Истории о армии #друг

в памяти. Однажды, приехав вместе с ещё парочкой ребят ко мне домой (нам было по 15-16 лет) и прихватив с собой снятую в клубе подругу, он уединился с этой девушкой в одной из спален аж на 3 часа. Выйдя на кухню к остальной компании только часов в 8 утра, он, голый по пояс и выглядящий явно удовлетворенно, сел и задумчиво оглядев всех изрек: "Блин, я тут случайно в 3-й раз не удержался и в неё кончил. Кто нибудь помнит как называется таблетка которую нужно ей выпить? " Компания у нас в целом была приличная и названия волшебной таблетки никто навскидку вспомнить не мог. Интернет тогда ещё не был столь распространен и кроме того в нем не содержались ещё ответы на все жизненные вопросы. И вдруг после нависшей паузы Женя изрекает: "А что я туплю? Надо маме позвонить. И Женя достает мобильный и звоним маме. На часах 8 утра, рабочий день.

Далее диалог:

- Мама, привет! Слушай, я тут с девушкой познакомился в клубе, и кончил в неё случайно. Ей какую таблетку выпить нужно?

В трубке слышан короткий и главное совершенно спокойный ответ с названием широко известного препарата для таких случаев.

- Спасибо! Да, скоро поеду домой.

Все. Прикол состоял в том, что Женю реально не ругали за такие вещи. Хотя сказать, что у всех сидящих за столом включая меня был шок - это ничего не сказать.

У Жени была ещё одна особенность - благодаря должности его папы у него было абсолютно "застойно-советское" отношение к милиции. Милиционер для Жени был другом, всегда готовым помочь по любому вопросу. Маленькое отступление - в эти годы была такая категория золотой молодежи, которая ездила на самых простых иномарках, но при этом имела ну очень блатные номера. Как говорится, кто знает, то знает.

Итак, наш дорогой Женя едет за рулем такого авто уровня Деу Нексии в компании со мной и ещё одним нашим общим знакомым. Едем по Садовому кольцу, на дворе ночь, скорость 30-40 км/ч, высматриваем "маячки" - девушек, обозначающих наличие "точки с проститутками" во дворах.

И вдруг проезжаем мимо аж 3 милицейских фордов, рядом с которыми стоит пара "гайцов", один из которых делает нам знак остановиться.

Останавливаясь, Женя говорит "Отлично! А то уже затрахались искать". Мы не поняли о чем он. Но тут видим, что к машине идет не просто постовой, к машине подходит подпол. В смысле подполковник ГИБДД. Сказать, что подпол на трассе да ещё ночью редкая птица - это ничего не сказать - даже на самых крупных транспортных узлах начальниками работают майоры. Да и к тому же ночь на дворе...

Далее картина маслом: Женя выходит из машины. Протягивает документы подполу и произносит:

"Товарищ подполковник, мы тут с ребятами точки ищем, что-то сегодня плохо как-то с ними (ещё бы, на дворе понедельник). Вы не подскажете, где сегодня стоят девочки, только чтобы нормальные и без подстав? "

То, что произошло далее, я смог себе объяснить значительно позже - в те юные годы такого сложного анализа я провести не мог. Подпол был явно "тертый". Опытным взглядом и нюхом он понял, что Женя трезв, правил мы не нарушали, и вообще не вели себя вызывающе на дороге. Приплюсовав сюда сочетание очень дешевой машины и номеров, чья стоимость на черном рынке позволила бы купить нехилый мерседес с полным фаршем, подпол сделал совершенно правильный в данной ситуации маневр. Он молча открыл Женины документы, бегло посмотрел фамилию и отчество, понял, что "хрен с той самой горы", и спокойно объяснил, где ближайшая "хорошая" точка.

З. Ы. Точка действительно оказалось хорошей: ))). Единственной реакцией нашего салона после возвращения Жени на водительское кресло было: "Жень, а где кокса достать качественного ты его не догадался спросить? " (Наркотики в тусовки были под жесточайшим запретом и кроме шуток эта тема ни у кого ничего не вызывала).

