Детские истории #школа

Сынок пробурчал что-то вроде того, что стал посещать дополнительные занятия по русскому языку, чтобы подтянуть предмет.

Мне оставалось только порадоваться.

Но вот однажды подвез я его как обычно в школу и только отъехал - обнаружил, что у меня остался его ключ от квартиры. Пришлось возвращаться в школу - отдать ключ.

Сына своего я сразу разыскать не смог, поскольку никто не слышал ни о каких факультативах по русскому. Наконец одна девчонка на мой вопрос ехидно так ухмыльнулась и сказала, что все ребята в кабинете биологии.

Разыскав этот кабинет, я тихонечко отворил дверь и узрел жуткую и ничем необъяснимую картину.

В центре помещения стоял скелет, на нем был надет пиджачок от школьной формы, а вокруг него стояло и сидело человек пятнадцать пацанов (включая моего сына), и все они поливали это чучело самым что ни на есть отборным матом, причем делали это беспрерывно. Мне даже показалось, что скелет трещал и дымился. (Как потом выяснилось, так оно примерно и было).

Я резко вошел в кабинет, мат смолк, и я вызвал сына для объяснений в коридор.

И вот, что он мне рассказал.

Оказывается, отец одного из его одноклассников был профессиональным изобретателем. Не нравилась ему, что его сын ругался матом, и он решил пацана от этого дела отучить. Соорудил приборчик из фонетического анализатора, распознающего мат, небольшого самодельного аккумулятора и обширной электрической цепи. Все это он заделал в пиджак от школьной формы сына. Как только сынок переходил на нелитературный язык, он получал удар током. Не сильный, но чувствительный. А поскольку в школе существовали строгие правила - ходить только в форме, задумка изобретателя до поры до времени действовала.

А парень страдал, как при ломке. Ведь нынешние восьмиклассники (и не только они, конечно) - без мата себя чувствуют так, будто им язык отрезали.

Но наконец какой-то отличник по физике сказал, что придумал выход, но надо провести эксперимент. Собрали полтора десятка добровольцев за полчаса до начала занятий в кабинете биологии, надели нашпигованный электроникой пиджачок на скелет и стали материть его почем зря.

Отличник оказался прав в своих расчетах - через полчаса бесперебойного мата аккумулятор сел.

Ну вот с той поры и пошли эти факультативы по русскому.

раз я одного представителя правоохраняющей профессии "мильтоном" обозвал в рассказе, после чего один русский, но англоговорящий в Америке гражданин, долго допытывался, причем тут классическая английская поэзия и Мильтон, который Джон. Пришлось объяснять.

Потому что верю в силу слова с детства. Этим словом мой товарищ по детским играм нашего участкового до инфаркта довел. Легко и просто.

В районе первый девятиэтажный дом построили. Это сейчас они низкие, а тогда - небоскреб практически. Именно поэтому мы на крыше этого дома любили в салочки играть. Дураки, конечно, но нам нравилось. А участковому почему-то нет. Он нас там ловил, воспитывал в детской комнате милиции часа три и родителям еще жаловался. Но мы все равно играли. А он ловил.

Так вот, в очередной раз, носимся мы по крыше, человек десять малолетних оглоедов, и тут участковый с коллегами появляется. Все прятаться бросились. Кроме Женьки. Женька прятаться не стал, а заорал "атас менты" и с девятиэтажной крыши спрыгнул.

У участкового сразу инфаркт. Он же не знал, что Женька на свой балкон спрыгнул. Они в этом доме на девятом этаже жили. Родители весь день на работе, естественно, а Женька как ключи в очередной раз про[дол]бет в школе, или вообще дома забудет - так на крышу, с нее уже на балкон и с балкона домой уже через форточку. Привычной тропой, так сказать.

Так неосторожно крикнутое слово "мент" уложило хорошего дяденьку-милиционера в больницу на целый месяц. Участковый как из больницы вышел, так сразу купил на свои деньги шесть большущих замков амбарного типа, все выходы на крышу этой девятиэтажки запер, а ключи дворнику отдал.

В общем, с тех пор я стараюсь это нехорошее слово не употреблять. Сейчас вот, правда, вырвалось.

давнозабытая история как завуч, лишившись премии, начала поднимать успеваемость в школе.

В нашей школе успеваемость всегда была не на самом высоком уровне, потому что когда у тебя выбор футбол-хоккей с пацанами или учеба, то обычно выбиралось первое. С девочками ситуация не намного отличалась, разве что вместо футбола у них был сеанс коллективного макияжа или построение взрывов макаронной фабрики на голове по образцам из обрывков западных журналов. Исторически заводской район лимиты, что тут поделаешь - генетика.

Комиссия РОНО пришла, как всегда, планово-неожиданно и прямо к накрытому столу в перегороженном, специально для этого случая, школьном буфете. В качестве официантов прислуживали девочки, проходившие практику на кулинаров в УПК. Закусив чем бог послал, а бог в тот день послал в школьную столовую: салаты оливье, ананасовый компот, жареную курицу, сервелат и торт наполеон к чаю "бодрость", комиссия отправилась исполнять свои прямые обязанности.

