Стою на первом этаже, жду лифт. В подъезд заходит мама с маленькой дочкой, которая, по непонятной мне причине, заливается звонким собачьим лаем.
Мама пытается успокоить ребёнка:
- Лизочка, солнышко, хватит, весь подъезд на уши поставишь.
Но Лизочка, неугомонная, остервенело носится вокруг мамы и гавкать не прекращает.
А я с похмелья, голова гудит, настроение ни к чёрту.
Ну, и как гаркну:
- Лиза, молчать! Место!
Малая тут же замолчала и встала на месте.
- Хорошая Лиза, молодец. Рядом! - девочка послушно заходит в спустившуюся кабину лифта.
Почти доезжаем до моего этажа. Мамаша улыбается:
- Спасибо вам большое! А то я её битых полчаса не могла успокоить.
А мне что-то так весело стало, я возьми и крикни в закрывающуюся за мной дверь: - Лиза, голос! И счастливое гавканье поехало вверх...
- Лиза, голос!
И счастливое гавканье поехало вверх...
Ещё одно воспоминание из детства.
Год точно не помню, класс пятый или шестой, летние каникулы, я в Ташкенте, у бабушки, в частном доме.
Сижу вечером, навожу порядок в сараюшке, выделенной бабушкой для установки телевизора с денди, как приходит ко мне друг, Паша. С каким-то кульком и спичками. Пошли, говорит, чо покажу.
Вышли
- Давай рассказывай, что это такое и с чем его едят?! - спросил я у друга.
- Так это ж алюминиевая пудра, обычная серебрянка. Главное раскалить небольшой кусочек кучки докрасна... вот только добыл я её немного, - поделился секретом Паша.
- Серебрянка, говоришь... Пошли ко мне, где-то в запасах был пакетик серебрянки.
Поскольку примерное расположение искомого пакетика я знал, нашли мы его достаточно быстро. Килограмма два или три чистой алюминиевой пудры.
Ташкент. Ночь. Довольные мы, вооружившись трофейной пудрой и собрав вокруг себя мальчишек с переулка, этот самый переулок и стали освещать частыми вспышками. Пудра уходила долго, поделившись секретом вспышек и серебрянкой с товарищами по интересам, до глубокой ночи мы расходовали бабушкин запас "эффекта металлик" для любой краски... После чего, довольные новыми знаниями, разошлись по домам. Спать и думать, где можно запасы алюминиевой пудры пополнить.
Дальше было почти как в "Уральских Пельменях".
- ИИиииииииигооооооооооорь! - начала будить меня бабушка.
- Бабуль, я сплю ещё, мы с мальчишками допоздна гуляли!
- А я знаю, что вы гуляли. Вставай, говорю, Паша уже ждёт, не ему же одному за вами убираться.
- Убираться? Вроде не мусорили вчера.
- Вставай-вставай, внучек, иди, полюбуйся.
Естественно я встал. За дверью меня обречённо ждал Паша со шлангом. И серебрянная улица. Метров 10 нашего проезда были покрыты красивым, тонким слоем серебра. Соседские стены, стволы деревьев, трава. Всё было однотонным.
К обеду мы всё это благополучно смыли, и даже зареклись: никаких больше бабахающих экспериментов. Правда, через недельку, Паша выяснил, что если в марганцовку налить глицерин - смесь через непродолжительное время самовоспламеняется, а если смешать их в закупоренном сосуде - то ещё и бабахает. Но это уже другая история...
Но это уже другая история...
«УРА, ОТДЕЛАЛИСЬ!!! »
В своей первой школе я была такой как все. Разве что конкурсы по рисованию выигрывала и олимпиады всякие.
Переход в другую школу в восьмом классе не задался с первого же дня.
Местный «типо самый гопник» треснул меня по голове своим чемоданом, за что получил перелом руки и сотрясение мозгов (в последнем
Отношения с одноклассницами после этого тоже не заладились, уже потому, мальчики моментально прониклись уважением. С учителями тоже было не гуд.
