Преамбула: в конце я учился на военной кафедре одного из самых блатных ВУЗов страны. Контингент на кафедре собрался соответствующий - сочетание булавки для галстука с бриллиантами, ботинок из крокодила, опять же бриллиантовых запонок с военной рубашкой там никого не смущало. Один товарищ даже сшил себе офицерскую рубашку на заказ, точно по
И однажды преподававший у нас военное дело полковник приболел, а заменять его пришел какой-то странный мужичок. Не представившись, он обвел нас опытным взглядом и начал свой рассказ с того, что констатировал очевидный факт об абсолютной нецелесообразности пребывания нас всех на военной кафедре.
А после этой тирады он сказал: "Ребята, я понимаю, что на военную науку вам всем наплевать. И смысла читать вам сейчас основной курс нет - тем более что меня явно никто не будет слушать. Поэтому я расскажу вам куда более полезные вещи. " И он начал рассказывать про "войну" в повседневной жизни. Иными словами, про уровни бронировки гражданских машин по маркам и по классам, из какого оружия и тп. эта бронировка пробивается, от чего спасает, что делать, если вам в окно кинули боевую гранату и как себя вести, если по вам открыли огонь из стрелкового оружия.
Мужик говорил тихо, но за 2 года учебы это был ПЕРВЫЙ раз, когда в аудитории реально было слышно, как летит муха - семьи доброй половины присутствующих были активными или невольными участниками этой "необъявленной" городской войны.
«Нельзя дважды войти в одну и ту же реку» - это все знают. А вот сколько раз можно построить одну и ту же стену? Не знаете – считайте.
“Солдатом в Ростове служил” я в невероятно холодную зиму: минус 43 в течение чуть ли не двух месяцев, причем со страшными пылевыми бурями – снега почему-то вообще не было. Вероятно, этим и можно объяснить
(Начальство отсиживалось в теплых домах и на мороз выходить не желало. Все команды проходили по телефону, отчего очередное «как всегда» и вышло).
В соседнем за нашей частью дворе находилась высоченная радиомачта. И вот потребовалось кому-то, чтобы разделяющая наши дворы кирпичная стена была на 10 метров дальше от этой радиомачты. То ли стена поглощала ее радиоизлучения, то ли радиоизлучение было опасно для людей – не знаю. Знаю, что поступил сверху приказ: «Передвинуть стену на 10 метров». Дали мне и другим «бойцам» по лому и лопате, и за пару дней мы с этой длиннющей стеной разделались подчистую – с землей ее сравняли.
Теперь нужно новую стену построить, сместив ее с прежнего места на 10 метров. Ее и сместили, и построили. Да только отступать армия не любит – построили ее не на 10 метров дальше от радиомачты, а наоборот: на 10 метров БЛИЖЕ к радиомачте.
Начальство недовольно, дало нашему майору взбучку и объяснило, что двигать стену нужно было не на 10 метров вперед, а на 10 метров назад. И что теперь?
– Правильно. Мы эту новую, только что построенную нами стену в соответствии с приказом сломали, и, отступив на приказанные 10 метров, построили новую стену где?
– Опять правильно! Мы, конечно же, отступили на 10 метров назад от только что построенной нами стены, то есть построили ее опять именно там, где она раньше и стояла до начала всей «операции».
Ну тут уж высокое (но далекое) начальство взъярилось. Дало и майору, и полковнику нашему такой разнос, что оба прибежали в казарму, как миленькие, и сами, своими руками отмеряли «20 метров назад». (Потому как им по телефону сказано было: «Не 10, а 20 метров назад нужно было отмерять от того места, где стена стояла». Да не объяснили при этом: КОГДА ИМЕННО СТОЯЛА?.)
Короче, стена опять сломана и опять построена, но теперь построена уже прямо вплотную к казарме. Часовой больше ходить между стеной и казармой не может – автоматом за кирпичи цепляется. А охранять ему, поверьте, очень даже есть что. Так что нельзя без часового никак.
Поступает приказ – немедленно отодвинуть стену (теперь уже от казармы на эти самые окаянные 10 метров), и наши отцы-командиры рады бы его выполнить. Но за все эти «перестройки» сколько мы кирпича перебили и с мусором выкинули, сами подумайте? Следовательно, кто и откуда нам другой кирпич даст? (Это вам не сегодняшний строительный бум, на дворе были 70е.)
