Детские истории #дом

забор.

_а где здесь _ЦА?

- А щас как [дол]бан""ся.

Значит был я дома, а ко мне в гости приехал брат двоюродный лет12 ему.

Он парень не по годам смышленный. Когда мы были одни, рассказал я ему эту басню, ну малый поржал. Прошло короче.

И вот на следующий день захожу я на кухню, а там моя мама и брательник этот. Оказывается решил он ей этот анекдот рассказать. Ну стало мне интересно, как он концовку рассказывать будет. Короче я жду, тот рассказывает, причем самозабвенно так, по нем видно, что забыл что концовка матерная. А у меня мама ну знает эти слова, но женщина примерная и не любит их, да и не принято в семье это (я в стенах дома тоже ни-ни, а за пределами ой-ой). Значит малый рассказывает, ей интересно дохолит ло этого момента и глаза аж округлились, тетя ведь да и неудобно, но быстро справился и продолжает%

Вовочка. - Корова залезла на забор.

_а где здесь _ЦА?

- А щас как упадет.

И тут уже мама заинтересованно спрашивает, - а дествительно где здесь -ЦА?

Он%- А НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ У НЕЕ

p.s. Я просто сполз со стула.

с обычного родительского собрания. Сижу я такая вся ответственная, готовая слушать про успеваемость и поведение своего чада, как вдруг классный руководитель выдаёт: “Уважаемые родители, срочно предоставьте справки из спортивных секций, иначе ваши дети будут обязаны посещать внеурочные занятия по физкультуре! ”

“Простите, – говорю, – а что делать тем, чьи дети уже занимаются в школьной секции? ” В моём случае сын как раз ходит на футбол в своей же школе.

Учительница, слегка помявшись, выдаёт: “Ну… справку нужно принести из школы. ”

“То есть, – переспрашиваю, – мне нужно принести справку из нашей школы в нашу же школу, что мой ребёнок здесь занимается в секции? ”

“Ну да… – протянула она. – Знаете, я лучше уточню! ”

“Да уж, – подумала я, – лучше уточните! ”

На следующий день я решила разобраться в этом вопросе. Первым делом пошла к директору. “Татьяна Петровна, – говорю, – у меня тут небольшая бюрократическая задачка. Мой сын занимается футболом в школьной секции, но теперь нужно принести справку из школы в школу о том, что он… занимается в школьной секции? ”

Директор, надо отдать ей должное, не стала юлить: “Знаете, Мария Ивановна, это новая инициатива сверху. Видимо, кому-то очень нужно, чтобы все эти справки были на руках. ”

“И кто же должен эту справку выдавать? ” – поинтересовалась я.

“Ну… тренер, наверное. Или я. В общем, тот, кто может подтвердить факт занятий. ”

“То есть, – уточняю, – мне нужно, чтобы кто-то из администрации школы письменно подтвердил то, что и так всем известно? ”

“Именно так! ” – улыбнулась Татьяна Петровна.

Решила я тогда поговорить с тренером сына. “Сергей Иванович, – спрашиваю, – а вам не кажется абсурдным то, что родители должны собирать справки о том, что их дети занимаются в вашей секции? ”

“Да уж, – вздохнул тренер, – бюрократия она такая. Но вы знаете, в чём прикол? Я сам должен теперь справки собирать о том, что работаю в этой школе! ”

“То есть, – уточняю, – вы, будучи штатным сотрудником, должны собирать справки о том, что работаете на своей же работе? ”

“Именно так! – рассмеялся он. – И самое забавное, что эти справки нужны для того, чтобы подтвердить право не собирать справки! ”

Тут я не выдержала и тоже рассмеялась. Действительно, замкнутый круг какой-то.

Решила я тогда провести небольшое расследование. Пошла в городской департамент образования. “Добрый день, – говорю, – у меня вопрос по поводу справок из спортивных секций. ”

“Слушаю вас внимательно! ” – улыбнулась сотрудница.

