Истории о армии #офицер

слышишь бодрое: "Стой, кто идет?" - ну и далее по сценарию. Особо выдающихся офицеров сей факт несколько не устраивал, и вот, однажды...

Взяв себе в попутчики контрактника (шоб свидетельствовал опосля), в самое сладкое для сновидений время, вышел такой особо выдающийся офицер в глубокую ночь. Первая часть операции прошла по сценарию - все часовые приветствовали ласковым "Стой! кто идет? Стой стрелять буду! Стой! Стреляю! ... " Затем началась вторая фаза операции. После проверки, с чувством выполненного долга, часовые принимают удобное положение и давят хоря до следующего звонка. Но офицер же был особенный, и, как ему думалось, весьма хитрый. Поэтому, возвращался не привычным маршрутом в дежурку, а пользуясь укрытиями и оборонительными сооружениями к первому, уже проверенному посту. Ночь выдалась лунная, и контрактник незримой тенью скользил за офицером. И вот, взобравшись на холм, за которым стояли, в готовности отразить любой военный конфликт, боевые машины, парочка стала наблюдать за действиями часового. Академик Павлов, наблюдая за особенностями сна энтого зольдатика, непременно открыл бы новую ветвь в физиологии, и, возможно, получил бы еще одну нобелевскую премию...

Итак, факт налицо, свидетель имеется, казалось бы, что еще надо? Но офицер же был особенный, и, как ему казалось, способный к подвигу. Со словами: "Смотри, как спецназ снимает часовых", решительно спрыгнул с холма и понесся навстречу к победе... Безусловно, люди, придумавшие "пУтанку"-сетку из закрученной тонкой и прочной проволоки, разбрасываемой на подступах к объекту, были весьма гениальны. Офицер в тот момент рассуждал несколько иначе. Слетев с трехметрового холма, с ускорением, соответственно его более центнера, массе, приготовившись к решительному прыжку, почувствовал мягкие щупальца этой путанки, нежно овивающие обе его ступни... Далее - (с характерным звонким шлепком)стремительное падение плашмя, фейерверк поцелуев грудины с позвоночником, носа с грунтом, а пальцев, намертво зажавших цевье автомата, - с удачно подвернувшимся камнем. Следующим звуком, как вы догадались, прозвучало: "Стой! кто идет!!!" уже, правда, с испуганно-истерическим оттенком и щелканьем предохранителя и затвора.

Ночь была лунная, и сие зрелище наблюдал, как ни странно, бдящий часовой соседнего поста. В прозрачно тихом ночном воздухе гулко прозвучал его глас:

- Тааааварыш капытаааан, не ушиблись?!

К чести часовых, хочу сказать, что держались они достойно - не ржали до самого моего ухода за пределы слышимости.

могли там вымыть пол и так далее. Безусловно, многие забывали о своих вещах и их складывали в мешок, который потом по необходимости курсанты разгребали в поисках своих пожитков. Так вот, новый особенно ретивый за чистоту полковник, назовем его Мороз, решил выявить и наказать тех курсантов, кто забыл свой хабар. Для этого он как дед Мороз припёрся с мешком утром на платц и стал вытаскивать из него лоты, раздавая дополнительно наряды на лево и на право. Понятно, что более или менее ценные вещи, джинсы, свитера, обмундирование были курсантами востребованы, ибо нужны. Но тут он вытащил труселя, и на автомате заорал: "чьи трусы! Я спрашиваю" Тишина. Конечно же, не востребованные вещи он грозился выбросить. Так как ответа не последовало, Мороз опять заорал: "последний раз спрашиваю, чьи трусы! "

И тут из строя раздалось:

"Ничьи, товарищ полковник, можете себе забрать! "

Какая была истерика хохота, не трудно вообразить.