Но «в армии приказ не обсуждается, а выполняется». И мы его выполнили «беспрекословно, точно и в срок». Ночью вся часть (человек 1700 – 1800) была поднята по тревоге.
«Огни не зажигались, команды отдавались шепотом и исполнялись бесшумно» - совсем как в фильмах, что нам иногда в клубе крутили. «Бесконечная вереница солдат устремилась в проход, проделанный саперами». (Оторвали 2 доски на заборе какой-то стройки в паре сотен метров от наших казарм, а потом, конечно, опять на место приколотили. Сторож, наверное, был «прикормлен», вряд ли ему не дали бутылку для «сугрева» в ходе этой ночной «операции»). Короче, помножьте 1700 на 6 кирпичей (что каждый должен был согласно приказу вынести), а потом эти 10 200 еще раз помножьте на 3 рейса (или «рейда» - я не уверен, как именно такие разбойничьи налеты по армейскому уставу полагается называть), что были проведены прежде, чем был дан «отбой тревоги» и нам разрешили продолжать спать.
Представьте себе изумление строителей и их начальников, когда они наутро обнаружили, что все 30 000 кирпичей, завезенные на стройку накануне, внезапно «испарились» буквально бесследно. Прибывшая милиция не смогла обнаружить новых отпечатков колес на территории. Громко (наши слышали) удивлялись: «Ну не на руках же их вынесли!»
Случай из армейской жизни случился со мной. Дело было в конце 80 годов. После учебки попал я по распределению в Куйбышев ныне Самара . Мне фартануло и служить пришлось в штабе дивизии в заводе охраны штаба в центре города. Служба была полегче чем в остальных частях дивизии . Убрать территорию , убрать 4 этажа штаба , плюс несение дневальной
Не мое, но очень понравилось. Из комментариев к статье о модернизированном телефонном звонке.
Помню, на службе в СА в нашем батальоне сломалась сирена-ревун (охрененный такой девайс размером с большую табуретку, предназначенный для подачи сигнала боевой/учебной тревоги)... А поскольку в то время я (на должности телефониста) нёс ночную вахту на армейском телефонном коммутаторе, добрый прапор притараканил этот пепелац мне ... типа, "на, чини, профессор"...
Звонков по ночам практически нет, поэтому починил я его достаточно быстро... Ну, и на радостях решил проверить : )
Через три минуты личные составы нашего батальона (а так же двух соседних) стояли перед своими казармами в полной боевой выкладке, а ещё через минуту ко мне ворвался дежурный по части старлей с выпученными глазами и размахивающий табельным ПМ... Писец... Мысль была, что мне не жить...
Спас меня звонок из бригады, следствием которого явилась дейтвительная учебная тревога... Как же удивился проверяющий полковник, который въехал на КПП практически сразу со звонком и увидел четыре построенные роты — одетые, застёгнутые, в противогазах... Всё по уставу и соответствующим предписаниям...
Офицерам нашим объявили благодарность, дали премии... А я под это дело выклянчил отпуск домой на две недели. .. Вот такая вот она, электротехника : ) ...
1988 год. Афганистан. Кабул. Артиллерийский полк Воздушно-десантной дивизии. Лето, жара, война. Не какая-то большая и длинная, а, так, 4-5 дней и на базу. Проводки колонн, чего-то где-то не поделили, душарики оборзели в зоне ответственности, реализация разведданных, вертолет завалили и надо летунов вытаскивать
И вот на фоне всей этой кутерьмы, жить-не-быть, приехал полковник московский из Управления боевой подготовки, учить чему-то там. Новая методика ускоренной подготовки расчета к стрельбе. Позволяет сократить время на 20%. "А это, товарищи артиллеристы, в боевых условиях - ого-го! " Надо так надо. Для двух расчетов с гаубицами это даже отдых - пущай учат. Ушли они в безопасный(относительно) район поутру. План такой - сначала они просто готовятся к стрельбе(это исходное время), потом полковник их учит, а уж совсем потом, вечером, они, наученные уже, перевыполняют норматив на 20%.