“Дело в том, что мой сын занимается в школьной секции футбола, и теперь нужно принести справку из школы в школу о том, что он… занимается в школьной секции. ”

“Ах, это! – понимающе кивнула она. – Да, такая система введена для контроля посещаемости. ”

“То есть, – уточняю, – вы хотите контролировать посещаемость секции с помощью справки, которую выдаёт та же секция? ”

“Ну да! – бодро ответила она. – Это же так просто! ”

“А если секция находится в той же школе, где учится ребёнок? ”

“Тогда справка нужна от администрации школы! ”

“То есть, – подытожила я, – администрация школы должна письменно подтвердить то, что и так знает? ”

“Именно так! ” – с улыбкой подтвердила сотрудница.

Вернувшись домой, я решила действовать нестандартно. Написала официальное письмо директору школы: “Уважаемая Татьяна Петровна! Прошу предоставить мне справку о том, что мой сын Иван Иванов действительно занимается в школьной секции футбола. В случае отказа прошу направить письменный отказ с указанием причины. ”

Через три дня мне действительно принесли справку. “Вот, – говорит секретарь, – держите. Только не спрашивайте, зачем это нужно. ”

“А что там написано? ” – интересуюсь я.

“Да то же самое, что вы и так знаете! Что ваш сын занимается в секции! ”

На следующий день я торжественно вручила эту справку классному руководителю. “Вот, – говорю, – держите. Справку принесла из школы в школу о том, что мой сын занимается в школьной секции. ”

Учительница, взглянув на документ, только головой покачала: “И зачем только всё это нужно…”

А через неделю случилось неожиданное. На очередном родительском собрании директор объявила: "Уважаемые родители! В связи с многочисленными обращениями родителей мы приняли решение отменить требование о предоставлении справок для детей, занимающихся в школьных спортивных секциях. Информация будет подтверждаться внутренними документами школы. "

В зале раздался негромкий, но явный гул одобрения. Я сидела и думала: “Вот так, одно письмо с требованием справки запустило цепную реакцию изменений. Кто бы мог подумать? ”

После собрания ко мне подошла Татьяна Петровна: “Знаете, Мария Ивановна, благодаря вашему письму мы наконец-то взглянули на эту ситуацию со стороны. И действительно – зачем создавать лишние бюрократические препоны там, где они совершенно не нужны? ”

“Просто иногда нужно задать очевидный вопрос, чтобы увидеть всю абсурдность ситуации”, – улыбнулась я.

А дома меня ждал сюрприз. Сын, услышав эту историю, сказал: “Мам, а ты знаешь, что наши тренеры теперь могут больше времени уделять тренировкам, а не бумажной работе? Спасибо тебе! ”

“Да ладно тебе, – махнула я рукой, – просто иногда нужно не бояться задавать вопросы и отстаивать здравый смысл. ”

С тех пор в нашей школе многое изменилось. Теперь вместо справок учителя просто сверяют списки занимающихся в секциях с журналами посещаемости. А я иногда думаю – кто бы мог подумать, что одно абсурдное требование о справке из школы в школу может привести к таким положительным изменениям?

даже не сарай, в пристройка к дому, вся прогнила, покосилась, а все равно стоит. Нынешний хозяин хотел ее снести, да все как-то руки не доходили. То надо артезианскую скважину вырыть, то насос, настроить, чтоб давал воду и в ванну, и в туалет, и в кухню. Вобщем за делами хозяин не заметил той постройки, что от старых хозяев осталась. А дело было на западе от Москвы. Там места для застройки и дешевле, но и немцы там побывали. И вот раннее утро, мальчишки. Одному, двенадцать, другому одиннадцать, залезли в эту пристройку непонятно к чему. Все еще спят, поселок спит, вчера хорошо повеселились, а теперь спят. А дети спиртного не пьют, встают рано, вот и пошли на разведку их нового владения. Для них нового много, первый раз сюда приехали. Интересно ведь. А потом на первом этаже пристройки ничего интересного не нашлось, а вот под казалось совсем смятой крышей, чердаке оказалось много интересного, с точки зрения мальчишек.