(и уже тогда понял, что взялся не за свое дело), а после обеда должен был на опорном пункте принимать граждан. Надо сказать, что на этом участке должность участкового оставалась вакантной в течение четырех месяцев. За полдня благая весть о назначении Славы неведомыми путями распространилась по району, так что на подходе к опорному пункту собралась толпа страждущих. В надежде наконец-то одним махом решить все свои проблемы (а проблемы у посетителей опорного пункта необычайно важные - от диверсантов из КГБ, которые из соседней квартиры всех облучают психотронным оружием, до украденного год назад чемодана) толпа бурлила и толкалась под запертой дверью.

И вот на горизонте показался Слава в своем обычном оперском прикиде – джинсы, панк-рокерская футболочка, стильные кроссовки, прическа типа «конский хвост» и впридачу небритый как кактус. Слава уже собрался приступить к приему граждан, но в опорный пункт его не пустили. Первой взвилась некая тетка, жертва излучателей КГБ:

- Ты куда это, молодой человек! Здесь очередь! – и отбросила Славу на исходные позиции.

Прочие посетители поддержали почин. Робкие Славины объяснения никто слушать не захотел. И если раньше Славу только радовало, что его никто не считает ментом (кое-кто даже на зоне до сих пор сомневается!), то теперь его незаметность превращалась в проблему. В конце концов Слава решил подождать, пока крикуны успокоятся, сел на лавочку, достал газетку и начал читать… Через час за Славой настроилась к участковому вполне приличная очередь, народ громко роптал на загулявшего участкового, люди вытягивали шеи, озирали окрестности и спрашивали друг у друга: «Ну когда же? Когда?!» На это вопрос Слава с достоинством отвечал: «А кто ж его знает? Навряд ли до вечера появится!». Новая служба начинала ему нравиться.

Однако идиллию прервал начальник Славы, которого приволокли на опорный пункт возмущенные посетители. Он выдернул Славу с лавочки, впихнул в помещение и поинтересовался:

- Ты тут псих или придуриваешься?

- Псих, конечно! - чистосердечно покаялся Слава.

- Ну тогда начинай прием и больше в таком обезьяньем виде не разгуливай! - и начальник исчез.

Это последнее требование Славу доконало. Несколько дней спустя он навсегда покинул окаянный опорный пункт и вернулся в розыск. И даже звездочку все-таки получил - правда, не от начальства, а от модератора одной из ФИДОшных конференций, где поделился своей бедой (то ли black.log, то ли sex.adv…)

не посмеет больше напасть на Израиль. Или о том, как все в военном руководстве были уверены, что забор с Газой преодолеть невозможно и что Хамас никогда не рискнет напасть на Израиль в одиночку.

Еще разведчик перечислил три самые популярные причины для вербовки шпиона/разведчика: деньги, ceкс и здоровье. Причем здоровье является самым «неотразимым» доводом. Возможность сделать сложную и дорогостоящую операцию, которую в другой стране (в условном Иране) провести не могут.

Я бы добавил к этому списку еще и месть. Очень показательна история одного из самых успешных шпионов/разведчиков в истории — генерал-майора ГРУ Дмитрия Полякова. Он был боевым офицером, прошедшим всю войну. После войны окончил Академию имени Фрунзе, потом курсы Генштаба и был направлен в Главное разведывательное управление. Стал советским разведчиком в ООН.

А потом у него родился сын, который заболел тяжелой болезнью. Для спасения ребенка была нужна сложная операция и подполковник Поляков обратился за помощью к своему руководству. Те долго обсуждали проблему и решили отказать. Валюта нужна Родине. И сын Полякова умер. Tогда герой войны Поляков по собственной инициативе предложил сотрудничество американцам.

Он работал на них 25 лет и передал информацию о девятнадцати советских разведчиках-нелегалах, действовавших в западных странах, о ста пятидесяти иностранцах, сотрудничавших с разведслужбами СССР и о примерно 1500 действующих сотрудников разведслужб СССР.

у присутствующих: Кто с какими необычными запущенными случаями депрессий сталкивался?

Мы не сговариваясь выдали ему консолидированный вариант: да вот хоть с вашей книгой - нужны новые случаи, а их нет как нет, и от этого у вас возникает запущенный случай депрессии... разве нет?

Юрий Тарасович:

- Кроме шуток, ты обратился по адресу, чего-чего, а я за свою службу на такие изощренные депрессухи насмотрелся, что тебе на нобелевку хватит.

Вот простенький пример: Начало 90-х, самое махновское время. В маленьких городках по всей стране бандиты настолько зашугали милицию, что сами начальники ГУВД ежедневно на цыпочках ходили с докладом к преступным авторитетам...