С теми из них, кто НОРМАЛЬНЫЕ люди – отношения были превосходными. А с теми, у кого на основе немалого педагогического стажа «крыша прохудилась» была война самая настоящая. Взаимоненависть: я-то тоже у долгу не оставалась. С биологом чуть не подралась, потому что он дебил и даже что в учебнике написано не знает, не говоря уж о каких-то дополнительных материалах. Информатик, в целях сохранения рассудка, начал шарахаться от меня после первого же урока. Я ухитрилась пусть и на самом примитивном уровне соорудить «машину Тьюринга» и доказать, что эта хрень работает – далее оценки я получала за ОТСУТСТВИЕ на уроке. В смысле – не пришла совсем – 5. Показалась на глаза – 4. Пришла и осталась – пьём валерьянку.
Литературу вела директриса, редкостная дура, имевшая мужа-алкаша и ходившая по школе в красных носках и дырявых домашних тапочках.
Сочинения писались так – берется одно из многочисленных пособий, ну, готовых сочинений и чуть-чуть переколбашивается. Это было правильно. От
МОИХ сочинений она была в невообразимом шоке – я писала САМА. То, что думаю на заданную тему.
Она перестала замечать меня, после попытки загнать «в колхоз» - было такое мероприятие. И так как я «отстала от группы» было позвонено родителям, мол, привезите немедленно. Меня повез отец. Заценив условия содержания, и в довольно нецензурной форме высказав, что думает об этом гадюшнике, сказал, что возьмет с собой в город столько подростков, сколько в машину влезет. Желающие есть? Директриса возмутилась, а он ей кое-что нашептал на ушко. На тему чем занят её муж, пока она тут херней страдает. (Знал со всеми интимными подробностями - они с директрисиным мужем на одном заводе работали) Лагерь был свёрнут в считанные часы.
Но хуже всего было с математичкой. Эта была ceксуально неудовлетворенной климактерической сволочью. Вдобавок – с больной щитовидкой. В каждом классе она выбирала себе «объект для травли». И угораздило её выбрать меня. Методы травли оскорблениями и занижением оценок не ограничивались.
Ведь можно подкорректировать оценки по другим предметам, выбросить медсправку о болезни и заявить, что прогуляла… и даже сказать, что сумка у меня отстой…
Я от подобного отношения была в растерянности пару недель.
Потом началась коррида.
Кто кого.
Например, комиссия на уроке – требовательно вызываюсь к доске, быстренько справляюсь с заданием, получаю «вынужденную» пятерку, и на реплику Дуры, что мол, вот, можешь, когда захочешь, заявляю: «Ну, что вы, Х. Х, ну как я могу, я же тупая совсем! Вы всегда так говорите! »
(Комиссия в а[ут]е) И каждый раз в таком репертуаре.
Вторая по рейтингу месть была красивой. Ржала вся школа.
Дело шло к выпускному и надо было сшить платье. Я заказывала в ателье. И как-то обратила внимание на то, что шелк очень тонкий и… план созрел.
Провозилась всю ночь. Но оно того стоило.
Урок. Дура, объясняя какую-то фигню, идет мимо меня и замечает, что из кармашка моей сумки торчит белый клочок с рваными краями и сочным красным отпечатком губ. Дура не думает. Дура реагирует. Она, с воплем,
«это что такое» ХВАТАЕТ И ТАЩИТ!!!
А там восемь метров разноцветных шелковых клочков, сшитых в единую ленту!!! (в ателье накануне выпросила и сшила) А Дура тащит, тащит, тащит…
Класс сперва в замешательстве, потом – «пацталом».
Дура, запутанная «гирляндой», поволокла меня к директрисе.
- Вот!!! – вопит, выпучив глаза. – У неё губы из сумки торчали!!!
Ко мне вопросов не возникло. Кроме просьбы привести врача.
После этого она предпочитала со мною не связываться.
Но самой изощрённой местью был выпускной экзамен.
После проверки результатов математичку трясло. Директрису тоже. ВСЕ работы были ИДЕАЛЬНЫМИ. Придраться практически не к чему. Подвох они даже своими куриными мозгами учуяли, но КАААК? Понятно, что все списали, но ОТКУУУДА???
ВЕСЬ класс получил 5.
Внезапно, да?
