Истории о армии #солдат

и проч. Ратный труд, в-общем. Народ приходит с войны, баня, спать, завтра - технику обслужить боеприпасы загрузить, послезавтра - опять куда-то потянулись. "Мальчики - налево, девочки - направо". Выматывают такие войнушки артиллерию сильно - на большой войне (1-2 мес. ) орудия один раз выставил, окопчик подкопал, цели плановые обсчитал и потом жди пока "огонь" скажут. Долбанули по цели и ждем другую. На "короткой" войне по-другому: за день можно 2-3 раза переместиться(это каждый раз прицепить-отцепить, орудие выставить, боеприпасы выложить и т. п. ). И всегда в дефиците времени - это ведь где-то или колонну нашу крушат, или роту зажали, или по тебе же ребята в "пакистанках" реактивными снарядами долбят.

И вот на фоне всей этой кутерьмы, жить-не-быть, приехал полковник московский из Управления боевой подготовки, учить чему-то там. Новая методика ускоренной подготовки расчета к стрельбе. Позволяет сократить время на 20%. "А это, товарищи артиллеристы, в боевых условиях - ого-го! " Надо так надо. Для двух расчетов с гаубицами это даже отдых - пущай учат. Ушли они в безопасный(относительно) район поутру. План такой - сначала они просто готовятся к стрельбе(это исходное время), потом полковник их учит, а уж совсем потом, вечером, они, наученные уже, перевыполняют норматив на 20%.

Вернулись уже к обеду, расчеты смущенные, сержанты гордые, зам командира полка молчит как рыба. Вечером уже полковнику - прощальный ужин с алкоголем. Полковник(дядька неплохой) сам и разболтал. Норматив - 45 минут, после учебы должны сделать за 35. Пришли на место, секундомер, "Время пошло! ". Результат - 14 мин. 45 сек. Полковник секундомер проверяет, глаза трет. Да и реально - такой слаженной работы ни на одной "показухе" не подготовишь, годы потратить надо и то не получишь. А солдаты - это ведь простые пацаны, они в армии-то по 1-1, 5 года, не всю жизнь тренировались. Приказал построить личный состав. Спрашивает не у сержанта. не у наводчика, а у простого орудийного номера: "Сколько тренировались? " А он и слова такого не знает. Тогда "Почему так быстро получилось? Кто учил? " И получает достойный ответ(привожу дословно): "А ежели мы , БЛ-ДЬ, чесаться будем, НАХ-Й, то они эресами(реактивными снарядами) так по нам УЕБ-Т, что чесать нечего будет, ЕБ-НЫЙ В РОТ!!! " Доходчиво!

И понял полковник. что никакая "дрючка" мирного времени, никакой сетевой график, материальная мотивация и проч. не дадут того, что дает 20 мин под обстрелом на войне.

Вот очень мне интересно - что теперь с теми пацанами, кем работают, как живут. И почему, млять, мы их учили стрелять, а не на фрезере детали точить?!

из номеров расчёта стал сам комбат, вторым вызвался добровольно Николай.

Головной танк был подбит первым выстрелом, который вышел на мост. Бронетранспортёр, замыкающий колонну, вторым. Боевая задача была выполнена - движение колонны было задержано, но командир батареи получил ранение. У Сиротина при пушке по-прежнему оставалось значительное количество неизрасходованных снарядов и он отказался отступать.

Убрав подбитый танк с моста другими двумя танками, немцы предприняли попытку расчистить затор, но и эти танки были подбиты. Бронемашина, застряла в болотистом берегу, попытавшись преодолеть реку вброд, где и была уничтожена. Местоположение замаскированного орудия, у фашистов долго не получалось определить. Они думали, что целая батарея ведёт с ними бой. Два с половиной часа продолжался бой, в котором было уничтожено за это время 7 бронемашин, 11 танков, 57 офицеров и солдат.

Немцы поехали на мотоциклах в обход. Николая окружили и предложили ему сдаться. Ответом от артиллериста стали выстрелы из карабина. Он пал в рукопашном бою в неравной схватке. Всего три неизрасходованных снаряда осталось лежать возле пушки.