В общем, это был первый и последний раз, когда полковник Мороз пытался наводить порядки))) были ещё другие офицеры и другие истории, если хотите, то расскажу, пишите в комментариях: -)

Вот одна из них: В самом начале девяностых, когда Союз только распался, в определенном военном округе, в определенном лесном гарнизоне ("определенный" - любимое слово Юрия Тарасовича. Он даже может сказать, что идет в магазин за определенными продуктами. Ничего не поделаешь - отпечаток службы...) Так вот в этом гарнизоне находилось на боевом дежурстве, определенное количество межконтинентальных ракет, определенной суммарной мощности, выраженной в мегатоннах. Население города - человек двадцать офицеров с семьями и рота солдат. Архитектура города состояла из дома офицерского состава, штаба и казармы. Сразу за городом, начинался городской парк, раскинувшийся во все стороны километров на 500, аж до другого такого же шикарного города... Даже телевизоров в городе не было - не добивал сигнал.

Служил там старлей. Сказать, что рубаха парень, ничего не сказать. Все его просто обожали: добрый, отзывчивый, абсолютно не жадный, что по тем местам и временам было дико. У этого старлея в Москве жил старший брат и не простой, а очень богатый банкир. Он всю дорогу внушал младшему братику - старлею:

-Что ж ты, Вася (назовем его так), сидишь там в лесу, а жизнь проходит? Увольняйся из армии. Приезжай ко мне в Москву, я тебя сделаю своим соучредителем, будем опираться друг на друга. Ну а если ты совсем тупой, то будешь у меня начальником службы безопасности, с зарплатой пять штук зелени.

Но наш Вася не хотел бросать службу, даже товарищи крутили пальцем у виска. Но банкир подогревал "непутевого" брата, присылая на жизнь 2000 баксов в месяц. При том, что зарплата офицера была тогда долларов сорок.

И наш Вася не жлобился, скупал всю автолавку и поил и кормил всех, всех, всех. На машину не хватает 300 баксов? - На, отдашь когда сможешь. На отпуск занять 150? Пожалуйста... не отказывал никому, хотя знал точно, что отдать не смогут, да и не было случая, чтобы кто-то пытался... Ему даже не завидовали, завидовали только тем, кто успевал первый в очереди на заем денег. Врагов у него не было, наоборот, все старались позвать в гости и накормить обедом. Вася был неженат.

Однажды с майорской дочкой случилось горе, она стремительно стала слепнуть, а девчонке 9 лет. Летали на вертолете в больницу, там сказали:

- Мужайтесь, но ваша девочка ослепнет. Помогла бы только операция в Германии, но стоит она 12 тысяч дойчмарок, а это по тем временам как читиллион - шмиллионов, ведь квартира в Москве стоила тогда тысячи четыре...

Вася в тот же вечер позвонил брату, имел с ним напряженный разговор, но через пару дней вручил майору сумку денег:

- На. В Москве поменяешь на марки...

Немцы не подвели, операция помогла, к девочке вернулось зрение. Вот таков был старлей Вася. Как такого не любить?

Однажды ночью, находясь на боевом дежурстве, глубоко под землей, Вася шарился по всем "определенным" помещениям командного пункта, в поисках сигареты. Из туалета вернулся капитан и говорит:

- Товарищ старший лейтенант, вы не имели права входить в это помещение, у вас нет допуска в эту зону.

- Да ладно тебе, я только хотел сигаретку у тебя тут потырить...

- Сигаретку не сигаретку, но я обязан доложить в особый отдел.

Хотелось капитану стать майором и он заложил Васю. Бывает.

Стали Васю тягать и так и сяк и после "определенной" проверки, выяснилось, что Вася... шпион, завербованный североамериканскими штатами…

Завербовали его еще в училище, подставили девчонку и: либо отчисление и срок за изнасилование, либо - что-то подписать, с кем-то сняться на видео... да собственно и все. Прошло пять лет. Он уж было успокоился.

Но в гарнизоне его нашли, и пришлось Василию сливать потенциальному противнику - "определенные" коды ракет, которые менялись каждый месяц, так что у старлея всегда была «работа».