Вернулись уже к обеду, расчеты смущенные, сержанты гордые, зам командира полка молчит как рыба. Вечером уже полковнику - прощальный ужин с алкоголем. Полковник(дядька неплохой) сам и разболтал. Норматив - 45 минут, после учебы должны сделать за 35. Пришли на место, секундомер, "Время пошло! ". Результат - 14 мин. 45 сек. Полковник секундомер проверяет, глаза трет. Да и реально - такой слаженной работы ни на одной "показухе" не подготовишь, годы потратить надо и то не получишь. А солдаты - это ведь простые пацаны, они в армии-то по 1-1, 5 года, не всю жизнь тренировались. Приказал построить личный состав. Спрашивает не у сержанта. не у наводчика, а у простого орудийного номера: "Сколько тренировались? " А он и слова такого не знает. Тогда "Почему так быстро получилось? Кто учил? " И получает достойный ответ(привожу дословно): "А ежели мы , БЛ-ДЬ, чесаться будем, НАХ-Й, то они эресами(реактивными снарядами) так по нам УЕБ-Т, что чесать нечего будет, ЕБ-НЫЙ В РОТ!!! " Доходчиво!
И понял полковник. что никакая "дрючка" мирного времени, никакой сетевой график, материальная мотивация и проч. не дадут того, что дает 20 мин под обстрелом на войне.
Вот очень мне интересно - что теперь с теми пацанами, кем работают, как живут. И почему, млять, мы их учили стрелять, а не на фрезере детали точить?!
Ох, и натворила шуму в свое время эта история.
По причине повального массового пролета по всем фронтам долго не могли собрать воедино все части этой комедии. Трагедии конечно, трагедии. Шекспир плакал крокодильими слезами в зависти. Такое нельзя придумать, такое необходимо пережить. Что случилось - то случилось. И дабы не пинали непричастных,
Прибыл с инспекцией в некую часть на дальние севера некий полковник. Проверку часть прошла успешно. А как же иначе? Полковник в округ засобираться, а тут погода испортилась жестоко. Если вы думаете, что типа сел в УЗ-ик и был таков, так вы ошиблись. Север. Тут только вертолетом. А он не летит. Погода видете-ли, нелетная. И прогноз неутешительный. Сидеть нашему полковнику примерно две недели на этой богом забытой точке. Сами понимаете, что палкан загрустил.
Однако, кому-то в голове пришла гениальная мысль. Точка находилась почти на самом берегу моря. И там недалеко проходил секретный фарватер наших стратегических АПЛ. О нем (о фарватере) никто в округе не знал. Секрет ведь. Однако приценденты имелись. И вот, в одну лунную ночь всплывает наш ракетоносец на ну вообщем приспичило ему всплыть. К нему шаланда подходит по традиции: хлеб, соль, самогон. И на последок просят взять попутчика до порта. Всего делов-то, шесть часов хода и на месте. Ну веть все одно по пути? Моряки не звери, где - то даже душевные люди. Приняли полковника на борт и нырнули. Наш пассажир страшно доволен. Надо заметить, что летать он не любил и даже побаивался. И как дальнейшее показало - лутьше б он с парашютом прыгать согласился.
Перед самым портом наша подлодка всплыла очередной раз. (Вот приспичило, туда - сюда. ) И вдруг приходит срочный приказ из штаба флота. Идти в Атлантику на боевое патрулирование. Как в кино про войну:
- Классовый враг не дремлет товарищи! Еще появляются ядовитые укусы гидры империализма на многострадальном теле революции! !
Наша АПЛ ныряет и выполнять приказ с пассажиром. Объект секретный, стратегический, а тут типа заяц? Да быть такого немогет! ! ! Ни на одном из флотов мира! ! ! Тем более на нашем.
Первые минуты все думали, что делать, как сообщить о случившемся? Потом кому сообщать? После, что им за все это будет? После - стоит ли вообще об этом сообщать чего? Полковник выл дурным голосом на весь ракетоносец и просил выдать ему шлюпку с парой матросов. Через час он уже был согласен на спас. жилет и компас. Обещал самостоятельно добраться до родной части, где и сдаться властям. Клялся в верности жене, Родине и уставу. Ему верили, но жилета не давали, а компасы на подлодке все к полу болтами пришпилины. На всякий случай проверили надежность крепления.
Семь бед - один ответ. Пришлось докладывать начальству о пассажире. Много чего интересного узнали о себе подводники. Но морские волки и в штабе есть. Изменив чуток маршрут подлодки, нашего бедолагу высадили в каком - то отдаленном порту перед самой границей.
