Родина самурая.
Из аэропорта их привезли на двух машинах. Восемь человек рейсом «Токио - Москва» прибыли для реализации давней мечты. Худощавые, небольшого роста, в дорогих костюмах, с одинаковыми дипломатами, в идеально чистых ботинках. Там, где грязь либо засохла, либо замерзла – до блеска начищенная обувь смотрелась особенно нереально.
График запуска был расписан по дням. Японцы сняли ангар для производства, завезли оборудование, наняли персонал через кадровое агентство и пригласили команду бизнес-тренеров с головного предприятия. Их главным условием было отсутствие русских в управленческом аппарате. Высокое качество и безупречную репутацию мог обеспечить только японец.
Макото петрушил персонал с первого дня. Утренние построения, разнос бригадиров, депремирование сервис-инженеров, увольнения за опоздание. Упаковщики и операторы должны быть на рабочем месте за 15 минут до начала рабочего дня. Русский зам, выполняя поручения, научился бегать. В свои 60. Были и интересные особенности японского менеджмента. Нельзя смотреть в глаза, нельзя держать руки в карманах, нельзя отвечать на вопросы (они риторические). Людей с лишним весом на работу не брали. «Толстый – значит ленивый! » - Макото был непоколебим. Он отслеживал чистоту, систему и точность на всех направлениях. Начались показательные карательные операции. Макото был убежден в том, что русский сносно работает, только когда до смерти напуган. Дух персонала начал неуклонно падать, производительность - снижаться. В раздевалках росло возмущение. Первый звонок прозвенел, когда всех лишили планового отпуска. Тихий саботаж. Как же иначе. Русские инженеры аккуратно вывели из строя оборудование и весь день делали вид, что пытаются исправить поломку. Месячный план пошел псу под хвост. Я знал, кто это сделал. Не сдал, однако сам навалял от души. Ситуация складывалась патовая. Японцы понимали, что уже не управляют процессом, и русский персонал их не слушается. Я понимал, что сейчас начнутся массовые увольнения. Надо начинать переговоры.
Я стоял в его просторном кабинете и терпеливо ждал, пока он проорется. Макото мешал японский язык с английским, добавлял русский мат и периодически переходил на визг – пейзажная смесь… Отрывками я понимал, что Россия – болото, русские - необучаемые дикари, а у меня кисель вместо мозгов. Наконец он выдохся и плюхнулся в огромное черное кожаное кресло. «Говори! » - его темные в узких прорезях глаза уставились на меня в ожидании. И мы начали делить сферы влияния… «Если параметры производства снизятся хоть на четверть процента, я тебя уволю! » - крикнул он, когда я уже выходил из кабинета. А через пару дней из головной конторы мне позвонил экономист (давний друг по деловой переписке) и предупредил: «Под тебя копают. Подняли диплом, проверяют специализацию факультета, названивают бывшим работодателям. Для японцев несоответствие специализации диплома и занимаемой должности– это основание для увольнения. Держись». Вот сцуки узкоглазые – отчего-то разозлился я. Тогда я еще не знал, что всего через месяц Миядзаки-сан будет хвастаться перед очередной японской делегацией, что на него работает специалист, который раньше проектировал русские самолеты.
Тем временем ситуация стабилизировалась, и наши показатели плавно и неуклонно поползли вверх. Я был посредником между русской и японской сторонами. Наши добровольно указывали сомнительные блоки, и мы их списывали на тестирование, экономя на случайных выборках для теста и блокируя возможность попадания брака клиенту. Мои упаковщицы стали улыбаться, а сервис-инженеры перестали заливать стресс кофе.