Фиг там. Это была спланированная акция. Экзамен проводится одновременно во всех школах, так? А у меня подруга, старше меня на 10 лет и она – учитель математики в другой школе. Она в темпе всё решила (на всяк пожарный оба варианта), другая подруга конским галопом привезла, в оговоренное время я вышла в туалет…
На выпускном директриса так спешила вручить мне аттестат, что споткнулась и упала. Остальные смотрели на меня и радостно улыбались. Даже математичка высказалась: «Эээ… мы рады! Э… За тебя! »
Даже математичка высказалась: «Эээ… мы рады! Э… За тебя! »
О "глухих телефончиках" (Производственная мелодрама).
1. 1972 год. Мне 6 лет. Для пионерлагеря я был ещё маловат. А для устройства армагеддона уже вполне состоявшимся. Семья знала о моих выдающихся способностях творить хаос из ничего и вынуждена была смириться с неизбежным.
На семейном совете было принято нелёгкое
Решение спровадить меня в "концлагерь" было конечно непростым и вынужденным. Принятым разумеется, только ради моего блага. Ну и ещё, так по мелочи: ради сохранения целостности жилья и имущества семьи. И ни в коем случае, в плане карательных мер.
Малолетнему раздолбаю нужна была "твёрдая рука" и неусыпный надзор. Выбор места моего заключения был очевидным. Да если честно говорить, то и безальтернативным. Остальные родственники, наслышанные о моих приколах, выходках и чёрном юморе. Отказались от интересного общества наотрез.
2. Посёлок Лосиный Свердловской области встретил неприветливым серым небом, унылым дождём и широкой улыбкой будущего надзирателя. Меня немедленно прижали к необъятной груди и попытались задушить. Ну и правильно. Чего время терять. Вопросы надо решать кардинально и не откладывая на потом. Однако обошлось. Тётка видимо ещё не понимала с кем она связалась и что ей предстоит. Недодушила. А зря.
Как это ни странно, но мы поладили. После продолжительной борьбы, взаимных уступок и компромисов. В итоге мы пришли к консенсусу и подружились. Тётя Лиза меня полюбила, баловала сгущёнкой и не доставала по пустякам. Я был ей за это благодарен и в виде ответной любезности помогал окучивать картошку. Бдительности однако она не теряла и всегда была настороже. Старой закалки был человечище. И тот ещё "тёртый калач".
Хотя если быть до конца искренним. Контроль не был совсем тотальным. Меня отпускали и на речку и на рыбалку. Я мог целый день болтаться где хотел. Было только одно непременное условие. Ночевать я должен всегда только дома.
Однажды это правило было мною цинично нарушено. Тётке выпало работать в ночь и я воспользовавшись моментом, свалил с пацанами за раками. Соседи нарушителя режима предсказуемо сдали и с этого момента, ночевать в одиночестве уже не дозволялось. Теперь, когда у родного человека случалось "ночное", меня стали забирать с собой на работу.
3. Тётка была поселковой телефонисткой. К работе относилась ответственно и считала себя сельской интеллигенцией. Выражалось это в том, что идя на службу, она меняла телогрейку на пальто и красила губы. Что для нашей деревни считалось почти вызовом сложившемуся миропорядку.
Скрашивая тёте Лизе производственные будни. Я мало-помалу стал понимать принципы устройства и работы сельских "АТС". К середине лета выучил назубок последовательность действий телефонистки при переадресации звонка. Освоил професиональный жаргон и манеру общения с абонентами (надо говорить быстро и неразборчиво. Если дважды не переспросят, значит тебе пришла пора повышать квалификацию). Мог починить заевшее реле (надо [бах]нуть посильнее). Ну и много другого всякого. Что конечно очень могло пригодиться на предстоящем мне нелёгком жизненном пути.
4. И вот однажды случилось... ... Тётка опоздала на службу. Она возвращалась из города и по дороге сломался автобус. Опоздание было чудовищным. Аж целых пять минут.
До телефоного узла мы бежали. Тётка показала отличную резвость и неплохое время. А что поделаешь? Чрезвычайные обстоятельства-вынужденные меры. Мне до сей поры, таких скоростей развивать ещё не приходилось и я прилично отстал.
Через пару часов Лизавета немного пришла в себя и забеспокоилась. Дома остались некормленные свиньи и курицы.
Частные интересы победили коллективные. Наказав мне строго: "Вовка. Сиди тихо. Если позвонят, то возьми трубку и скажи что поломка на линии. Я через час вернусь. " Потом попросила запереть за ней дверь и побежала закрывать гештальты.
