Детские истории

Первоклашки, этот яркий цветник, с бантами и шарами, выстроенный в каре вокруг крыльца, несмотря на шипение родителей и учителей, начинал потихоньку гудеть.

- А сейчас предоставляем слово нашим почетным гостям! Депутату Петрову, председателю фонда сострадания Сидорову и отцу Иоанну.

Гости, один за одним, начали поздравлять и произносить пожелания.

И тут один первоклашка, испуганным воробышком выскочил из строя и, подбадриваемый кем-то из взрослых в спину, побежал вручать букет отцу

Иоанну. Через секунду другой, с напутствием, бежит с цветами к депутату.

Еще пару девочек побежали к председателю фонда… Снова к отцу Иоанну…

Зашевелились и проснулись вторые и третьи ряды учеников. Дети стали переглядываться, затеребили свои букеты, которые им откровенно надоело держать.

Сначала тонкими ручейками, по двое–трое, а затем неудержимой лавиной понеслись дети на крыльцо, как к подножию мавзолея, с цветами.

Депутат испуганно замолчал, зато заголосили учителя, пытаясь удержать стихийную акцию массового поклонения. Все это потонуло в хохоте родителей и старшеклассников.

Гости после этого как-то скомкано попрощались и ретировались. Толпа еще веселилась и шумела, когда первоклашек и других учеников нестройными рядами стали заводить в школу на первый урок.

решение отправить меня на лето "на деревню к дедушке". К моей бездетной тётке по отцовской линии. Женщине строгих правил и противнице полумер. Про её суровый нрав и жизненную позицию ходили легенды. Во всяком случае мой бесшабашный папа. При одном упоминании её имени становился тих и задумчив. А это говорило о многом.

Решение спровадить меня в "концлагерь" было конечно непростым и вынужденным. Принятым разумеется, только ради моего блага. Ну и ещё, так по мелочи: ради сохранения целостности жилья и имущества семьи. И ни в коем случае, в плане карательных мер.

Малолетнему раздолбаю нужна была "твёрдая рука" и неусыпный надзор. Выбор места моего заключения был очевидным. Да если честно говорить, то и безальтернативным. Остальные родственники, наслышанные о моих приколах, выходках и чёрном юморе. Отказались от интересного общества наотрез.

2. Посёлок Лосиный Свердловской области встретил неприветливым серым небом, унылым дождём и широкой улыбкой будущего надзирателя. Меня немедленно прижали к необъятной груди и попытались задушить. Ну и правильно. Чего время терять. Вопросы надо решать кардинально и не откладывая на потом. Однако обошлось. Тётка видимо ещё не понимала с кем она связалась и что ей предстоит. Недодушила. А зря.

Как это ни странно, но мы поладили. После продолжительной борьбы, взаимных уступок и компромисов. В итоге мы пришли к консенсусу и подружились. Тётя Лиза меня полюбила, баловала сгущёнкой и не доставала по пустякам. Я был ей за это благодарен и в виде ответной любезности помогал окучивать картошку. Бдительности однако она не теряла и всегда была настороже. Старой закалки был человечище. И тот ещё "тёртый калач".

Хотя если быть до конца искренним. Контроль не был совсем тотальным. Меня отпускали и на речку и на рыбалку. Я мог целый день болтаться где хотел. Было только одно непременное условие. Ночевать я должен всегда только дома.

Однажды это правило было мною цинично нарушено. Тётке выпало работать в ночь и я воспользовавшись моментом, свалил с пацанами за раками. Соседи нарушителя режима предсказуемо сдали и с этого момента, ночевать в одиночестве уже не дозволялось. Теперь, когда у родного человека случалось "ночное", меня стали забирать с собой на работу.

3. Тётка была поселковой телефонисткой. К работе относилась ответственно и считала себя сельской интеллигенцией. Выражалось это в том, что идя на службу, она меняла телогрейку на пальто и красила губы. Что для нашей деревни считалось почти вызовом сложившемуся миропорядку.

Скрашивая тёте Лизе производственные будни. Я мало-помалу стал понимать принципы устройства и работы сельских "АТС". К середине лета выучил назубок последовательность действий телефонистки при переадресации звонка. Освоил професиональный жаргон и манеру общения с абонентами (надо говорить быстро и неразборчиво. Если дважды не переспросят, значит тебе пришла пора повышать квалификацию). Мог починить заевшее реле (надо [бах]нуть посильнее). Ну и много другого всякого. Что конечно очень могло пригодиться на предстоящем мне нелёгком жизненном пути.

4. И вот однажды случилось... ... Тётка опоздала на службу. Она возвращалась из города и по дороге сломался автобус. Опоздание было чудовищным. Аж целых пять минут.

