Смотрел украискую передачу о звездах и их службе в армии. Один, скажем так певец (одну песню он точно спел), там рассказывает как он добровольцем пошёл в армию, хотя мог откосить. Как там дослужился до командира взвода ПВО. Как служил в глухих далеких местах на Севере. Как у него до сих пор иногда болит простуженная при марш-броске по болоту почка. Как он если слышит что НЕслуживший в армии певун поёт патриотические армейские песни, про себе говорит "А не пошёл бы ты на... ".
Как вы думаете, что это за певец? Нет не Расторгуев (он не служил), ни Кобзон, не кто-то из "шансона". Это Сергей Зверев. Так вот, мужики.
Это Сергей Зверев. Так вот, мужики.
Имел я неосторожность как-то спросить покойного деда насчет войны, а он показывая шрам на затылка сказал "Якби не вин то и тебе б не було".
Оказывается, мой дед, бежав из плена в Чехии в 1945 году, успел все-таки повоевать немного.
Сидим, говорит, в окопе - первая мой атака - замполит байки травит про победоносные шаги на врага, вдали канонада. Через некоторое время канонада затихает, командир роты с замполитом насторожились и приказали всем налить по 1/3 кружечки смелости (спирта). Я спиртного отродясь не пил - а тут еще и спирт, еле отдышался, а тут "ЗА РОДИНУ! ЗА СТАЛИНА". Я уже осмелевший, хватаю оружие, выскакиваю из окопа... . в глазах мутнеет... .
Прихожу в себя, надо мной стоит мой товарищ (в летах уже), говорит: "Нимци сами повмирають скоро, а тоби ще жити". Оказывается, он деда как тот только из окопа выскочил, хватанул прикладом по затылку и стащил обратно в окоп.
Это был, теперь уже почти забытый, 1973 год. Воинская часть находилась в черте города Тольятти, и нас, 40 "партизан" (тех, кого призвали на переподготовку на 2 месяца), в званиях от лейтенанта до капитана "гоняют по кочкам" местные "штатные товарищи офицеры". Каждые сутки на дежурство заступают "штатный" офицер и один из нас, "партизан".
Как-то раз рано утром к этим двум дежурным присоеденился заместитель командира части, назовем его "полковник". Началась беседа "за жизнь".
Полковник поделился своей тревогой:
- Дочка, 19 лет, всю жизнь за ней мать ухаживала, постель заправляла, еду готовила, за одеждой следила. А дочка, после первого курса МГУ уехала в студенческий стройотряд на Целину, там поваром вкалывает, мы с женой так за нее переживаем!
И тут слово взял "штатный" майор, и на свет появились 2 классические фразы.
Первая принадлежит майору:
- Да не волнуйтесь Вы так, товарищ полковник, она у Вас девка здоровая, поди уж еб--ся во всю.
Вторая фраза принадлежит полковнику: - Ду-ду-дурак Вы, товарищ майор.
- Ду-ду-дурак Вы, товарищ майор.
Как мне довелось побывать негром.
Забайкалье, гарнизон одной из в/ч.
Заступили мы как-то вдвоём с напарником в караул по стоянке АТО
(авиационно-технический отряд) эскадрильи.
Дело было зимой, а забайкальские зимы отличаются суровостью и низкими температурами. К тому времени в караулы у нас
(по-моему, так она обзывалась). Суть её в том, что имея 2 столба (на одном приёмик, на другом передатчик, направленные друг на друга), можно отследить, что этот участок между столбами кто-то пересёк, когда сигнал прервётся, т. е. чьё-то тело на мгновение заслонит сигнал с передатчика и приёмник в это время ничего не будет принимать, подав нам звуковой сигнал в караульном помещении и высветив номер сработавшего участка
(таких участков было вокруг стоянки штук 10).
А отапливался весь домик АТО от своей собственной котельной, простой до безобразия: на крыше домика стоял подвесной топливный бак на 2 тонны керосина, откуда он, керосин то бишь, самотёком по резиновому шлангу перетекал в форсунку печки, находящейся в подвале того же домика.
Температуру регулировали вентелем на форсунке, поэтому периодически
(хотя бы раз в час) необходимо было проверять состояние горения, не перетекает ли керосин, и т. д.