"Сиди тихо... Сейчас... . . Зря что ли потратил столько времени на изучение матчасти? Не дождётесь".
Решительно надел наушники и переместился на неостывший ещё тёткин стул. Первый звонок раздался уже через минуту. Я произнёс обычное телефонисткое заклинание и выдернув из гнезда самый красивый штекер. Воткнул недрогнувшей рукой в первое попавшееся мне на глаза гнездо. Услышал в наушниках завязавшийся разговор и самодовольно улыбнулся: "Професьон де фуа. Дык. ".
Весь следующий час я работал на износ. Соединял одинокие сердца и воскрешал надежды. Нёс в мир добро и свет. Совершенно не отдупляя, что каждое гнездо, куда я уверенной рукой втыкал штекера. Принадлежит определённому абоненту.
Как ни странно. Всё обошлось. Жалоб и нареканий не поступило. И когда вернулась тётка всё было мирно и спокойно.
Могу объяснить это только тем, что в Лосинке проживало не больше 3000 человек и все друг-друга знали. Народ видимо подумал: "Ну выпили девчонки немного или сломалось там чего. А я с кумом сто лет не общался. Если бы не ошиблись с номером, то и неизвестно когда бы ещё поговорили".
5. "Всё тайное, рано или поздно становится явным ... ".
Спустя неделю мы с тёткой стояли в очереди за хлебом. Обычная деревенская очередь с разговорами о урожае и сплетнями обо всём на свете.
В очередной раз хлопнула входная дверь. В магазин зашли две дряхлые старушки лет в 45-50 (когда тебе 6 все старше 40 динозавры). Увидев мою тётушку они расцвели улыбками: "Лиза. Золото ты наше. Спасибо тебе. Мы с ... ... два года не разговаривали. А были до ссоры лучшими подругами. Какая ты молодец, что нас помирила. Я сижу грущу и вдруг звонок. Думаю, кто это так поздно? А это ... ... Как ты хорошо всё придумала. Если бы не ... ... ".
Тётя Лиза была не дура и сразу всё поняла. За самоуправство и неоправданное доверие я был первый раз в жизни наказан. Получив от близкого человека бесценный жизненный урок и по жопе... ... Справедливо.
Спустя столетия, т. е. минут через десять. После вдумчивого анализа и глубочайших размышлений о несовершенстве вселенной. Я списал убыток, как необходимые расходы на приобретение опыта. Этим и утешился.
ЩИПАЧИ
Прошла уже неделя, как моя жена с десятилетним сыном улетела в Стамбул, а сегодня позвонил сын и восторженно заголосил:
- Папа, Папа! Спасибо тебе! Как хорошо, что ты весь год меня шпынял и заставлял ходить на бокс! Я не верил, что это мне когда-нибудь пригодится, но тут, в Стамбуле, пригождается каждый день по сто раз. За все
Я очень испугался и закричал:
- Что случилось! ? Дай мне скорее маму.
Через секунду, жена смеясь «алекнула»
Я обрушился на нее:
- Але, Але, Шура! Что с Юрой? Он подрался! ?
- Хах, нет, успокойся, все нормально, но бокс тут ему и правда очень помогает. Ты помнишь, после прошлого раза, он вообще не хотел ехать в Турцию из-за щипачей?
До меня, наконец, дошло.
Кто отдыхал в Турции с маленькими, хорошенькими детками (а других и не бывает), не дадут соврать. Невозможно и шагу ступить, чтобы какой-нибудь толстый, задорный турок не ущипнул вашего ребенка за щечку. Просто так, от избытка чувств, но щиплются они мощно, как гуси, да еще и грязными руками. Детишкам бывает больно и до слез обидно.
Однажды я не выдержал и тоже в ответ, за моего плачущего Юрку, ущипнул за щеку одного такого чадолюбивого, жизнерадостного турка. Натужно улыбнулся ему и сказал: «And you"re a good boy».
Я опять позвал Юру к телефону:
- Ну, рассказывай, как там у тебя получается?
- Все, как на тренировках: или уход с траектории, или уклон, но чаще всего ныряю под щипающую руку, турок «проваливается» и я тут же захожу ему сзади-с боку, только конечно же без удара, просто обозначаю - в голову, или в печень…
Сыну 3 года, как и все дети плохо ест.
