Истории о животных

поведение, хозяйка совала ему в зубы записку, в которой просила сестру угостить собаку шоколадными конфетами, от которых колли была без ума, а впоследствии хозяйка возвращала сестре стоимость конфет. Со временем сестра, уже не читая записки, знала, что, если у пса в зубах записка, то ей следует дать полакомиться конфетами.

Так продолжалось довольно долго, пока однажды сестра не заметила, что пес чуть ли не каждый день стал приходить с запиской в зубах. Когда, она позвонила хозяйке собаки, оказалось, что та уже давненько не отправляла с псом никаких записок. Стало ясно, что собака, сообразив, что конфеты перепадают ей только при наличии бумажки в ее зубах, стала каждый раз по дороге в столовую подбирать первые попавшиеся бумажки и таким образом лакомиться чуть ли не каждый день.

Эта история была рассказана в каком-то американском журнале лет десять назад, но я ее запомнил только потому, что она перекликается с тем, что происходило с собакой, жившей у нас в семье, когда я был еще совсем ребенком.

Это была обыкновенная дворняга, которую все звали Ботик, потому, что мне было трудно выговаривать его настоящую кличку - Тобик. Каждое утро он вместе с моей мамой, которую он обожал, отправлялся к ней на работу. Там у него была своя "дневная" компания, было свое место около маминого стола, где он мог подремать, была своя пассия - кокетливая, но абсолютно недоступная болонка, которую хозяева выводили обязательно на поводке.

Мама с Ботиком обедали дома, а после обеда снова отправлялись на работу.

Мама работала, как тогда было принято, шесть дней в неделю, а в воскресенье, естественно, оставалась дома. Но у Ботика, видимо, дела там были и в выходные дни, и по воскресеньям он один без мамы отправлялся "на работу", как обычно вовремя появляясь к обеду и снова пропадая до вечера. И все бы это было не столь и необычно, если бы не одна деталь - мама работала довольно далеко от дома, и на работу они с псом ездили на автобусе. В выходные же дни Ботик тоже ездил на автобусе - но уже в одиночку, и тем не менее, безошибочно выбирая только автобусы своего маршрута и никогда не путая "свои" остановки.

Все это было очень давно, уже много лет нет мамы, но, когда в прошлом году, будучи в командировке в городе моего детства, я случайно встретил старушку, в которой узнал бывшую мамину сослуживицу, и представился, она, вспомнив добрым словом мою мать, вдруг улыбнулась и сказала:

- Удивительно, но на днях моя приятельница, которая в те годы работала кондуктором автобуса, вспоминала вашего Ботика....

на него и без боязни бьют когтистой лапой, для сна и отдыха он довольствуется самыми неудобными местами. Если котенок ослаблен и не сумеет постоять за себя, то он, скорее всего, не получая достаточного питания, так никогда и не сможет, что называется, выбиться "в люди" и стать главенствующим кошаком в том маленьком мирке, где вырос.

Постоянное недоедание, частые переохлаждения и другие превратности жизни привели к тому, что у котенка воспалилась попка. Она болела и причиняла мучения при ходьбе. Где-то в дверях ему прищемили заднюю лапку и теперь приходилось ковылять на трех. Вот в таком состоянии Стасик, короткошерстный котенок в дымчатой шубке в мелкую полоску, по- пал ко мне на излечение. Возраст его не превышал 6 недель. Диковатого котенка надо было так устроить, чтобы он избавился от всех страхов, вот почему постельку кота Барсика на нижнем этаже пластиковой этажерки пришлось превратить в уютное гнездышко, занавешенное со всех сторон тканью, так что котенка совершенно не было видно со стороны, но сам он мог наблюдать за жизнью квартиры в маленькие щелочки между полотнищами ткани.

На расстоянни одного метра от постельки находится постоянное место кормления для всех кошек, проживающих в квартире. Вот хозяйка ставит мисочку с едой. Для отощавшего Стасика это приятный сигнал- он быстро выскальзывает из укрытия, жадно поедает все предложенное и без промедления снова скрывается в своем домике. Затем приходит время отправиться в туалет. Для этого следует выбрать подходящий момент, когда никто тебя не видит и идти под стол, где в укромном уголке оборудован лоток с камешками-наполнителями, а потом опять проскользнуть в безопасное гнездышко. Если все делать быстро, то не будет никаких неприят- ностей, так что успевай крутиться.

Через два дня Стасик понял, что бояться ему некого, что его кормят, лечат, что ему ничто и никто не угрожает и котенок расцвел. Появилось спокойствие и уверенность в завтрашнем дне, и занавески, закрывающие гнездышко, теперь были не нужны. Но судьба-злодейка приготовила ему очередное испытание - как раз тогда, когда Стасик уселся за плот- ный обед, домой явился после длительного гулянья взрослый сибирский кот Барсик.