Мы стали сближаться с Макото. С противоположных полюсов мы шли навстречу друг другу. Он становился мягче, я - жестче. На деле Макото Миядзаки оказался невероятно щедрым, мудрым, эрудированным и интересным человеком. Он учил нас рисовать и расшифровывать иероглифы, рассказывал о четырех алфавитах в японском языке, заказывал неведомых рыб из Японии, показывал, как правильно готовить и есть креветки, учил особой гимнастике. Он ел репчатый лук как яблоко, приговаривая «Осень похош на наш имбир! ». Обожал борщ и оливье. Он двадцать лет прожил в России, его три сына выросли без него, Макото летал в Японию всего дважды в год - на новогодние праздники и две недели в июле. Ему было 63, когда его руководство наконец предложило вернуться на родину и продолжить работать на местном предприятии, или уйти на пенсию. Он отказался. Он сказал, что больше не может работать с японцами. Он будет работать с русскими.
Навеяло историей Серджа про трубу... В начале 2000-ых работал у меня на АЗС наладчиком топливо-раздаточных колонок электронщик один, Пал Николаич. Он за эту электронику ещё с начала семидесятых знал. Ну так вот. Сидим мы как-то в наладческой, и рассказывает он мне историю. После Иркутского политеха в начале 80-х попал он по распределению
- В этом году было много яблок. Решил, по дедовскому ещё рецепту, сделать сидр. Одного не учёл, что дед делал сидр в стеклянных бутылях, а не пластиковых. Теперь ремонтирую кухню.
Я часто заказываю доставку продуктов домой, и очень часто мне привозил её один и тот же курьер — симпатичный, в общем, парень, но, видимо, он родился с дефектом, что-то типа заячьей губы, и у него шрам и не очень ровный прикус. Парень был всегда каким-то зашуганным, не смотрел в глаза. Я несколько раз говорила с ним вежливо, оставляла чаевые, как-то раз угостила домашним пирогом. Он ездил в наушниках, оттуда слышала классную музыку, несколько раз похвалила музыкальный вкус его, порекомендовала ещё группы похожие. Делала комплименты его обуви, глазам. Я не собиралась подкатывать, да и выглядело это не как подкаты, а скорее, как доброжелательное отношение. К тому же ему лет 20, а мне — 36.
И тут я заметила, что его нет давно, может, месяцев 9, если не больше. Подумала, что, наверное, уволился. А на днях раздается звонок в дверь, я открываю, а там этот парень. Не в курьерской форме, а стильно одет, взгляд другой. Протягивает мне бумажку, а это приглашение на свадьбу. И говорит: "Вы всегда так хорошо со мной разговаривали, у меня было столько уверенности после ваших слов. Со мной мало кто так говорил. Я поступил на заочку, нашел другую работу, а в университете познакомился с девушкой, у нас свадьба через два месяца. Приходите, пожалуйста, я буду рад вас видеть! Меня, кстати, Егор зовут". Я с радостью пойду к нему на свадьбу и вообще невероятно, что так получилось.
В 1987 году около одного техникума назрела драка. Нет, не один на один и даже не десяток на десяток, а с обеих сторон - больше тысячи молодых разгоряченных ребят. Примерно шестьсот с технаря и столько же, а может, и больше из города, где этот технарь располагался. В общем, страсти кипели, штакетник ломался...
Как остановить такую драку, когда еще не было ни ОМОНа, ни СОБРа? Если только армейскими подразделениями или собранной со всего города милицией. Но все сделал один человек. Физорг техникума. Бывший военный, прошедший горячие точки. Пронесся сквозь толпу с истеричными криками — Атас! Менты! Рви когти! Солдаты! Его паника была подхвачена, и все рассосалось само собой. Народ разбежался, кто куда — в общаги и по домам. Человек в армии понял, что не только храбрость города берет, но и паника.
