Истории о армии #генерал

про него собственно и история. В процессе беседы выяснилось, что они уже едут двое суток и также разговаривая, они выяснили, что очень давно они служили на одной пограничной заставе у нас на дальнем востоке. И когда-то, покойный муж этой женщины, особист заставы спас молодого медика прапорщика Василия от неминуемой ломки его служебной карьеры по каким-то там партийным делам. За что Василий неоднократно поминал мужика добрым словом и искренне сожалел этой женщине что муж так рано умер. К вечеру Василий ушел к своим знакомым в соседнее купе отмечать день рождения своего внука. Поздно вечером он вернулся в прекрасном расположении духа с поллитрой, которую мы на троих и выпили. Выпили соответственно своих способностей, т. е. как и все нормальные женщины в чужой компании, наша попутчица только пригубила, я выпил от силы сто грамм-завтра спозаранку встреча с заказчиком, а Василий приговорил остальное. Подъем мужика на вторую полку в объятия сна осуществляли втроем. Я, хрупкая женщина и могучий и богатый русский язык в части матов сквозь зубы. Василий при этом вел себя как нормальный русский мужик, офицер, напоминал сосиску. Т. е. никак. А фигли, солдат спит, служба идет. При этом достойно и прилично не как какой-нибудь алкаш. Я вспомнил рассказ своих друзей, как они когда-то поднимали меня. Поверьте мне, вели мы себя по разному. Одним словом настоящий офицер. Ну, слава богу, подняли. Мы еще немного поговорили об их жизни на заставе, попутчица что-то рассказывала из жизни пограничников и постепенно, под стук колес купе отошло ко сну. Оказалось ненадолго.

Жуткий грохот падающего со второй полки тела об столик со стаканами и разной посудкой мгновенно разбудил нас с женщиной. Разбудил грохот нас, но не Василия который собственно и храпел теперь уже на полу. Первые попытки поднять его очень быстро дали понять, что сосиску в стоячем положении мы хоть и смогли запихать наверх, но теперь, то тесто которое он собой представлял из ямы между полками мы уже точно не вытащим. Наши позывы Василий, Василий, Ва-а-сссилий вставай! Сопровождались только сладким сонным похрапыванием.

И тут наша попутчица с радостной присказкой, А! Вспомнила! выдает:

- Василий вставай, ГЕНЕРАЛ идет.

Мгновенно! Человек оказался на ногах! Трезвый!!!

- К-к-какой генерал? Где?! - спросил он.

Это надо было видеть. У меня случился шок. А Василий оценив ситуацию, спокойно, сам(!), залез к себе на вторую полку и захрапел дальше. Только после этого меня пробрал смех. Очень громко и на весь вагон. Когда я успокоился, эта женщина добила меня контрольным в голову, сказала:

- Да вот, Сергей, муж давно уже умер, не сразу вспомнила я, раньше, когда его нужно было поднять из такого же состояния, я кричала ему: «Застава в ружьё!» и он мгновенно поднимался. Ни разу не было осечки.

Только при этом «застава в ружье» она произнесла тихо. Пусть спит спокойно пограничник Василий, граница на замке. И пока у нас такие пограничники, в этом можно быть уверенным.

на своем рабочем месте, в радиобюро! Сказано сделано, принесли фотоаппарат, вспышку и вперед с песней! Отщелкали две или три пленки: ты в наушниках, ты за радиоприемником, ты работаешь на ключе. В общем, мечта шпиона! Отослали молодого бойца в казарму, чтобы за ночь проявить пленку и утром притаранить ее в штаб.

На следующий день выходим на обед, встречаем гонца и начинаем смотреть негативы. Так, на минуточку напомню, дело происходит на территории одного из московских штабов, где полно старших офицеров и даже генералы не редкость. И вот мы - молодые оболтусы стоим и рассматриваем, отснятую пленку наслаждаясь резкостью и четкостью кадров! И тут раздается голос с небес: что смотрите солдаты? У нас за спиной стоял целый полковник! В общем, наступила немая сцена! Лично у меня в голове метеором пронеслись мысли о дембеле в последний день июня, где-нибудь на Кушке (где-то на окраинах Туркмении) и это в лучшем случае, про худший вариант думать не хотелось, но думалось! Могло дело дойти и до дисбата! Шутка ли фотосъемка в здании штаба, это же мечта особиста! "Так что же вы там смотрите, солдатики? " - снова вопрошает полковник. Я, набравшись наглости, отвечаю, мол в выходные были в увольнении и ходили в Музей Вооруженных Сил и там и снимались! Полковник, кивая головой, мол это хорошо, вдруг и молвит: "Дайте и мне посмотреть". Вот тут нам стало по-настоящему херово! Все худшие варианты развития событий вдруг стали очень реальны! Деваться некуда, протягиваем пленку, он смотрит ее на свет (эти десять секунд мне показались десятью годами). Он возвращает пленку и говорит: " Только в штабе не фотографируйте! " Вот тут немая сцена снова повторилась!