Барсик привык к тому, что в доме в дополнение к постоянной кошке Зайке, иногда появляются уличные котята. Ведь и его когда-то полувзрослым котенком хозяйка привела с улицы да так и оставила у себя, поэтому он нисколько не удивился, что на кухне сидит за едой новый котенок. Обнюхав его, как полагается по кошачьему этикету, Барсик привычным движением забрался в свою постельку на первом этаже и занялся ленивым вылизыванием манишки. Это будничное и привычное для Барсика действие на Стасика произвело чрезвычайное впечатление.

Его гнездо, такое уютное и безопасное, захвачено ! Он перестал есть, замер и впал в прострацию. Затем ненадолго вернулся к еде и снова впал в прострацию. В это время полного отключения у него, по-видимому, и созрел план действий, и Стасик, явно повеселев, доел всю еду до конца. Затем умылся, подошел к этажерке и начал претворять свой замысел в жизнь. Вытянув передние лапы, он совершал длинные броски к этажерке, подкатывался к пластиковым стенкам на спине и царапал их когтями. Он делал все для того, чтобы этот наглый захватчик не знал ни минуты покоя, и эта тактика увенчалась успехом.

Барсик редко пользовался этой постелькой, так как с годами освоил много других приятных вариантов для дневного и ночного сна, лучшим из которых был, конечно, пластиковый тазик, установленный хозяйкой на столе и первоначально предназначенный для складывания недошитых вещей.

Но кот сразу понял, что лучшего спального места и желать нечего - тазик прекрасно держит форму тела, свернувшегося клубком, а значит, в нем можно расслабиться и с комфортом уснуть.

Вот и сейчас он почел за благо уйти подальше от настырного приставания котенка и устроиться на отдых в тазике, недоступном ни для кого другого. Так Стасик вышел победителем. А вскоре его взяли в семью, и под воздействием новой обстановки это происшествие изгладилось из памяти котенка.

курятник, а старые куры шли спать в свой старый. Так продолжалось, пока молодые цыплята подросли. Пришло время соединить две стаи в одну и снести старый курятник. Целый день мы демонтировали старый сарай. И вот пришло время курам собираться на ночлег. Молодая стая зашла в новый курятник,как обычно, а старая пришла в замешательство. Их старый дом исчез, и возник вопрос, где ночевать? Заходить в чужой курятник, где спит чужая стая, они посчитали неприглядным действом. Так они продолжают ходить вокруг нового дома, а на дворе темнеет, и надо что-то решать. Мы с мужем наблюдали эту ситуацию, сидя неподалеку. И вот одна из кур берет инициативу на себя и решает войти в чужой курятник. Петух не одобряет ее такое действие и в знак протеста поворачивается к ней спиной и удаляется прочь от курятника. Курица, видя неодобрение петуха, спешит выйти из домика. И таких попыток старая курица сделала несколько, но ослушаться петуха не посмела, так как тот был каждый раз против. А на дворе совсем стемнело, и петух подходит к нам с немым вопросом в глазах: где нам ночевать?

Я только подивилась его предприимчивости и добропорядочности и пошла по направлению к курятнику. Вся стая побежала за мной. Дойдя до домика, я указала рукой в открытую дверь, мол заходите. Тогда петух первый ,и с ним куры ,зашли быстро в курятник без всяких сомнений. Они сразу установили свое главенство с молодой стаей и уже жили вместе, как одна стая. А вы говорите, что курица -глупая птица!

щенка ротвейлера.

Заводчик сказал мне, чтобы я и не думал в нем злость воспитывать! Он, говорит, сторож от природы. Мы с моим Каро вместе росли. Всю нашу семью он, конечно, знал, но хозяином признавал только меня. Когда я ложился спать, он приходил в мою комнату и плюхался у двери. И никто не мог войти. Он сразу нос морщил, клыки показывал и порыкивал.

Мать моя кормила его. Он ей руки лизал. А разбудить меня в школу, она могла только из коридора.

Твоя вневедомственная будет у тебя на полу у входа спать?

Драться он любил с чужими собаками. Глаза при этом у него под лоб как-то закатывались. Вроде прямо белками смотрел. Или не смотрел вовсе.

Я, помню, еще не знал, что дерущихся собак надо за задние лапы растаскивать, когда он с соседским кобелем сцепился. Я, пытаясь их разнять, между ними влез. Он, сгоряча, и хватанул меня пару раз за ногу.

В дырки от клыков мизинец влезал.

Раз цыгане хотели нас обчистить.

Дед в огороде ковырялся, а я в доме был.

Пес спал где-то в тенечке за домом.

Цыгане же наглые.