- Нет, Олег, я буду кидать. А ты лови!

И младший получал увесистые свертки, промасленной кожи.

- Ого, - сказал младший после того, как из развернутого свертка показался немецкий Вальтер.

- А он стреляет спросил он старшего брат?

- Будет стрелять, пока родители у нас его не отберут. А если не отберут, нечем стрелять будет, поэтому сначала смотрим оружие, потом пытаемся пострелять, и только потом отдаем его взрослым.

- Я понял тебя, - ответил младший, - а как его зарядить?

Благодаря смазке, выдержанной в просмаленной кожи. Плюс фактически допуска свежего воздуха не было пистолеты, автомат и патроны сохранились идеально.

Все оружие было заряжено, поэтому младший спросил:

- Постреляем?

Тот на минуту задумался, потом решил, там никто не проснется после вчерашнего. И скомандовал:

- Огонь!

Младшенький стрелял из Вальтера. После его нескольких его выстрелов загремел пистолет-пулемет.

Старшенький стрелял из пистолета пулемета MP-42. Мальчишки были в восторге, еще бы они, стреляли из настоящего оружия, разметая на щепки пристройку.

А вот другим жителям поселка было не до веселья. Кто-то хватал «Сайгу», и кидал жене даже набивания патронами, новый магазин. Кто-то – помповое ружье, да и сами обычные жители, проснулись от одиночных выстрелов и автоматных очередей. К тому времени как они оделись и вышли, малышня обсуждала как в MP-42 вставить новую обойму, и как перезарядить Вальтер.

Тем временем, поняв что собственно, произошло к коттеджу стали продвигаться соседи.

- Мля! Просто гитлерюгенд какой-то, каски им еще наденьте! – прокричал сосед, подходя с двуствольной вертикаткой.

На участке вообще собралась большая толпа. Все делились впечатлениями от такого «Будильника».

- А я вообще как очередь услышал, то «Сайгу» в руки и на крыльцо.

Выждал, минуты две, по мне вроде никто не стреляет. Так я выглянул, там эти стреляют. Меня чуть удар не хватил, наш дети, а стреляют из немецкого оружия.

Виновники пришествия стояли и смотрели в землю. Оружие у конечно них отобрали. Но по способу наказания версии были разные от – выпороть, до

–с психологом беседу. Но все закончилось удачно. Оружие второй мировой войны было сдано в милицию. Но этот участок долго еще назывался

Гитлерюгендом.

Бармалей и прочая нежить.Пугать нас ими было бессмысленно, потому что люди боятся неизвестного, а нереальность всехэтих персонажей мы очень рано поняли и, соответственно, только издевались над беднымиродителями, когда они, чтобы заставить нас спать, в качестве последнего аргумента прибегаликстрашилкам типа "если не будете спать, то придет (приползет, прилетит, прискачет) тот-то итакой-то и даже подумать страшно, что они с вами сделают". Мы могли беситься до глубокой ночи,читать под одеялом книжки с фонариком, пугать друг друга, а утром нас было не поднять вдетский сад. Родители были в отчаянии, и тут случай помог нашему отцу сделать гениальноеоткрытие, в корне изменившее весь процесс воспитания малолетних разбойников.

Однажды отец смотрел по телевизору футбольный матч. Играли сборная Венгрии и ещекто-то(история об этом умалчивает). Комментатор постоянно повторял фамилии венгерских футболистов -ХОКА и ШИПАШ. Он повторял их так часто, что отец их невольно запомнил. В перерыве междутаймамион зашел в нашу комнату и увидел обычную картину - мы не спим, разговариваем. И тут он сказалисторическую фразу : "Давайте-давайте, не спите дальше, ХОКА И ШИПАШ уже идут!". И ушел,оставив открытой дверь. Второй тайм уже начался, и мы с братом с ужасом услышали по телевизоруте же страшные фамилии - ХОКА и ШИПАШ! Нам почему-то стало так страшно, что мы решили поскореезаснуть, пока ОНИ не пришли. И с тех пор нас долго еще пугали этими славными ребятами,страшнее которых для нас никого не было. Причем я почему-то боялся ШИПАША, а брат - ХОКИ.

