Истории о армии

давайте к нам в машину, там разберемся...

Товарищ выходит и идет к ним, минут через 5 возвращается, в руках держит пачку денег. Я - откуда деньжищи? Он - ребята поделились.

А теперь от его лица.

Сел я к нему в машину. Гай меня лечит: превысили скорость, причем сильно, как будем решать?

Я: ты прекрасно знаешь, что я ехал по правилам и не нарушал.

Гай: Ну, это еще тебе доказать надо, а оно дороже выйдет. Поэтому, деньги на бочку, точнее, на заднее сиденье.

Я положил деньги и говорю ему: о том, что ты меня грабишь, знаем ты и я, и зло, которое ты творишь, тебе очень скоро вернется. Причем, без привлечения всяких высших сил. Я сейчас еду на работу в больницу, где лежит твой ребенок, как ты думаешь, он после нашего разговора долго протянет?

Гая аж затрясло: да я тебя, только посмей.

Я ему спокойно: а что это буду я - это еще тебе доказать надо будет!

Будешь всю оставшуюся жизнь палочкой махать на лекарства своему ребенку.

Поэтому, если хочешь спать спокойно - мои деньги назад ,и компенсацию в десять раз больше.

Я: круто! Откуда ты знаешь, что у него ребенок в больнице лежит, ты же вообще врачом не работаешь.

Товарищ: недавно был в больнице, его и заприметил. Также по-скотски себя вел ,и ведь не доходит до таких, как он, что город маленький ,и все к нему вернется...

и собственно бассейн с песком по «берегам», пальмами в горшках и девушками в шезлонгах. Такой себе Кипр в заснеженной восточной Германии.

Пришли. Перед плаваньем нужно принять душ. А душ общий. Т.е. «М» и «Жо» в одном флаконе. Слегка охренев – пошли. Зрелище для солдат второго года службы – еще то. Многие не хотели выходить – успокаивались.

Повыгоняв нас всех из душа, старшина стал раздавать «плавки». Оказывается, по заведенному правилу, советский солдат в публичном бассейне Германии должен был появляться в плавках, макет которых был разработан НИИ советской армии и представлял собой два белых треугольника с тесемками по краям. Скроены они были по одному лекалу, в один размер. Для пущего порядка изнутри на одном из треугольников методом трафаретной печати черной краской был выбит серп и молот, буквы СА и звезда. Типа это перед.

Стали одевать. Ефрейтору Коле из Томска всю жизнь занимавшемуся гиревым спортом этого треугольника спереди хватило только-только. В то время как казашенок из самой средней Азии запахнулся в эти треугольники как в полотенце после бани. Такой живописной стайкой мы и вышли к бассейну.

Знаете, даже музыка стихла. Кто-то захлопал… «Положив» на всех гордо пошли по вышке и подкидным доскам. ЩА, мол покажем «гансам» как ныряют советские гвардейцы. Первым на доску полез Коля. Разогнался, прыгнул. Под его весом доска угрожающе прогнулась, хрустнула, и вдруг запустила Николая чуть не под самый купол бассейна. Не ожидав такого «винта» Коля огласил бассейн матом, перевернулся в воздухе и всей своей тушей рухнул в воду. Поднявшейся волной смыло в воду один шезлонг с немецкой бабушкой и выкинуло на берег немецкого ребенка с кругом. Мы все попрыгали в воду, как-бы ничего не случилось.

Тут вдруг оказалось, что плавки намокая и прилипая становятся прозрачными, а если бы не серп и молот, то совершенно прозрачными. Стали плавать кругами думая как будем выходить. Тут заметили оставшегося на берегу казаха и позавидовали. Но казах, ничего не зная о подлых плавках, вдруг залез на подкидную доску. Разбежался. Но, подскользнулся и упал. Грудью на край доски. И взлетел. Безобразно раскорячившись в воздухе, он перевернуся, прокричал что-то про казахскую маму и снова встретился с доской самым серпом с молотом, буквами СА и звездой. Страшно закричав он свалился в воду и утонул.

Кинулись спасать однополчанина. Вынули его уже пускающего пузыри и держащегося за серп и молот. Отбуксировали к краю бассейна и стали выходить. Как пингвины из морской пучины, прикрывая филейные места повыскакивали и «испытывая гордость за нашу страну» «свалили».

Всё.

что ещё была война с Японией. Были ещё десятки сражнений, тысячи погибших, и десятки тысяч раненных Советских солдат и офицеров. Мне кажется что было бы много правильней справлять День Победы в сентябре, а то как то получается что праздник праздником, но он не совсем полный.