Дома мама с ремнем заставляет, в детсаду воспитатели жалуются. Трапеза всегда проходит со слезами.
Вот ведь женщины!!! Не читали они Роберта Чалдини "Психология управления"!
Мама уехала на сессию, остались с сыном вдвоем. Утром идем в сад, успеваю в его болтовню вставить фразу:
- Кушай в садике хорошо, дома есть нечего.
Думал, что пропустил мимо ушей. Вечером нянечка говорит :
- Молодец, даже добавку попросил.
Когда шли домой разговоры были только о еде:
- Папа, а что мы будем кушать?
- Ничего, ты же в саду уже поел.
- Я еще хочу, дома был суп, мама готовила! ! ? ?
- Уже все съели.
Когда пришли домой первым делом ребенок залез в холодильник.
- Папа, но у нас еще яйца есть!!!
- Одно хватит? (и закрываю холодильник)
- Нет, (достает еще два)
- А картошку будешь?
- Буду, буду.
Так много он еще никогда не съедал.
Правда, вернулась мама - опять начались капризы за столом. Надо будет ей таки дать почитать Роберта Чалдини.
Надо будет ей таки дать почитать Роберта Чалдини.
Сын школьник пришел домой в засосах.
Первым моим порывом было закатить ему пламенную речь о том, что от неумелых девиц надо бежать подальше, и самому никогда следов не оставлять - неприлично это, подстава.
Потом, вспомнив, какой у меня "наоборотный" ребенок, стал мысленно формулировать: "Молодец, сынок. Так и надо. Пусть все видят, какой ты крутой. Еще, когда кашу кушаешь, ее тоже надо по всей физиономии и одежде размазывать, чтобы все знали, что ты овсянку любишь. "
Пока формулировал, успокоился и решил поручить беседу жене. Ее-то он без внутреннего протеста воспринимает.
Через минуту жена возвращается вся красная и воздух ртом хватает от возмущения: "Надо же такое маме сказать?! "
Ну, думаю, пойду за любимую заступлюсь. Отгавкаю ребенка, чтобы мать не обижал. Но сначала спросил, что произошло.
А произошел короткий диалог, узнав о котором, я передумал орать на сына, так как его ответ мне показался скорее смешным, чем обидным.
МАМА: Сынок, что это такое? СЫНОК: Мам, это еще ничего. Ты мою задницу не видела.
СЫНОК: Мам, это еще ничего. Ты мою задницу не видела.
Ждем с мужем вылета в аэропорту. Подходит семья из 4-х человек: папа, мама, старший сын лет 8, дочка лет 4, везут каталку с вещами, остановились перед нами. Девочка начала прыгать с каталки на землю и обратно, ногами наступая на свои сумки и на сумки других ожидающих.
Папа:
- Доченька, так не надо, ну прекрати пожалуйста, ну ты же понимаешь, это не воспитанно, и к тому же ты ножками наступаешь на наши сумочки и на сумочки других людей.
Реакции ноль.
Мама:
- Доченька, ну смотри, все на тебя смотрят, это же неприлично, ну как тебе не стыдно?! Ну хочешь конфетку? Или попить? Или куколку достану? Почитаю тебе что-то? А хочешь кушать? А хочешь выйти на улицу? Ну милая, Ну перестань прыгать.
Ноль эмоций.
Брат... тихо так... шепотом:
- Если не слезешь - стукну...
Моментальная реакция не заставила усомниться в том, что брат либо авторитет, либо есть опыт удостовериться, что угроза вполне может перерасти в действия.
Работаю в загсе. Суббота. 31 января. начало рабочего дня, 9: 00 утра. Приходят два брата, назовем их Старший (С) и младший (М). Оба помятые, видать с пятничного похмела, щетиной.
С: здравствуйте! мы прое... теряли свидетельства о рождении, надо восстановить
Я: ок. вот так-то и так-то, оплатите пошлину и возвращайтесь.
Через 20 минут приходят, всё сделали. Ок. Оформляю документы, выдаю младшему его свидетельство о рождении.
С: О! поздравляю. ты родился!
М: спасибо!
С: видишь, твоё свидетельство выдано раньше моего. теперь ты старший в семье, налоги будешь платить ты!
М: оу... . . это печально. ну раз я старше теперь, пойдем похмелимся, а то и так день потерян...