Собственно история. Прошли годы. Мы выросли, отслужили в армии. Я работал в одномрижскомНИИ. Это было режимное предприятие, где даже уборщиц при приеме на работу проверяли доседьмогоколена, не говоря уже о прочих сотрудниках. На проходной вооруженная охрана, за минутуопоздания можно было поиметь большие неприятности, сотрудникам было даже запрещено ходить вресторан, а тем более общаться с иностранцами. Но тут наступили PERESTROJKA, GLASSNOST,USKORENIE. Стали к нам вдруг приезжать иностранные делегации по обмену опытом, себя показатьи нас посмотреть. Раньше об этом и подумать было невозможно. И вот сижу я как-то влаборатории, собираю какой-то прибор, и слышу звонок внутреннего телефона. Беру трубку,говорю"алло", мне говорят по-русски с сильным акцентом:

- Добрый день, можно позвать к телефону такого-то? (моего начальника).

- Его сейчас на месте нет, что ему передать, кто его спрашивает?

- Это говорит венгерский специалист инженер ШИПАШ! Я с коллегами на проходной, и намнадовыписать пропуска.

Тут я чувствую, что у меня потихоньку начинает ехать крыша, я давлюсь от смеха иничего немогу сказать. Из трубки слышно "Халло, халло, вас не слышно, какие-то помехи!), а я ничего немогу с собой сделать, стою и давлюсь. Наконец с трудом отвечаю, что постараюсь поскорееначальника найти и кладу трубку. Но это еще не все.

Через какое-то время приходит шеф и говорит, чтобы все быстренько навели порядок,будетиностранная делегация через 10 минут. Через 8 минут все сотрудники стоят у входа, ждут гостей.Заходит начальник, а за ним 4 человека. Начальник представляет их, что это венгерские инженерыс родственного предприятия, они проходят мимо нас, каждому пожимают руку и представляются:"Добрый день, инженер Ковач, инженер такой-то". Последним проходил ШИПАШ. Я еле сдерживался,чтобы не заржать, но чем ближе он ко мне подходил, тем труднее мне было сохранять на лицеприличное выражение. И естественно, когда он подошел ко мне и представился, нервы мои невыдержали, меня стало плющить от смеха, и в конце концов я схватился за живот и захохотал вовесь голос. Все замерли и смотрят на меня, как на идиота, а ничего не могу с собой поделать,просто истерика разбила и слезы на глазах. Венгры заволновались, стали спрашивать, чтослучилось, осматривать свою одежду, может с ней что-то не в порядке? Все-таки через несколькоминут я успокоился, пришлось извиниться и сказать, что я потом все объясню. Потом черезполчасика он пошел покурить в коридор, я подошел к нему, еще раз извинился и рассказал емувсюисторию. Он прекрасно говорил по-русски, все понял и тоже долго смеялся, пожал мне руку ипошутил, боюсь ли я до сих пор страшного ШИПАША и неужели это так страшно звучит? В ответ яразрешил ему в качестве компенсации своих детей страшным САШЕЙ, но дети у него уже быливзрослые и ничего не боялись. Потом оно пошел это все рассказывать своим коллегам, они тожедолго смеялись и, похоже, подкалывали его.

Когда я после работы пришел домой, то первым делом спросил отца:

"Угадай, кого ясегоднявидел? Никогда не угадаешь!"

"Ну и кого же? "

"Я сегодня познакомился с С НАСТОЯЩИМЖИВЫМ ШИПАШЕМ!!"

оборачивается ко мне и с какой-то безумной надеждой во взгляде тянет

ко мне руки:

- Мама, я больше всего люблю мочу сдавать!