Дед встретил 9ое мая в Новосибирске. Эшелон за эшелоном шли на восток, на ещё не объявленную, но уже запланированную войну. Настроение в эшелоне было с одной стороны приподнятое, а с другой стороны неважное. Да и как оно могло быть иначе? Солдаты и офицеры которые за 4 года повидали тысячи смертей и чудом уцелели, ехали опять воевать с очень опасным и жестоким врагом.

У деда настроение было именно такое, уцелел в Крыму 41м, на Кавказе 42м, под Смоленском в 43м, в Беларусии и Польше в 44, в Восточной Пруссии в начале 45ого. Очень хочется пожить после войны, а вот удастся ли? Хотя быть Ванькой-взводным тогда, а теперь командиром переправочного парка (это примерно как комбат) две большие разницы. Но ведь и комбаты тоже не заколдованные, их тоже убивают.

Эшелон идёт долго, там скучно. И естественно офицеры (да и солдаты иногда) нарочно отставали. Например, эшелон пришёл в Свердловск, отстал от эшелона, навестил сестру. Потом на следующий день на станции спросил, куда ушёл эшелон номер такой-то. А какой поезд туда идёт? Вот товарняк, вот пассажирский. Так и догонял.

А в Новосибирске с раннего утра, 9ого Мая пошла весть о Победе. И народ ломанул из эшелона праздновать. И он с другом опять отстал. Весь Новосибирск на улицы вышел, незнакомые целовались, обнимались, все фронтовиков тянули к себе домой. На столы ставили скромные припасы которых не было вкусней и самогон которого не было пьяней. Его с друзьяи затащили к себе старушки. "Старушки" смеётся он. "Мне, 23х летнему пацану они тогда они казались, старушками. А теперь то я понимаю что им может еле-еле 40 лет исполнилось. " Вареные яйца, хлеб, горячая картошка и самогон. Весь день гуляли и было чувство огромного счастья. А эшелон естественно тем временем тю-тю на Восток.

Надо опять догонять. Товарняком медленно, предпочитали пассажирским. Запрыгнули в один вагон. Обычно проводники были нормальными, видят что офицеры едут. Ну спросят куда едешь? Ну отвечали, с японцами воевать. Те место находили, чаю давали, байки травили. А тут нарвались. Толи проводник принципиальный был, толи проверка какая, но весь поезд шерстили и набрали с дюжину таких офицеров, которые на пассажирском свои эшелоны догоняли. "Ах вы без билета, сволочи всех в коммендатуру сдадим. Трибунал вам будет" грозят.

Согнали их в тамбур, заперли. Мужики приуныли. Конечно дальше фронта не пошлют, меньше взвода не дадут, но чем чёрт не шутит. Лишь дед мой не унывал. У него был один маленький секрет. Удивительное дело, но менялись цари, генсеки, режимы, названия городов, и лишь одно оставалось неизменным (может даже и по сей день), это замки в поездах. Все замки открываются одним стандартным ключом. И моему деду, мой прадед, который был кузнецом, сделал такой ключ отмычку.

Дед всех и успокоил, распологайтесь, хоть и тесновато, но попытайтесь поспать. Прибыли на станцию, он дверь открыл, все офицеры вышли спокойно, он дверь обратно закрыл. Они весёлой толпой спрятались за соседним составом и видят шоу. Приходит проводник, начальник поезда, какие-то ещё строгие дядьки, открывают дверь и видят пустой тамбур. Проводник вопит, "как же, я их тут сам закрывал. "

И тут дед с товарищами не выдержали, они высунулись между вагонами и дружно захохотали и показали языки. Грозные дядьки обернулись и 21-летние взводные, 22-летние ротные, и 23х-летние комбаты звеня орденами и медалями со смехом разбежались и помчались искать свои эшелоны. Ищите ветра в поле.

А до окончательного Дня Победы оставалось ещё долгих 4 месяца.

семьсот, решили направляться в сторону дома.

На автобусной остановке - не многолюдно, лишь несколько немцев. Наши останавливаются в сторонке и, почти не покачиваясь (годы тренировок! ), ожидают автобус, продолжая беседовать не на повышенных тонах. Через пару минут на сцене нарисовывается о-о-очень среднего возраста немка с каким-то бобиком на поводке. Шавка небольшая, породистая, но из категории "мозгов чуть меньше, чем у валенка". Что ей не понравилось в русских - одному собачьему богу известно. Может, наша форма, может, ботинки у кого-то не тем кремом начищены. В общем, это противное созданье набирает побольше воздуха в легкие и начинает непрерывно истошно гавкать на подполковника.

