Детские истории #дом

который все звали «реактором», стояла миска с карбидом. Сварщиков поблизости не было.

— Смотри-ка, — толкнул локтем Юру Коля Овечкин, указывая на серые камешки.

— Ну и? — пожал плечами Володя.

Коля, не раздумывая, высыпал карбид в свой портфель.

— Зачем? — нахмурился Юра.

— Устроим какую-нибудь штуку… — загадочно улыбнулся Коля.

— Ну, это уж без нас, — хором ответили друзья.

2. Огонь в автосмыве

На перемене перед математикой Коля исчез. Юра и Володя не придали этому значения — мало ли куда он мог подеваться. Но когда прозвенел звонок, Овечкин влетел в класс запыхавшийся, с горящими глазами.

— Ты чего? — шепотом спросил Володя.

— Да так… — отмахнулся Коля, но в его ухмылке было что-то зловещее.

Примерно на двадцатой минуте урока в коридоре поднялась суматоха. Антонина Владимировна, строгая учительница математики, вышла посмотреть, в чем дело, и вернулась с бледным лицом.

— В туалете что-то горит, — сказала она. — Дежурные тушат…

В классе зашептались. В те годы школьники, начиная с четвёртого класса, дежурили по школе: следили за порядком, убирали мусор и проверяли сменку. Видимо, сегодня им досталось больше, чем обычно.

3. Последствия

После урока весь 7-й «А» рванул смотреть на «пожар». Картина была впечатляющей: два дежурных — парень и девушка — в панике бегали вокруг унитаза, из которого вырывалось пламя. Керамика треснула, верхняя часть была полностью разрушена.

— Ну и дела… — прошептал Юра.

Володя только молча покачал головой. А Коли и след простыл.

4. Разбор полетов

Разумеется, виновника нашли быстро. Коля Овечкин, сын директора завода, был не самым скромным учеником, и его «опыты» знала вся школа.

Что было дома — история умалчивает. Но вскоре в школьном туалете появился новый унитаз, а сантехники, присланные с завода, установили его за рекордные сроки.

Эпилог. Два года спустя

9-й «А» дежурил по школе. Валентина Павловна Чацкая, их классная руководительница, строго инструктировала ребят:

— Напоминаю, стены должны быть чистыми, в том числе и в туалетах. Никаких рисунков с сердечками и надписей вроде: «Унитаз Коли Овечкина — подарок родной школе»!

Класс рассмеялся. Даже сама Валентина Павловна не смогла сдержать улыбки.

А Коля, краснея, сгорбился за партой, но в глазах у него блеснул огонёк — может, не последний…

решение отправить меня на лето "на деревню к дедушке". К моей бездетной тётке по отцовской линии. Женщине строгих правил и противнице полумер. Про её суровый нрав и жизненную позицию ходили легенды. Во всяком случае мой бесшабашный папа. При одном упоминании её имени становился тих и задумчив. А это говорило о многом.

Решение спровадить меня в "концлагерь" было конечно непростым и вынужденным. Принятым разумеется, только ради моего блага. Ну и ещё, так по мелочи: ради сохранения целостности жилья и имущества семьи. И ни в коем случае, в плане карательных мер.

Малолетнему раздолбаю нужна была "твёрдая рука" и неусыпный надзор. Выбор места моего заключения был очевидным. Да если честно говорить, то и безальтернативным. Остальные родственники, наслышанные о моих приколах, выходках и чёрном юморе. Отказались от интересного общества наотрез.

2. Посёлок Лосиный Свердловской области встретил неприветливым серым небом, унылым дождём и широкой улыбкой будущего надзирателя. Меня немедленно прижали к необъятной груди и попытались задушить. Ну и правильно. Чего время терять. Вопросы надо решать кардинально и не откладывая на потом. Однако обошлось. Тётка видимо ещё не понимала с кем она связалась и что ей предстоит. Недодушила. А зря.

Как это ни странно, но мы поладили. После продолжительной борьбы, взаимных уступок и компромисов. В итоге мы пришли к консенсусу и подружились. Тётя Лиза меня полюбила, баловала сгущёнкой и не доставала по пустякам. Я был ей за это благодарен и в виде ответной любезности помогал окучивать картошку. Бдительности однако она не теряла и всегда была настороже. Старой закалки был человечище. И тот ещё "тёртый калач".

Хотя если быть до конца искренним. Контроль не был совсем тотальным. Меня отпускали и на речку и на рыбалку. Я мог целый день болтаться где хотел. Было только одно непременное условие. Ночевать я должен всегда только дома.

