В американском штате Нью-Йорк сотрудники полиции «спасли» от холода манекен, приняв его за замерзшую женщину, передает «Би-би-си».
Уточняется, что инцидент произошел в городе Хадсон. В полицию поступило сообщение о том, что в припаркованной машине находится умершая от холода женщина.
Сотрудники полиции прибыли к автомобилю, разбили окно и нашли в нем фигуру, пристегнутую ремнем безопасности к креслу. На лице манекена была кислородная маска.
Позже владелец фигуры сообщил, что использовал ее для обучения при оказании медицинской помощи.
Полиция заявила, что машина была покрыта снегом, а прошлой ночью мороз был –13°C.
Одна дама работала в транспортной милиции и дослужилась уже до звания капитана, когда случилась неприятность. Ее служебное удостоверение вытащили вместе с бумажником. За утерю нужно отвечать, а неохота. Она договорилась со знакомой из отдела кадров, и ксиву списали, как пришедшую в негодность.
Когда неприятность уже начала забываться, сотрудницу вызвали в прокуратуру и стали задавать каверзные вопросы: "Скажите, Вы где работаете, в транспортной милиции или в БХСС? Почему Вы изъяли в магазине 100 тысяч фальшивых денег? С чего Вы решили, что эти деньги фальшивые? И где они сейчас?"
История стала принимать совершенно мерзкий оттенок. На процедуре опознания работники магазина сказали: "Вроде, она..." Но, к счастью,вскоре были найдены настоящие воры вместе с удостоверением. Так как все закончилось хорошо, то нашу даму не выгнали из органов. Ей только сказали: "Сдайте свою старую капитанскую ксиву, для Вас в отделе кадров готова новая, лейтенантская".
Сила воспитания (правильного)
Сидели тут в одной компании и человек рассказал.
В Советские еще времена попал он служить в хозвзвод при санатории для высшего начсостава, на Черном море. Сами понимаете, красота, теплота, молоденький персонал, фрукты, рай да и только. Да и работка - там покрась, тут прибей, здесь проведи.
Понятно, при таком раскладе деградация личного состава должна была происходить быстро и неконтролируемо.
И происходила бы, абы не грандиозная личность - командир взвода страшный прапорщик Ж.
Каждые несколько дней Ж. неотвратимо посылал нескольких бойцов в короткую "командировку" в соседнюю часть стройбата, где их с нетерпением ожидал местный контингент.
По прибытию, бойцы сразу же получали кирки, лопаты и п... ы. И через два-три дня возвращались просветленные, присмиревшие, с исправленной кармой.
Ст. прапорщик Ж. справедливо гордился, что при нем ни залетов, ни закосов в хозвзоде не было, от слова совсем.
А от себя рассказчик добавил, что методикой Ж. пользуется сам всю жизнь и с огромным успехом. Вот она, сила воспитания.
В десятом классе в школе был предмет – ОБЖ. Он в нашей демократической стране заменил начальную военную подготовку. Вел у нас этот ОБЖ лысый сильно пьющий майор, в котором от армии осталось только звание. Это, кстати, несколько сдвигало подростковые представления о военных. На уроках его никто не слушал, на задних рядах играли в карты. Реальность оказалось совсем другой, хотя пьют в армии действительно много.
Однако, так было не всегда. История эта из середины 70-х, когда НВП была нормальным предметом, а каждый старшеклассник в стрельбе уверенно выбивал 25 очков из 30. Тогда регулярным явлением были походы в тир. Наш сегодняшний герой – назовем его Иваном - с детства имел плохое зрение.
Что никак не влияло на нормы огневой подготовки, и не служило отмазкой в глазах военрука.
Иван и так меткостью не блистал, а очки, понятное дело, ее не добавляли.
Поэтому на огневом рубеже выцеливал долго. Так долго, что все уже успевали отстреляться. И вот, когда он в очередной раз упорно пытался совместить мишень, мушку и целик – военрук не выдержал и повысил голос:
– А ну, Ваня, ты чего там мнешься?