Была уже ночь, что-то около 2-ух, когда я разбудил напарника, оставив его у ТВ, а сам прилёг на топчанчик для законного отдыха.
Проснулся от бешенной тряски меня, любимого, напарником с большими круглыми глазами и криком «вставай, пожар, горим! ». Открываем дверь из караулки – из коридора клубы чёрного дыма и нихрена не видно. Хватаем по баллону-огнетушителю - и ощупью в подвальчик к котлу. Вслепую на последнем дыхании опорожняем наши огнетушители в сторону оного (к слову сказать, огнетушители были хорошие – немецкие порошковые, благодаря им, наверное, всё достаточно удачно и окончилось), и выскакиваем опять же наощупь с двери чёрного хода (одна задвижка типа засов изнутри). И
ДЫШИМ. Долго ДЫШИМ…
Потом – звонок дежурному по полку с докладом о случившемся, приезд командира части (примчался буквально в течении 10 минут). Пистоны нам, конечно вставили потом, куда надо, но первыми словами командира были:
«мужики, спасибо вам, что живы остались! » - и рукопожатие.
Кстати, это всё была преамбула.
Теперь сама амбула, так сказать.
Идём мы с Юркой после всех разборок с части в городок, ох[рен]еваем всё ещё после случившегося и не осознаём пока, как нам крупно повезло, а навстречу – капитан Диденко с нашей эскадрильи, по-простому – Дид.
Фигура очень колоритная тем, что раза три он кодировался, и все разы очень быстро подбирал ключ раскодировки. Ну вот любил он «это дело», бескорыстно и отчаянно.
И идём мы так вот, еле передвигая уставшие ножки после всех приключений, поравнялись с ним, и говорим: «здорово, Дид! » и руки тянем для рукопожатия. А он, значит, присел слегка, челюсть у него отпала, смотрит как-то бешено на нас, и – бочком, бочком, плавно переходя на бег. Мы в непонятках, переглянулись, рукой махнули – и дальше себе пошли.
На следующий день перед построением проржались после рассказа Дида: «иду это я, значит, на построение, с будунища, всего мутит, через переезд перехожу по мостику – а мне навстречу два [мав]ра! Зимой! В Забайкалье!!!
Рожи чёрные и в нашей форме. И всё бы ничего, но они ведь со мной поздоровались!!! Откуда, спрашивается, они меня знают? И кто их вообще в часть пустил?! Я думал, белка стеганула, завязывать пора…»
В последнее время жизнь меня частенько сталкивает с подводниками. Точнее с бывшими подводниками… Несколько забавных историй запали мне в память.
С последним из подводников жили вместе в гостинице на одном из совещаний, которое проводит наше министерство. Сейчас он уважаемый человек, доктор-профессор, а тогда был просто каплеем
- Открывай!
- Нельзя. Там начальники приплыли, нам приказали не пускать никого.
- Открывай. Я главком ВМФ!
- Не понимаю. Приказ.
Министр обороны отодвинул главкома:
- Сынок, я министр обороны, и возглавляю комиссию этих самых больших начальников. Открой.
- Не понимай, командир сказал из поселка никого не пускать.
- КТО ТВОЙ КОМАНДИР, ЧМО ТЫ ДРАНОЕ?
Тут из-за проходной пытается лететь каплей, весь белый и на ватных заплетающихся ногах. Чуял видно, что ему писец придет. Завопил.
- Пропустите, ё[ж] вашу мать! Быстро!
Пропустили. Прошла комиссия в порт. Если вы думаете, что история закончилась, то напрасно.
Главком ВМФ решил осмотреть лодку. А поскольку он давно занимается исключительно штабной работой, пузо не позволило пролезть. Адъютантам командует:
- Толкайте, что вы такие бессильные!
Кое-как протолкали. Помяли. Мужик немножко в стрессе, в лодке такого типа в первый раз. Расспрашивает:
- Это что? А это что?
- А это что за штуковина?
- Каштан. Переговорное устройство. Нажмите и говорите.
Нажал. Попал в машинное отделение.
- Алло? Это кто?
- Конь в пальто! Положи трубку, мудило! Какого х. я хватаешься за то, что не знаешь?
- Э-э. .