Мужик, явно не любящий, когда его перебивают, не раздумывая, выдает шавке хорошего пенделя. Теперь истошным криком заходится немка. Поскольку уровень немецкого у наших - на уровне "данке-битте", никто ничего из ее тирады не просек. Зато все прекрасно понял полицейский, проходивший неподалеку. Услышав, что это - далеко не благодарность доблестным советским офицерам за непосредственное участие в сложном деле дрессуры, решает вмешаться. Остановив землячку на полуслове, обратился по-немецки к нашим. Кто-то все-таки, окончательно исчерпав запас немецкого, выдал: нихт ферштейн! Полицейский достает из нагрудного кармана книжку с бланками штрафов, что-то заполняет и знаками показывает подполковнику: 20 марок. Тот, пожав плечами, спокойно достает наличку из кармана. Как назло, только купюры по 50. Полицейский, пошарив по карманам, опять же знаками объясняет: сдачи нет. Все офицеры начинают рыться по карманам, но подполковник выдает:

- Ребята, все пучком, ща улажу.

Успокаивающий жест в сторону полицейского, говорящий: сдачи не надо! Потом разворачивается и... от всей души в... вает еще раз шавку. Та, визжа в унисон с хозяйкой, на поводке описывает идеальную окружность и приземляется в аккурат на исходную позицию.

Полицейский с диким гоготом складывается пополам, немцы на остановке цепенеют, на лицах офицеров эмоций не больше, чем у индейцев... Хозяйка подхватывает шавку подмышку и уносится, обгоняя автомобили. Через пару минут полицейский немного приходит в себя, и, икая и всхлипывая... прячет в нагрудный карман квитанции.

Подходит автобус, наши невозмутимо загружаются. На остановке остаются абсолютно все оцепеневшие немцы в ожидании следующего автобуса. С места действия, не торопясь, удаляется полицейский, размазывая слезы по лицу.

в командировки, а в остальных случаях направляется поручение территориальным следственным органам допросить такого-то свидетеля о таких-то обстоятельствах. Естественно, эти поручения, как правило, не исполняются: местные следователи и так сильно загружены, а тут еще всякие бюрократы из центра присылают разные задания.

В управлении работала секретарша, которая славилась своим умением настоять на исполнении поручений следователей. Когда она отправляла запрос, протоколы приходили обязательно и в срок.

Гром грянул через полгода. На одном процессе адвокаты настояли на вызове в судебное заседание свидетеля из другого города. Второстепенных свидетелей обычно не вызывают, удовлетворившись протоколом их допроса. Но раз защита настаивает, пришлось вызвать свидетеля. Согласно протоколу, свидетель Павлов был 1956 года рождения. В зал заседаний входит дедуля с орденами. Уточняют фамилию, адрес - все правильно. Спрашивают про обстоятельства дела - ничего не знает. "Это ваши показания?" - "Нет"

Налицо откровенный подлог. Судья возбуждает дело против следователя. Стали разбираться, и оказалось, что наша всеми уважаемая и ценимая секретарша попросту сочиняла все протоколы допросов, не надеясь на местные следственные органы.

Тех подсудимых, в чьем деле был обнаружен липовый протокол, конечно, оправдали. Но не это самое страшное. Выяснилось, что такую же липу успели подшить в 90 других уголовных дел. Это дает основание для пересмотра их всех и отмены приговоров. Вот это была бы катастрофа! Всему управлению пришлось на время бросить свои дела и разъехаться по командировкам допрашивать свидетелей, чтобы успеть заменить фальшивые протоколы настоящими до окончания срока проверки.

атаки. Каждому по сто грамм водки, автомат ППШ с двумя полными дисками... И по комплекту флотской формы. Переодеться всем!

Мы вообще-то все обычная пехота. Но приказ есть приказ. Переоделись.

Разворачиваемся на исходном рубеже.

Тут дружок меня в бок толкает: "Смотри, смотри! "

Глянул на наш правый фланг, куда он показывал. А там разворачивается для атаки вместе с нами какая-то воинская часть. Но одни женщины! И все, как на подбор, под два метра ростом.