И кто-то за плечом прошептал, но все услышали: - А он его ближе подпускает…
- А он его ближе подпускает…
Пейнтбол
Как мне позже рассказывал знакомый сотрудник НИИ Автоматизации и прочего тяжелого машиностроения, сказать что в их институте начался кипишь значит них[рена] не сказать. А дело было так: прямо за окнами этого, мать его так, учреждения, есть заброшенная стройка. Мы на ней собрались в пейнтбол поиграть, [фиг]ли,
Через 7 минут приезжает небольшая говновозка, из нее горохом высыпаются сердитые мальчики в кевларе с калашами, и начинают брать в плен аццких террористов, то есть нас. Мы (я был снаружи, в отакующей команде) сдались сразу и без боя, а вот парни внутри тему не прочухали и омоновцев маленько обстреляли, по ошибке, конечно, за что получили таких пи@@@лей, что вспоминать просто ссыкатно… Я, честно говоря, до сих пор не понимаю, как дело до настоящей стрельбы не дошло. Значит лежим мы ровным рядком на земле в наручниках, штакетники нах[рен], а вокруг ох@@вшие менты начинают догонять почему это половина из них вся ухеркана краской по самые помидоры. И тут их главный выдает: «[м]ля, это ж эти… как их, ммать… АКМовцы, во! Мужики, мы комсомольцев повязали за нех[рен] делать…»
В общем все уже почти закончилось мирно, с нас даже наручники сняли, но тут мы впалили, что наш снайпер, который сидел на чердаке, куда-то про[втык]ался. Так же не видно одного омоновца. Все рванули на чердак. Там нас ждала картина, б%%%ь, маслом: на полу лежит в глубоком нокауте омоновец со скованными руками, а рядом сидит наш боец, радостно изучая табельный калаш. Как позже выяснилось в ментовке, куда нас всех доставили довольно помятыми, если не сказать просто отпижжыными, этот придурок (кстати, старший сержант ВДВ), отошел во время игры в уголок отлить и вдруг ему в затылок ткнули автомат и сказали: «Сука, не дергайся»… все остальное сделали рефлексы, вдолбленные в армии…
В итоге, мы получили по трое суток за хулиганство, а на нашего х@@вого десантника чуть было не завели дело, но все обошлось. Адин х[рен], контр террористс вин.
Конец семидесятых. Жили мы тогда в микрорайоне Восток-1 на ул. Калиновского в Минске. Уютный, зелёный дворик, не загромождённый припаркованными машинами. Машина- это роскошь и позволить её мог далеко не каждый и далеко не сразу. Первую машину отец купил в 1973 году, знаменитую "копейку", ещё даже "полуитальянской" сборки. Надо ли говорить, что дрожал он над ней как девушка над своей невинностью в начале прошлого века. И поскольку в Минске началась волна краж машин, наша доблестная милиция решила провести мероприятия по предупреждению краж авто. А вот теперь внимание! Представьте лицо моего отца, когда с утра, открыв машину на водительском сидении обнаруживает памятку водителю по мерам противоугонных мероприятий. Думаю, что после столь убедительной демонстрации вскрытия машин, волна преступности, в той части, которая касается краж машин из дворов, резко пошла на убыль. Слава Первомайскому отделу милиции г. Минска! ЗАНАСВЕС!
АВАРИЯ
"Благородно только то, что бескорыстно"
(Жан де Лабрюйер)
Я сидел в машине на стоянке, ждал сына из кино и слушал радио.
В соседнем авто, точно так же скучал мужик и, как потом оказалось, тоже пережидал полнометражный мультик.
Вдруг, этот мужик вылез из машины, подошел к соседней, подложил ей под
Это было по меньшей мере странно, во первых – та машина никак не могла мешать мужику выехать, да и вообще она никому не мешала. Все это было похоже на какую-то подставу. Я не поленился, вылез из своей машины и демонстративно отправился читать записку:
«Уважаемый водитель!