До телефоного узла мы бежали. Тётка показала отличную резвость и неплохое время. А что поделаешь? Чрезвычайные обстоятельства-вынужденные меры. Мне до сей поры, таких скоростей развивать ещё не приходилось и я прилично отстал.

Через пару часов Лизавета немного пришла в себя и забеспокоилась. Дома остались некормленные свиньи и курицы.

Частные интересы победили коллективные. Наказав мне строго: "Вовка. Сиди тихо. Если позвонят, то возьми трубку и скажи что поломка на линии. Я через час вернусь. " Потом попросила запереть за ней дверь и побежала закрывать гештальты.

"Сиди тихо... Сейчас... . . Зря что ли потратил столько времени на изучение матчасти? Не дождётесь".

Решительно надел наушники и переместился на неостывший ещё тёткин стул. Первый звонок раздался уже через минуту. Я произнёс обычное телефонисткое заклинание и выдернув из гнезда самый красивый штекер. Воткнул недрогнувшей рукой в первое попавшееся мне на глаза гнездо. Услышал в наушниках завязавшийся разговор и самодовольно улыбнулся: "Професьон де фуа. Дык. ".

Весь следующий час я работал на износ. Соединял одинокие сердца и воскрешал надежды. Нёс в мир добро и свет. Совершенно не отдупляя, что каждое гнездо, куда я уверенной рукой втыкал штекера. Принадлежит определённому абоненту.

Как ни странно. Всё обошлось. Жалоб и нареканий не поступило. И когда вернулась тётка всё было мирно и спокойно.

Могу объяснить это только тем, что в Лосинке проживало не больше 3000 человек и все друг-друга знали. Народ видимо подумал: "Ну выпили девчонки немного или сломалось там чего. А я с кумом сто лет не общался. Если бы не ошиблись с номером, то и неизвестно когда бы ещё поговорили".

5. "Всё тайное, рано или поздно становится явным ... ".

Спустя неделю мы с тёткой стояли в очереди за хлебом. Обычная деревенская очередь с разговорами о урожае и сплетнями обо всём на свете.

В очередной раз хлопнула входная дверь. В магазин зашли две дряхлые старушки лет в 45-50 (когда тебе 6 все старше 40 динозавры). Увидев мою тётушку они расцвели улыбками: "Лиза. Золото ты наше. Спасибо тебе. Мы с ... ... два года не разговаривали. А были до ссоры лучшими подругами. Какая ты молодец, что нас помирила. Я сижу грущу и вдруг звонок. Думаю, кто это так поздно? А это ... ... Как ты хорошо всё придумала. Если бы не ... ... ".

Тётя Лиза была не дура и сразу всё поняла. За самоуправство и неоправданное доверие я был первый раз в жизни наказан. Получив от близкого человека бесценный жизненный урок и по жопе... ... Справедливо.

Спустя столетия, т. е. минут через десять. После вдумчивого анализа и глубочайших размышлений о несовершенстве вселенной. Я списал убыток, как необходимые расходы на приобретение опыта. Этим и утешился.

в длину. Работа закипела. Спустя полчаса обратили внимание, что один из наших "сборщиков клубники", назовем его Игорь, безбожно отстал от нас.

И вот в очередной раз относя набранный лоток к ящику, стоящему в начале грядки, интересуюсь у него, что он так "тормозит". Он без слов указывает на "предмет" его неспешной работы. Повернув голову в указаном направлении и тихо прих...в, с открытым ртом сползаю в грядку. Картина следующая: по соседней, параллельной, грядке собирает клубнику милое создание примерно нашего возраста. Весь прикол в том, что она приехала собирать "продукт" в юбке класса мини. Ну а как все знают, чтоб сорвать хотя бы одну клубничку - необходимо нагнуться. Так она собственно и не разгибалась. Видок, конечно, что надо организовался. И вот тут Игорь и выдает в полный голос: - Я б ее сейчас оседлал!!!!!! С охотой!!!!

На что собсно получает не менее громогласно ответ: - Хааа! Ты сначала меня оседлай!!!!

Оказывается, по соседней грядке, трудясь на благо государства, собирал клубнику ейный папаша, не хреновых таких габаритов. Далее папашка подходит к дочурке, сдирает с нее юбку, снимает джинсовую куртку и завязывает вместо юбки. Юбка летит в сторону начала грядки. И следует фраза:

- Я тебе с%ка говорил одеться в колхоз! !!! А ты куда нарядилась?

Время приху...ть пришло уже нас двоих.

что этот день наступил, и что мы едем сегодня вечером. Радости моей не было предела. Навсегда запомнилась её реакция "Ну что ты лезешь на меня как на лестницу! ? "

И вот мы на турбазе, живём в небольших однокомнатных домишках.