- БЫСТРО ПОЛОЖИ! Тут какие-то [ч]удаки с проверкой ходят! …
Главком послушался, то ли в растерянности, то ли просто был приличным человеком и не хотел из пустяка раздувать скандал. Тихо положил трубку и попросил помочь ему вылезти. Последствий не было…
Последствий не было…
По поводу ГАИшников.
Отдыхал я как-то в Турции. А в Турции, если кто не знает одно из главных развлечений для туристов - рафтинг. Есть недалеко от Анталии речка, не помню как называется, но это и неважно. Так вот, берега этой речки буквально кишат базами рафтеров, которые обслуживают туристов. Кстати, очень хорошо это делают. Речка довольно тихая, хотя есть там несколько шустрых перекатов и какое-то подобие порогов, но для непрофессиональной публики это как раз то, что надо. Кроме того, операторы там ведут фото- и видео- съемку и после сплава можно посмотреть и купить понравившийся материал. На этих фото-видео-кадрах вы выглядите так, как будто сплавляетесь не по спокойной, но шустрой речке, а среди ревущих валов.
Но это лирика. А теперь сама история.
Компаний, организующих данное развлечение там очень много, на реке просто тьма лодок (и байдарок и надувных катамаранов), и чтобы не потерять своих, командиры этого тура постоянно пересвистываются, перекрикиваются, чтобы держать свою группу на нескольких плавсредствах в поле зрения. Ребята эти - все турки, но, постоянно работая с русскими, русский выучили очень здорово. И вот, чтобы не только инструкторы, но и туристы понимали, что их очередной раз собирают в кучу, они перекликаются на русском. Один инструктор-турок свистит в свисток, а с другой лодки такой же турок ему на чистом русском кричит: "Чего рассвистелся, ГАИшник хренов? " Русские в отпаде!
Русские в отпаде!
Расказал знакомый, он в свое время закончил военное училище. Далее цитирую с его слов: "Дело было на 3-м курсе. Жили мы тогда на 3-м этаже. Однажды у нас засорились туалеты (очкового типа). При чем никакие спецмеры типа вантуз не помогали, фекалии перетекали из одного "сосуда" в другой по принципу сообщающихся сосудов. И вот на штурм
Через пару – тройку ударов Д. наткнулся на что-то твердое, и обрадовавшись что дошел до сердца засора ударил от всей души, проламывая трубу и межэтажное перекрытие, и все накопившиеся в пяти очках фекалии с громким урчанием ломанулись на 2-й этаж. Надо отметить, что лом у Д. вырвался и исчез в том же направлении (но Д. на радостях этого и не заметил).
В это время этажом ниже как раз под местом засора старшина 2-й роты делал свое «большое дело» и делал он это по русскому обычаю неторопясь и растягивая удовольствие. И вот сидит он в позе гордого горного орла, размышляет над вечными проблемами, и вдруг слышит над головой грохот (это Д. применил лом), потом что то просвистело и грохнулось за спиной (это упал пробивший дыру лом), старшина подымает голову … и на него обрушивается поток дерьма… ориентировочно ведер десять…
К слову сказать увольнение Д. так и не дали… Но и строго не наказали, так как задание командира боец таки выполнил».
Дело было в осенью 95-го года. Я тогда ещё курсант десантного училища, что в Рязани. Казарма наша была в старом здании дореволюционной постройки П-образной формы ,на 1-ом этаже ,и дверь выходила как раз внутрь этой буквы П. И в этом дворике росла липа, а ,сами понимаете, из-за этой формы здания какие там завихрения. А тут ещё осень, листья падают ,короче ,полный абзац. Был у нас в роте такой парень Игнатов, юморист ещё тот. В общем, приказывает ему комроты капитан Богданов- "Игнатов, смести листья в кучу".
Ну, тот честно начинает сметать их в кучу, ветром их тут же разносит опять, т.е., задача без начала и конца (чем бы солдат ни занимался ,лишь бы за....лся). Игнатов -парень не дурак ,быстро понял, что к чему ,и начал прикалываться: бегает, листья руками в кучу подкидывает, их тут же ветром разносит, в общем, весело. Тут идёт комроты с незнакомым капитаном ,и этот капитан ,глядя на старанья Игнатова, просто ох...ет, потом спрашивает: «Курсант, а какой идиот заставил тебя это делать?» На что получает честный ответ: Приказ командира роты! Капитан так, смутившись, поворачивается к ротному и говорит тихонько: «Коль ,ну ,брось х..ёй заниматься.» Ротный, повернувшись к Игнатову, вытянулся по стойке смирно и произнёс: ИГНАТОВ , ОПРЕДЕЛЯЮ: ПУСТЬ ЛИСТЬЯ КРУЖАТСЯ .После этой фразы рота просто слегла в истерике!