Из дневника офицера гудериановской 4-й танковой дивизии обер-лейтенанта Фридриха Хенфельда, что погиб под Сталинградом в 1942 г. :

«17 июля 1941 г. , Сокольничи близ Кричева. Вечером хоронили русского неизвестного солдата. Он один, стоя у пушки и очень долго расстреливал колонну пехоты и танков. Вот так и погиб. Все наши удивлялись его храбрости. Полковник даже перед могилой говорил, что, мы завоевали бы весь мир, если бы все солдаты фюрера дрались так, как этот русский. Солдаты даже дали три залпа из винтовок. Прав ли полковник? Ведь всё-таки он русский, нужно ли было такое преклонение? »

Н. В. Сиротинин так и не был представлен к званию Героя Советского Союза. По словам родственников, для оформления документов нужна была фотография, но единственная имевшаяся у родных фотокарточка была утеряна в эвакуации. Согласно официальному ответу Главного управления кадров Министерства обороны СССР, для представления Н. В. Сиротинина к высокому званию нет оснований, поскольку в годы войны вышестоящим командованием не было принято такого решения, а в послевоенные годы повторно рассматривались только нереализованные представления.

лишь в крайнем случае, при прямой угрозе лопнуть. И к концу службы вырабатывают два интересных навыка:

1. Делать всё за пять секунд.

2. Раз в три дня.

Мы жили в железной будке на колёсах. Мы были связисты на полевой станции Р-410. И нашему старшине было не чуждо всё человеческое. Однажды ночью он поднял экипаж по тревоге, выгнал на мороз, а сам отложил личинку на газету. Свернул и выбросил в окно, навстречу ветру. Потом включил вентиляцию, и в будке стало свежо как в лесу. И никаких признаков, что старшине не чуждо всё человеческое. Все вернулись, уснули и ни о чём как бы не догадались.

А утром буря стихла. Небо стало голубое, как купола на Смольном. И приехал генерал с проверкой. Он построил экипаж перед железной будкой и стал рассказывать про свою жизнь.

Он прослужил двадцать пять лет. Он видел, как в Воронеже часовой занимался онанизмом на посту и так уснул. В положении «стоя», с хозяйством наружу. А разводящий подумал «какая гадость» и шлёпнул спящего товарища по спящему члену солдатским ремнём. Часовой от боли и непонимания стал стрелять, ни в кого не попал, но для дивизии это был позор.

Генерал видел, как в Якутии прапорщик ставил водку на мороз, водка делалась куском льда, и прапорщик применял её как закуску к обычной, жидкой водке. Скоро к этому прапорщику стали приходить огромные зелёные тараканы прямо в караулку. И опять был позор для дивизии.

Ещё, однажды, в Анголе бабуин украл у другого прапорщика еду, и этот прапорщик догнал бабуина на дереве и всё отобрал назад. И это опять был позор, так издеваться над туземцами.

Но! Никогда генерал не видел такого ужасного разгильдяйства, чтобы люди гадили на стены боевых механизмов на высоте трёх метров от земли!

- Обернитесь, товарищи бойцы и посмотрите, что творится на борту жилой машины! – сказал генерал оперным голосом.

А там всё, брошенное в окно старшиной прибило ветром назад. Хрустальная котлета примёрзла к железной будке. И по газете «Красная Звезда» было понятно, это сделала не птичка.

Целый день потом старшина откалывал ломиком свой внутренний мир, насмерть примёрзший к будке. И далеко над Монголией плыл хрустальный звон.

курсанты вымотанные до нельзя, в глазах аж темно, а просвета не видно.

И надо было их обычному преподавателю куда-то отлучиться. Надо сказать что их обычный препод с кафедры был такой военный профессор, академию закончил, супер-дупер важный дядька. Теорию знал на пять и умные фразы говорил. Взамен над их группой принял коммандование другой преподаватель, Александр Петрович Оськин. Знаменит Александр Петрович был на весь институт (да и пожалуй на всю страну) хотя бы тем что в 1944-м он первым подбил "Королевский Тигр".

Он посмотрел на измотанных курсантиков и сказал "Теперь мы будем изучать практическое преодоление водных преград. Всем раздеться. " и сам разделся. А потом заорал "на штурм... Айда в реку. " И побежал со всеми купаться. Час купания в реке, и весь состав был бодрым и весёлым. Как будто заново родились. Все остальные задания закончили чётко, на ура.

А под конец дал будущим офицерам лучший урок за все годы военной кафедры, и всего одной фразой - "Солдата, братцы, понимать надо. "

Что ещё можно сказать? Пожалуй нечего.

Достойный был человек.

а на следующий день сообщение по радио, мол, на "Салют-7" запузырили очередных счастливчиков. Крч, объект нев[ида]нно страгетический, а посему и на батиной ракетной базе всё было строго. Увольнений не давали вообще, а на фиг они нужны, когда степь, да степь кругом. Ну, дадут увал, чё с ним делать, идти верблюдиц пасти?

Ближайший населённый пункт, был достаточно далеко, зимой было дико холодно, летом дико жарко, весной из нор выползали ядовитые гады, поэтому идиотов ходить в самоходов было мало.