И конечно же никакого брата у него не было, а все полученные деньги он тратил на общество. При обыске у Васи не нашли ни одного (!!!) доллара.

Старлея навсегда увезли в "определенном" неизвестном направлении. Вроде бы все просто - "по делам вору и мука".

Только вот "Хорошему" капитану, разоблачившему шпиона - Васю, офицерское общество устроило тяжеленькую житуху. Его подставили и вынудили уволиться на гражданку. Не простили ему старлея. Все понимали, что Вася предал Родину, но он черт возьми хороший человек, да и что такое Родина, когда страна лопалась и распадалась вместе с присягой... ?

А попробуйте спросить майора, у которого дочка стала видеть белый свет: а кто же в этой истории гад, и кто хороший?..

купили, небольшую и без ремонта, но свою. Ещё сын у него есть – ребёнок совсем, маленький ещё.

Далее с его слов:

Пришёл в опуск, квартира новая, раньше попросторнее снимали, ремонта нет нихера, долбался пять дней (обои клеил, дверь новую поставил – выдохся как собака).

С утра жена говорит, - «отвези сына в садик, а то мне на работу надо срочно, ключи от машины на тумбочке» и убежала.

Ну конечно отвезу. Взял ребёнка, взял ключи от машины, слава Богу не успел забыть правила дорожного движения, спустился, открыл машину, бросил ключи на водительское сидение, закрыл по привычке дверь, усадил ребёнка в специальное кресло, расположенное на заднем диване, дверь ему тоже закрыл … пик-пик сказала сигнализация, заблокировав все двери. Ребёнок в машине жизнерадостно машет папе ручкой. Ладно, не из таких ситуаций выбирались, щас в квартиру поднимусь возьму вторые ключи и открою машину. Хер там ключи-то от квартиры в квартире, я то взять их забыл, а дверь в квартире захлопнулась. Фигня-война, жене позвоню, мобильник у офицера всегда с собой.

- Анжела, привези ключ от квартиры.

- Серёжа, а я его не брала, ты же дома должен быть, а зачем он тебе?

Пришлось кратко обрисовать ситуацию.

В итоге: стоим вдвоём с женой и мило машем ручкой нашему чаду.

Чтобы открыть машину нужно открыть квартиру, а квартиру открыть нечем.

Но я же офицер; беру у соседей конкретный такой молот и начинаю конкретно харачить только что поставленную мной новую дверь .

Итог: сына открыли.

« в садик он уже не поехал и жена с нами осталась. Мы все вместе гуляли по городу, ели мороженое, пошли в кино, катались на атракционах», - так бы я хотел закончить эту историю.

Но нет, мне пришлось заказывать новую дверь (только завтра привезут), и сидеть потом всю ночь на стуле, охраняя сон своих близких. И на мой вопрос: Анжела, а можно я немножко на кровате посплю? был дан конкретный ответ: дверь сломал, теперь сиди охраняй нас.

Обои пришлось переклеивать, в пыли они все были

P. S. сидели в последний день его отпуска, поднимали по рюмке, сын его рядом бегал, и, Серёга, задумчиво опрокинув в себя очередную стопку произносит: «А можно было боковое стекло локтем выбить – явно дешевле бы обошлось, чем новая дверь и обои».