Весь путь домой наш палкан бродил по ракетоносцу, пугая своим печальным видом матросов и корабельных крыс. Он что - то невнятное бормотал себе под нос. Требовал аудиенции у адмирала и просил у встречных вертолет. Крыша малость прохудилась у него. Бывает. На лодке полковника прозвали неприкаянным духом отца Гамлета. Чему страшно гордились в последствии.
На счет оркестра и цветов у трапа - это байки веселых матросов, а вот то, что бокарезы нашему полковнику выдали прямо у трапа, так это в один голос утверждали все участники событий. Вновь испеченный ПОДполковник выл уже от счастья. Чуть позже он стал и вовсе гражданским лицом.
А флотское начальство отобрав бокарезы у своих сухопутных коллег спустилось на лодку. У них еще были дела по профилю выбранного инструмента.
- у нас хоть и элитная школа была, но вели мы себя с учителями все равно как засранцы. Как в любой другой школе. Как они это терпели - просто не представляю. До сих пор стыдно. Но наш ОБЖист, полковник в отставке, сделал нас как никто. Он нашёл способ, чтобы мы не списывали на контрольных. Мы писали все тесты в противогазах. Снимать разрешалось только сдавая листок. Снял раньше - на пересдачу. И это реально смешно - когда весь класс в противогазах сидит. А если начинаешь смеяться - потеют стёкла, не то что шпору, свой листок хрен разглядишь. А начинаешь суетиться не по делу, то очень палевно ибо этой респираторной коробкой то об стол то об соседа стучишь. В общем молодец дядька, очень яркие воспоминания оставил.
Отношение немецких офицеров к американцам отражает эпизод, описанный полковником армии США Дэвидом Хэквортом. (* могут быть некоторые отличия перевода, но суть передана ясно).
В 1946 году, служа в лагере для военнопленных, он с издевкой задал одному из немецких офицеров вопрос:
— Если вы фрицы такие крутые бойцы, почему оказались в плену? Почему я тебя охраняю, а не ты меня?
Гитлеровец посмотрел ему в глаза, и ответил:
— Я командовал батареей из шести 88-мм орудий. Когда на нас пошли американские танки, мы отстреливали их каждую минуту. Но у нас закончились орудийные снаряды. А ваши танки не закончились.
Как-то раз пригласил нас к себе Илья Михайлович. Чайку попить да свою молодость вспомнить. Среди прочих, рассказал он и эту историю.
Служил я тогда во внутренних войсках прапорщиком-розыскником, ипоручили нам найти и вернуть одного беглеца. Людей у меня в группе было немного, в ходе поисков пришлось разделиться, и так получилось,что я вышел на него один на один. Разыскиваемый устроился на пасеке,да не просто так, а с ружьем. Началась перестрелка. Но приблизиться як нему не могу: позицию он выбрал действительно удобную. Наши вряд ли подойдут раньше, чем завтра, а как только стемнеет, враг запросто ускользнуть может.
И тут я сообразил, что делать. Стал стрелять не по преступнику(все равно с такой дистанции не попадешь), а по ульям. Вышло все, как было задумано. Когда я раздолбал десяток ульев, разъяренные пчёлы набросились на злодея, и он кинулся к реке. Я побежал за ним, правда,окольным путем. Там, в реке я его и взял.
Когда беглеца доставили обратно, его пришлось сразу поместить в госпиталь, и он там лечился еще месяц. Коллеги мою находчивость оценили. Но через неделю меня с треском выгнали со службы. Оказалось,что та пасека принадлежала нашему командиру полка полковнику А. ,которому идея насчет ульев совсем не понравилась.
Из рассказов моего отца
В 1949 году после окончания военного училища мой отец начал службу начальником радиолокационной станции в полку ПВО под Ригой. Станция находилась на небольшом возвышении отдельно от истребительной авиации.
Летом, когда холм густо зарос травой, к отцу обратился проживающий неподалеку латыш (латвиец, как сейчас принято
Накосить сено вокруг станции – дело хорошее, но решает такие вопросы не начальник станции, а командир полка, что и было сказано просителю.
Командиром полка был боевой летчик, полковник, орденоносец, настоящий русский богатырь, косая сажень в плечах. На вопрос о сене он только спросил:
- Магарыч будет?
И получив утвердительный ответ, дал добро.