Дальше - указующий жест командования в сторону находившейся впереди высотки и короткий, как команда кинолога, приказ: "Взять! "

Бой штрафников короткий. Либо ты, либо тебя. Сейчас всяко об этом пишут.

Но позади нас никаких заградотрядов не было.

Наши соседи с правого фланга еще раньше нас на высотке у немецких траншей оказались. Завязалась рукопашная. Вскоре все было кончено.

Высота была наша.

Начали собирать раненых, сгонять в группы уцелевших пленных.

В том бою мне по меркам штрафников ужасно повезло: осколок мины вывернул у меня в левом боку два ребра. Но рана оказалась не смертельная. Я даже после наскоро сделанной перевязки мог кое-как передвигаться самостоятельно.

И вот молодость! Ведь как тот резиновый ежик - дыркой в боку свистел. Но как же упустить случай и не пообщаться с женским полом! Стоит одна дама с сержантским нашивками (во флотских званиях я и сейчас не разбираюсь) и травой окровавленный тесак чистит. Подхожу к ней и чтобы как-то начать разговор справшиваю: "А ваши-то пленные где? "

А она посмотрела на меня таким оценивающим взглядом. Верите, нет? Я ведь в штрафной батальон не за трусость попал, не за халатность и не за конфликт с командиром.

За русскую рулетку.

Если кто-то не знает что это такое, - объясняю. Когда играющие садятся за стол, делают денежные вклады. Создают банк. А потом вставляют в барабан револьвера один патрон, каждый по очереди вслепую раскручивает барабан и приставив оружие к своему виску, спускает курок. Выигрывает тот кто останется. Адреналинчику нам на фронте, видите ли, не хватала.

Вот мы, младшие офицеры, и пополняли баланс.

Вобщем, как бы сказали сейчас, отмороженный по-молодости я был на всю голову.

А тут под взглядом этой красавицы, ей-богу, почувствовал себя нашкодившим пацаном, которого выпороли и так со спущенными штанами и оставили отбывать срок в углу.

Посмотрела она так на меня и говорит: "А у морской пехоты, пленных не бывает, солдатик".

Тут дружок подбежал, помочь мне идти вызвался.

"Ты что? - говорит, - какие у этих баб пленные?! Ты видел что они делают? Если оружие не бросил, - с ходу пулю в лоб, а если бросил, руки поднял, - то ножом по горлу. "

"А что за часть-то такая? - справшиваю.

"Ты что по форме не видишь? Морская пехота! "

"Ну да, мы с тобой тоже морская. Ты море-то хоть на картинке видел? "

Потом был госпиталь. Так я и не узнал что за часть была в том бою нашими соседями. Но ни о каких чисто женских формированиях морской пехоты, ни тем более штрафных женских частях мне ни во время войны, ни после слышать не приходилось.

В госпитале мне залежаться не дали. Едва затянулась рана - выписали. Но с учетом того, что окончательно я еще не выздоровел, отправили на курорт по меркам военного времени - командовать зенитной батареей. Фильм "А зори здесь тихие... " многие видели. Так вот примерно такая же ситуация.

В подчинении одни девчонки. Лет по 18 - 19. Где-то под Ленинградом.

Самолеты шли через нас постоянно. Девчонки так же стрелили на совесть.

Как могли. Иногда попадали.

Но немцы нас за рыбу не считали и внимания нам не уделяли.

И только один раз немецкий "лапотник" сбросил всего одну единственную бомбу. И бомба эта угодила точно. Взхрыв... и расчета нет. Нет подружек, с которыми ты только что разговаривала. Только искореженное орудие да куски тел и внутренностей по кустам висят. Что тут было. Истерика, слезы, сопли... А чего вы хотите от 18-летних девчонок, которые может быть и смерть то так близко в первый раз увидели?

А вот что случилось потом меня до сих пор поражает. На следующую ночь через нас снова в сторону Ленинграда немецкие самолеты потянулись. Так вот эти зенитчицы силами двух оставшихся орудий за одну ночь положили

ДВЕНАДЦАТЬ самолетов. И ведь одной злости тут мало. Снарядов и раньше не жалели. Здесь вообще какую-то сверхзвероиную реакцию иметь надо. Что-то из области парапсихологии. Мне кажется, мужики бы так не смогли.

Вот только я подмазаться к этой славе не могу. Не было меня в ту ночь на батарее. Уезжал в город по делам снабжения, к ночи вернуться не успел.

Так что "коня на скаку остановит, в горящую избу войдет". Я понимаю так, что русскую бабу из рамок лучше не выводить. Мало не покажется.