На вашем автомобиле разбит левый, задний фонарь повторителей поворотов, а это небезопасно и может привести к аварии.
Срочно замените! »
Поморгав, я сложил записку и вернул ее обратно под дворник, а мужик уже высунулся из своей машины и спросил:
- Уважаемый, у вас ко мне какие-то вопросы?
Слово за слово и мы разговорились, мужик оказался ГИБДД-ешником и судя по записке – не самым плохим человеком.
Он говорил, а я все больше слушал, так мы полтора часа и скоротали.
На какие только аварии его не вызывали: и напополам разорванные автобусы и мотоциклисты влетающие в окна жилых домов и мальчики налево – девочки направо (причем все без голов) и много чего еще. Ужас.
Но больше других, запала мне в душу его история про одну, ну совсем невзрачную аварию:
- Выехал я на место, вижу: слева сзади к ЗиЛ-ку с солдатами притерлась «девятка».
Все живы и здоровы, у ЗиЛа – естественно ни одной царапины, да и какие там царапины, если контакт произошел не выше колеса, а у «девятки»: правое крыло, стойка, трещина на лобовом стекле, зеркало, ну и по мелочи…
Начинаю опрашивать водителей, хотя и так ясно, что грузовик ехал прямо, никуда не сворачивал, а легковая неудачно перестраивалась и нарвалась на его заднее колесо. Да и водитель «девятки» со своим пассажиром, студенты – очкарики, что-то такое мямлили: - «Ехали-ехали, не заметили как получилось, а тут неожиданно - бах и все…»
Дошла очередь до солдата – водителя ЗиЛ-ка, а он вдруг и заявляет:
- Товарищ инспектор, в аварии виноват только я, «девятка» не виновата – это я сдуру в зеркало не посмотрел, рулем влево крутанул и черпанул ее…
Тут вмешался лейтенант – старший машины:
- Кузнецов, ты что, сдурел! ? Как это? Я же все видел, они виноваты, мы ехали прямо и никуда не сворачивали!
- Нет, товарищ лейтенант, я же был за рулем, я лучше знаю.
- Кузнецов, ты что говоришь? Да я тебя с машины сниму, до дембеля будешь в нарядах гнить!
- Снимайте, товарищ старший лейтенант, хоть сейчас, только во всей части, у меня одного права категории «С». Сами будете на этой раздолбайке ездить?
- Кузнецов – это же Ч. П. и пятно на часть, ты это понимаешь?
- Понимаю, больше не повторится, но в этой аварии виноват я.
Тут из кузова ЗиЛ-а повыпрыгивали солдаты, обступили меня и вразнобой заговорили: - «Так и было, «девятка» не при делах, виноват наш Кузнецов, мы все видели…»
Делать нечего, составил я схему, оформил все, а самому слегка не по себе, от того, что чего-то недопонимаю.
Ну, допустим - «девятка» не виновата, что вряд ли, но ведь вся ситуация в пользу водителя - солдата, ему даже оправдываться не нужно было, сказал бы: - «Не видел, не знаю…» и все, и я бы обвинил студентов на легковой. Да и его товарищи по оружию повели себя очень странно – сдали с потрохами…
Перед тем, как всем разъехаться, я отвел в сторону водителя ЗиЛ-а и сказал:
- Хочешь быть виноватым – будь, дело твое, только скажи, зачем тебе нужно было брать все на себя? Не бойся, протоколы подписаны и переписывать их я не собираюсь, мне просто по-человечески интересно, а то спать плохо буду.