Ps. Теперь спустя много лет, я думаю, что он просто не мог внимательно рассмотреть пленку, в силу возраста он вблизи, возможно, плохо видел, а очки постеснялся надевать! Вот такая история случилась со мной и моими друзьями почти тридцать лет назад! Но те волшебные ощущения, пережитые в тот миг, свежи до сих пор!

презрение аристократа, обнаружившего рядом со своей усадьбой цыганский табор. Семьи военнослужащих, привыкших к веселым условиям жизни в дальних гарнизонах, спокойно воспринимали такие "неприятности", как жизнь посреди трущоб, отсутствие личного автомобиля или один телевизор на весь многоквартирный жилой дом, да и тот показывает всего один канал четыре часа в день. Посольские жили на порядок лучше, да и снабжение у них было на порядок получше. Короче, дабы не смущать неокрепшие от внезапного выезда за границу умы холопов, военнослужащим и членам их семей было запрещено посещать территорию посольства (за исключением посещавших посольскую школу детей). Аргументация была простая: "Официально вас здесь нет".

Тут надо сказать, что в некотором смысле они были правы. Официально единственным советским военнослужащим на территории Народной Демократической Республики Эфиопия был советский военный атташе, постоянно находившийся на территории все того же посольства. Все остальные официально были кубинцами. Отец, как и все остальные военные советники, таскал кубинскую военную форму без знаков отличия. Паспорта собирались у всех после пересечения границы, и выдавались обратно только при отбытии на Родину. Ну да нашим на это было пофигу: нас много где официально не было тогда, да и сейчас тоже.

И вот однажды произошла знаменательная встреча. Встретились полковник из нашего дома и то ли второй, то ли третий секретарь посольства (хрен его знает, кто он был такой, знаю только, что его жена - вреднейшая тетка - была у нас учителем английского). Точнее, встретились их автомобили. Военный УАЗик встретился с посольским Жигуленком.

Тут надо остановиться на автомобилях чуть подробнее. Посольский автомобиль - это была экспортная "семерка" белоснежно белого цвета. Не иномарка, конечно, но практически мечта любого советского человека. Месяц как привезли из Союза. Сам товарищ дипломат любовно натирал ее по утрам, когда мы топали от школьного автобуса до здания школы.

А УАЗик... ну что сказать, заброшен в Эфиопию лет за 10 минимум до моего приезда, а сколько он до этого колесил по просторам нашей необъятной родины - одному Богу известно. Весь побитый, облезлый. Крыша была сделана из плетеной изоленты, поскольку брезент давно в условиях африканского климата сгнил (а может, и до этого сгнил, никто не в курсе).

И вот эти два одиночества встретились аккурат напротив нашего дома. Полковничий УАЗик решил пересечь встречную полосу и заехать во двор, посольскому Жигуленку это не понравилось и он пошел на таран. Результат: разбитая в хлам морда Жигулей и помятый бок "козлика". Машины через какое-то время растащили. Жигули, естественно, под списание. УАЗик в выходные мужики выровняли киянкой, покрасили - и стал он в некотором роде даже лучше, чем до аварии. А вот дальше началось развлечение в виде попыток посольских получить возмещение ущерба со стороны военных.

Кто имел несчастье попасть в ДТП с участием военного автомобиля, тот в курсе - даже внутри Родины получить какое-то возмещение при этом практически невозможно. А уж за ее пределами ... Но дипломаты были настойчивы, о своих требованиях напоминали едва ли не каждую неделю, каждый раз апеллируя ко все более высокопоставленному чину. Пока, наконец, на приеме по поводу какого-то из праздников (вроде, это было 7 ноября) к присутствовавшему на этом приеме главному военному советнику (фамилию уже не помню за давностью лет) не подошел тот самый пострадавший и не начал старую песню о том, что неплохо бы получить новые Жигули взамен убитых старых. На что, по свидетельству отдельных товарищей, получил от товарища генерала ответ примерно следующего содержания:

- Послушайте, ну вы же сами всегда говорили, что советских военнослужащих в Эфиопии нет! На каком основании вы тогда пытаетесь истребовать возмещение ущерба с Министерства обороны СССР? Как вы там раньше говорили, кубинцы здесь? Ну вот в кубинское посольство и обращайтесь!