Однажды это правило было мною цинично нарушено. Тётке выпало работать в ночь и я воспользовавшись моментом, свалил с пацанами за раками. Соседи нарушителя режима предсказуемо сдали и с этого момента, ночевать в одиночестве уже не дозволялось. Теперь, когда у родного человека случалось "ночное", меня стали забирать с собой на работу.

3. Тётка была поселковой телефонисткой. К работе относилась ответственно и считала себя сельской интеллигенцией. Выражалось это в том, что идя на службу, она меняла телогрейку на пальто и красила губы. Что для нашей деревни считалось почти вызовом сложившемуся миропорядку.

Скрашивая тёте Лизе производственные будни. Я мало-помалу стал понимать принципы устройства и работы сельских "АТС". К середине лета выучил назубок последовательность действий телефонистки при переадресации звонка. Освоил професиональный жаргон и манеру общения с абонентами (надо говорить быстро и неразборчиво. Если дважды не переспросят, значит тебе пришла пора повышать квалификацию). Мог починить заевшее реле (надо [бах]нуть посильнее). Ну и много другого всякого. Что конечно очень могло пригодиться на предстоящем мне нелёгком жизненном пути.

4. И вот однажды случилось... ... Тётка опоздала на службу. Она возвращалась из города и по дороге сломался автобус. Опоздание было чудовищным. Аж целых пять минут.

До телефоного узла мы бежали. Тётка показала отличную резвость и неплохое время. А что поделаешь? Чрезвычайные обстоятельства-вынужденные меры. Мне до сей поры, таких скоростей развивать ещё не приходилось и я прилично отстал.

Через пару часов Лизавета немного пришла в себя и забеспокоилась. Дома остались некормленные свиньи и курицы.

Частные интересы победили коллективные. Наказав мне строго: "Вовка. Сиди тихо. Если позвонят, то возьми трубку и скажи что поломка на линии. Я через час вернусь. " Потом попросила запереть за ней дверь и побежала закрывать гештальты.

"Сиди тихо... Сейчас... . . Зря что ли потратил столько времени на изучение матчасти? Не дождётесь".

Решительно надел наушники и переместился на неостывший ещё тёткин стул. Первый звонок раздался уже через минуту. Я произнёс обычное телефонисткое заклинание и выдернув из гнезда самый красивый штекер. Воткнул недрогнувшей рукой в первое попавшееся мне на глаза гнездо. Услышал в наушниках завязавшийся разговор и самодовольно улыбнулся: "Професьон де фуа. Дык. ".

Весь следующий час я работал на износ. Соединял одинокие сердца и воскрешал надежды. Нёс в мир добро и свет. Совершенно не отдупляя, что каждое гнездо, куда я уверенной рукой втыкал штекера. Принадлежит определённому абоненту.

Как ни странно. Всё обошлось. Жалоб и нареканий не поступило. И когда вернулась тётка всё было мирно и спокойно.

Могу объяснить это только тем, что в Лосинке проживало не больше 3000 человек и все друг-друга знали. Народ видимо подумал: "Ну выпили девчонки немного или сломалось там чего. А я с кумом сто лет не общался. Если бы не ошиблись с номером, то и неизвестно когда бы ещё поговорили".

5. "Всё тайное, рано или поздно становится явным ... ".

Спустя неделю мы с тёткой стояли в очереди за хлебом. Обычная деревенская очередь с разговорами о урожае и сплетнями обо всём на свете.

В очередной раз хлопнула входная дверь. В магазин зашли две дряхлые старушки лет в 45-50 (когда тебе 6 все старше 40 динозавры). Увидев мою тётушку они расцвели улыбками: "Лиза. Золото ты наше. Спасибо тебе. Мы с ... ... два года не разговаривали. А были до ссоры лучшими подругами. Какая ты молодец, что нас помирила. Я сижу грущу и вдруг звонок. Думаю, кто это так поздно? А это ... ... Как ты хорошо всё придумала. Если бы не ... ... ".

Тётя Лиза была не дура и сразу всё поняла. За самоуправство и неоправданное доверие я был первый раз в жизни наказан. Получив от близкого человека бесценный жизненный урок и по жопе... ... Справедливо.

Спустя столетия, т. е. минут через десять. После вдумчивого анализа и глубочайших размышлений о несовершенстве вселенной. Я списал убыток, как необходимые расходы на приобретение опыта. Этим и утешился.

проступок совершила, чтобы нас таким образом в школу вызывали? Тем более ранее ребенок, очень тихий и смирный, ни в чем подобном замешан не был. Но раз в год, как гласит молдавская поговорка, даже лопата стреляет и мамалыга взрывается.

Ничего я не сделала, честно и спокойно отвечает ребенок. А аутисты врать не умеют. Или почти не умеют. Одно из крупных преимуществ их диагноза для окружающих.