Служу я, значит, в дивизии им. Дзержинского. Так уж получилось, в должности командира отделения. По понедельникам у нас баня, строит замполит роты нас, мы (сержанты) докладываем замполиту как полaгается, что типа отделение построено, лиц незаконно отсутствующих нет и все в этом духе. Далее следует потрясающая фраза, которую сам ее автор явно недооценил, зато оценили сержанты:
- Так, - говорит, - проверить личный состав на наличие тапок, мыла, мочалок, х[рена]лок и дыр и пыр... Я проверил, и опять докладываю:
- Товарищ капитан, мочалки есть, х[рена]лок - нет! - Почему не получили х[рена]лки? У меня чуть глаз не выпал.
- Почему не получили х[рена]лки? У меня чуть глаз не выпал.
К Кричеву в Белоруссии пытался пробиться 24-й танковый корпус 2-й танковой группы Хайнса Гудериана, наши тогда ещё отступали.
17 июля 1941 г. у моста через реку Добрость командир батареи принял решение оставить одно орудие с боекомплектом в 60 снарядов и расчётом из двух человек, с задачей задержать танковую колонну немцев. Одним
Головной танк был подбит первым выстрелом, который вышел на мост. Бронетранспортёр, замыкающий колонну, вторым. Боевая задача была выполнена - движение колонны было задержано, но командир батареи получил ранение. У Сиротина при пушке по-прежнему оставалось значительное количество неизрасходованных снарядов и он отказался отступать.
Убрав подбитый танк с моста другими двумя танками, немцы предприняли попытку расчистить затор, но и эти танки были подбиты. Бронемашина, застряла в болотистом берегу, попытавшись преодолеть реку вброд, где и была уничтожена. Местоположение замаскированного орудия, у фашистов долго не получалось определить. Они думали, что целая батарея ведёт с ними бой. Два с половиной часа продолжался бой, в котором было уничтожено за это время 7 бронемашин, 11 танков, 57 офицеров и солдат.
Немцы поехали на мотоциклах в обход. Николая окружили и предложили ему сдаться. Ответом от артиллериста стали выстрелы из карабина. Он пал в рукопашном бою в неравной схватке. Всего три неизрасходованных снаряда осталось лежать возле пушки.
Из дневника офицера гудериановской 4-й танковой дивизии обер-лейтенанта Фридриха Хенфельда, что погиб под Сталинградом в 1942 г. :
«17 июля 1941 г. , Сокольничи близ Кричева. Вечером хоронили русского неизвестного солдата. Он один, стоя у пушки и очень долго расстреливал колонну пехоты и танков. Вот так и погиб. Все наши удивлялись его храбрости. Полковник даже перед могилой говорил, что, мы завоевали бы весь мир, если бы все солдаты фюрера дрались так, как этот русский. Солдаты даже дали три залпа из винтовок. Прав ли полковник? Ведь всё-таки он русский, нужно ли было такое преклонение? »
Н. В. Сиротинин так и не был представлен к званию Героя Советского Союза. По словам родственников, для оформления документов нужна была фотография, но единственная имевшаяся у родных фотокарточка была утеряна в эвакуации. Согласно официальному ответу Главного управления кадров Министерства обороны СССР, для представления Н. В. Сиротинина к высокому званию нет оснований, поскольку в годы войны вышестоящим командованием не было принято такого решения, а в послевоенные годы повторно рассматривались только нереализованные представления.
Про лаконичность
На первом году службы развлечений у солдата немного. Кино в клубе, баня по четвергам в Реутово и вечно голубой огонек телевизора по часу в день. А ведь за окнами казармы живет и дышит столица нашей родины Москва. Советский Союз еще жив, но уже не здоров, старенький он уже. Пенсионер 68 лет от роду, до его смерти
В увольнительные нас обалдуев никто не отпускает. Единственный раз за прошедшие два месяца когда мы были в городе, это когда всех нас стройными рядами вывезли в музей Красной армии на принятие присяги. Как-нибудь расскажу и про нее. Там тоже было весело. А пока у нас образовался волнительный момент в жизни.