был явным примером того, что лучше иметь хорошее соображение, чем высшее образование, и смекалку имел недюжинную. Хитрожопость его проявлялась постоянно и вомногом, а в силу такой же недюжинной харизмы – ему много сходило с рук.

Развесил Кошаков материалы защиты, настроил проектор и понеслась защита. При его то языке без костей и голове с модулем хитрожопости это несложно. Генералы сидят, млеют. Схем много, взмахов руками тоже, поток слов в нужно русле. Но подходит очередь показать, как же почти лейтенант Кошаков реализовал свои слова на практике. А нужно было вот что: спроектировать и смастерить устройство для быстрого и безвозвратного удаления информации с магнитных носителей, типа дискет 3,5 дюйма.

Кошаков берет дискетку, вставляет в компьютер и показывает – ЕСТЬ ИНФОРМАЦИЯ. Достает дискетку и вставляет ее в свой УББУИсМН. Нажимает кнопку, ждет и опять дискету в компьютер. Генералы видят – НЕТ ИНФОРМАЦИИ, молодец Кошаков, не зря учился. Иди с Богом. Все счастливы и довольны.

Да только вот на выходе из аудитории, когда уже никто чужой не видел, Кошаков возьми, да и урони свой уникальный УББУИсМН. А он возьми и развались. Напрочь. На целых две детали. На коробку и крышку. А внутри пустой :)

Секрет фокуса лейтенанта Кошакова был прост, как фокусник третьеклассника: у него было ДВЕ дискеты. Одну он показал генералам в первый раз, когда вставлял ее в компьютер. ЕСТЬ ИНФОРМАЦИЯ. Затем небольшая ловкость рук и из рукава извлекалась вторая, неформатированная, дискета. Она вставлялась в компьютер после посещения УББУИсМН и в результате – НЕТ ИНФОРМАЦИИ. Вуаля. Все гениальное - просто.

Зеленый БукаЗаврик.

товарищ генерал!

В ответ начальник задаёт вопрос:

- Товарищ капитан, а сколько сейчас времени?

- Виноват, товарищ генерал! 09: 58!

- Выкиньте свои часы, товарищ капитан!

- Есть, товарищ генерал!

Офицер публично снимает свои часы с руки и выбрасывает их в окно.

- Присутствуйте, товарищ капитан!, - разрешает генерал, удовлетворённый таким исходом дела.

Генерал продолжает своё выступление, однако через пару минут откуда-то из-за пределов зала достаточно громко и слышно звучат по радио сигналы точного времени. "Пик - пик - пик- пииииик! Точное время 10 часов!" - оповещает голос из радиоприёмника.

В зале повисла гробовая тишина.

Генерал останавливает своё  выступление, молча спускается с трибуны, подходит к окну и демонстративно сняв с руки свои часы, выкидывает их в окно со словами:

- Хороший штурман всегда имеет точные часы! А хорошим штурманам нужно верить!

Кто включил радиоприёмник - об этом история умалчивает. Думаю, всё-таки сделал это кто-то из хороших штурманов.

Случай из истории 317 отдельного смешанного авиационного полка морской авиации, произошедшей в 1991 году.

ВОКУ кроме курсантов-пехотинцев набрали взвод пограничников, взвод артиллеристов, взвод замполитов и роту лётчиков. Жили мы в 5-этажной казарме, напротив казармы была санчасть, а немного левее караулка и гауптвахта, между санчастью и «губой» был летний умывальник. Мы все вернулись с обкатки танками и вечером наш ротный поставил задачу, чтоб к утру форма была постирана и поглажена, а ещё представил нам нового старшину. С этого собственно история и началась.

В 1-м взводе большая часть курсантов была из местных, я в том числе. Мы решили воспользоваться всеобщей суматохой и банно-прачечную ночь провести по домам. Минут тридцать мы маячили перед глазами у нового старшины, а потом под предлогом того, что до 5-го этажа вода плохо доходит, да и места в умывальнике мало, мы отпросились стираться в умывальник между «губой» и санчастью. Далее, минуя умывальник, мы дружно перемахнули забор и разошлись каждый в свою сторону. Мне было по пути с одним из курсантов – Артуром, у которого какая-то дальняя родственница жила рядом с училищем и он держал там «гражданку». Артур переоделся и мы рванули по улице генерала Петрова, в надежде что нас догонит какой-нибудь трамвай, которые так поздно уже практически не ходили. Через две остановки, в районе Паркентского базара мы встретили двух курсантов из взвода пограничников. Вчетвером мы могли уже и за такси заплатить. Но, не прождав и пары минут, мы увидели выезжающего из темноты офицера. Это оказался командир взвода пограничников лейтенант с говорящей фамилией – Несговоров. Бежать было поздно. Несговоров велел нам через 10 минут доложить дежурному по училищу, что он задержал нас в самоволке. А потом своим ходом проследовать на гауптвахту. Скомандовал нам: «бегом марш! » и уехал. Пробежав сотню метров я развернулся, догнал Артура и мы продолжили путь домой. А пограничники побежали в училище. Ночью я постирался, погладился и утром с первым трамваем вернулся в училище ещё до подъёма.

