Истории о животных

врываются внутрь, а за бортом оказалась практически межзвездная температура – 41 С. Иду за дровами, смотрю собака сидит не в будке, а на земле, как-то странно ерзает и в негодовании поскуливает. В ее скуле явно слышится: «Что ж, мля, так холодно то! ». В будку ей обычно пихаем сено, т. к. тряпки очень быстро затаптываются снежными лапами, а шкуры очень быстро растерзываются в клочья. Сено для подстилки – идеал. Но сейчас его там уже нет. Часть стопталась, а часть она растащила цепью по ограде. Мне кажется, собака ЗНАЛА, что там, в этом мешке, который я несу, именно это теплое сено! И всем своим радостно прыгающим вокруг меня видом это показывала. Пихаю в будку первую охапку, попутно всячески сопротивляюсь настойчивым собачьим попыткам проникнуть внутрь. Но, тем не менее, ей это удается и, забравшись в самый дальний угол, она уселась там и лыбится. «Вылазь, говорю, мне еще одну охапку надо запихать! ». Собака посмотрела на меня, помотала башкой, и я почти услышал, как она сказала: «Нет уж, дудки! ».

Сибирь, блин! От холода, даже собаки говорить начинают! : ) Когда шел на работу, слышал из дальнего угла будки довольное сопение от заиндевевшего клубка, больше напоминающего снежного волка.

правда, не живые, но очень искусно сделаны. Посмотрели рыбок, птичек, змеюк, обезьян, покатались на ослике и верблюде и двинули к хищникам. Но с ходу внимание привлекли не они, а один ипохондричный папашка с сынулей – оба очкастые и сопливые. Сперва папашке не понравилось, что у клетки медведя нет положенных метровых ограждений. Медведь нашелся что ответить – швырнул в решетку автомобильную покрышку. Потом отдышавшийся очкарик докопался до лисы – чего это она не пушистая ,как положено. Довод, что летом они все такие, его удовлетворил частично. То же было и с песцами. И тут он узрел хорька! Хорь действительно впечатлял. Он спал на спине, трогательно поджав лапки и изящно изогнувшись. Так уютно, сладенько… - Ну, это - вообще безобразие! – в очередной раз сунулся он к толстой смотрительнице, спокойно поглощавшей мороженое. – Тут же дети! А вы дохлых животных показываете! - Он спит, - вяло сказала она. - Да какое там спит! Он сдох! Смотрите! – и очкастый, втянув сопли, принялся колошматить по клетке. - Не поможет, - также вяло отреагировала смотрительница, - он спит. - Я… я… я директору пожалуюсь! В Общество защиты животных! В ООН! Смотрительница ненавидяще посмотрела на него, подняла своё монументальное тело со стульчика, прямо сквозь решетку и не глядя ,сунула недоеденное мороженое медведю (тот обалдел от неожиданного подарочка) и двинулась к надоеде. Дебил хоть бы подумал, кто самый опасный хищник в этом секторе… Она открыла клетку, сцапала хорька за шкибот и пару раз бережно стукнула по голове. Хорек открыл сонные глазки и улыбнулся во всю пасть, впрочем, продолжая висеть, как тряпка. - На! Смотри! ! Кто тут дохлый? Это ,может, ты мертворожденный? Тетка усердно совала хоря в лицо интеллигенту. Тот пятился , не замечая вывалившихся соплей. Хорек продолжал висеть и лыбиться. Идиллию нарушила дочкина подруга: - Тётя! А раз он всё равно спит, можно его в руки взять и сфотографироваться? - Вот! – рявкнула она очкарику (медведи притихли) – Не перевелись ещё нормальные люди! Конечно, деточка, пойдем, я покажу, где лучше…

искал никто.

Сначала мы закрывали её в доме (она облюбовала кресло и сгрызла пульт от телевизора и пару пробников моих духов), потом стали оставлять на улице, собака ведь! )

Утрами и вечерами гуляли с ней, на поводке.

Однажды вечером ко мне, стоящей с Мартой на улице, подошёл мужчина, из остановившейся неподалёку машины.

— Это моя собака! Её зовут Нора, у меня на неё есть документы.

— Нет, уважаемый, это уже два месяца как моя собака. И зовут её Марта. Хотите, я отпущу её с поводка и к кому пойдёт - того и собака.

Мужчина подумал и сказал:

— Ладно, я вам её дарю.

Сел в машину и уехал.