Громко хохоча, убегают в сторону выхода, размахивая документами над собой. Людям 28 и 25 лет. Наверное, скоро за новыми придут.
Когда была маленькой, боялась, что проснусь среди ночи и увижу в окно Кинг-Конга. В комнате со мной спал брат, и я часто говорила ему, что мне страшно, что я не могу уснуть, и не мог бы он включить свет. На что он отвечал: "Единственная горилла, которую ты можешь увидеть, уже в комнате, спит в соседней кровати, и это Я! Так что спи! " И так каждый раз! И ведь засыпала!
Попутчица.
90-е, мне 7-8 лет, белорусская бабушка везет меня из деревни домой, поезд Брест-Горький. Ехать нам долго, около 20 часов. Моя попутчица на верхней полке - молоденькая худенькая девушка-студентка, улыбчивая и веселая, едет домой. Не помню точно, куда она ехала, в Ковров или Дзержинск, знаю только, что выходить ей надо было рано утром. Я не сплю, бабушка храпит. Девушка-студентка быстро собрала небольшую сумку, присела ко мне на нижнюю полку и с улыбкой спросила: "Есть хочешь? " Меня в поезде всегда укачивало и никогда есть не хотелось, но она достала батон и баночку паштета. Надо сказать, что деревенскими деликатесами меня конечно кормили, но паштет в 90-е, да еще в баночке, был вообще редкость. Она щедро намазала батон паштетом и дала мне. Я скромно отказывалась, но она сказала с улыбкой: "Ешь, а то обижусь. " Когда я его доела, она сделала второй и уговорила меня его тоже съесть. Знаете, много лет прошло, а эти бутерброды наверное самые вкусные в моей жизни) До сих пор помню мягкий стук колес, полумрак вагона и ее добрые-добрые глаза и веселую, ласковую улыбку) Спасибо тебе, моя милая попутчица! Надеюсь, у тебя все хорошо, где бы ты ни была!
Не могу не вспомнить историю из своей школьной жизни (это ж сколько времени прошло! )
Экзамен. Выпускной. В восьмом классе. (Кто не знает - когда-то школьники сдавали экзамены. А не ЕГЭ. И по всем предметам. ) По литературе. Экзамен - самый последний; вот только его осталось сдать - и гуляй, Вася! Ну, если, конечно, "Вася" в девятый-десятый
Сдаёт экзамен "Вася". За восемь классов школьной жизни надоел он всей школе до икоты: закоренелый двоечник, неведомо сколько раз остававшийся на второй год. Все преподаватели только и надеются, что вот сейчас он, наконец-то, закончит школу и всех избавит от своего присутствия, отправившись в какое-нибудь ПТУ. И сам "Вася" тоже жаждет этого всей душой. В общем, понимание цели у всех есть, и все преподаватели дружно тянут "Васю" на заветную троечку. Хоть бы и с минусом.
Экзамен. По литературе. А "Вася", понятное дело, ничего не читал. Он вообще ничего не читал, кроме учебника, да и тот - через пень-колоду. И всем ясно, что, закончив школу, "Вася" читать уже никогда ничего не будет, а писать - разве что в зарплатной ведомости свою фамилию нацарапать.
И достаётся этому горемыке вопрос "Образы Кутузова и Наполеона в творчестве Толстого". По роману "Война и мир". Кто-то думает, что "Вася" способен прочитать два здоровенных тома? Ну-ну... Он их даже в руках не держал.
Однако ж отвечать надо. Ну, "Вася" что-то там мямлит - условно по теме; преподаватель его, как может, подтягивает и подталкивает наводящими вопросами. Получается что-то вроде: "Какой Кутузов был? " - "Хороший" - "А Наполеон? " - "Наполеон - плохой". (Хотя это - далеко не факт, что Наполеон был плохой: французская гвардия его любила. Ну это - так, к слову... )
В общем, "Вася" продвигается к заветной троечке.
А надо сказать, что на экзамене всегда обязан был присутствовать педагог из "чужих" - для объективности оценки. Вот этого дядечку чёрт за язык и дёрнул:
- А скажите-ка, кто у Толстого в сцене "Совета в Филях", когда русский генералитет решает судьбу предстоящей битвы, в доме крестьянина за печкой сидел?
И "Вася", ничтоже сумняшеся:
- НАПОЛЕОН!