Через день, во время занятий, ко мне подошёл мой взводный лейтенант Норматов:

- Ты где был прошлой ночью?

- В казарме спал. – Честно признался я.

- А позапрошлой?

- А позапрошлой мы все стирались. Вот ребята все меня видели.

- Ладно, пиши объяснительную, где был.

Я и написал, что стирался возле санчасти, что меня видели не меньше 18-ти курсантов (далее список всех самовольщиков) и старшина роты. Что самое забавное – старшина, у которого я весь вечер перед самоволкой мелькал перед носом, подтвердил, что пол ночи видел меня то там, то сям.

На всякий случай я ещё подстраховался, попросил ребят, стоявших в карауле провести разъяснительную беседу с теми двумя пограничниками, временно загорающими на «губе». И как оказалось не зря.

Ещё через день меня вызвали к замполиту батальона. Замполит был крепким таким майором с замечательным чувством юмора. Я спокойно зашёл. Там уже сидели Норматов и Несговоров. Мне начали рассказывать, что обманывать не хорошо, что мне лучше будет, если я скажу правду. Я честно глядя в глаза продолжал утверждать, что в ту ночь не покидал территорию училища. Тогда в канцелярию пригласили с гауптвахты тех двух пограничников, но и они сказали, что меня не узнают, что да мол, тот курсант тоже был высокий (а во мне 191 см), но лицо совсем другое. После очной ставки нас всех отпустили. Из кабинета выскочил Несговоров и глядя на меня снизу вверх пообещал довести это дело до военной прокуратуры, чтоб другим неповадно было обманывать офицеров. На что я опять сказал, что он ошибается и меня не видел. В общем от меня отстали.

Прошло пол года. Пограничников переселили в другое здание, а нас стали обучать программе аэроклуба. Местные умники решили сразу после первого курса отправить нас на полёты на самолётах Як-52. В результате мы всё лето проваляли дурака на аэроклубовских аэродромах, но ни минуты не налетали из-за отсутствия бензина Б-91/115. Но это было потом, а тогда мы стали ездить на занятия в Ташкентский аэроклуб. Там рядом и пограничники оказались. Встретились мы с Несговоровым снова. Он уже без прежних эмоций спросил меня, был ли я в самоволке или нет, он мол никому не скажет, так мол для себя. Я опять сказал, что в самоволке не был. Он задумчиво на меня посмотрел, передал привет Норматову и ушёл.

Ещё через пол года мне удалось перевестись в Тамбовское Высшее Военное Авиационное Училище Лётчиков. Там я ещё год проучился и вот приехал на летних каникулах в Ташкент. Пошёл в комендатуру ставить на отпускном отметку «прибыл-убыл» и встретил там уже старшего лейтенанта Норматова, который менялся с патруля. Разговорились о том, о сём. И вот он меня спрашивает:

- А на самом деле ты был тогда в самоволке?

- Конечно был – отвечаю – теперь-то что скрывать.

Норматов посмеялся и говорит:

- Сейчас сменюсь с патруля позвоню Несговорову, он же тогда поверил, что это и на самом деле был не ты.

Вот я и говорю – врать плохо, но если уж начали, делайте это уверенно, так чтоб сомнений не было даже у тех, кто знает правду.

не нажил. Но вовремя соскочил, и люто, бешенно потом оторвался на Кавказе, Турции, Персии. Так что французам, не иллюзорно, свезло.

- перед основными подвигами, несколько лет лениво поперекладывал бумажки в дипломатических коллегиях, немного еще позажигал, помасонил, и даже, теша свое длинное и толстое ЧСВ, основал свою собственную масонскую ложу.

Свою собственную, Карл!

- в перерывах между принуждением гордых кавказцев к миру (при незабвенном генерале Ермолове) окучивал певичек и танцовщиц балета не отстегивая сабли, палился, после чего с удовольствием участвовал в дуэлях, в том числе в групповых (не подумайте плохого, была такая сложная офицерская забава).