Естественно, бороться с этим можно было только снаружи из Москвы, не привлекая местных «докладчиков».

Вот в ГУБОПЕ разработали очередной план, по механическому истреблению бандитов, на этот раз в городе Твери.

Тридцать бойцов РУБОПА, вразнобой, скрытно въехали в город, кто на поезде, кто на автобусе, кто как. Встретились в лесу в заданной точке и приступили к выполнению задачи. План был простой и не раз обкатанный: «наехать» на самого крутого в городе бизнесмена, «забить стрелку» с его крышей, и всех кто приедет – ликвидировать. Далее до начала войн за новый передел идут кадровые перестановки в милиции и т. д. и т. п. Короче, схема работала.

Бойцы выбрали из своих рядов самого могучего и представительного «бандита», одели его с миру по нитке: один дал брюки, другой кожанку, третий «рыжую гайку», в результате получился злодей, перед которым даже усиленный наряд милиции перешел бы на другую сторону дороги...

Наутро РУБОПОВСКИЙ «бандит» явился к хозяину местного завода. Отодвинул нескольких секретарш и ногой открыл дверь кабинета. Хозяин – маленький еврей, не успел даже разозлиться, а тут уже пора было начинать бояться...

«Бандит»:

- У вас наверняка до этой минуты была своя «крыша», но с сегодняшнего дня будете платить мне. Если старая «крыша» захочет со мной поздороваться, то я буду ждать ее завтра к семи утра в лесу за кладбищем там-то и там-то...

Ежемесячная плата с вашего предприятия $ 70 000.

Еврей ничего не ответил, только крякнул слегка. Сумма была специально дико завышена (прибыль завода около $ 100 000 в месяц, и раньше на «крышу» уходило $ 30 000).

Еще с ночи бойцы приготовили огневые позиции на земле и деревьях, чтобы плотным огнем в течение первых секунд боя уничтожить живую силу и технику противника в любых представленных им количествах...

Время семь.

На тропинке уже стоит наш переговорщик, все в тех же белых носочках, только под кожанкой «броник».

С дороги к одинокой фигуре подруливает шестисотый «мэрс», еще мгновенье и тридцать бойцов изготовят из него клубок металлической стружки... но из мерседеса вылез всего один человек - хозяин завода с бегающими испуганными глазками и черной папкой:

- Доброе утро, к сожалению не знаю вашего имени-отчества. Люди, которые работали со мной до вас, передали, что претензий к вам у них нет никаких и что больше они со мной не работают...

Прошу, вот взнос, за этот месяц, можете не пересчитывать, тут ровно семьдесят... До свидания, всего хорошего.

Хозяин сел в машину и укатил, а переговорщик как дурень остался стоять с портфельчиком.

Дело приняло неожиданный оборот - задним числом агентура выяснила, что местные бандиты были настолько шокированы и обескуражены такой наглостью, что решили не связываться и отпустить завод. Они пришли к выводу, что этого «перца» тайно подослала к ним «воровская сходка», для какой-то своей интриги.

Бойцы вернулись в Москву на доклад к начальству, а докладывать особо нечего, кроме того, что тридцать рыл в рабочее время съездили в Тверь и «выщемили» у местного буржуя 70 штук грина – садитесь, три с минусом...

Неделю изобретали, как оприходовать деньги, додумались сдать в фонд помощи семьям погибших сотрудников.

Прошел месяц и беда пришла откуда не ждали: тот переговорщик, здоровый мужик, испытанный в боях офицер, вдруг сломался как фарфоровая кукла, его забрали в «дурку» прямо со службы, пять человек у него из рук пистолет выкручивали (бросался на товарищей и стрелял из окна кабинета... ) А дело все в том, что жил этот человек в маленькой комнатке общежития, с женой и двумя детьми. Ему не давала покоя мысль, что там, в Твери он лично САМ за два своих появления «заработал» семьдесят штук, при том, что шикарная квартира в Москве стоила всего тридцать... Из пике он так и не вышел, покончил с собой...

Ну как, подходит тебе такая депрессия?

Профессор:

- Да, тяжелая у них работа. Жалко парня, был бы у них там в конторе толковый психолог, он бы договорился, чтоб сослуживцы сообщили переговорщику, что деньги оказались фальшивыми. .. хотя, конечно – это нереально... телячьи нежности...