Время было уже осеннее. О том, что где-то по соседству находилось море я, конечно, слышал, но мне было сказано, что оно было не только далеко, но и купаться в нём было холодно, поэтому у моря я тогда так и не побывал. Однако никаких разочарований мне такое положение дел совершенно не принесло. Каждый день был наполнен какими-нибудь яркими событиями.

Особенно мне нравилось когда в лагере устраивались общие построения, и кто-то из руководителей вызывал некоторых из построившихся и торжественно, под аплодисменты, им что-то вручал. Я не совсем понимал, что это было такое, но проникался всеобщей радостью и приподнятым настроением.

И тут вдруг мы все куда-то засобирались, подхватились и пошли.

Идём целый день по тропинке, кушаем консервы, разогретые на костре.

До этого я никогда в жизни ничего подобного не пробовал.

Мне очень понравилось. Тропинка узкая, и я всё думаю, когда же мы развернёмся и пойдём назад. Те, кто сейчас позади окажутся впереди. Знают ли они дорогу? Но наступает вечер, и мы не разворачиваемся! Вместо этого мы поднимаем палатки и остаёмся ночевать! Такого тоже в моей жизни никогда не было! Я в полном восторге. Наутро мы собираемся и продолжаем идти. Проходим мимо каких-то крошечных строений в которые можно заглянуть через круглую дырку, и мне объясняют, что это древние захоронения. Как я просился забраться через эту дырку вовнутрь, но мне не разрешили! Ничего, поход продолжается. Опять ночёвка, опять костры.

На следующий день - переход через реку. Кто-то из взрослых человеков (а на деле высокий парень лет двадцати пяти) берёт меня на руки со словами "дайте-ка мне этого короеда" и переносит через реку. Какое смешное слово! Ночёвка, костёр. И вдруг на следующий день - снег! Снег! Ведь не было никакого снега ещё вчера, а сегодня у меня из-под него едва торчит голова! Это, как оказалось, было вершинной точкой нашего похода и пора было возвращаться назад. Возвращение, по правде говоря, почти не запомнилось, но было здорово.

Однако то, что произошло уже в лагере произвело на меня просто неизгладимые впечатления. Подошло время одного из моих любимых построений, и дядька опять начал называть фамилии. И подходить к нему стали люди, которых я хорошо знал по нашему походу. И дядька им что-то вручал, а все хлопали. Радовался я за них безмерно. Но что это? На одну из фамилий отзывается и идёт тётенька, которую я хорошо знал ещё до похода! "Мама, мама! Тёте Наташе тоже что-то дали! " Вернувшись, тётя Наташа продемонстрировала крошечный значок. Но что это был за значок! Таких я никогда до этого не видел! Компас, звёздочка и надпись "Турист СССР". Это не просто значок, пояснила мне мать. Наташа его заслужила! Как я радовался за Наташу. Моя знакомая - и заслужила значок! Меня постепенно начала разбирать гордость за то, что я с ней был знаком. И тут... И тут! . . Дядька вызывает мою мать! Она идёт и тоже возвращается со значком! Я ещё не отошёл от впечатлений, полученных от Наташи, а здесь со значком возвращается сама моя мама! Уж такой радости я вообще не ожидал! Назвали ещё несколько фамилий, и процедура, похоже начала подходить к концу. И тут дядька называет мои фамилию и имя! "Ну, иди", говорит мне мать. Я иду и не верю происходящему. Иду, и все хлопают. Я не верю, не верю, что всё это действительно со мной происходит. Дядька пожимает мне руку и тоже даёт мне значок! Но только мой значок был ещё лучше. Он был самый большой! Кроме компаса на нём были изображены ещё костёр и палатка. И надпись "Юный турист СССР".

А вы говорите мороженое... .

вашего с мамой прихода, чтобы избежать сцен.

Мне так хорошо с Сарой, я очень ее люблю.

Но я знаю, ты не сможешь ее принять, из-за всего этого пирсинга, татуировок, кожаных брюк и того, что она твоя ровесница.

Сара сказала, мы будем очень счастливы вместе.

Дело не только в любви. Папа, она беременна.

У нее есть старенький трейлер в лесу и запас растопки на целую зиму. Мы мечтаем обзавестись множеством ребятишек.

Сара открыла мне глаза. Оказывается, марихуана совершенно безвредна. Мы будем сами ее выращивать, и обменивать у соседей на кокаин и экстази.

Сара состоит в секте и очень религиозна.

Не волнуйся, пап. Мне уже 15, и я смогу позаботиться о себе.

Когда-нибудь, уверен, мы встретимся снова, и ты сможешь увидеть внуков.

С любовью, твой сын Джон.

P. S. Папа, это все неправда. Я через дорогу, у друга. Просто хотел напомнить, есть вещи пострашнее, чем школьный табель, который ты найдешь в верхнем ящике стола. Позвони, когда можно будет без опаски вернуться домой