Идут гурьбой по улице. Видят, что один дед в огороде ковыряется, в доме тихо, окна и двери нараспашку. Ну, человек шесть отделились от толпы, и шасть через калитку к нам во двор. Деду бросили коротко: «Мы попить». А сами через двор к дому. Быстренько. Я из своей комнаты их увидел, услышал, только и успел подумать: «Собака же не привязана».

А они уже от собаки бегут. Один разорванную клыками ляжку рукой придерживает. Они даже в калитку все не поместились. Через забор перемахнули. Пес успел-таки еще двоих цапнуть. Но он спокойный был.

Посмотрел им вслед, и снова за дом ушел.

Я уже говорил, что всю нашу семью он знал. И в степени родства разбирался. Вот тетка моя жила неподалеку и часто к нам заходила. Он ей позволял заходить и выходить, даже если никого из нас дома не было.

Только брать ничего не разрешал.

Вот принесла она рассаду. Выложила ее из ведра, посадила, хотела взять лейку, чтобы полить, он зубы показал. Ага, нельзя значит. Хотела свое ведро забрать, - черта с два! Тоже нельзя! Принесла, поставила, - значит уже наше.

Гулять я его мог и одного выпускать со двора.

Он любил приходить к песочнице и смотреть, как детишки играют. Лежал рядом, поглядывал, подремывал, и снова поглядывал.

Других собак отгонял.

Деткам надоедали их формочки и ведерки, они с ним играли. Сыпали ему песок в глаза и уши. Я тогда еще удивлялся – чего у него глаза красные?

Бабульки поначалу его побаивались, сердились на меня, потом привыкли.

- Это хорошо, что он здесь. Вот вчера его не было, так бродячие собаки в песочнице нагадили. Ты, его почаще сюда присылай. Только и сам временами подходи. А то он нам не разрешает детей из песочницы забирать.

выгуливает собаку и… кошку. Да, они втроём ходят. Собачонка из «дворян», серо-пегая, среднего росточка. Кошатина чёрная, поджарая.

Они никогда никуда не спешат. Псинка, понятное дело, пошустрее – ей всё обнюхать надо, «прочитать» «приветы» от сестёр-собратьев. Но далеко не отбегает, постоянно оглядывается на хозяина. Кошка тоже успевает и дела сделать, и старается не отстать от своего «прайда».

И вдруг – в свой очередной перекур на балконе – вижу «смену декораций». Животные те же, но выгуливает их женщина. Значительно старше седого мужика и на костылях. Одной ноги нет. Прогулка происходит так же неспешно, размеренно.

Живёт семейство на первом этаже. С балкона у них свисает нечто тряпичное. Потом узнал, что это для кошки: лестница. Надо ей на улицу – спрыгивает с балкона, а обратно по этому «трапу» забирается.

В очередной раз, ранним утром (выгуливал животных мужчина), я не выдержал.

– Как собаку зовут? – кричу со своего седьмого этажа.

Он что-то отвечает, но не могу разобрать (голосок у него тихий, почти детский).

– Как?!

Он показывает руками движение – «ну, которая летает». Муха!

– А кошку?

– Муся.

– Подожди, не уходи, я сейчас спущусь.

Знакомимся. Курим. Зовут его Сергеем. Без малого сорок лет. Инвалид с детства. Сирота. Глаза – поразительные, ярко-ярко-синие.

– А женщина на костылях – она кто? Родственница?

– Нет. Как-то, семь лет назад, знакомые ко мне пришли. И она с ними. У неё в тот год и сын погиб, и ногу отняли. И жить негде. Я ей и предложил жить у меня. Ей шестьдесят один. Не подумай – у нас никакого ceкса. Просто теперь и у меня, у неё никого роднее нет, кроме нас двоих.

Женщину зовут Антониной. У нее грустные глаза, но держится бодрячком.

У них две пенсии. В сумме шестнадцать тысяч рублей в месяц.

Муська недавно окотилась. Троих котят они раздали «в добрые руки», одного оставили себе. Пополнение в семействе.

Мне кажется, Сергей и Антонина счастливы.

пёселя, было ему тогда месяцев 4-5. И наткнулись мы на агрессивную троицу: с@ка и два кобеля. Если на человека они ещё не реагировали, то на нового пса, хоть и мелкого, они не на шутку взъелись. Окружили, лают, оскаливают зубы, кружат вокруг, норовят цапнуть моего пса либо меня за ногу. В первую нашу такую встречу я не на шутку испугался. Звуки рычащей агрессивной собаки на подсознательном уровне вызывают дрожь по всей спине, перемешанную со стремлением уничтожить агрессию. В первый раз получилось от них уйти, подхватив моего щенка на руки. Хотя он уже тогда весил килограммов 8-10. Атакующая свора постепенно теряла интерес, и отстала.