обдала всех грязью из лужи. С этого всё и началось.

Жених, подобно Алексанру Матросову только-то и успел своим телом защитить невесту. Костюмчику - трындец, гости ржут, невеста в шоке. Тут и автобус - толпа туда. Водитель - во классный мужик, по громкой как гаркнет на весь салон: "Совет да любовь!". Немного проехали, а ему - "остановите - невесте плохо". Только никому плохо не было. Кто-то из гостей того самого брызгуна у светофора заметил. И тут, в праведном гневе, пацаны выпрыгнув из почти остановившегося автобуса подбегают, выдёргивают незадачливого водилу волжанки, и радостно раскачав кидают в набежавшую волну ближайшего водоёма. Бульк...

Расказ был бы не полным, если б упало только одно тело, но туда же подскользнулся и жених.

Возникла такая минута молчания, что впору было снять шляпы и помолиться.

Ан нет.

- Колян! - братуха! - заорал жених, пытаясь наградить хорошей плюхой в ухо соводоплаваюшего.

Волжанщик увернувшись и очумело задумавшись:

- Саня?! это ты?

- А то!

Не поверите, грязные и мокрые Саня и Колян обнимались, хлопая друг друга по плечам. Теперь корчилаь от смеха невеста, а гости понимающе молчали.

- Ребята, спокойно - это Колян.

P. S. Могу сказать, что некоторые моменты слегка приукрасил, но всё-таки это было в реале. Имена изменены. А вот Коля и Саня давно не виделись после армии, которая их и побратала. И продолжение было - Колька для Сашки в ближайшем магазине купил новый костюм, только на ботинки денег не хватило, поскольку он ещё и хааароший букет невесте подарил. Да и в деньгах ли дело, неправда ли?

в песке котлован 7х7х4 м, его дно залить бетоном, уложить фундаментные блоки, покрыть их смолой снаружи изнутри. К этой емкости надо прорыть 30 м траншеи 1х1 м, уложить туда лотки, накрыть их и засыпать землей. Всю эту площадь – около 400 кв. метров надо было выровнять щебнем и заасфальтировать. Также надо было покрасить:

- с двух сторон ограждение из сетки-рабицы, площадь покраски - 600 кв. м;

- 10 высоковольтных столбов на высоту 3 метра.

Объем работы серьёзный, по ЕНИРу – около 3-х месяцев, т. е. до февраля следующего года!!!

Условие мне начальник поставил простое – сделаешь работу – идешь на дембель.

Он рассчитывал, что работать буду только руками, но я поработал и головой!

Я сделал следующее: отремонтировал гусеничный бульдозер (не будучи бульдозеристом). Имея такую технику, выкопал траншею и котлован в песке, выровнял площадку, спланировал щебень. В моем распоряжении был автокран и каток для укладки асфальта.

Ограждение покрасил с помощью малярного краскопульта, разбавив краску соляркой – это сократило срок покраски и заняло 2 часа. Трудоёмкой была покраска высоковольтных столбов, т. к. столбы были на большом расстоянии друг от друга (до 350 метров).

Всю работу я закончил за ПЯТЬ (!!! ) дней вместо 3-х месяцев.

Начальник, узнав, что я выполнил наряд за такой короткий срок, чуть не лопнул от злости и слова своего не сдержал. Месяц после выполнения наряда я не нес никакой службы, а просто находился в части.

На дембель я ушел 6 декабря 1982 года.

Вечер. Решили мы сегодня вечерком отметить сдачу очередного экзамена, и по этому поводу купили два литра натурального сока, два батона и три стаканчика. Сели в одной из недавно построенных, беседке. Разлили по стаканам, сидим, наслаждаемся. Я раздаю батон и шутливо так говорю:"Вот представьте, щас менты подойдут, и давай выпытывать что мы пьём". Посмеялись, пьём. И тут я замечаю, что к нам и вправду идут два милиционера, и идут так не спеша, предвкушая, наверное, расправу над нами. Но я, как и остальные двое моих друзей, совершенно игнорируя их приближение, раздаю ломти батона. Вот, наконец, они подходят (я в тот момент даже пожалел, что не включил диктофон, а лучше - камеру) и глаза одного из них немного увеличиваются. И один из них (М) начинает разговор.