Солдат помялся слегка и ответил:
- Если честно, то конечно они в меня сами врезались, только не мог я их сдать, они же целый километр ехали за нами, чтобы пацанам в кузов передать пачку сигарет. Чуть-чуть не получилось…
Чуть-чуть не получилось…
Прочитал тут рассказ о военном чудо-клее и вспомнил случай из своей жизни. После армии работал я в ВОХРе на военном заводе, в те годы, как бы завод ни охраняли, все равно с него тащили, что могли! И вот подходит ко мне водила и говорит: слушай, нужна краска хорошая? Ею кабины красят ЛРС. Ну, дефицит в те времена! Говорю: сколько, почем? Бидон ,говорит, за литр спирта! А спирт у охраны водился, мы спиртохранилище охраняли, ну, и сливали потихоньку гидролизный спирт, но пили его тогда все -и нормально. В общем, сделали мы с ним натуральный обмен! Отвез я этот бидон на дачу и благополучно несколько лет красили им садовый домик - стены и крышу. Все отлично, краска прям огонь, укрывистая, качественная, только сохла долго! Так вот, наступили времена, когда сотовые телефоны появились, и обнаружился такой эффект: снаружи домика связь работает отлично, а внутри -воообще нет сигнала! Просто ноль! Сначала не поняли, в чем дело, а потом муж сестры говорит: а домик-то чем покрашен? Краской с завода, говорю! Нашли мы эту бочку в сарае, срисовали этикетку и посмотрели в интернете, что за красочка! Оказалось, это супер дорогая, когда-то секретная, специальная краска для военной техники, чтобы бойцы внутри кабин не облучались мощными радиосигналами!
Wireless – это беспроводная связь, чаще всего имеется ввиду радиосвязь, то чем я занимался на работе до недавнего времени. Но история произошла не со мной, а с моим тестем в годы войны. Всевозможные любительские и профессиональные историки в последнее время объясняют провалы Красной армии в начале войны плохой организацией связи вообще и недостатком радиосвязи в частности. Оставим историкам их честно и нечестно заработанный хлеб. А с тестем случилась вот какая история. В 42-ом он, молодой лейтенант командир батареи, был вызван в штаб дивизиона. Зайдя в штабную землянку, он обнаружил что старшие товарищи кушают спирт (по мне так нормально, не на кока-коле же воевать). После доклада и получения указаний ему предложили присоединиться, а в армии старших по званию принято уважать. Сложения тесть был совсем небогатырского, к спиртному относился в целом положительно, но ограничивался малыми дозами. Короче, когда он вышел из землянки он понял, что мало того что ноги идут плохо, так еще и голова не знает куда. Погода мягко говоря прохладная, а война мобильная т. е. сплошной линии окопов нет. И тут сработала смекалка, он пошел к связистам, уточнил какой кабель идет на его батарею и благополучно по этому кабелю добрался. А если бы связь была радио?
Пятница 13
Пятый дивизион Ленинградской милиции был не самый боевой. Он специализировался по охране кладбищ и памятников. Покойники же, равно как и памятники им, народ в принципе спокойный и к бесчинствам не склонный. По пустякам не беспокоят, и взяток не дают. Поэтому милиционеры скучали.
Подхалтуривали слегка, конечно.
Особенно завидовали дежурящим на Пискаревском кладбище. Там один сержант очень хороший промысел сообразил. Вечером, после закрытия мемориала, идет он к скорбящей Матери-Родине, снимает сапоги, снимает штаны, берет сачок и лезет в фонтан перед ней. И тщательно тралит. А в тот фонтан интуристы весь день кидают на прощание монеты. Глупый обычай, но прибыльный. Ефрейтор на атасе стоит, рядовой горсти мелочи в мешочки пересыпает. Потом брат рядового, летчик на линии Ленинград — Хельсинки, летит с портфелем рассортированной валюты (экипажи-то не досматривают) и закупает на все колготки. Жена ефрейтора, продавщица, продает их мимо кассы. Прибыль поровну. Такой сквозной бригадный подряд. Быть сержанту генералом!
Процедура отработана. После ловли рядовой бежит за водкой, они в дежурке принимают, согреваются и скрупулезно считают в кучки: финмарки, бундесмарки, пятисотлировики и полудоллары. Выпьют, закурят, и считают. Очень были службой довольны.
Только сортира в дежурке не предусмотрено. А в общественный — ночью под дождиком — далеко и неохота. А тут сержанту в полночь приспичило по-большому.