(сдаюсь). Естесвенно после этого все офицеры испытывали приступы гомерического хохота. И вот однажды старшина решил этого суслика прибить. Достал пистолет и говорит - Ребят вы постреляйте немного, он выползет. Они постреляли, суслик выползает и движеться в сторону средней мишени (ничего не подозревая), Старшина выстреливает - милиметр от головы, Второй - тоже мимо. Суслик невозмутимо продолжает двигаться к намеченной точке. Третий - милиметр от лапы. Наконец суслик доползает до середины и встает на задние лапы. Старшина потирая руки (щас я его!) выстреливает, и пуля проносится рядом с мордочкой суслика, естественно подняв фонтан земли. Суслик принюхивается (что это еще за екало-палколо блин!) и начинает путь домой, старшина, выходя из себя стреляет несколько раз подряд, но каждый раз суслик словноо уворачивается от пули - и вот остается последний патрон. Весь состав изнемогая от хохота ждет что будет дальше. Старшина тщательно прицеливается, в этот момент суслик залезает в нору, и... Попадает! Суслик забит в нору пулей. Старшину поздравляют бла-бла. И вот, сменили мишени, вышли офицеры начинают стрелять. .. Из норы высовывается суслик... :))))))))))))))

с "новой" техникой. Мероприятие абсолютно никому не нужное. Это понимали мы, понимали и офицеры, проводящие занятия. После перерыва можно было незаметно уйти, на второй паре переклички не было. Как окзалось, можно было вообще не ходить. В последний день предписания подписывали всем, кто посещал, кто пропускал. Но были и плюсы. Можно было уйти пораньше с работы, отдохнуть от домашних дел, встретиться со старыми друзьями, с которыми учился в Москве, поехать с ними в парк Тельмана (ташкентцы знают где это) на шашлыки. Как-то на лекции офицер сказал нам, что кандидат наук доцент это майор, доктор наук профессор - полковник, а завкафедрой это генеральская должность. Второй отдел передаст в военколмат все сведения о содрудниках, звания присваиваются автоматически. Я понимал, что генерал это вряд ли. Сколько в стране ВУЗов, сколько кафедр, и что, все заведующие генералы? А полковник вполне возможно. Еще подумал, что мои ровесники тянут лямку в далних гарнизонах в звании майора, а я, такой крутой, уже полковник.

Когда уезжал в Америку, пришел сняться с учета. В военкомате, любопытства ради, спросил, кто я по званию. Оказалось... старший лейтенант-инженер запаса. Да-а-а. Не задалась военная карьера. Лучше бы не спрашивал. Ходил бы, уверенный, что я "ну настоящий полковник".

P. S. Оказывается, все сведения о себе должен каждый приносить в военкомат. Дипломы, выписки из трудовой. Никакой второй отдел это делать не будет. Да и какая разница кто ты в запасе, рядовой или полковник.

чехлами с армейским другом с лежащими рядом карабинами и дожидаемся прилета самолета зам. министра обороны СССР товарища Огаркова. Грядет большое совещание в штабе армии и утверждение особо секретного плана. Мы уже в курсе.

На первые подступы выдвинуты продвинутые во всех отношениях люди. Родители друга серебряные призеры СССР по одному из видов зимнего спорта, он тоже держит форму и ежедневно подтягивает меня. Бегаем по 3 километра в любую погоду по его методике. Я здоровею день ото дня ибо методика правильная. Впоследствии дочка друга победит три года подряд в соревнованиях "Айрон мен" во Флориде.

Наконец прилетает и выруливает персональный самолет Огаркова. Из него появляются офицеры обслуги в белоснежных техничках, стремянку устилают красной ковровой дорожкой. А у рулежки выстроена шеренга из автомобилей "УАЗ" и "Волг" у которых стоят генералы и полковники из штабов и частей армии. Зам. министра с достоинством вышагивая и окруженный свитой выдвигается к ним для приветствия. В тоже время со стороны гражданского аэропорта замечаем движущийся неопознанный объект. В той зоне выставлено несколько наших армян, но объект пересекает беспрепятственно это заграждение. Мы уже в состоянии его разглядеть и наблюдаем приближающийся к автомобильной шеренге мопед.

Огарков тем временем проходит мимо строя высоких чинов, здороваясь с каждым за руку и перебрасываясь парой слов.

Наконец свита доходит до последней "Волги" и церемония приветствия почти заканчивается, но не совсем. За "Волгой" оказывается прапорщик у мопеда. Пьяный в дупель он протягивает маршалу "краба" со словами:

- Здорова были!