ВЫКИНЬТЕ СВОЙ ТЕЛЕВИЗОР
Сбросить телевизор из окна отеля — старая рок-н-ролльная традиция, и мало кто был так знаменит подобными выходками, как Led Zeppelin. Бывший администратор отеля The Edgewater в Сиэтле Джеймс Блум вспоминал свою встречу с менеджером группы в 1977 году. Роберт Плант и Джимми Пейдж в ту ночь поставили рекорд: пять сброшенных телевизоров. Наутро менеджер Ричард Коул, еще не знавший о случившемся, пришел оплачивать счет за проживание. Блум, нервно сглотнув, сообщил ему, что вынужден взять с него дополнительные две с половиной тысячи долларов — по пять сотен за каждый телевизор.
Коул даже не удивился: он просто отсчитал деньги и собрался уходить. Блум, который был поклонником группы и очарован бунтарским рок-н-ролльным образом жизни, решил напоследок его спросить: «Простите меня, мистер Коул. Я слышал о подобных вещах, но всегда думал, что это все ерунда. Вы не могли бы мне рассказать, каково это — выкинуть телевизор из окна? » Коул развернулся и ответил: «Парень, в жизни есть вещи, которые надо испытать самому». На этой фразе он отсчитал пять стодолларовых банкнот и протянул их Блуму: «Держи, приятель. Сделай это за счет Led Zeppelin».
Стыдно признаться, но по молодости я устроил суровое испытание своим соседям, благо был будний день, где-то в районе 15: 00, и поэтому зацепило минимум народа.
Ещё ранее на уроках труда наш учитель поведал, что домашние ванны изготавливают из хрупкого чугуна, поэтому существует реальная опасность, уронив в ванну молоток, расколоть её напрочь.
И понадобилось же мне при ремонте вынести ванну из квартиры на помойку.
Самостоятельно поднять это стокилограммовое эмалированное чудовище я был, естественно, не в силах, а помочь мне на тот момент было некому, поскольку я только что переехал и местных ещё не знал.
С грехом пополам приволок я эту ванну в комнату, перевернул её кверху дном, нацепил защитные очки, взял в руки здоровенный колун, специально привезённый для этой цели с дачи, и, размахнувшись, долбанул по этому колоколу.
Говорить о том, что я оглох, не приходится: мне кажется, от этой направленной чудовищной звуковой волны оглохли даже тараканы в подвале, расположенном четырьмя этажами ниже.
Ванна же, на удивление, устояла, а вот мой слух и психика соседки, живущей этажом ниже - не очень. Ей почудилось, что я уронил несущие стены. Не прав, короче, был наш трудовик...
Не прав, короче, был наш трудовик...
В журналах «Техника-молодежи» середины 70-х годов мне очень нравился «Авиамузей» - замечательная красочно иллюстрированная энциклопедия авиации. Итак, открываем выпуск в № 12 за 1976 год, статья «Формула бомбардировщика»:
Что, наконец, важнее — уничтожить крупный авиазавод или стереть с лица земли «всего лишь» предприятие по выпуску шарикоподшипников? Потеря первого сразу же скажется на выпуске столь нужных врагу самолетов, но быстро восполнится более интенсивной работой уцелевших заводов. Недостаток подшипников скажется на военном производстве не так быстро (благодаря запасам), но неизбежно снизит выпуск уже не одних самолетов, а буквально любого вида вооружения, в котором что-то вращается или совершает колебательные движения.
В нынешней России не осталось подшипникового производства. Уцелевшие заводы перефасовывают и ставят свое клеймо на китайскую продукцию, причем не самую высококлассную. Один мой родственник, разбирающийся в таких делах, просто офонарел, когда купленные им подшипники с легкостью точились надфилем! Так что для нас разрушительнее — наша нынешняя власть или помещенный в том выпуске «Хейнкель — 111» с его жалкой 1000 кг бомб и скоростью 390 км/ч?
Ivashka:
Написала новость про саратовского палеонтолога, который открыл новый вид ящера.
Редактору не понравился фигурировавший в тексте термин "метровое рыло", вполне себе научный и вообще скопированный с серьезного палеосайта.
Коллеги радостно и готовно накидали ему вариантов:
- трехметровый хрюльник; - пятиаршинный фрагмент мордала; - двухсаженный кусок пятачеллы.