Скоро сено вокруг станции было скошено, просушено и заскирдовано, а на скошенной поляне была расстелена белая скатерть, нарезан хлеб, помидоры, огурцы, лук, поставлены стопки, а посередине бутылка водки.
Когда все было готово, отец передал комполка просьбу придти на магарыч.
Полковник пришел, посмотрел на расстеленную скатерть, взял бутылку водки, открыл ее ударом ладони, в один прием вылил всю бутылку в горло и сказал: - А сейчас пойдем летать. А вы продолжайте.
- А сейчас пойдем летать. А вы продолжайте.
История не моя. Рассказал коллега по работе. Дальше от его имени.
Я служил в автороте. Возил на уазике командира полка. Был у нас солдат, водитель шишихи.
Был он совсем неприметным , если не считать одной мелочи. Перед отбоем все шли смотреть гномика ( если Коля был в хорошем расположении духа). Коля ложился на кровать и
Про конъюнктуру рынка.
Место и время: один из мини-рынков Ульяновска, где-то в двадцатых числах августа сего года, между 8 и 9 часами утра.
Действующие лица: немелкий полковник ВДВ на не последней должности в городе, его личный водитель студент-очкарик на служебном а/м УАЗ (ну на чем же еще), борзой торговец какого-то неопределенного
Полковник с водителем заезжают на служебной машине на вышеупомянутый рынок. Арбуза им захотелось купить или еще какой картошки, неизвестно. Надо сказать, полковник из машины не выходил, покупал все водитель в гражданской одежде. Короче, закупились и поехали дальше по своим военным делам. Но вот незадача, случайно на выезде зацепили своим транспортным средством лоток торговца, сына гор. Ничего не рассыпали даже, слегка ориентацию лотка откорректировали. Ну пустяк, короче, разверни лоток и дальше работай. Но горячая кавказская кровь (или может не кровь) ударила в мозг нашего бравого джигита. Силой вытаскивая студента-очкарика из машины и не замечая о@#$вающего от всего происходящего полковника, джигит делает спешные расчеты суммы задолженности, так неожиданно возникшей у водителя-ротозея. Подтянувшиеся кунаки настаивали на немедленном погашении задолженности наличными средствами на месте в наикратчайшие сроки, а также дополнительно компенсировать той же наличкой поруганную честь своего брата:
- Будэм гибдд визыват или сами разберомса, да? Наэхат на мена решил, да? Ми тиби уважаем а ти на нас пилиюош, да? Ти кито такой тогда, пасматры на себя, да? Зачем обидел мой народ, да? Денги на машину хватило на совэст не хватыло, да?
И вот наступает многозначительный гоголевский финал этого безобразия. Из машины с заднего сиденья медленно, не спеша, выбирается полковник. Взглядом стрелка-снайпера обводит джигитов, задает только один вопрос:
- Грузины?
- Ми не знаэм гиде гирузия, ми другу памоч пришлы тваю машину починить, да?
Результат операции: лоток силами горцев сдвинут на 0.5 метра, расширяя проезд до безопасной ширины и зкреплен на месте штырями, чтобы случайно не сдвинулся. Никогда.
Из армейских воспоминаний.
Я проходил службу в одном из штабов Московского военного округа в середине 80-х годов. Ближе к дембелю встал вопрос об оформление дембельского альбома, ну понятно, куча фоток из жизни солдатской: в увольнениях, в казарме, на спортивных соревнованиях и т. д. Но, ведь мы служили в штабе и грех не сфотографироваться
На следующий день выходим на обед, встречаем гонца и начинаем смотреть негативы. Так, на минуточку напомню, дело происходит на территории одного из московских штабов, где полно старших офицеров и даже генералы не редкость. И вот мы - молодые оболтусы стоим и рассматриваем, отснятую пленку наслаждаясь резкостью и четкостью кадров! И тут раздается голос с небес: что смотрите солдаты? У нас за спиной стоял целый полковник! В общем, наступила немая сцена! Лично у меня в голове метеором пронеслись мысли о дембеле в последний день июня, где-нибудь на Кушке (где-то на окраинах Туркмении) и это в лучшем случае, про худший вариант думать не хотелось, но думалось! Могло дело дойти и до дисбата! Шутка ли фотосъемка в здании штаба, это же мечта особиста! "Так что же вы там смотрите, солдатики? " - снова вопрошает полковник. Я, набравшись наглости, отвечаю, мол в выходные были в увольнении и ходили в Музей Вооруженных Сил и там и снимались! Полковник, кивая головой, мол это хорошо, вдруг и молвит: "Дайте и мне посмотреть". Вот тут нам стало по-настоящему херово! Все худшие варианты развития событий вдруг стали очень реальны! Деваться некуда, протягиваем пленку, он смотрит ее на свет (эти десять секунд мне показались десятью годами). Он возвращает пленку и говорит: " Только в штабе не фотографируйте! " Вот тут немая сцена снова повторилась!