Вышел он: темь глухая, дождь шуршит; зашагнул в какую-то могильную чащу, присел, полы шинели на голову — Господи, помоги мне удачно отбомбиться. Употребил по назначению газетку «На страже Родины» — а встать не может.
Он дергается, а его сзади с нечеловеческой силой тянут вниз. И тут где-то далеко за кладбищем часы бьют двенадцать ударов...
Заверещал несчастный от ужаса, заупирался — но нет ему ходу. Гнетет его к сырой земле потусторонняя воля. Осквернил святое место, оскорбил прах — и костлявой рукой влечет его к себе покойник. Ни вырваться, ни вздохнуть, и оглянуться нельзя — жутче смерти.
Через полчаса вылезли подчиненные: куда запропастился? Ни зги во мраке, и только собака скулит в кустах гибельным воем. Цыц ты! Скулит.
Подходят: это сержант сидит и скулит, глаза зажмурены, уши руками зажал — а полой шинели прочно наделся на сломанное острие могильной оградки за спиной. Окликнули — скулит. Отцепили, подняли — скулит.
Привели в тепло, застегнули штаны — скулит. Влили в него водки — крякнул, и дальше скулит!
Сначала они, сообразив, что к чему, ржали до колик, потом испугались, потом надоело: хорош, мать твою, все! А он скулит.
Утром на смене доложили и вызвали скорую: сдали его психушникам. Пусть теперь им поскулит, полечится.
Как пелось тогда — «Наша служба и опасна, и трудна, и на первый взгляд как будто не видна».
А не фарцуй на милостыню с кладбища, не гадь на могилы. Или по крайней мере не пей на службе. Пей, но в меру. Все-таки у него, видно, совесть нечиста была.
Вот ёлы палы, давняя история и поскольку, я не писатель, то уж пардонте-извинитиляйте.
Москва, улица Виллиса Лациса, атобусная остановка, невеста вся в белом, жених в дорогом костюмчике и многочисленная свита. Все в легком подпитии: шампанское, стаканчики... короче свадьба.
Свадьба как свадьба скажете? Да, только проезжающая машина
Жених, подобно Алексанру Матросову только-то и успел своим телом защитить невесту. Костюмчику - трындец, гости ржут, невеста в шоке. Тут и автобус - толпа туда. Водитель - во классный мужик, по громкой как гаркнет на весь салон: "Совет да любовь!". Немного проехали, а ему - "остановите - невесте плохо". Только никому плохо не было. Кто-то из гостей того самого брызгуна у светофора заметил. И тут, в праведном гневе, пацаны выпрыгнув из почти остановившегося автобуса подбегают, выдёргивают незадачливого водилу волжанки, и радостно раскачав кидают в набежавшую волну ближайшего водоёма. Бульк...
Расказ был бы не полным, если б упало только одно тело, но туда же подскользнулся и жених.
Возникла такая минута молчания, что впору было снять шляпы и помолиться.
Ан нет.
- Колян! - братуха! - заорал жених, пытаясь наградить хорошей плюхой в ухо соводоплаваюшего.
Волжанщик увернувшись и очумело задумавшись:
- Саня?! это ты?
- А то!
Не поверите, грязные и мокрые Саня и Колян обнимались, хлопая друг друга по плечам. Теперь корчилаь от смеха невеста, а гости понимающе молчали.
- Ребята, спокойно - это Колян.
P. S. Могу сказать, что некоторые моменты слегка приукрасил, но всё-таки это было в реале. Имена изменены. А вот Коля и Саня давно не виделись после армии, которая их и побратала. И продолжение было - Колька для Сашки в ближайшем магазине купил новый костюм, только на ботинки денег не хватило, поскольку он ещё и хааароший букет невесте подарил. Да и в деньгах ли дело, неправда ли?