М - что, сок пьём?

Мы - да.

М - ваши документики.

Мы, протягивая зачётки - вот, пожалуйста.

М - где живёте?

Мы - рядом, в этом доме.

По ходу разговора другой заглянул в наш пакет, и глаза его действительно начинают всё больше увеличиваться, и это видно даже в полумраке. Ничего не найдя, он начинает заглядывать под стол и смотрит даже в соседнюю урну. Потом многозначительно смотрит на другого, ожидая от него хоть какого-то объяснения того, что здесь происходит.

М - что, экзамены отмечаете?

Мы - да, вот сдали.

М - ну, до свиданья.

И начинают так же медленно удаляться. Мы сидим и, как только они начинают уходить за поворот, просто падаем. Мне даже их жалко стало. Но, как оказалось, это был не конец.

Мы, допив сок, отправились в магазин за шоколадкой (я любитель этого яства). Купив оную, мы выходим из магазина и начинаем её есть потихоньку. И что бы вы думали - нам навстречу - опять те же самые два мента. Тут они то ли нас не узнали, то ли решили, что мы всё таки выпили, подходят снова к нам.

Их ГЛАЗА надо было видеть!!! Таких жутко испуганных и удивлённых ментов я не видел в жизни! Они очень долго стояли и смотрели то на нас, то на шоколадку, то - друг на дружку. На их лице значилось одно - НАРОД ПЕРЕСТАЛ ПИТЬ! КАК ДАЛЬШЕ ЖИТЬ ТО?!

И, отходя, один из произносит:"Ну его нафиг, Санёк, этот район. Если мне начнут попадаться девочки в бантиках вместо наркоманов по вечерам, я сам сопьюсь". Нужно ли рассказывать, как крутило нас. Мы даже подумывали а не встретить ли их ещё разок с чупа-чупсами и в галстуках.

с селёдкой. Всё удовольствие – 70 копеек. Но в тот раз не получилось. До заведения остается совсем немного. Вдруг из стоящего недалеко жигуля вылазит наш начальник курса и призывно машет. Подходите мол, подходите. Мы с Витькой в экстремальных ситуациях всегда действовали решительно. Я сказал только одно слово – «назад»! Мы со спринтерской скоростью бежим назад, не помня себя перепрыгиваем через забор, залетаем в казарму. Дневальному только одно слово «смотри». Залетаем в кубрик (спальное помещение), до пояса раздеваемся, берём полотенца и к умывальникам. Быстро опрыскиваемся, в том числе и сапоги. Мы готовы ... А начальнику курса нужно было развернуться и обьехать территорию училища. Т. е. мы успели раньше его. Он залетает в казарму. Дневальному: «Эти, эти где? Ко мне». Дневальный всё понял и под стать ему «Эти умываются». И выкрикивает наши фамилии. Мы только этого и ждали. Выходим спокойно, с полотенцами на плечах и идём к начальнику. От такой наглости он зарычал, махнул рукой и ушёл.

Важным для будущего оказалось вот что. Перепрыгивая через забор, я зацепился за колючую проволоку и порвал подол шинели. Снизу сантиметров 5. Прикинул, ровно пришить не получится. Взял да и по горизонтали всё остальное и отрезал. Шинель укоротилась на эти 5 см.

Через какое-то время наш курс заступает в наряд в гарнизонную комендатуру. Часть народа уходит в патруль, часть остаётся на гаупвахте конвойными. Это приглядывать за арестованными, выводить их на прогулку и прочая мелочёвка. Не служба, а отдых. Мне лично повезло – в тот раз попал в конвойные. А случилось вот что. У командира группы, а он был в патрульных, в тот день был день рождения. Каким-то образом, сейчас не помню, именинник вечером собрал почти всех патрульных и где-то они крепко «вмазали». Да так крепко, что их собственные начальники повязали и доставили на гаупвахту. Прямиком за решётку. Суммарный итог на всех – 130 суток ареста. Уникальный результат. Наш начальник курса даже ящик мыла на гаупвахту привёз, чтобы только по полной программе отсидели. Да куда там. На весь гарнизон 39 камер – просто смех. Никто из наших полный срок не отсидел. Кстати, была ещё 40-я. Но она всегда пустовала. Экскурсионная. В своё время там сидел Валерий Чкалов.

Следующий факт. У нашего начальника курса угнали жигули.