* * *

В больнице Санька научился считать, я этому порадовалась и это дело

поощряла. Ходили с ним на процедуры, общались с больничным людом, и

часто я наблюдалала, как он, видя новые предметы, беззвучно шевелит

губами и двигает пальчиком - считает. Иногда роняет: "Три лампы в палате

у нас", или: "Пять пуговиц на халате у тети", или: "Четыре мухи на стене

сидят", ну и т. д.

В палате нашей лежат - кроме него и меня – еще три мальчика, школьники

младших классов. И вот как-то пришла медсестра, загнала всех четверых на

кровати, сделала уколы и ушла. После этого в палате тишина, дети

подавленно молчат, переживают случившееся. Потом один из мальчиков

решает встать. С трудом сползает с постели, тихо жалуясь:

- Блин, [п]опа болит...

Небольшая пауза, после чего Санек ровным голосом уточняет:

- Четыре жопы болят.

* * *

В песочнице трое друзей: пятилетние Маша с Димой и мой трехлетний Санек.

Маша говорит Диме:

- Давай играть. Я буду хозяйка дома, а ты будешь хозяин дома.

Забытый по малолетству Санька суетится:

- А я буду... А я буду... Ваш папа!

* * *

Стараюсь выманить Саньку на прогулку. Говорю ему:

- Давай мы с тобой сейчас оденемся и поедем зверей в Африку лечить.

Рассказываю, уговариваю. Не помогает.

Спряталась от него в ванной. Слышу, он ходит, ищет меня и говорит

растерянно:

- Где мама... Мама в Африку ушла...

* * *

Суечусь на кухне по хозяйству. Нехватка времени, ничего не ладится. Тут

еще Санька пристал с расспросами. Только объяснила, спрашивает опять то

же самое. Я громко выговариваю ему:

- Саша, у тебя зачем голова на плечах? Соображай хотя бы немного сам!

Санек обиженно замолчал. Потом тихонько говорит:

- Морда мохнатая.

* * *

Делаю Саньке воду с вареньем. Он с нетерпением прыгает на своем

стульчике, тычет пальцем в направлении стакана:

- Вот это вот... Стаканчик... Дать... Полное баланды... (см. "Кошкин дом")

* * *

Читаем с Санькой "Золушку". Он спрашивает:

- Мама, что такое слуга?

Я отвечаю:

- Это, Саша, у богатых были такие люди – слуги. Они и стирали, и

убирали, и готовили – все делали.

Саньку озаряет:

- Мама, а ты – слуга?

* * *

Купила Саньке детское домино. Говорю ему:

- Вот здесь на коробочке написано: игра, детское домино.

Спустя какое-то время вижу, как он "читает", водя пальцем по коробке:

- Дет-ска-я до-мо-ва-я иг-ра.

* * *

Саньке подарили новую книжку про животных. Листаем ее вдвоем с ним.

Обсудили понятия травоядных и хищников. Я ему привела примеры: "Корова,

лошадь – травоядные животные, а лев, тигр, волк – хищники". Убежал

играть. Потом бежит с вопросом:

- Мам, а спиногрызы – хищники?

* * *

"Пасем" наших драгоценных отпрысков во дворе. Они копошатся в песочнице,

а мы, несколько молодых пап и мам, стоим рядом и что-то увлеченно

обсуждаем. Рядом с песочницей – невысокое раскидистое деревце ранетки,

на которое любят лазить дети. И в этот раз один из мальчишек, Фаиль,

оставил свои куличи и решил слазить. Залез на нижнюю ветку - и ни туда,

и ни сюда. Один из взрослых, Серега Ионов, отвлекшись на секунду от

разговора, спустил древолаза на землю, после чего продолжились игры и

разговоры. В какой-то момент из песочницы слышится осуждающий Сашкин

бас:

- Дядя Сережа, положите Фаиля обратно на ветку – он дразнится!

* * *

- Ма-ляв-ка! Ма-ляв-ка! Мне семь лет, а тебе – только пять! Я в школу

пойду! Ты – малявка, а я – уже большой! - дразнит Сашку сосед Сережка.

Приунывший было Санек защищается:

- Зато ты раньше меня старичком станешь.