- будучи блестящим офицером и дипломатом, был арестован в подозрении в латентном декабризьме, арестован и допрашиваем в тогдашнем царском КГБ. Где, буквально на пальцах, шустро разрулил ситуёвину, обосновав и доказав свою непричастность, хотя буквально на кануне событий, в Киеве сосался в десны с тамошними декабристами не скрываясь и пописывая злобные антипутинские стишки. Вынес мозг следакам кровавой гэбни, был полностью реабилитирован, и с повышением осторожно поставлен обратно на государеву службу, мол, ну его нах[рен], у всех дети, все хотят сохранить психическое здоровье, давайте лучше кого-нибудь другого повесим за яички. В общем, Штирлиц отмазываться учился, явно у Грибоедова.

- мог, когда предлагали на выбор посольства, сказать что в сраные штаты не поедет, английский он и так знает, а хочет в просвященную Персию, поближе к культуре, поучить восточные языки, и потроллить персов. Пацан сказал - пацан сделал. Языки выучил. Троллей поперсил.

- лучшее свое сочинение написал не в литературе, а в дипломатии - текст мирного договора с Персией. Это лучший договор когда либо заключенный Россией. Этот договор Россия-Персия, был примерно как в футболе Германия-Бразилия 7-1. И даже круче, т. к. бонусом по этому договору, не слишком глубоко, но лососнула даже Великобритания (чего не простила Сергеичу и затаила).

- мог, отправляясь на важнейшую дипломатическую миссию в Персию, на прощание поставить пару палок приме Большого театра, потом мимоходом заехать в Тбилиси (Тифлис), поучаствовать в отложенной год назад дуэли, получить ранение, пару дней отлежаться, побухать и уехать разруливать государевы дела к шаху. Вот так.

Представьте себе примерно то же, но сейчас, с Чуркиным или Лавровым, к примеру. Лавров, собираясь в Европу, на балу трахает приму Мариинки, летит чартером в Тбилиси, стреляется с давним другом-соперником, потом под капельницей, шашлык запивает чачей и... бухой груз уходит на Брюссель-сортировочный, пугать изнеженных еврогейцев. Представили? То-то! А оно реально было у Сергеича в порядке вещей.

- мог, ошиваясь во дворцах шаха, резко слинять и лично вывести колонну пленных русских солдат в пределы России, вернуться и снова слоняться среди павлинов, делать вид, что смотрит на местные персики как на говно.

- погиб как тролль запредельного уровня - во время антирусских волнений, приспичило ему положить глаз на чужих баб и героически спрятать часть гарема на территории русской миссии. Переоценил силы - не фартануло. Забили до неузнаваемости. Тело опознали только по характерному ранению, полученному на дуэли в Тифлисе.

- но даже после смерти троллило само его имя - шах, обосравшись aн@льных кар, задарил за убиенного драматурга царю таких восточных ништяков, что царь не нашел сил не простить и принял дары, среди которых алмаз Шах из трона Великих Моголов.

Резюме:

В литературном плане, Сергеич - что-то около 30% Пушкина (что весьма нехило).

В военно-политическом плане - эквивалент 3-х авианесущих ударных групп.

Как-то так.

редкость), да только сразу после ВЫТАПТЫВАНИЯ оного слова снегопад прекратился, наступило утро, а вместе с ним приехал в училище начальник этого самого училища генерал N. И вот надо было такому случиться,, что именно в этот день на утро было назначено совещание курсовых офицеров. А, надо заметить, что окна комнаты для совещаний выходили... Правильно на тот самый пост! И вот во время совещания подходит наш генерал к окну, смотрит и, ничего не говоря, подзывает к окну своего зама. Тот, давясь от смеха, спрашивает, чьи хлопцы стоят там в карауле, встает наш ротный. Далее, конечно, настучали ему по мозгам и велели наказать "слишком грамотного часового". Наш ротный приходит в караулку, дожидается окончания смены героя и устраивает ему форменный разнос, пройдяясь до седьмого колена, после чего приказал написать рапот о своем подвиге на имя нач. училища.

Вот цитата из того рапорта:

Я, рядовой Иванов И.И., неся службу на посту номер х, СЛУЧАЙНО вытоптал на снегу буква "Х", "У", "Й" (именно так и написал - прим. автора), получилось слово "Х[рен]" (и так он тоже написал - прим. автора)...

Написанный рапорт парень понес генералу сам. Приходит назад умирая со смеху и рассказывает, что единственный вопрос, который после долгого вдумчивого прочтения задал ему генерал, был: "Ну почему ты не вытоптал слово ЦВЕТЫ!?" После этотого случая до сих пор за парнем закрепилось прозвище. .. нет не "Х[рен]", а "Цветок"!