Прихожу в школу в настроении расстроенной мамаши белого носорога , животного, крайне близорукого, знающего это свое уязвимое место, и потому повышенно агрессивного: "Если действительно ничего такого не сделала и ее невинно обвинили- разнесу эту халабудку вдребезги и пополам. Можно же было нормально по телефону известить, что случилось? ", руки от волнения трясутся, глаз дергается. Учительница и директор с торжественным видом сообщают- у нас для вас радостная весть (ну прям как иеговисты. Я от них в свое время так натерпелась- меня одно словосочетание "радостная весть" в состояние боевой готовности к противостоянию вгоняет). Ваша дочь должна в следующем году перейти из начальной школы в среднюю (здесь начинается с 12 лет). И, хотя мы, исходя из ее данных (классический аутизм, в прошлом- серьезное отставание развития и речи, почти 5 лет спецшколы, и только последние 2 с лишним года- обычная школа), ранее советовали вам среднюю школу практической направленности

(ручной труд. Санитарки там, сварщики, монтеры, садовники, парикмахеры. Впрочем, здесь это-очень хорошие школы. Ознакомительный урок по сварке был таким увлекательным- что не только дочке, но и мне захотелось стать сварщиком. Сварщицей. Не знаю, как правильно, но препод про сварку очень интересно рассказывал. ), а в середине года она подросла дидактически до уровня перехода в школу теоретической направленности ( мелкие офисные должности, библиотекари, страхователи, младший бухгалтерский персонал и тд. Здесь очень раннее и узко-дифференцированное распределение путей образования) и соответствующий совет по выбору школы дали, и вы хорошую школу нашли (мы эту школу долго искали и все уже там урегулировали. И официально она там уже зачислена), но вот, по результатам последних контрольных, она вдруг за несколько месяцев подскочила аж на 2 уровня вверх, и ей теперь рекомендуется школа научной направленности с прямым переходом в университет. Никто от нее такого не ожидал, мы очень извиняемся, что вам теперь другую школу срочнейшим образом до конца мая искать придется и все опять обговаривать, но очень вас поздравляем с ее успехом. А что это вы так трясетесь- все же более чем хорошо?

Ничего, говорю, оттого и трясусь, что все более чем хорошо и никак такого не ожидали. Большая радость- тоже стресс. Я-то совсем другого ожидала от такого вызова. Что она там -большое стекло в спортзале выбила или с мальчишками крупно передралась?

А что- с подозрением спрашивают, она в подобном поведении ранее была замечена? Аутизм же, их все в неадекватных поступках сразу подозревают. Нет, отвечаю, она- нет, а вот я в детстве- да.

Как же так, с интересом спрашивают, с виду вы такая ... Приличная и законопослушная. Да так, отвечаю, в детстве плоховато в футбол играла и окна пару раз нечаянно выбивала. Ну а с мальчишками подралась- так они мне ручку тишком на перемене красным жгучим перцем намазали, в рот попало и глаза, жгло очень, ну, я и разозлилась. А гены-великая вещь. Даже тихая отличница вроде меня иногда взрывается.

Директор задумчиво так: "Ну, из-за красного перца на ручке я бы тоже обиделся и морды бил. Я тоже ручки грызу. А теперь идите, мамаша , ищите быстро новую среднюю школу, не мешайте работать".

P. S. Да, я хвастаюсь. Я бесстыже, откровенно хвастаюсь. Потому что очень счастлива сейчас. И лучше делиться счастьем, чем неприятностями.

Родители, верьте в своих детей! Какой бы диагноз им не поставили.

не проворонить рейс. Итак: Кызыл – Красноярск – Ростов-на-Дону – Ейск.

Неожиданности начались в Красноярске. Подойдя к расписанию и изучив его, я галопом понеслась к междугородним телефонам. Рейс, на который у нас билеты, был, но… Правильно – улетел. Что-то не срослось в кассе, когда оформляли билеты. Папа (бортмеханик ЯК-40 Кызылского авиаотряда) четко и по военному скомандовал – сидите в аэропорту, завтра полетите домой первым рейсом.

Не тут-то было - МЫ хотим на МОРЕ! Узнав в справочном кто может решить возникшую проблему, я подошла к диспетчеру по транзиту. Она сделала какие-то отметки на наших билетах и сказала, что завтра надо подойти к регистрации на следующий рейс и ждать свободных мест.

Ночь была почти незабываемой. Кто помнит аэропорты советских времен – поймет. Брата удалось пристроить спать на два кресла, а самой моститься на краешке этих же двух кресел.

Утром нам повезло – места нашлись. Но, глядя на то, как на наш чемодан прицепляют багажную бирку я ни с того ни с сего подумала «до Ростова не долетит». Вот что бы вы сделали на моем месте? Ага, и я тоже подумав про теплое море, плюнула на плохие мысли.