в месяц. Ну жена, понятное дело, сознательная, долг перед Родиной прежде всего. Так прошло 10 лет, дети подрастают, расходы растут, жена возмутилась:

- Виданое ли дело, 10 лет назад человек в армии ошибся, и столько лет вычитают по 20 рублей. Идем в военкомат, разбираться будем. Мужику страшно сознаваться, что столько лет обманывал семью, решил там на месте что нибудь придумать. Пришли в военкомат, зашли в кабинет, жена возмущенная излагает суть проблемы. Военком был мужик неглупый, выслушал, помолчал и говорит жене: - Подождите за дверью, а мы решим этот вопрос.

Жена вышла, военком аж с места вскочил:

- Как ты смеешь, сукин ты сын, у тебя двое детей, а ты у семьи отнимаешь. Я за подводную лодку по 10 рублей плачу, а ты за танк по 20. Виданое ли дело?

Потом чуть успокоившись:

- Как мужик мужика я тебя понимаю. Поэтому сделаем так. Я напишу тебе справку, но только для жены, и теперь будешь "платить" по 10 рублей, хватит тебе на пиво и сигареты.

Так и сделали. Мужик выходит хмурый из кабинета. Жена с нетерпением и надеждой в глазах:

- Ну как?

Мужик раздраженно сует ей под нос справку:

- Как, как. Вот так! Полюбуйся на свою работу! Дотрепалась! Еще червонец выписали!

что довели мужика, сейчас грохнет девочку, и что ему самому всё это нафиг не нужно – просто обидно было уходить одному на тот свет, когда другие попрятались. Я вошёл спокойно, расстегнул бушлат, рванул на груди тельняшку, показал на сердце и сказал – пали сюда, это тебе вместо девочки, лады? Он охренел, сказал «лады», а раз уж сказал, за девочку можно было больше не париться – мужик за базар привык отвечать. Ну, он и начал палить куда сказано.

Под тельняшкой у меня была майка телесного цвета, под ней бронежилет кевларовый, но в сумерках кто там разберёт – на это и был расчёт.

Главное, даже притворяться не пришлось, что больно, и что пулями назад отшвыривает – действительно больно охренеть, и правда отшвыривает. Успел разрядить почти всю обойму. Иду на него типа из последних сил, падаю почти ему навстречу, а у самого в голове одна мысль – лишь бы не в голову. Лобярник у меня конечно толстый, иначе не пошёл бы на эту службу, но кевлара под ним нету. Обошлось – я на него рухнул типа замертво, ну и вырубил лбом в лоб, только неудачно пришлось – сам чуть не отрубился. Когда его выводили, смешно стало – у обоих на лбах офигенные шишки. Я его спросил:

– Чего контрольный в голову не сделал?

А он отвечает:

– Да больно уж красиво ты шёл, подыграть захотелось!

Значит, психологический приём сработал…

кладезем для последующих подведений итогов на всех уровнях. А вот об этом - позже.

Так вот, если с обычных подведений, где замполиты анализируют состояние воинской дисциплины в свете решений и постановлений, когда начинаешь тупо вырубаться и материть себя за то, что не спрятался в раздевалке или в туалете, чтобы слинять, - и так до обеда в полубессознательном состоянии слушаешь то, что тебя абсолютно не волнует. Дело в том, что мы - летный состав, и какое мне дело до твоих казарм, форм одежды, тумбочек, службы войск... У меня есть профессия, я летаю, у меня есть небо и неповторимый запах самолетов. Что ты видел за 25 лет службы? -

Грудь четвертого человека! А авиацию любят как женщину. И пусть портянками, подворотничками, количеством очков на единицу личного состава, толщиной реечек на стендах наглядной агитации занимаются те, кто заканчивал командные училища! Они сами сознательно пошли в командиры взводов, рот... . Хотя, низкий поклон офицерам, которые сутками звереют от общения с ентим "личным составом". Я бы не смог.

Так вот, мы всеми правдами и неправдами пытались слинять, но на то, на окружное, когда прилетал зам командующего, боевой летчик, грузин, великолепно говорящий по-русски, так на это подведение все стремились попасть.

Начпо дивизии скушно читает доклад, в президиуме - командование полков, политработники, пропагандисты.

Все клют носом, под монотонную речь начпо о морально бытовом состоянии офицерского состава, где …. . в семье капитана Иванова скандалы, рукоприкладство...

- Что-о!

Зам командующего привстает со стула. В зале оживление.