Однако папан не унывал. А чего унывать? был он водилой на каком-то армейском грузовике, может "Урал", может "Шишига", не важно. Ну, и вот как-то вёз с какого-то продовольственного склада консервы. Сгущёнка, там, килька в томате. Под кузовом у машины был здоровенный ящик для инструментов, который в тот момент по счастливой случайности (всё-таки есть Бог на свете! ) был пустой. Свято место пусто не бывает, поэтому ящик был забит по самые гланды тушёнкой и прочей хренью. В конце концов, везлись консервы для кого? Для солдат. А батя, кто, хрен баламутный?

Значицца, папаша привёз консервы в родной взвод и гордо засветил своё богатство сослуживцам, мол, теперь у нас есть НЗ, голодать не будем.

Сослуживцы возрадовались, но старый воин дедушка (мм, не помню имени, мож батя вообще не говорил) имел своё мнение. Сныкать такой запас всё равно некуда, либо пропадёт, либо всё должно быть съедено прямо сейчас, что чревато, если у тебя желудок не железный. Проверять никто не хотел.

Однако решение было принято. Мудрый старый безымянный дедушка (вечная память неизвестным героям! ) выдал бате здоровульную стеклянную бутыль на 50 литров и казаха-толмача из личного состава взвода с целью обменять консервы на бухло в том самом ближайшем населённом пункте. Бате до дембеля было далеко и с дедушкой он спорить не стал.

В населённом пункте дело пошло на удивление хорошо. Народ там был полудикий, консервы уходили влёт, правда по демпинговым ценам, цейтнот всё-таки. Была, правда одна проблема, водки "Столичной" и других бородатых брендов в селе не было. Всё бухло в основном состояло из пойла по дедушкиным рецептам. Дедушки у аборигенов были разные, следовательно, рецепты тоже. На самых разных сельскохозяйственных культурах, от картофеля, до вина. Иногда попадалась бутылка "Жигуля" или молдавского вина. Батя и казах-переводчик великодушно не дискриминировали горючее, разве что, Талгат дегустировал из каждой бутылки по глотку, чтобы хитрожопые туземцы не втюхали защитникам Родины верблюжью мочу. Пройдя тест на пригодность, жидкость сливалась в бутыль.

Вскоре бутыль была полной, ящик с консервами пуст, а Талгат-дегустатор в говно пьян. Как сказал бы Задорнов, смеркалось. Закинув казаха в кузов, и аккуратно закрепив бутыль рядом с собой, батя поехал в часть, ласково поглаживая её рукой и слушая, как Талгат на каждом повороте бьётся чем-то (скорей всего башкой) о борт.

Ну, вы поняли уже, что дальще было, да? Истоковавшийся по алкоголю взвод выжрал бутыль, не нюхая, и не смущаясь стрёмным запахом.

Такого бодуна Россия, Казахстан и все союзные республики ещё не знали.

Да и весь остальной мир тоже. На утреннем построении стоять не мог никто. Головы гудели, глотки пересохли, а глаза прямо-таки излучали вселенскую тоску. Взвод был вы[дол]бан и высушен, но батю никто не сдал.

Пы. Сы. Через какое-то время, но уже за какую-то другую историю с бати сняли ефрейторские лычки. Он так и не признался за что. Как-нибудь ещё раз его напою и выпытаю.

армии в XVIII­–XIX веках была непростой, а на флоте — еще хуже. Тяжелые условия обучения, постоянные избиения, червивые сухари, войны — никакое жалованье не могло компенсировать эти тяготы и лишения. На флот могли забрать принудительно, но только в случае войны, а служба в армии была добро­воль­ной. Поэтому по всей стране ходили специальные вербовщики, которые посулами, уговорами и чаще всего обманом заманивали молодых людей. Стандартным задатком для рекрута был шиллинг. Процедура была такой: вербовщик уговаривал потен­циального рекрута в каком-нибудь кабаке. Если тот не соглашался, можно было тайком бросить ему в кружку серебряный шиллинг. Молодой человек допивал свое пиво, видел на дне монету, а затем слышал: «Добро пожаловать в армию (или флот) Его Величества» — и поступал в распоряжение вербо­воч­ной команды. Выражение «взять королевский шил­линг» распростра­нилось в начале XIX века, когда Великобритания вела войну с Наполеоном и как никогда нуждалась в постоянном пополнении армии и флота.

Вроде тогда за предложение халявы могли и в моську настучать ")

Вошь и белое перо.

В августе 1914 года, когда началась первая мировая война, британский адмирал Чарльз Фицжеральд (Charles Fitzgerald) выступил с инициативой награждать «Орденом Белого Пера» любого мужчину призывного возраста, который не носит военную форму.