А теперь всё вместе. Обьявляется строевой смотр в зимней форме одежды. Место проведения в спортивном зале. Нас предупреждают, чтобы все были наглажены, побриты, подстрижены и прочая, как никогда. Потому что, неслыханное дело, смотр проводит лично зам. начальника училища. Курс выстраивается в линейку по ранжиру, т. е. по убыванию роста кадета. Я продолговатый, стою третьим от начала. Заходит проверяющий и начинается смотр. Осматривает первого. Тот плохо стрижен. Тихое рычание проверяющего. Подходит ко второму. А этот плохо побрит. Рычание усиливается.

У меня вроде всё нормально, кроме длины шинели. Про это я вспомнил, когда уже построились. И придумал вот что. Думаю подойдёт ко мне проверяющий, а я предварительно присяду. Пять сантиметров – ерунда. Что присевший, не будет видно. А шинель будет как у всех, на нормальной высоте от пола. Но второпях не учёл одного. Рост-то тоже на 5 см уменьшится. И в ровной линейке стоящих образуется провал. Проверяющий подходит ко мне. Рычание прекращается. На его лице появляется изумление. Я честно на него смотрю. А чего, у меня всё в порядке. Но он-то по этому провалу всё понял. Мне – встаньте, товарищ курсант. Чего делать, встаю. Он уже не рычал, не кричал. Просто вышел к середине строя. И произнёс короткую речь. Дословно не помню, а смысл таков.

Этот ваш курс всех достал! И командование, и партийный, и комсомольский, и преподавательский состав. Не стрижены, не бриты. А этот вообще в военном полупальто стоит. Сто тридцать суток ареста за один раз. Это немыслимо! Вас уже на гаупвахту отказываются брать. Машину и ту спи@дили у кого? Естественно, у начальника этого курса! К экзаменам готовятся на крыше, загорают и пьют пиво (тычет пальцем на потолок). Комендант видит, а поймать их не может. Да что комендант, от патрулей как зайцы разбегаются. Всё, строевой смотр закончен.

Повернулся и ушёл.

СУ), решили натовские летчики немного покуролесить, попугать русского пилота. Ошибочное конечно решение было, но разве что-то поделаешь.

Взмыли в воздух с территории Эстонии два истребителя F-16, которые считаются гордостью военной авиации Североатлантического Альянса. За штурвалами сидели опытные натовские летчики, асы воздушного пространства.

Решили подобраться к российскому самолету незаметно, оригинально. Один F-16 должен был появиться сверху, а другой снизу. Зажать решили российский самолет.

Летели в режиме радиомолчания, соблюдая все элементы воздушной маскировки. Даже опознавательные сигналы выключили, в чем после долго оправдывалась Эстония. Мол, не было такого, наши самолеты случайно с российским истребителем в воздухе встретились, и все сигналы опознавательные были включены. А то, что истребители маневр атаки выполняли, так это учения были.

Ну да ладно, речь не об оправданиях Эстонии, а о самой ситуации. Взлетевшие в воздух натовские истребители заметили системы ПВО в Калининграде, сразу после взлета. Пилоту российского Су-27 об этом сообщили. Мол, будь готов, там две "каракатицы" взлетели. Почему "каракатицы"? Так эстонские самолеты между собой называли, в силу эстонской медлительности.

Принял сообщение российский летчик. И достойно встретил непрошенных гостей.

Как и договаривались, натовские самолеты начали сближаться по вертикали, один сверху, другой снизу. Просчитали заранее скорость российского самолета и свою, определили точку, в которой догонят российскую "сушку" и начали сближаться.

Погода была облачная, видимость так себе. Сближались медленно, аккуратно, чтобы не выдать себя. Приблизились. Друг к другу. Российского самолета между ними не оказалось. Пока глазами хлопали, сзади в облаках промелькнул силуэт российского Су-27.

Не просто промелькнул, а стал совершенно явным. Спокойно и уверенно заходил российский истребитель в атаку, держа на прицеле обоих эстонцев. Если бы это были реальные военные действия, пришлось бы натовские истребители потом со дня Балтийского моря вылавливать.

Зашел в атаку, но огонь открывать не стал. Покачал крыльями, показав вооружение. Предупредил, что еще одна такая шалость и шутки кончатся.