Почему я так сказала? Потому что Марта даже не дёрнулась к этому мужчине.

А когда мы уезжаем (пусть и ненадолго), она встречает так, как будто мы потерялись навсегда, и она погибала без нас.

Сейчас мы гуляем с ней даже без поводка, перестали бояться её потерять.

Сегодня пошли с ней в магазин, на обратном пути смотрим - нет её, исчезла.

Приходим домой - а она уже там.

Ждёт возле калитки, скулит:

— Ну где вы потерялись?

японский микрогрузовичок, на нём и ездили. И был у меня грузчик, молодой хороший парень, на тот момент студент.

Едем с грузчиком в соседний город, везём колбасу с пылу, с жару. Осень, ранее утро, машин мало, едем молча. Едем значит, и тут я боковым зрением вижу, как с левой обочины что-то движется... Смотрю - это летит воробей, низко-низко над асфальтом, и тяжело как-то, крыльями часто-часто машет. И летит по направлению через дорогу и как бы навстречу машине. Я даже притормозил, потому, что сворачивать он не собирался, или мощей не хватало быстро перелететь дорогу. И вот когда он пролетал перед самой машиной, я увидел у него в лапах... он нёс в них мышонка! Я думал- глюк. Поворачиваюсь к грузчику Серёге, спрашиваю его : "Ты тоже это видел". Он отвечает "Да". И оба офигеваем! Куда он его тащил, главное - зачем? -Непонятно. Я никогда о таком не слышал, не читал, и до того момента не видел. Стали фантазировать, мол, с гулянки возвращаются... Но это ещё не конец. Приезжаю домой, рассказываю об этом жене. Она не смеётся, говорит, а что тут удивительного? Я ей намекаю: воробей несёт в лапах мышь... куда, зачем? А она отвечает - Как куда, к себе в гнездо! На мой вопрос "Зачем" она отвечает - Птенцов кормить!

– и увидеть хочется, и ну его нафиг! Жили мы в палатках, в отряде у нас два ствола – у меня и моего напарника. В очередной раз поставили палатки на берегу озера, по всем приметам – знатное медвежье место. Собака моя вечером все обнюхала, залезла в палатку и задрыхла, вход для нее всегда немного приоткрыт.

Ночью просыпаюсь от каких-то криков. Вокруг темень, суета, фонари светят из разных точек на лес за моей палаткой. Вылезаю, мне кричат: «Там медведь! ». Вглядываюсь в деревья – никого не видно, движения нет... Прибегает напарник, стреляет в воздух над ухом, кричит мне: «Вроде ушел! ». Собираемся вместе, пытаюсь выяснить, с чего сыр-бор начался. Иностранцы взахлеб рассказывают, как один из них вышел до ветру и услышал со стороны леса за моей палаткой рев и рычание медведя. Он разбудил своих, свои – наших, все вооружились фонарями и достали ствол. Уже от их воплей проснулся я... Ничего не понятно, кто рычал, куда делся... Вдруг иностранный начальник меня спрашивает: «А что же твоя собака молчала и не лаяла, она же должна нас от медведей защищать?! ». Спрашиваю своего шарика, мол, какого лешего, ты куда смотрел? Тот смотрит на меня и в глазах его читается: «Какого медведя? Ты о чем вообще?! ». Тут я начинаю кое-что подозревать, беру свой ствол, фонарик и иду в лес. Мне кричат вслед, что куда пошел, мол, один на медведя, кто завтра будет начальником и кому я завещаю свой спальник? Шарюсь по лесу, никаких следов нет... Возвращаюсь, присаживаюсь за своей палаткой и изображаю свой храп. «Во-во, медведь вернулся, он сейчас его съест! ». Суета, фонари мечутся, пальба в воздух, я валяюсь за палаткой и уже не храплю, а катаюсь...

Когда все утихомирились, все осознали и проржались, поставили чайник и начали успокаиваться, меня попросили больше так не делать. Иностранцы вообще сказали, что я хуже медведя храплю, и если буду так продолжать, то настоящего они так и не увидят, потому что я их отпугиваю. Постановили, что, если слышно рев медведя, а собака молчит – значит, это не медведь, а начальник. Медведя, кстати, до конца сезона так никто и не увидел!

и зачётах.