В армии изводят портянки. И все этому радуются. Откроем глаза
Первое. Портянку можно намотать ровно столько оборотов, сколько надо, чтоб держалась обувь любого размера. Носок оно лучше, но обувь надо подбирать идеально. Так и вижу российских солдат с обувью, сделанной на заказ.
Второе. Намотанная в несколько слоев портянка перекрывает доступ песку и мусору к ногам солдата. Для того же эффекта надо надеть несколько носков. И не факт что поможет.
Третье. Намотанная в несколько слоев портянка эффективнее впитывает влагу, а про непромокаемую обувь с вентилляционными отверстиями я не слышал.
Третье. Чтобы высушить портянку - ее можно обмотать вокруг ноги(на бедрах например). Два комплекта и ноги у тебя всегда сухие. К тому же промочить ВСЮ надо постараться. А если не вся портянка сырая - перемотал сухим участком к ноге и всё.
Четвертое. По той же причине протереть портянку практически невозможно. Протер дырку - перемотал портянку другим углом. Вытерлось близко к краю - оборвал край и мотай дальше.
Пятое. В полевых условиях портянку сделать можно из чего, а носок связать - нет. Протерлись носки - ходи без носков, пока интендант не привезет через неделю.
Так что сдается мне, что вместо армии в грязных портянках поимеем мы армию в дырявых носках. Оно таки лучше ?
Дело было лет пять-шесть назад на военных сборах в городе-герое Бийске. Отцы-командиры пытались в первую очередь не научить нас стрелять и т.п., а сделать из нас какой-то кремлевский взвод. Маршировали с утра до вечера обязательно с песней. На обед, с обеда, на ужин, с ужина и обязательно перед сном :-) Песня была у нас своя ,которую сочинил когда-то до нас п/п-к Солдатов. Там были такие слова "Герой полковник - отец родной, мы все ,ракетчики ,готовы в бой, пойдем лавиною стальной за Родину любимую с тобой". И вот в один прекрасный вечер мы, как обычно ,перед сном совершаем "прогулку" по плацу с песней. Проходя под окнами казармы (уже в десятый раз исполняя этот гимн) поем "Герой полковник - отец родной", после этих слов слышим зычный голос нашего паренька по кличке Бодрый "На хрена родня такая - буду лучше сиротой !"
P.S. Т.к. окна казармы, где находились наши отцы-командиры, было открыто, через пару секунд, застегиваясь на ходу, за нами бежал подпол и дико орал, типа, назад , стоять и т.п. Заснуть потом не могли долго :-)
Vedun Dmitry:
У меня тоже в жизни несколько раз было, когда, кажется "секунды застывают стрекозой в янтаре".
Самый запомнившийся момент - это когда в армии на соревнованиях гиря вырвалась из руки (совершенно случайно! ладонь вспотела, с тальком в армии как-то совсем дефицит был) и полетела в жюри, состоявшее сплошь из дяденек с большими звёздами на погонах. Гиря замерла в воздухе, и я за секунду представил, как укокошил пару полковников, как вот меня судят, приговаривают, наручники, решётки, дальняя дорога, казённый дом, долгий срок, поломанная жизнь... Но гравитация победила, и гиря грохнулась перед столом судейской коллегии.
Надежда Попова:
Представляю, что за это время мелькнуло в головах членов жюри...
А вот и нет! Там народ закалённый сидел. Они такие все с каменными мордами оловянными глазами на гирю посмотрели, переглянулись, председатель жюри - мне: ДИСКВАЛИФИЦИРОВАН!
ЭКИПАЖ
Когда-то мой друг Дима жил в Иркутске и был не кем-нибудь, а целым командиром экипажа большого пассажирского самолета. Два раза в неделю
Дима летал в Москву и считался первым парнем в городе, но об этом в другой раз, а сейчас обрисую для вас одну из многих его авиационных историй: Уставшие, но довольные члены экипажа, опытными
Дима возьми да ляпни:
- Этот хренов Шмарко, премии меня лишил за нефиг... Вот же сучий потрох!