У британцев в те годы не было всеобщей воинской обязанности, и армия нуждалась в добровольцах. Инициатива была активно поддержана патриотической общественностью. Женщины и молодые девушки-патриотки подходили к молодым людям без военной формы и цепляли им белое перо, как бы говоря: «Ты не настоящий мужчина в моих глазах, а трус, решивший отсидеться на гражданке».

Инициатива была довольно эффективной. Общество было охвачено патриотическим порывом. Молодые люди, у которых еще оставались какие-то сомнения, получив белое перо от знакомых девушек или родственниц обычно не выдерживали такого позора, и шли на призывные участки.

Однако в 1916 году жители Лондона в общественном транспорте уже часто шарахались от людей в полевой форме, боясь подцепить от них вшей. Рядовой Эрнест Аткинс (Ernest Atkins), приехавший в отпуск с фронта и ходивший по городу в гражданской одежде, рассказывал, что к нему в трамвае подошла девушка и преподнесла белое перо. Нервы у парня не выдержали, он ударил её по лицу записной книжкой и сказал: «Я отвезу это перо своим сослуживцам в Ипр. Я в гражданке, потому что люди думают, что в полевой форме вши. Но даже если бы это было и так, она была бы наполовину менее вшивая, чем ты».

Подозреваю корявость перевода этой хисториз.

он был в очередном походе против гнусных австрияков, то занесло его неверным ветром войны в Сан-Марино. Сан-Марино, как известно, является САМОЙ древней республикой в мире, и не терпит никаких тираний и прочих королей. И потому, соответственно, старается помогаться всяким гонимым революционерам и всевозможным борцам за свободу. Гарибальди попросил у них помощи и укрытия. А ведь Сан-Марино государство хоть и гордо-демократическое, но крошечное, и с символической армией.

Правительство Сан-Марино встало перед нелегким выбором: либо сдать Гарибальди австриякам, и подвергнутся остракизму всего честного вольного человечества, - либо приютить опального итальянца и подвергнуться разграблению и полному уничтожению со стороны австрийцев, ибо те могли сие сотворить в один момент.

Было принято соломоново решение. Гарибальди было сказано следующее: "Значит так. Ты, и все твои отряды сдаете оружие, и сваливаете его на центральной площади. Тебе лично, и твоим ближайшим сподвижникам мы предоставляем тайный подземный проход за пределы Сан-Марино (мол, шлёпайте потом куда хотите), а ваши рядовые солдаты пусть бродят по нашим улицам как гости сан-маринской республики. Но без оружия, само собой... ".

Что получилось в результате: Гарибальди с друзьями благополучно скипнули от австрийской армии, а когда австрияки вошли в Сан-Марино, им было совершенно честно сказано: "Да, Гарибальди тут был. Где он сейчас мы понятия не имеем. Куда-то убёг. Его солдаты? Да вот они! Своё оружие они сложили. Вот оно, забирайте, если охота. А так, они просто гости нашей республики, не более того".

Аввстрийцы почесали репу, поняли, что претензий, вроде как, предъявлять не за что, - солдаты Гарибальди опасности не представляют, не вооружены, и старинную республику не тронули. Пошли австрийцы искать Гарибальди в других местах.

Тем самым Сан-Марино сохранило лицо: революционер, которого любила вся Италия был спасен, и готов к дальнейшим битвам, и вообще к освобождению прекрасной страны, а малюсенькая республика Сан-Марино обереглась и от позора предательства, и от погрома оккупантов.

в Приморье, знает, как этот край красив, а рыбалка там какая!

Практически в каждой луже водятся караси и множество другой рыбы. Так вот, в нашей части служил замначштба майор Коля Чернов - заядлый рыбак. На территории части, прямо рядом со штабом было небольшое озеро, где он постоянно таскал карасиков с ладошку. Заканчивался рабочий день в 18 часов, Коля после построения бежал порыбачить на часок, а в 19. 30 уезжал домой на машине, со сменившейся дежурной сменой. Каждая минута была на счету и Коля часто, чтобы сэкономить время, давал небольшие поручения солдатам - накопать червяков, например. Так было и в очередной раз - отловив проходившего мимо штаба бойца (Б. ), Коля (К. ) поставил ему задачу к 18. 00 накопать банку червяков.

В 18. 00 я стал свидетелем следующего диалога:

К. - Ну что, накопал?

Б. - Никак нет, тов. майор!

К. - ! ?

Б. - Во-первых, вы не показали мне где копать, во-вторых, не обеспечили инструментом, а в-третьих, это не входит в круг моих обязанностей. ..

Коля молча повернулся и пошел искать лопату...