- пятиаршинный фрагмент мордала;
- двухсаженный кусок пятачеллы.
Довелось мне после длительного периода работы на дому пойти устраиваться на пятидневку, так как вышки нет, а опыт работы хоть и обширный но неофициальный - пришлось побегать не один месяц, но запомнилось одно собеседование. Стандартный отклик на известном сайте поиска работы, вроде ничего особенного. Фирма не мошенническая, это я сразу
- Москвич или нет?
- Да говорю, москвич.
- То есть квартиру не снимаешь?
- Нет, не снимаю, наоборот сдаю.
- Значит проблем материальных нет?
- Нет.
- Со здоровьем как?
- Все хорошо.
- Семья, дети?
- Нет, нету такого.
- Кредиты/ипотека?
- Нет, не было и не будет.
Минут 10 еще поговорили про предыдущие места, потом посмотрел на меня очень пристально, и выдал: Я тебе начистоту скажу, тебя не возьму и вообще "не только лишь все не возьмут, мало кто станет это делать"(с), только с каким то очень крутым опытом.
Почему, спрашиваю? А все просто, тебя невыгодно принимать, вот ты если деньги задержат, месяц/другой, не станешь же оставаться? Нет, не стану, ясен пень. И за переработки денег наверно будешь требовать? Ну естественно, я в рабство не нанимался и не намерен. Ну вот говорит, тебя ничем зацепить не получится, потому и невыгодно. А просто платить оговоренные деньги за оговоренную работу не вариант? Нет, удачи в поисках. Морали никакой не будет, выводы делайте сами.
Морали никакой не будет, выводы делайте сами.
НАСТОЯЩАЯ ДРУЖБА
Знаменитый нападающий мадридского "Реала" и сборной Португалии Криштиану Роналдо рассказывает:
- Своими успехами я обязан моему давнему другу Альберту Фоэнтрау. Мы с ним когда-то играли за провинциальный молодёжный клуб. Когда к нам приехали футбольные агенты из лиссабонского "Спортинга", они сказали мне и Альберту: "Кто из вас сегодня больше забьёт, того мы и возьмём к себе". Тот матч мы выиграли со счётом 3: 0. Вначале я забил после сольного прохода, затем Альберт ударил головой после моего навеса с фланга, а третий гол поразил всех. Альберт после серии блестящих финтов вышел один на один с вратарём, я двигался рядом с ним, он обыграл вратаря, оставалось лишь попасть в пустые ворота, но он взял и отдал пас мне, и я закатил мяч уже в пустые ворота. И меня взяли в "Спортинг".
Но после матча я подошёл к нему и спросил:
- Зачем?!
А он ответил:
- Криш, ты лучше меня!
И ушёл.
Корреспонденты разыскали дом того самого Альберта и спросили его, так ли это было на самом деле. Он подтвердил. И сказал, что его карьера футболиста так и закончилась, и он сейчас безработный.
- Но откуда у вас такой шикарный дом, дорогая машина? Вы обеспечены, ни в чём не нуждаетесь, содержите жену и четырёх детей! Откуда деньги на всё это? ! Альберт с гордостью ответил: - Это всё Криштиану!
Альберт с гордостью ответил:
- Это всё Криштиану!
В гостях разговорились о телевизорах, начали вспоминать, у кого какие были. Среди гостей мужчина и женщина примерно одного возраста, родом из разных городов, познакомились буквально час назад:
Она: Самый первый наш телевизор, который я помню - черно-белая "Березка"
Он: О, и у нас была "Березка" черно-белая! Хотя она тогда, наверное, у многих была. У нас она даже не на тумбочке стояла, а на таких ножках особых.
Она: Черных, да? У нас поэтому под теликом еще коробка с моими игрушками стояла.
Он: И у нас коробка с игрушками... о_О Мяч только не влазил, отдельно лежал...