А Шмарко, надо сказать, - это начальник их отряда. Его все без исключения боялись и ненавидели.
Второй пилот, невзначай подхватил:
- И не говори, скотобаза! Обещал мне отпуск, а когда я уже путевки купил, этот говнюк Шмарко видно позавидовал и не пустил... Чтоб его земля выбросила!
Третий:
- А мне он вставлял палки в колеса на переаттестации: «Зачем тебя переаттестовывать, ты и так неплохо живешь, вон себе, смотрю, новую машину купил у меня такой нет». Ну не ублю...
И тут все трое замерли и похолодели.
Они поняли - это их последний в жизни полет (не пугайтесь, в качестве пилотов последний... ) Дело в том, что этот Шмарко каждый раз после приземления самолета, изучал по «черному ящику» действия экипажа для последующего разбора полета, и как следствие взбучки...
Ясно, что когда начальник прослушает все эти разговоры, то бедные летчики не успеют написать заявления по собственному.
Но оставалась еще одна маленькая лазейка: запись голосов членов экипажа длится полчаса, а дальше начинает затираться начало и так непрерывно. В результате всегда есть последние 30 минут разговоров в кабине.
Наши славные парни влезшие по уши в дерьмо, молча переглянулись, кивнули друг другу и ну давай играть в игрушки:
- Земля, земля, я борт такой-то. У меня нештатная ситуация, садиться пока не могу!
Авиация и сегодня дело темное, а уж если хорошие летчики хотят ее притемнить, то только держись…
Им видней как навести тень на плетень, организовать вибрацию и болтанку, чтобы по черному ящику было видно: с самолетом все очень не так, но экипаж своими умелыми действиями предотвратил катастрофу. Причинно следственная связь будет непонятна. Кто может подумать, что экипаж намеренно на ровном месте стал трясти свой самолет как грушу?
На полосе уже ждали пожарные и скорые - как положено.
А наши бравые ребята все героически боролись с нештатными ситуациями, которые сами и создавали. Болтанка, перегрузки, виражи. Черный ящик все наполнялся тревожными параметрами. Но время нужно было еще тянуть и тянуть. Полчаса, болтанки и ажиотажа - срок немалый.
Все пару сотен пассажиров без исключения, завтрак и ужин вернули обратно авиакомпании.
Прибежала стюардесса:
- Что случилось, мы разобьемся!!! ? В салоне паника, все молятся и орут!
Что им сказать! ?
И Дима спокойным голосом Жженова из фильма «экипаж»:
- Тамарочка, успокой людей и знаешь, что: сделай-ка ты нам кофейку...
Короче говоря, как только старая запись, в которой парни чморили Шмарко, затерлась новой, героической, самолет тут же идеально сел, гордо продефилировав мимо скорых и пожарных.
Экипаж понимал, что хочешь, не хочешь, а надо выходить из кабины и проходить сквозь строй облеванных и потрясенных пассажиров.
Летчикам было стыдно и страшно. Была, не была. Дима открыл дверь и, глядя в пол, вошел в пассажирский салон…
Сталину ни разу так не аплодировали в Колонном зале дома союзов, как этим «героическим» парням:
- Спасибо мужики, вы настоящие герои!!!
- Вы сотворили невозможное, все мы живы и даже никто не пострадал!!!
- Командир, как ваше имя, я назову им своего будущего ребенка!!!
- Дайте вас расцеловать ребята!!!
Летчики, все так же глядя в пол и продвигаясь к выходу:
- Ну что вы, не нужно, это наша работа…
Если бы пассажиры знали всю подноготную этого «подвига», то наверняка, у меня не было бы друга Димы... Линчевали и правильно бы сделали. А так их с благодарностью будут вспоминать всю свою жизнь.
P. S.
По окончании служебной проверки, Шмарко на общем собрании вывел перед всеми Димин экипаж и объявил благодарность за своевременные и грамотные действия в чрезвычайной ситуации.
А экипаж думал только об одном: не встретиться бы друг с другом глазами, расколются на хрен...