Ps. Теперь спустя много лет, я думаю, что он просто не мог внимательно рассмотреть пленку, в силу возраста он вблизи, возможно, плохо видел, а очки постеснялся надевать! Вот такая история случилась со мной и моими друзьями почти тридцать лет назад! Но те волшебные ощущения, пережитые в тот миг, свежи до сих пор!
В свое время, когда отец мой служил на черноморском флоте, мы жили в
Крыму. Родитель мой был начальником штаба полка морской авиации,
базирующегося в гарнизоне Саки-4 (само по себе довольно забавное
название). Частенько приезжало высокое начальство со штаба
Черноморского флота и устраивало повальные проверки всему личному
Служил у отца в полку командир звена (внимание!) подполковник
пе[тух]ИНА (ударение на И). Ей богу, пе[тух]ина. И отец его был
пе[тух]ина, и дети его, которых мы нещадно гнобили в школе (эх, детская
непосредственность) за столь звучную фамилию.
И вот после очередной проверки, когда весь полк построен и батя мой
бодро доложил высокому руководству об окончании учений, один из
адмиралов сказал:" Все у Вас в полку хорошо, товарищ полковник,
но вот отдельные офицеры не до конца постигли и прониклись последними
постановлениями партии и Главного штаба Вооруженных сил в части
повышения летной квалификации и овладевания боевыми навыками".
При этом он показал на подполковника пе[тух]ину как на пример у
которого, по его мнению, этих самых навыков немного недостает.
При этом мой батя, как настоящий начальник штаба, тут же вызывает
подполковника из строя и начинает свою речь: "Вам, пе[тух]ина, сколько
раз было указано на недостатки?.... Вы, пе[тух]ина,....., у Вас,
пе[тух]ина..." и т.п.
Проверяющий из штаба Черноморского флота, слегка впав в транс, отозвал
батю в сторонку и отечески положив ему руку на плечо, сказал: "Все,
конечно, правильно, и я Вас ни сколько не осуждаю, так их и надо
держать но, право, надо быть слегка сдержаннее, товарищ полковник, не
позволяйте себе таких оскорблений офицера в присутствии всего личного
состава".
Батя клялся и божился, что ничего такого себе не позволял, чем
постепенно начал выводить из себя высокого гостя. И когда до него
дошло чем он прогневал босса, показал пофамильные списки личного
состава. И тут началось шоу - со свойственной советским офицерам
непосредственностью, тыкая пальцем в список, а потом на
незадачливого подполковника, проверяющий из Штаба флота обошел всю
свою когорту и каждого повеселил от души! !! Вот такие бывают "лошадиные" фамилии...
Вот такие бывают "лошадиные" фамилии...
О пользе Советской Армии. У нас в фирме, был банкет, все как положено, напился, как пёсик. Мирно иду домой. Тут меня тормозят два курсанта, из школы милиции, типа почему такой пьяный, отбирают паспорт, и просят пройти с ними до отдела. Приходим в отдел, а там развод. Стоит на плацу полковник, а вокруг каре выстроились курсанты. Мои менты ушли вперед, типа все равно паспорт у них, куда я денусь. Я строевым шагом, кто служил, тот поймет. Нога поднимается на 25-30 см. носок оттянут. При всем разводе подхожу к полковнику и докладываю. « Товарищ полковник, за время вашего дежурства якобы пьяный был доставлен в отдел Ф.И.О. Явно по недоразумению, разрешите быть свободным? Полковник слегка ох@ел, отдал честь, сказал разрешаю. Посмотрел на меня. И сказал: « Смотрите товарищи курсанты, как строевым шагом ходить надо. И обращаясь к моим ментам, отдайте ему паспорт, он не пьяный, пьяный так строевым шагом, как по струночке ходить не будет