- Товарищи солдаты, завтра отличники боевой и политической подготовки направляются в комендантский патруль по городу. Вид иметь опрятный и показательный. Вы как-никак представляете образец солдата нашей части, выглядеть и вести себя вы должны соответственно. Поэтому все должны быть выбриты, пострижены и отутюжены. А сапоги должны блестеть, как у кота яйца.
- И главное, - наш командир учебной роты майор **** не только забавно картавил при разговоре, он еще и прихрамывал на левую ногу. Живописный был экземпляр.
- Главное, ребята, не наступите на пробку, - это была любимая фраза майора на инструктаже.
Мы по наивности своей думали, что именно так майор повредил ногу и от этого предостерегает нас. Лишь спустя время до меня дошло, что майор имел ввиду нечто совершенно иное. Он предостерегал нас об алкоголизме. Но из уст майора фраза звучала забавно и весело и мы всем строем стояли и улыбались.
Как бы то ни было, но пройдя сквозь фильтр сержантов и лейтенантов мы все же оказались за воротами части и вскоре нас одарили красными повязками на рукав и приставили капитана из ВВ. И тут-то оказалось, что мы попали. Капитан нам попался зверь. Мы не успевали выцеплять из толпы идущих солдат и офицеров. Причем к офицерам капитан испытывал не меньшую неприязнь. Придирчиво проверял документы, отчитывал за неопрятный внешний вид и писал, писал, писал в свой блокнот номера частей и фамилии задержанных.
Обедом нас он и не думал кормить. Хорошо у нас с Мишкой на двоих нашлась трешка и мы смогли перекусить в кафе вместе с капитаном. А то так бы и глотали слюни наблюдая за ним поедающим комплексный обед.
После обеда капитан нифига не размяк и до четырех часов вечера мы отловили просто нереальное количество нарушителей. Процесс простой, подходишь отдаешь честь и требуешь подойти к капитану. А далее он и у образцового солдата найдет к чему докопаться.
Идущего нетвердой походкой от эскалатора полковника ВВС капитан выцепил взглядом сразу. Глаза его заблестели, вот он улов. Печатая шаг капитан сам подошел к спешащему офицеру, вскинул руку в фуражке.
- Товарищ полковник, разрешите обратиться!
Полковник затормозил, поднял нетрезвый взгляд на капитана, сосчитал звездочки.
- Не разрешаю, - и толкнув тугую дверь метро устремился в сторону Комсомольского проспекта.
Говорить о том, что капитан сдулся я не буду. Из него словно вынули стержень, он враз как-то обмяк. Мы с Мишкой с трудом сдерживали улыбки, понимая чем нам это грозит. Как говорят сейчас, полковник сделал нам день. Дело в том, что командир солдатского патруля имеет право останавливать всех вплоть до подполковника. А вот выше должен работать офицерский патруль, что сразу просек полковник, каким пьяным он не был.
ИСПОВЕДЬ ДИВЕРСАНТА
Моя мама 30 лет проработала в библиотеке, и все постоянные читатели ее знали и любили. Особенно пенсионеры.
1987-й год.
В читальный зал каждый день уже лет двадцать ходил Иван Иванович - старый заслуженный ветеран войны. В одно прекрасное утро, он как всегда пришел самый первый к самому открытию, поздоровался,
- Доброе утро Иван Иваныч, как ваше здоровье?
- Знаете что, Валюша, не называйте меня больше Иваном Ивановичем.
- ... ?
- Просто я уже могу Вам рассказать об этом. До меня, старика нет никому никакого дела – перестройка и гласность...
- Иван Иваныч, причем здесь перестройка? У Вас случилось что... ?
- Да нет, наоборот, как раз сейчас все хорошо, а началось это, когда Вы еще не родились - в самом начале войны. Я был капитаном, командиром диверсионной группы, мне поручали самые сложные и опасные задания. Имел ордена еще за Испанию. Вызывает меня полковник - начальник разведки армии и приказывает:
- Товарищ капитан, Вам надлежит сегодня ночью отбыть на особо важное задание в тыл врага для обучения партизан диверсионному делу. С этой минуты, для всех Вы перестаете быть капитаном и становитесь лейтенантом-артилеристом, вот Ваши новые документы, теперь Вы Смирнов
Иван Иванович.
