и у Грушиных «голубая птица» висела на третьем этаже. По трубе хвостатый разбойник добрался до форточки, снять мясо не смог, но цинично обгрыз мороженую птицу. Иринку Травкину, которой симпатизировало большинство пацанов, руки в кровь разодрал. Ласку принял, но, когда она попыталась вычесать колтуны, ятаганы когтей оставили глубокие царапины. Голубята оказались последней каплей!
Наказать кота надо, но как? Смертоубийство мы отвергли, мы же не хулиганы, а хоть недисциплинированные, но пионеры! Решено было изготовить парашют и в наказание за смерть несмышлёных птенцов десантировать кота! Задумались, где взять материал на парашют? С нами крутился Кондратенко, по прозвищу, конечно, Кондрат. На два года нас младше, мелюзга. Он сказал, дома у него материала завались! Умный ребёнок взял из шкафа новую простынь и вырезал потребное количество с угла полукругом. Тонкий льняной шпагат стал отличными стропами! Подвесную систему сделали из старого офицерского ремня папы Кондрата, рука его дрогнула, когда резали ремень, сердце вещун! Парашют испытали, привязали кирпич и запустили с забора, целый остался, даже крошка не откололась!
И вот час икс для покорителя воздушных стихий!
По двутавровым балкам (лестничные марши стояли только до пятого этажа) полезли на крышу строящегося семиэтажного здания редакции «Забайкальского Рабочего». Сверху замечательный вид на тогда малоэтажный центр города, тополиная зелень дворов, синее забайкальское небо. Здание промышленное, этажи не меньше трёх метров.
Раскачали, раз, два, три! Полёт альбатроса!
Но что-то не учли, бесформенным комом молча падает Васька! У меня сжалось сердце, но на уровне где-то пятого этажа хлопок! Как настоящий открылся парашют! Расправив лапы как можно шире, покачиваясь в струях воздуха, как горный орёл парит парашютист! Ветром испытателя отнесло в сторону, громкое «А-а-а! » огласило окрестности. «Мяу» отсутствовало, видимо от восторга замерло сердце! Как мы не поломали ничего, когда летели к испытателю воздушной стихии до сих пор загадка!
Васька приземлился на кучу кирпичей, замолчал, парашют покрывалом накрыл подопытного. Никогда больше не видел так широко распахнутых глаз у кота. Жёлтые светящиеся даже днём фары безумно смотрят в никуда! Кондрат предположил, кот справил естественные надобности, но не пахло, Мишка сказал, что он это сделал ещё в воздухе. Немудрено!
Из сострадания снять подвесную систему с Васьки невозможно. Глаза навыкат, машет выпущенными кинжалами когтей, оскаленная пасть с клыками, еле слышно шипит, другие звуки по-прежнему отсутствуют!
Догадались набросить на испытателя парашют, в брошенных рабочих рукавицах прижали страдальца и расстегнули ремень. Но кот сдаваться не собирается, бросился на голые ноги Кондрата, когтями расцарапал и укусил за палец. Или то, что Кондрат один был в шортах, то ли посчитал его главным мучителем. Мы не успели прийти на помощь, Васька, высоко подпрыгивая, скрылся в подвале, преследовать мы не решились, ну его!
Больше геройского кота мы не видели. Мишка вроде бы видел его на заднем дворе кафе-мороженого, но поручиться, что это он не мог, близко, конечно, не подпустил. Взрослые коты вообще старались к мальчишкам не подходить, опасались.
Неприятности у Кондрата на этом не закончились. Когда мама развернула простыню и увидела огромную дыру, почему-то оказалась очень недовольной. Рассказала отцу, тот не мудрствуя лукаво, выпорол ни за что сына, ещё на день запретил выходить во двор. Кондрат нас не предал.