Перепуганные натовцы поспешно скрылись в облаках, позабыв о боевом порядке и режиме радиомолчания. Долго еще российские военные слушали сбивчивые отрывки эстонской речи, пока натовцы докладывали своим о случившемся и переговаривались между друг другом, рассуждая, как так их вычислили.

Наш Су-27 благополучно вернулся на базу.

Эстония конечно же обвинила Россию в провокации, а что тут еще делать остается? Не признаваться же в собственной наглости. Но наши калининградские ПВОшники все прекрасно видели и заархивировали.

Доказательства были железные, пришлось Эстонии извиняться. Извинились, но не за провокацию, а за "случайность". Мол, не подрассчитали, не знали, не хотели.

Вот что тут скажешь? Вот зачем геройствовать, если героями вы не являетесь? Тут хотя бы не опозориться...

вагончике, от каких-то дорожных рабочих вагончик остался. Сказали - смены быстро не ждите, может даже через сутки, первый батальон на усиление в Сумгаит поехал.

Меняемся каждые два часа. Отстоял и в вагончик идёшь отдыхать. Бойцы анекдоты травят в вагончике и чифирят, а меня на шоссе выставили дубинкой махать и тачки тормозить, как самого молодого.

Проблема в другом. К обеду сержанту сообщили по рации, что полевая кухня задерживается, и когда будет неизвестно. Бывалые люди на посту погрустнели.

А ефрейтор, бывший на ликвидации армянского землятрясения мрачно сказал:

- Сегодня не будет, [м]ля буду.

И где-то в четыре часа пополудни, когда уже желудок сводить стало, ефрейтор заходит в вагончик c трассы:

- Давай, салага, пошёл. Я отстрелялся.

Нахлобучил каску, взял Калашников и дубинку резиновую, иду на шоссе.

Шаха топит. Ну, махнул, тормозят. В салоне азербайджанская семья.

Проверил багажник для проформы, там баран зарезанный, пахлава и прочая.

- Проезжайте, счастливого пути. И с праздником вас светлым, Курбан-Байрам!

Что тут началось. Думал они меня обнимать-целовать бросятся, отделался лёгкими подарками - два вафельных торта, кусок баранины и лаваш.

После чего повторил эксперимент раза четыре, харчи складывал рядом с собой.

Понравилось, стою на посту, мне сержант орёт:

- Ты там заснул, что ли? Смена!

Заваливаюсь в вагончик с харчами.

Героем дня стал, неожиданно для себя.

Полевая кухня приехала на следующий день, привезла сразу завтрак обед и ужин вчерашние. Но каши уже никому не хотелось.

Тридцать лет, а уже лейтенант". У него, как и у многих его друзей, было тогда уже двое малолетних детей, и достаточно успешное продвижение по корпоративной лестнице, которое тоже прерывать ой как не хотелось. И задумали они с другом от этого призыва откосить. У друга дядя оказался генералом, поэтому и пошли они к тому за помощью. Чем же помог им тогда генерал? "Ребятки, - сказал он друзьям, - я вас очень хорошо понимаю, но ничем помочь не могу. Дело это серьезное, идет по всей стране, и загребут вас всех как одного. Единственное, что я могу, это дать вам хороший совет: прежде чем пойдете служить, вам придется проходить несколько комиссий, медицинских и не только. На каждой из них вам будут задавать вопрос, хотите ли вы служить. Так вот: отвечайте, что хотите, и тогда у вас будет шанс по крайней мере попасть в хорошее место. " Так и оказалось. Комиссий действительно было несколько, и ни на одной из них не забыли спросить, хотят ли те служить.

Как два стойких оловянных солдатика друзья отвечали, что хотят. Их товарищи по-призыву и несчастью думали, что эта парочка сошла с ума: вы чё, у вас же по двое детей; вы же через пару лет станете заместителями директоров и т. д. И сами, конечно же, отстаивали противоположное - куда нам служить; у нас семьи, дети, и прочее.

Нужно ли говорить, что мой отец был отправлен на службу в Евпаторию на центр дальней космической связи; что форму он носил только для вида; что оба года проработал по специальности инженером, получая при этом две зарплаты - одну инженера, а другую - офицера; получил грандиозный опыт работы с самыми передовыми на то время технологиями, а вернувшись, стал-таки заместителем директора. Когда же он называл имена тех пунктов, куда отправились отказники, то я их даже и не запомнил.