботу Санькина семья, меня и иже с ними, на день

рожденье пригласили. Иркино тридцатишестилетие отмечать. Ну, в общем,

скромная такая домашняя вечеринка, с хорошим столом. И все бы ничего,

если бы в кругу приглашенных не было двух Иринкиных сослуживец. Одна

красавица блондинка-хохотушка, а вторая жгучая и очень эффектная

брюнетка. Ну, вот жахнули мы по первой, а потом еще и по второй и понял

я, что обеих их хочу. Конкретно хочу! И пусть даже не одновременно. Ну,

а после третьей я стал распространять в пространстве любовные флюиды.

Бросаться репликами и каламбурами, рассказывать о своем героическом

прошлом и настоящем. В общем, вел себя так, как должен вести себя

настоящий самец. Потом пропустили по четвертой и пятой, а потом… Потом

сдвинули в сторону стол и начались танцы. Где уж конечно я приглашал, то

одну, то вторую, а один раз походу даже обеих сразу. Вечер удался. Хотя…

О чем это я? История ведь о Джеке. А он в это время лежал на своем

коврике в прихожей и лениво наблюдал за бардаком, который творился на

подконтрольной ему территории. До поры, до времени. Встал он со своего

половичка, как раз в тот момент, когда я с блондинкой танцевал

медленный, но довольно страстный танец. Пройдя несколько шагов, он

беспардонно втиснулся между мной и ею, развернулся полубоком, открыл

свою огромную пасть и ухватил меня за…, как бы это помягче написать?,

…за мотню штанов что ли? Не сильно, но довольно вразмумительно. При этом

пасть он свою не сжимал, а просто так держал и все. Не забывая при этом

довольно ехидно смотреть мне в глаза. И в этих глазах, попутно со

стекающим с моей спины потом, я читал вопрос. Какой? Ну, думаю, все уже

догадались.

Говорят, что у человека перед смертью, перед глазами проскакивает вся

его жизнь. Мне смерть в тот момент не грозила, но в моей памяти четко

всплыла картинка трехмесячной давности. Картинка той прогулки и

разговора о кастрации. Гадом буду, Джек только этого и ждал, когда я

вспомню. Стоило этому мелькнуть в моем сознании, он развел челюсти и так

же спокойно ушел на свое место.

В общем, все закончилось довольно благополучно, если не считать того,

что сейчас я и при домашнем коте, стараюсь лишнего не сболтнуть…