Т. к. живём мы в небольшом поселке городского типа, мы натыкались на эту свору ещё несколько раз. Они одинаково агрессивно нападали, я одинаково пытался попасть по кому-нибудь из атакующей своры камнем либо достать ногой. Но тщетно.

Я запомнил пару мест, где они чаще всего тусили, и обходил их. И вот мы как-то встретили их снова, снова они с оскалом, рычанием и лаем начали кружить вокруг. Понимая, что никакими средствами я их не достану, у меня в голове что-то переключилось, и я сменил агрессию на ласку. Остановился, протянул к суке-атаманше руку, как будто хочу чем-то угостить, и стал подзывать: "У-тю-тю, иди сюда хорошая, какая молодец!", посвистывая. У главной агрессорши в голове что-то перемкнуло, кажется, что я даже это слышал. Атаманша остановилась, замолчала и уставилась на меня, ничего не понимая. Прочие собаки, видя, что главная перестала атаковать, тоже остановились. Я продолжил подзывать собаку, посвистывая и нахваливая.

Атаманша с выражением морды "ну его нафиг, шибанутый какой-то" развернулась, и двинулась подальше, опасливо оглядываясь. Её спутники последовали за ней.

После этого я несколько раз применял этот способ с другими агрессивными собаками. У всех без исключения ломался шаблон поведения, и агрессия исчезала. Собаки либо уходили с видом : "ну нафиг! ", либо останавливались, иногда даже даже проявляли виляние хвостом и действительно подходили погладиться. Ведь всех их, судя по упитанности, кто-то где-то подкармливал. И новый человек, обещающий чем-то угостить, переставал вызывать их агрессию.

Я вовсе не кинолог и не могу сказать, что это универсальный способ избавиться от агрессии собак, и не могу его рекомендовать всем. Чтобы он сработал, не должен проявляться страх, - наоборот, - надо проявить признаки любви. А от страха сложно избавиться, - он поглощает всего тебя целиком, когда слышишь агрессивное рычание оскалившейся собаки. Со мной, видимо, сработало накопление опыта, что ли. Когда после нескольких встреч со сворой начинаешь перебирать в голове другие способы с ней сладить.

По поводу поводков категорически поддержу: в общественных местах собака должна быть на поводке. Намордники актуальны для крупных пород, которые лаже шутя могут нанести травму. Ну либо для тех собак, кто норовит постоянно что-то сожрать на улице. Но это уже другая история.

ходит подбирает котят. И не из тех, у кого в квартире много мурчаще-хвостатых. Ей просто достался такой кот. И кличка у него такая... говорящая - Мазай.

Сначала кот носил домой своих котят. Где-то на стороне гулял и приносил. Как весна к концу подходит - так начинается. Всегда черных нес, таких же, как он, как будто другие у него и не получались. Может быть и чужих воровал, чтоб только черные были, кто ж на даче там разбираться будет. Когда он приносил всех (по одному в день, мол, хозяйка так и было, ровно столько, а плюс-минус один - кто ж заметит) и делал перерыв на несколько дней, котята собрались в большую коробку и везлись в клинику. Лечить - вакцинировать - раздавать. Если кот прервался - значит всех, кого хотел уже притащил.

Потом хозяйке надоело. Однажды в дождливый осенний день Мазай приехал на кастрацию. Весной все радовались. До конца мая. В конце мая бедная женщина влетела в клинику и поставила коробку с котятами на стол, устало проговорив «Вы представьте себе, этот стервец чужих котят теперь тащит! Зато хоть разноцветных теперь! »

Вылечили, раздали. Одного, белого, женщина оставила себе. Назвала Герасимом, кастрировала и на следующую весну коты поехали на дачу вдвоем. Не брать с собой Мазая люди не могли, так как ехали насовсем, аж до зимы, но надеялись, что Герасим охладит его пыл.

И вот, конец весны. Каждое утро хозяйка тревожно выглядывает в окно, нет ли на крыльце котенка. Котят не было. Летом тоже. Коты мирно играли во дворе, занятые исключительно друг другом.

В сентябре женщина пришла ко мне в слезах, при этом истерически хихикая. За ней заходит муж, на руках у него...

«Вы представляете, смотрю я в окно, а два этих засранца под забором что-то на участок протаскивают, да еще натужно так! Аж надрываются! И дружно волокут к крыльцу нечто испачканное в земле, вдвоем. А оно отбрыкивается. Я на крыльцо выскакиваю, придурков разгоняю, а там - щенок! В два раза больше их обоих вместе взятых! Вот... » и протягивают мне лохматого малыша, месяцев полутора от роду.

Сейчас малыш подрос. В свои 10-11 месяцев он уже весит полных 40 кг. А Мазай с Герасимом в полнейшем шоке оттого, что притащили домой, пока сидят тихо как мышки и не выходят с участка.

Ждем конца лета и осени.