Огарков слегка ох[рен]евает, но реагирует молниеносно:

- Десять суток ареста!

Обслуга тут же хватает бедолагу под мышки и забрасывает в первый же подвернувшийся "УАЗик", за прапором следует мопед. Генеральские авто выстраиваются в колонну и начинают движение в направлении штаба армии. Во главе колонны "УАЗик" с торчащими из-под брезента ногой в яловом сапоге и колесом мопеда.

растворе для обеззараживания военной техники и теперь светился в строю, как одинокий белоснежный лебедь.

В караул Курсутдинов ходил, как все. Охранять знамя в штабе ему на всякий случай не доверяли, поэтому бдил Курсутдинов около гаражей или дивизионного склада.  

Склад этот был важный. В нем хранились консервы, сухпайки, заспиртованный хлеб, палатки, котелки, полушубки  и прочие предметы, жизненно необходимые в армейской жизни. При складе служил и виртуозно управлял недостачами прапорщик. Недостачи были небольшими, случались с ведома начальства и всегда укладывались в нормы «усушки-утруски». До поры до времени…

На складе обнаружили большую пропажу. И это была не усушка. Продукты  стали пропадать ящиками, а полушубки - десятками. Ночами. При закрытом складе, с подключенной к сигнализации дверью. И даже (! ) с нетронутой пластилиновой печатью.   Каждый раз, когда  прапорщик вбегал в штаб с криками «усэ попырыпыздыли, усе поуаровалы! », командир выходил из себя от ярости.

Окна склада были наглухо заколочены, он несколько раз проверялся на предмет подкопов и дыр в крыше. Запирали и открывали исключительно в присутствии дежурного офицера. Безрезультатно - кражи продолжались.

Наконец, высшее командование объявило - тот, кто задержит расхитителя, незамедлительно поедет во внеочередной двухнедельный отпуск домой, в какой бы республике СССР тот не проживал.  

Курсутдинов на посту не спал. Поэтому четко видел, как к складу прокралась темная фигура, аккуратно вытащила забитое досками окно - вместе с петлями и переплетом. И исчезла внутри. Курсутдинов подошел ближе и стал ждать.  

Через некоторое время из окна вывалился ящик, потом второй. За ними вылез расхититель.  

Курсутдинов снял автомат с предохранителя и передернул затвор.

- Не кипишуй, вот, возьми тушенки, - протянул две банки совершенно неиспугавшийся вор.

Курсутдинов улыбнулся своей странной улыбкой и произнес «стой-стрелять буду».

- Мало? Забери ящик, я еще себе возьму - занервничал расхититель.

Курсутдинов дал очередь в воздух.  

К моменту, когда на шум выстрелов подбежали начальник караула и бодрствующая смена, успело прозвучать три или четыре длинных очереди.   В свете мечущихся фонариков предстала ужасающая картина. На черной земле перед странно улыбающимся  Курсутдиновым была распластана человеческая фигура. Вокруг были разметаны куски розовой плоти…

Что ж ты ,с@ка, сде… хотел сказать начкар, но тут фигура на снегу зашевелилась, обвела глазами собравшихся, уставилась на Курсутдинова и спросила - ты м&@ак? На%@й ты тушенку расстрелял?

Только после этого прибежавшие на шум разглядели развороченные очередями ящики.  

Объяснить, почему он выпустил весь рожок в тушенку,   Курсутдинов не смог. И только тупо улыбался матам командира. Командиру же предстояло отчитаться за применение каждого патрона, поэтому вместо отпуска он грозил отправить Курсутдинова на губу. Но замполит (“слово коммуниста - держи”) убедил выполнить данное перед строем обещание. Отпуск боец получил.

Складской прапорщик пошел под суд, как соучастник. Именно он сделал хитрую вынимающуюся конструкцию окна.  

В караул Курсутдинова больше не ставили.