Желаю успеха лейтенант...
Так я попал на Украину в партизанское соединение. Занимался диверсиями, командовал разведкой, заслужил там немало орденов и медалей, ну Вы же видели меня на праздник с наградами...
После освобождения Украины, прихожу в штаб армии, чтобы вернуть себе свое законное имя и звание. Докладываю:
- Так и так, вот мои документы, но я не Смирнов Иван Иванович, по моему вопросу необходимо связаться с моим непосредственным начальником полковником таким-то, я буду докладывать только ему лично.
Мне говорят:
- Хорошо, товарищ Смирнов, посидите у нас, пока мы все не выясним.
Сутки продержали в одиночке, даже не кормили, а на утро приходит
«смершевец» и заявляет, что мой полковник недавно расстрелян как враг народа, за шпионаж и попытку покушения на члена комитета обороны, а вместе с ним расстреляны еще десятка два его подчиненных офицеров-заговорщиков... так как говорите Ваше настоящее имя?
Тут я понял, что сам себе подписал смертный приговор... Выбрал момент и кинулся с третьего этажа прямо через закрытое окно. Слава Богу, внизу была травка, так что приземлился и ушел без последствий. Из окна в меня тоже не попали. Прибился к наступающей части и воевал с ней до Праги, пока не списали по ранению.
Никто меня даже не искал, видно «смершевцы» боялись признаться, что проворонили такого «матерого шпиона»... С тех пор я так и остался
Смирновым Иваном Ивановичем и больше не рисковал соваться за правдой...
Ну, а спустя столько лет, моя правда никому уже не нужна, даже жена умерла, так и не узнав настоящего имени.
А теперь, когда и бояться нечего, так вроде и рассказывать некому, один я остался... Вот Вам открылся сейчас и как-то полегчало, как будто бы с войны вернулся...
Валечка, мне будет очень приятно, если хоть Вы будете называть меня
Марком Борисовичем.
Карточку читателя не трудитесь уже переписывать, но вообще моя фамилия Ройзман...
Ройзман...
Моя жена как-то в начале нашей совместной жизни выдала интересную фразу.
Я офицер "Красной армии", идём с ней из общежития (из дома) в город через городок, тут мне попадается солдат из моей части, который где-то уже накосячил и успел влететь большому начальству, от имени которого я несколько минут назад "внимательно выслушал своего командира" о недостатках своих методов воспитания подчиненного личного состава. В общем, пришлось немного в сторонке от жены рассказать (рассказать - без кавычек) русским и могучим языком, но полушепотом (жена и прочие мирные люди рядом) о непозволительной роскоши поведения солдата, с бесплатным предсказанием его возможного недалекого "светлого" будущего в случае повторения подобных косяков, либо любых иных солдатских изысков в области "дисциплину хулиганить".
Видимо, как-то не очень шепотом у меня это получилось...
Расставшись с доблестным воином и отойдя с женой на некоторое расстояние, я услышал от неё фразу, от которой слегка завис, а потом стало даже немного стыдновато. Местами.
"ТЫ СЕЙЧАС СКАЗАЛ СЛОВА, НЕДОСТОЙНЫЕ МУЖА ЖЕНЫ ОФИЦЕРА! "
П. С. Моя жена не блондинка, но иногда кажется, что она просто качественно маскируется.
Курсутдинов был тупой.
Его непроходимая тупость была очевидна даже для него самого. Он был не злой, не вредный, никакой.
Просто иногда делал странные вещи. И объяснить смысл своих поступков не мог.
Его странности были не опасны, подумаешь - забросил зачем-то лопату на крышу казармы. Или постирал форму в хлорированном
В караул Курсутдинов ходил, как все. Охранять знамя в штабе ему на всякий случай не доверяли, поэтому бдил Курсутдинов около гаражей или дивизионного склада.