* * *

Выбиваясь из сил, тащу санки с Сашкой через длинный грязный рыхлый

сугроб, а он там в санках играет в шофера и кричит мне:

- Мама, быстрее, быстрее! Я третью скорость включил!

* * *

У нас сидит в гостях знакомый. За разговором поинтересовался, как мы

встретили Новый Год. Потом говорит:

- А я на Новый Год болел.

Я спрашиваю:

- Чем?

- Да черт его знает чем. То ли ОРЗ, то ли грипп подхватил.

А Санька, хихикая, острит:

- А, может, мухомор съел...

* * *

Санек плещется в ванне, "плавает", "ныряет". Лег на спину, выставил свой

стручок из воды и радостно говорит мне:

- Смотри, труба на корабле!

* * *

Переодеваю Саньку. Тут меня из другой комнаты позвал муж, и я

откликаюсь:

- Подожди, у меня тут Санек в костюме Адама.

- В каком костюме? – насторожился сын.

- Когда человек голый, про него говорят, что он в костюме Адама.

Санек немного подумал, а потом заявил:

- Мама, а у тебя лицо в костюме Адама.

* * *

Октябрь. Саньке очень понравилось плескаться в лужах, но мне, конечно,

это не пришлось по душе. Чтобы избежать слез, старалась его отвлечь.

Когда он приближался к луже, я начинала отходить быстрым шагом и

говорила:

- Саша, я пошла! До свидания! – и он, помедлив, догонял меня.

И вот это перестало действовать. Теперь, когда на нашем пути попадается

симпатичная - глубокая, грязная - лужа, Санек резво бросается в самую

середину и, опережая меня, орет оттуда моими же словами:

- Я пошла! До свидания!

Мол, ну и проваливай.

своей увядающей красотой. Люда с пеной у рта и пионэрским энтузиазмом вещает про то, что можно в домашних условиях сделать омолаживающую ванну Клеопатры. Просто 20 литров коровьева молока разбавить горячей водой и лежать в ванной полчаса, возвращать молодость. Ребенок мой вертится тут же, впитывая в себя кажное людкино слово... Но в отличии от самой Люды, мое чадо решило не дожидаться увядания.

На следующий день прихожу с работы. Дитя сидит в ванной, заперто изнутри наглухо. Я как дотошная маман интересюсь, почему дитятко решило помыться в 15 дня и, вообще, чем это она там занимается. Ответа нет. Чую неладное. Начинаю ломиться в ванну с большим интересом. С помощью уговоров, криков и материнского авторитета дверь мне ребенок все таки открыл. И что я вижу... На полу в ваной валяются пустые пакеты из под кефира, молока, и самое главное, пустой пакет из под сухого молока, которое числилось в нашем доме со времен царя гороха. В самой ванной (к тому моменту заляпаной ошметками нерастворившегося сухмолока) сидит ребенок весь изгвазданный липкой белой смесью с ног до макушки - молодеет... Надо сказать, плохо отмывается засохшее молоко от кафеля, с ребенка моего потом еще неделю осыпалось. .. Вот так буквально они все понимают.

(не точно, по ощущениям ребёнка). Сверху крышка, тоже белая эмалированная. У крышки своя ручка-подковка. Всё это несётся вертикально за деревянную ручку, прикреплённую проволокой к бидону, в том месте, где у обычных кастрюль ручки. Бидон нужен был для сметаны. Тётя-продавщица накладывала густую сметану в бидон половником. Ещё в бидон можно было наливать квас. Ну, когда в нём не было сметаны.

Универсам – продуктовый магазин. Огромная площадь, где по периметру стоят отделы с продуктами. В середине паллеты со взвешенными и расфасованными по сеткам картошкой с землёй, морковкой с землёй, капустой – обычно чистой, но иногда с неприятным запахом. Там же стояли паллеты с хлебом.