Познакомились мы с ней в тот день, когда я пришла сдавать свой первый вступительный экзамен - историю СССР. Нервничала, конечно. Волновалась. Но когда вошла в небольшую, залитую солнцем аудиторию, увидела, что на широком подоконнике удобно устроилась кошка и как ни в чём не бывало умывается. Зрелище было настолько по-домашнему уютное, что вся нервозность куда-то испарилась, и экзамен прошёл удивительно легко и спокойно. Тем более, что и экзаменаторы были на редкость доброжелательны. Может, и на них кошка действовала умиротворяюще?

Когда начался учебный год, мы увидели, что Доценте очень любит лекции, причём предпочитает, чтобы народу было как можно больше. В аудиториях стояли длинные старинные скамейки-парты, за которые садилось пять-шесть человек. Кошка обычно устраивалась между двумя студентами и дремала, слушая лектора. Те, кого она выбирала, чувствовали себя весьма польщёнными и конспектировали, не забывая время от времени почесывать её за ухом.

Особенно ей почему-то полюбился предмет "Античная литература". Лекции эти бывали по субботам - пожилой профессор, который их читал, был по совместительству министром высшего и среднего специального образования Литовской ССР. А по образованию был он филологом-классиком (латынь и древнегреческий). Предмет свой любил так, что даже министерские обязанности не могли его заставить отказаться от преподавания его обожаемой латыни и античной литературы.

Казалось, что он всю неделю живёт ради этих нескольких субботних часов и просто не может их дождаться. Студенты это чувствовали и ценили - лекции были необыкновенно живые и занимательные. Несмотря на субботнее утро, их почти никогда никто не пропускал.

Да и сам профессор был примечательной фигурой. Высоченный, широкоплечий, с пышной гривой седых волос, всегда необыкновенно элегантный в тёмном костюме и белой рубашке, да и голос - глубокий раскатистый бас-баритон. Двести человек слушали лекцию совершенно не напрягаясь, слышно было прекрасно даже в самых дальних уголках огромной аудитории-зала.

Иногда профессор увлекался и начинал декламировать латинские или греческие гекзаметры, вышагивая от окна к двери. (Шаги помогали выдерживать ритм. ) При этом он свой и без того мощный голос ещё возвышал, и тогда от его декламации начинали звенеть оконные стёкла...

Это кошке уже не нравилось. Как только начинались стихи, она спрыгивала со скамейки и неторопливо шествовала по проходу, гордо держа хвост трубой. Дойдя до профессора, она тёрлась об его брюки, как бы советуя прекратить этот шум, а потом, не добившись результата, так же неспешно шла к выходу. Профессор, не прекращая декламировать, приоткрывал дверь (студенты огорчённо вздыхали - лекция была интересная, но с кошкой было как-то уютнее), выпускал её и продолжал вышагивать...

Присутствовала кошка и на других занятиях. Преподаватель немецкого использовал её в грамматических примерах - Die Katze sitzt am Fenster... . Молоденькая и очень увлечённая преподавательница лексики в качестве устного упражнения предлагала рассказать, что думает кошка о студентах или вообще о жизни - первокурсники забывали о своей застенчивости, и рассказы иногда получались очень забавные... Замученный преподаватель логики, указывая на четвероногую "вольнослушательницу", призывал студентов слушать его лекции так же внимательно...

А иногда устраивалась она с нами и в читальне. Долгими зимними вечерами круги света от ламп ложились на столы, и в тишине только страницы шуршали, да кошка мурлыкала… Блаженное чувство мира и покоя в эти вечерние часы вспоминалось потом долгие годы...

Библиотекарям кошка совершенно не мешала. Они только радовались её присутствию - для книг мыши представляют серьёзную опасность.

... Весной у Доценте родились котята. Трое серых-полосатых, а один чёрненький с белой манишкой и в белых носочках.

- Такая образованная дама, - притворно сокрушались студентки, - и где это, интересно, она смогла найти себе пару? Нужен-то ей Кот Учёный, а тут был, наверное, просто себе кот... Только вот где он? Посмотреть бы на этого кавалера.

Кот не заставил себя долго ждать и объявился довольно скоро. Через неделю-другую мы обнаружили его в одном из маленьких университетских двориков, где он явно решил поселиться. Черный вальяжный красавец с белой грудью сидел на возвышении и задумчиво оглядывал окрестности. Осанкой и выражением лица, то есть, простите, морды, он нам кого-то мучительно напоминал. Приглядевшись поближе, мы внезапно поняли, кого именно...

Кота назвали "Профессор".