- Кто этот капитан?!

Зал в напряжении, напряжение растет - сейчас будет то, ради чего пришли!

Капитан Иванов поднялся.

- Подойдите сюда! - Подходит. Народ вытягивает шеи и широко раскрывает глаза, стараясь не пропустить ни одного слова.

- Вы, капитан, офицер, коммунист, летчик, мужчина. Вы бьете свою жену?

Женщину, мать своих детей? !!! (характерная кавказская жестикуляция) .

Капитан уже смирился с погонами старшего лейтенанта и вечным правым креслом помощника командира корабля.

Начпо:

- Товарищ командующий (не зам командующего! - кто знает, что будет завтра, - правила хорошего тона он впитал с молоком Клары Цеткин и Розы

Люксембург), нe он бьет, это она его, когда выпьет, бьет...

- Что-о-о!!!

Когда генерал свирепел, в нем просыпались отцовские чувства, он переходил на "ты", и легкий акцент, который его красил, становился тем страшным подобием русского языка, на котором говорили только солдаты-таджики из стройбата.

- Ти, капитан, афицер, камунист, мущ-щ-ина! честный слова, ти пазваляишь, чтобы тебе бил женщина? !!! (еще более неповторимая кавказская жестикуляция).

У капитана вспотели даже пятки, начался озноб, - а это чревато воспалением легких.

- На каком этаже живещь?

- На п-п-ятом, товарищ генерал...

- Ва-азми и викинь ее на x... й с пятого этажа!!!

транспорт повышенной пассажировместимости. Выезд машины из части должен был происходить в восемь ноль-ноль, но офицерские жены были недисциплинированным контингентом ,и по факту машина выезжала намного позже.

Я и сам помню - сидишь, бывало ,в машине с мамой, а по дорожке тянутся дамочки одна за одной, а то, бывало, еще и остановятся на этой дорожке, зацепившись языками. В общем ,хорошо, если в полдевятого машина из части отчалит. А майор Корнев смотрит на это безобразие из окна штаба ,и у него во внутренностях все содержимое кипит. Он и по отдельности с этими женами разговаривал ,и в женсовете части вопрос поднимал... - пофиг!

В общем, в один прекрасный день он сам себя назначил старшим машины и, дождавшись волшебного времени восемь часов ноль-ноль минут ноль-ноль секунд ,скомандовал водителю - отъезжаем!

Ой! - закричали те жены, что уже успели сесть в машину - вот же Маня и Аня в десяти шагах от нас, да и Глаша с Дашей хотели ехать сегодня!

Похер! - сказал майор - тут вам армия, а не где-то там. Поехали!

И машина отчалила, а Маша с Глашей остались лупать глазами на дорожке. По возвращению в часть майор Корнев сообщил, что с сегодняшнего дня планирует казнить старших машины за нарушение графика, и не дай бог еще раз кто-то кого-то будет ждать.

С той поры без десяти восемь все отъезжающие ровненько сидели в машине и ждали отправления.

не посмеет больше напасть на Израиль. Или о том, как все в военном руководстве были уверены, что забор с Газой преодолеть невозможно и что Хамас никогда не рискнет напасть на Израиль в одиночку.

Еще разведчик перечислил три самые популярные причины для вербовки шпиона/разведчика: деньги, ceкс и здоровье. Причем здоровье является самым «неотразимым» доводом. Возможность сделать сложную и дорогостоящую операцию, которую в другой стране (в условном Иране) провести не могут.

Я бы добавил к этому списку еще и месть. Очень показательна история одного из самых успешных шпионов/разведчиков в истории — генерал-майора ГРУ Дмитрия Полякова. Он был боевым офицером, прошедшим всю войну. После войны окончил Академию имени Фрунзе, потом курсы Генштаба и был направлен в Главное разведывательное управление. Стал советским разведчиком в ООН.

А потом у него родился сын, который заболел тяжелой болезнью. Для спасения ребенка была нужна сложная операция и подполковник Поляков обратился за помощью к своему руководству. Те долго обсуждали проблему и решили отказать. Валюта нужна Родине. И сын Полякова умер. Tогда герой войны Поляков по собственной инициативе предложил сотрудничество американцам.

Он работал на них 25 лет и передал информацию о девятнадцати советских разведчиках-нелегалах, действовавших в западных странах, о ста пятидесяти иностранцах, сотрудничавших с разведслужбами СССР и о примерно 1500 действующих сотрудников разведслужб СССР.