Отдел с продуктами - как сейчас полка супермаркета с отдельными видами продуктов. Но это целый отдел. Например, колбасный отдел. Но колбаса не взвешена и не упакована. В каждом отделе тётя взвесит колбасу на весах, завернёт в крафтовую бумагу и даст бумажку с ценой в общую кассу. Сначала оплачиваешь, потом возвращаешься за свёртком. В каждый отдел, естественно, очередь. И в кассу очередь тоже.

В универсам я ходила с удовольствием. На втором этаже стоял автомат, который за 20 копеек наливал в гранёный стакан самую вкусную пепси-колу. Такую я не пробовала больше нигде. Слегка прохладная, невероятно сладкая, огромный стакан (про трубочки тогда мы не знали). В нос били смешные пузырики, отчего нос становился мокрым. Зубы потом слегка поскрипывали.

А теперь, собственно, история. Прихожу я однажды с бидоном в универсам и вижу длиннющую очередь наискосок через всё свободное центральное пространство. Понимаю: это тот самый дефицит, который нужно взять на сдачу. Занимаю очередь (это значит встать в очередь, подождать, пока за мной встанут ещё два-три человека, и тому, кто стоит прямо за мной, громко сказать, что я тут стою, но отойду ненадолго. Громко, чтобы потом были свидетели, что я тут стояла. Надо запомнить того, за кем стоишь, и кто за тобой, лучше несколько. Тогда есть вероятность что найдешь свою очередь и тебя пустят в нее обратно).

Пошла выпить колы, постояла в очереди за сметаной, той самой, которая в бидон. Потыкала вилкой батоны (вилка висела на верёвочке у каждого паллета с хлебом), выбрала помягче. Возвращаюсь в очередь дефицита. Стою. Очередь подходит, уже неудобно спрашивать, что дают, а за спинами ничего не видно. Подхожу к прилавку и слышу: «Хвосты». Говяжьи хвосты.

Я в шоке.

В итоге у меня в руках крафтовый пакет, из которого торчат штуки пять палок, действительно напоминающие хвосты с ободранной кожей.

Я в двойном шоке. Зачем продают хвосты и что с ними делать, я понятия не имела.

Так долго я ещё никогда не возвращалась домой. Репетировала речь, с которой передам маме этот пакет освежёванных хвостов. В конце концов я убедила себя, что правильно выполнила задание, и если что, я не виновата.

Но какое же облегчение на меня снизошло, когда мама открыв дверь воскликнула:

– О! Хвосты, сейчас холодец сделаем!

Люблю ли я Союз? Я про него мало знала. Но это было моё детство, и его я люблю. Всем добра и вкусного холодца.

словно подменили.

- В порядке, - говорит. - Просто не выспался.

Ну в порядке - так в порядке. Но поглядываю на него периодически. Через какое-то время замечаю, что Даня то и дело почёсывается. Ещё раз уточняю, всё ли хорошо. Говорит, что хорошо.

Минут через двадцать пять он встаёт, сдаёт бланк, заполненный максимум на четверть, наклоняется ко мне и шепчет:

- Можно я пойду к классному руководителю домой отпрашиваться? Я болею, у меня температура со вчерашнего вечера.

Да ё-моё!

- Ты вообще зачем пришёл в школу с температурой? Врача надо было с утра вызвать. Мама что, не в курсе?

- Так мама меня и отправила в школу. Сказала, никому не говорить, что я болею, потому что если я не напишу контрольную нормально, то тройка в четверти выйдет. А после школы врача вызовем...

Итоги ситуации таковы:

1. У Дани оказалась ветрянка.

2. Он заразил соседа по парте Мишу и классного руководителя, которая переболела очень тяжело и долго была на больничном.

3. Контрольную он, разумеется, написать всё равно не смог.

Уважаемые родители. То, что некоторые из вас не думают о здоровье чужих детей и учителей, мы давно поняли. Но пощадите хотя бы здоровье своих собственных.

Что касается исправления троек и прочих неприятных оценок, то с любым вменяемым учителем можно договориться об отсрочке выставления четвертных оценок заболевшему ученику. Это не конец света, правда.