Она (испуганным полушепотом): Красный с синей полоской?
Он (вообще шепотом): Да...
Минуту смотрят друг на друга такими вот О_О глазами, потом она:
- Э-э-э-э... Максим... У тебя, случайно, нет каких-нибудь родинок там, бородавок приметных? Просто на всякий случай?
Лето 92 года. Междугородный Икарус "Волгоград-Астрахань". Жарко, пассажиров мало, не больше 10 человек. Что такое трасса Волгоград-Астрахань? Это практически полупустыня со скудной растительностью. Населённые пункты (сёла) не чаще чем через 50 км. В каком-то из сёл, расположенном в районе середины маршрута, водитель подсаживает
Километров 10 я терпел, думал, сейчас молодец уймётся, после этого вежливо попросил его заглохнуть и оставить в покое девушку. Ещё 10 километров я терпеливо слушал, какой этот чувак крутой, как он держит город, какие крутые у него друзья, что он сделает со мной и моими ближайшими, дальними и теми родственниками, о существовании которых я даже не подозреваю, как только автобус доедет до автовокзала города Астрахани... Решив про себя, что проблему эту всё равно надо решать, подошёл к водителю и попросил остановить автобус. "Что, кому-то плохо? " - поинтересовался водитель. Пока нет, отвечаю, но сейчас будет. Водитель начал тормозить, я направился к нарушителю спокойствия. Мне не понадобилось его подымать, он уже сам что-то заподозрил и приподнялся. Короткий удар правой точно в челюсть, и я, подхватив подмышки, потащил по салону бездыханное тело к выходу. Под конец недолгого пути он начал вяло сопротивляться, а когда я поставил его перед выходом, пытался даже упереться. От души дал ему пенделя, он вылетел как пробка из лихо откупоренного шампанского. Водитель закрыл дверь и плавно тронулся. До сих пор помню его ох@евшие глаза. До ближайшего населённого пункта было не менее 20 км...
Март этого года. Выхожу на крыльцо покурить. Вижу картину - из соседнего подъезда офисного здания в клубах черного дыма, кашляя, выбегают люди. Дым прёт и из окон. Во всем здании вырубается электричество. У управляющего зданием спрашиваю:
- Николаич, чё за х...ня?
- Электрощиток загорелся - говорит тот, - Там в одном офисе дамочки, мля, мерзли всё, понавключали обогревателей, у каждого стола по 2 штуки, плюс холодильник, микроволновка, компьютеры и т. д. , а здание старое, сеть и не выдержала. П...ц, теперь на весь день без электричества.
- И в какой же конторе такие му...ки работают? - спрашиваю я.
Ответ меня убил:
- Да эти, чинуши - Государственная региональная комиссия по энергосбережению и обеспечению энергоэффективности.
С чего начинать?
Был я как-то в Южной Корее. Поразила чистота. Сказали, что так было не всегда. Был срач, везде валялись горы мусора, уборщики не успевали убирать улицы. Ввели драконовские штрафы за мусор. Президент страны с кабинетом министров выходили на центральные улицы с метлами и мели тротуары. И это стало традицией - они регулярно работают уборщиками улиц. Но уже не одни - вся страна выходит. Причем никого не заставляют. За каждым магазином закрепили участок тротуара, за чистотой которого они следят постоянно. Бросить на дорогу окурок или бумажку - большой штраф, причем за этим следят все - втихаря не бросишь. Видишь под ногами мусор - должен подобрать и отнести в урну.
Директор завода идет по территории. Увидел далеко в стороне бумажку на земле. Повернул, подобрал бумажку, отнес в урну, затем продолжил путь.
Руководство завода - самые топы во главе с директором - подметают пол в цехе. Причем цех работает. Никто не удивляется - привыкли. И вот - у них в стране чисто. Очень чистая страна.
И вот - у них в стране чисто. Очень чистая страна.