Сидя в салоне выруливающего на взлетную полосу самолета мы увидели, что приземлился наш, кызылский яшка. Только тут я поняла, что там сейчас папа или кто-то знакомый, который будет нас искать и не найдет. Позвонить домой я не успела… Как говорится – куда ты теперь с подводной лодки? Позже я узнала, что капитан яшки, не найдя нас в аэропорту, догадался проверить регистрацию пассажиров на нужный нам рейс. Слава Богу, догадался! И дал нашим родителям еще несколько часов спокойной жизни.

Прилетев в Ростов и желая получить багаж, мы обнаружили, что… Да! Чемодана не было! Пришлось пару часов провести, заполняя заявление на поиск пропавшего багажа и составляя опись его содержимого с указанием стоимости. Естественно, наши билеты до Ейска уже пропали. Добрая тетя из багажного отделения посоветовала ехать на электричке, объяснила как добраться до вокзала и подсказала номер автобуса. При этом надо отметить, что мы были «дикими» детьми и кроме аэропортов в городах нигде не были.

Это было как открытие мира – городской автобус в абсолютно незнакомом городе, пригородный ж/д вокзал, где я брата боялась отпустить даже в туалет и караулила его около двери, проблема с питанием – ведь это не нынешнее время, когда «под каждым кустом ей готов и стол и дом».

К Ейску подъезжали уже ночью в полной темноте. Кто не знает – последняя станция перед Ейском – Широчанка, где и жили наши «деды». Да и не станция это вовсе, просто полустанок. Поезда там не останавливаются, останавливаются электрички, да и то не всегда. Сам поселок ниже по движению. Передо мной встал выбор – или ехать до Ейска, а там ночевать незнамо где, так как вокзал ночью закрыт, а «автобусы не ходют», либо выходить в Широчанке и в полной темноте брести до автодороги, где я уже могла сориентироваться. Прикинув, решила выйти в Широчанке. С нами вышла местная женщина, которая предложила нам идти вместе. Ей, как я тогда подумала, страшно идти одной. Вот сейчас бы я никуда с ней не пошла. А тогда молодая была, глупая, людям верила. Но ничего страшного не произошло – добрели мы все-таки до «дедов» почти в два часа ночи. И только перешагнув порог дома, я поняла, что нет сил ни есть, ни мыться – добраться бы до кровати!

Спала я в ту ночь как никогда в жизни – как убитая, не слышала даже музыку, которую сосед под утро включил во дворе на полную катушку. А проснувшись, обнаружила, что дед уже сбегал на почту, отправил срочную телеграмму родителям и ушел с братцем на лиман с удочками. Правильно – братец-то спал две ночи спокойно, так как старшая сестра рядом. А мне иногда кажется, что он и до сих пор живет с тем же чувством. Я его не осуждаю – чувство защищенности великая вещь.

P. S. Чемодан нашелся – доставили в аэропорт Ейска.

P. P. S. Только сама став матерью, я поняла каких нервов стоили эти двое суток нашим родителям. Я ведь и из Ростова не догадалась им позвонить(((

ползают, там плавают только полипы-медузы, да несчастные пчелки жуки залетают и падают в воду обессиленные. Я тоже их спасатель многолетний. Для этого у меня есть даже специальная шляпа с дырочками для плавания. Увижу пчелку, сниму шляпу дырявую и под утопающую подведу, вытащу, шляпу выверну, на голову и к берегу. А там пчелку в цветочки прибрежные. Можно представить ее ощущения - только что тонула, и тут нечто вынесло бедолагу прямо в райские кущи. Так вот и спасаю их год за годом. Но в последние дни заметил за собой наблюдение. Внимательные глаза провожали меня в море и из моря. Когда высаживал утопленников в цветы рядом обязательно оказывались четыре маленьких ступни и две панамки в цветочек. Наконец панамки задали вопрос - дяденька, а что это вы делаете - мух рассаживаете? А зачем? А для чего? А вы кто? и тд. Рассказал я им, что пчелок мало осталось, их надо беречь, помогать им, если ветер относит их в море, показал им как пользуюсь шляпой, объяснил что руками пчелок трогать не надо, даже если она уже утонула. Все выслушали, попросили показать технику спасения и убежали к мамкам. Сейчас гляжу - знакомые панамки в море на кругах надувных гребут тапками пластиковыми и радостно визжат, увидев очередную барахтающуюся пчелку. Тапком дырявым вытаскивают их из воды и с кучей брызг разворачивают свою баржу к берегу - и бегом к знакомому газону с цветами. Смена растет. Спасательниц. Эти точно ни котят ни людей убивать не будут.