И - получает единицу! И немедленно остаётся ещё на один год, "осчастливливая" своим присутствием всю школу!
С тех пор и на долгие годы в лексиконе школяров, да и учителей, укоренилось выражение, знаменующее собой полное фиаско в самую последнюю минуту - "НАПОЛЕОН ЗА ПЕЧКОЙ"!
Типа: "Да ну, Наполеон за печкой приключился". Или "Опять Наполеона за печкой ляпнул"...
Менялись поколения учеников, а выражение бытовало ещё долгие годы после того, как злополучный "Вася" всё-таки закончил школу. Абсолютно бессмысленное для всех, кто был не в курсе этой легендарной, передававшейся из уст в уста истории...
(Кстати, если кто роман не читал или напрочь забыл - за печкой сидел ребёнок, девочка, внучка хозяина избы. Наполеон там, разумеется, никак не мог оказаться. )
Жара, воскресный вечер 18 июня. Я остановился полюбоваться закатом, никого вокруг. Вдруг показалась забавная пара велосипедистов: впереди пацан лет 8, изрядно запыхавшийся, на велике великоватом для него, еле ноги достают до педалей. Сзади явно отец, здоровенный дядя, но на складном велике для него крошечном, вроде медведя в цирке.
- Папа! Я с детьми играть хочу! - требовательно орет пацан.
- Так играй! - невозмутимо отвечает отец, сворачивает к ближайшей лавочке и начинает проверять смартфон.
Сын несется к детскому городку, немного погодя крик:
- Папа! Тут детей нет!
Отец оглядывается:
- Так добудем!
Убеждается, что в самом деле вокруг никого нет, одни каменные стены. Сложив широкую ладонь у лба козырьком, вглядывается в единственную доступную даль - аллею, ведущую к закату.
- Вон они! - азартно восклицает он.
Я тоже глянул - там вдали промелькнули и тут же скрылись за углом две крошечные фигурки.
- Уйдут! - горько кричит сын.
- Не уйдут! - хищно восклицает папа - по коням!
Оба прыгают на велики и несутся в ту сторону. За углом вскоре раздается вопль:
- Дети, стой! Играть будем?! Не уйдут! - довольно подумал я. Из казаков они, наверно.
Не уйдут! - довольно подумал я. Из казаков они, наверно.
Внуку 8 лет, ходит в школу. Все ему легко дается, дети в его классе разные, но большинство нормальные, позитивные и парочке придурков с понтами и без мозга возможности реализовываться практически нет. Но недавно он пришел из школы чем-то озабоченный и говорит матери: ты меня завтра забери из школы попозже часа на два. У меня там дела. Надо кое-что сделать. Что именно - не говорит. Ну ладно, кто же будет против. Забрала мать его попозже. А он опять просит - завтра тоже не торопись, дело там еще у меня есть. Приехала мать, а он взлохмаченный, вспотевший. Один в один воробей. Что-то не то. Учительница его подощла и спрашивает мать - а вы в курсе того, чем занимается ваш сын после уроков? - Нет, а что такое. И вот что оказалось. Эти недели у нас были очень снежными, снегу намело под метр. А дворником в школе работает пожилая женщина и ей пришлось ой как тяжко чистить школьные дорожки. Вот внук сам подошел к ней и спросил, а может ли он тоже почистить снег и найдется ли для него лопата? Вот почему он оставался после уроков - чистил снег, помогал дворничихе. Как говорится, дурной пример заразителен, на выходные опять нас замело. Опять он попросился уйти попозже, но когда мать приехала за ним, школьный двор чистили и малышня и старшеклассники. Так как лопат на всех не хватило, то несколько человек стояли в ожидании. .. . Такая жизнь, такие наши дети. PS Это Россия, Дальний Восток.
PS Это Россия, Дальний Восток.
Звоню коллеге по работе, которая находится дома, чтобы обсудить рабочие вопросы. Слышно ее плохо, потому что все перекрывают детские крики и визг - у нее две дочери. Наконец, она говорит:
- Подожди минутку, я решу проблему с шумом.
Через некоторое время продолжаем разговор без шумовых помех. Я ей говорю:
- Какие послушные у тебя дочки. - Эээ... не совсем так. Я в шкафу.
- Эээ... не совсем так. Я в шкафу.