Склад этот был важный. В нем хранились консервы, сухпайки, заспиртованный хлеб, палатки, котелки, полушубки и прочие предметы, жизненно необходимые в армейской жизни. При складе служил и виртуозно управлял недостачами прапорщик. Недостачи были небольшими, случались с ведома начальства и всегда укладывались в нормы «усушки-утруски». До поры до времени…
На складе обнаружили большую пропажу. И это была не усушка. Продукты стали пропадать ящиками, а полушубки - десятками. Ночами. При закрытом складе, с подключенной к сигнализации дверью. И даже (! ) с нетронутой пластилиновой печатью. Каждый раз, когда прапорщик вбегал в штаб с криками «усэ попырыпыздыли, усе поуаровалы! », командир выходил из себя от ярости.
Окна склада были наглухо заколочены, он несколько раз проверялся на предмет подкопов и дыр в крыше. Запирали и открывали исключительно в присутствии дежурного офицера. Безрезультатно - кражи продолжались.
Наконец, высшее командование объявило - тот, кто задержит расхитителя, незамедлительно поедет во внеочередной двухнедельный отпуск домой, в какой бы республике СССР тот не проживал.
Курсутдинов на посту не спал. Поэтому четко видел, как к складу прокралась темная фигура, аккуратно вытащила забитое досками окно - вместе с петлями и переплетом. И исчезла внутри. Курсутдинов подошел ближе и стал ждать.
Через некоторое время из окна вывалился ящик, потом второй. За ними вылез расхититель.
Курсутдинов снял автомат с предохранителя и передернул затвор.
- Не кипишуй, вот, возьми тушенки, - протянул две банки совершенно неиспугавшийся вор.
Курсутдинов улыбнулся своей странной улыбкой и произнес «стой-стрелять буду».
- Мало? Забери ящик, я еще себе возьму - занервничал расхититель.
Курсутдинов дал очередь в воздух.
К моменту, когда на шум выстрелов подбежали начальник караула и бодрствующая смена, успело прозвучать три или четыре длинных очереди. В свете мечущихся фонариков предстала ужасающая картина. На черной земле перед странно улыбающимся Курсутдиновым была распластана человеческая фигура. Вокруг были разметаны куски розовой плоти…
Что ж ты ,с@ка, сде… хотел сказать начкар, но тут фигура на снегу зашевелилась, обвела глазами собравшихся, уставилась на Курсутдинова и спросила - ты м&@ак? На%@й ты тушенку расстрелял?
Только после этого прибежавшие на шум разглядели развороченные очередями ящики.
Объяснить, почему он выпустил весь рожок в тушенку, Курсутдинов не смог. И только тупо улыбался матам командира. Командиру же предстояло отчитаться за применение каждого патрона, поэтому вместо отпуска он грозил отправить Курсутдинова на губу. Но замполит (“слово коммуниста - держи”) убедил выполнить данное перед строем обещание. Отпуск боец получил.
Складской прапорщик пошел под суд, как соучастник. Именно он сделал хитрую вынимающуюся конструкцию окна. В караул Курсутдинова больше не ставили.
В караул Курсутдинова больше не ставили.
Конец 60-х годов. Армия. Военный аэродром в Кировской области. Наша рота охраняет вышеуказанный аэродром. Рота как обычно многонациональная (русские, татары, немцы, киргизы, узбеки и т.д.). Командир роты, прошу запомнить, капитан Таран, фамилия такая. Так вот, один узбек, понятно рядовой, понятно, что по русски не очень, стоит на КПП. Звонок по телефону (звонит жена капитана).
Узбек: - Ке-Пе- Пе.
Жена: - Здравствуйте! Капитан Таран там?
Узбек молчит, так как не въезжает в последнее предложение.
Жена опять: - Аллооо! Капитан Таран там?
Узбек не находит ничего лучшего, как тихонько положить трубку.
Через несколько секунд опять звонок.
Узбек: -Ке-Пе-Пе.
Жена капитана уже раздраженно:
- Солдат! Капитан Таран там? Чаво молчишь?
Узбек опять кладет трубку, думая, что ситуация разрешится сама собой. Не тут то было. Опять звонок жены.
- Солдат! Капитан Таран там? (жена уже орет в трубку так, как будто ее режут, слышно аж на все КПП)
И тут узбек не выдерживает:
- Слющай, ти, там-тарарам, да пащлья ти на х[рен]!
На следующий день узбек сидел на «губе», а под глазом был огромный фингал от кулака капитана Тарана.