Стоит отметить, в то время государство еще тешило себя иллюзиями в способность научить сложным наукам человека даже против его желания и поэтому весь день 20 классов должны были писать контрольные по всем предметам. И без того низкая успеваемость была на грани пробития дна, потому что списать, когда в классе сидят проверяющие нереально. А с учетом того, что эти проверяющие должны были потом еще и проверять написанные контрольные, становилось совсем грустно. Понимали чем им это грозит и учителя и директор.

Но завуч недаром преподавала 20 лет химию.

Уже через десять минут после начала контрольных гордые проверяющие, по-одному и делая вид, что никуда не торопятся, отправились в туалеты. Через полчаса все четыре школьных туалета были заняты комиссией, рассевшейся на унитазах в полном составе. Кворум был собран. Грешили на ананасы, не наш сей деликатес, рассуждали они - не жили красиво, не стоило и начинать.

Периодически одинокий сотрудник роно выходил из кабинки, чтобы задумчиво помыть руки и отправиться исполнять свои обязанности, но по дороге ход мыслей увлекал его в другую сторону и он снова возвращался в царство фаянса.

Школьный завхоз баба Глаша только и успевала вешать в кабинках новые рулоны туалетной бумаги, специально приготовленной для комиссии. Но в те годы туалетная бумага в дефиците и когда туалетная бумага закончилась в ход пошли салфетки из столовой и даже промокашки из ученических тетрадей.

Шел третий час контрольной. Школьникам строго настрого запретили на перемене заходить в туалеты. Что создало у детей нездоровый ажиотаж и навело на мысли, что в туалетах происходит что-то странное. Школьные учителя улыбались - лишь самые стойкие сотрудники роно еще оставались в стенах школы, перемещаясь между туалетом и кабинетами.

Когда глава инспекции вместе с героическими остатками роно возложил проверку контрольных на школьных учителей и покинул школу, то всеобщей радости не было границ. Средний балл в школе абсолютно по всем предметам был не ниже 4. Такого прорыва система советского образования еще не знала. Пахло премиями и свежевымытыми туалетами. Все ликовали. Только завуч в своем кабинете, откинувшись на спинку стула и задумчиво улыбаясь о чем-то своем, тихо напевала песенку "мама и семеро козлят".

что-то. Детская медсестра приходила и устраивала скандалы.

— Его надо отдать в специализированный садик, а потом в школу для умственно отсталых детей.

— Да какой же он отсталый, — препиралась с ней прабабушка, — вон книжки читает, считать умеет. Болтунов и так полно.

— Наплачетесь вы с ним, полоумным, — отвечала медсестра.

Мне было лет 11 и в то лето ретивая медсестра донимала эту семью особенно сильно. А я выгуливала свою черепашку и черного кота.

Мальчик подошел ко мне очень тихо и погладил кота.

— Его зовут Барсик, — сказала я, — а меня — Леся.

Четко, внутри своей головы я услышала: «Тёма».

Вот так мы познакомились. Наше общение выглядело весьма странно. Обычно говорила я, а он молчал. Но иногда мы молчали оба. Снаружи. Как-то увидев нас, сидящих в молчании напротив друг друга, подошла моя мама.

— Что вы делаете? , — спросила она.

— Разговариваем, — ответила я.

— Хорошо, болтайте, — сказала мама и пошла заниматься делами.

Тёма удивительно умел ладить со всеми животными: собаками, котами и даже моей черепашкой. Он выучил Барсика давать лапу и команде «голос» не произнеся вслух ни единого слова. Его прабабушка на наш молчаливый диалог смотрела с видимым изумлением.

— Ты его понимаешь? — спросила она

— Да, конечно, — отвечала я, — очень хорошо слышу, прямо внутри головы.

Она покрутила пальцем у своего виска. А мне было все равно.

Как-то пьяный прохожий тащил на поводке мимо палисадника маленькую болонку. Песик отвлекся на кота и стал тянуть. Мужик отломил ветку от клена и ударил собаку. Тёма прямо кричал внутри себя: «Не надо, нет! » Я заорала на весь двор: «Перестаньте! ». А мужик продолжал бить хворостиной собаку. Моя мать выскочила из подъезда. Дядька отстегнул болонку с поводка и быстро ушел. Растерянный песик даже не побежал за ним. Мама оглядела нас, взъерошенных и заплаканных и сказала Тёме:

— Они тебя не слышат, почти никто. Говори снаружи.

— Как, не слышат? , — прозвучало в моей голове.

— Просто не слышат и все, не умеют, не получается у них. Надо говорить вслух. Ты хочешь эту собаку? Пойди к родителям и скажи вслух: «Я хочу эту собаку, я буду с ней гулять».

Шестилетний Тёма взял на руки маленькую избитую болонку и понес к подъезду. Из окна первого этажа высунулся его отец — Игорь.

«Папа, — сказал Тёма, — давай возьмем собаку, ее выбросили». Игорь уронил кружку и выбежал на улицу.

«Папа, — повторил Тёма, — давай возьмем собаку». Игорь заплакал.

Собаку они взяли. Первые три недели Тёма болтал беспрерывно. Со временем угомонился…

Спустя много лет, гуляя с маленьким сыном, когда я вдруг услышала внутри своей головы: «Мама, смотри, кот», я совсем не удивилась.

Посмотрела на здоровенного рыжего кота и позвала: «кис, кис, кис».

А потом сказала сыну: «Говори вслух, иначе тебя не услышат». И он заговорил. И перестал разговаривать внутри. Но иногда, до сих пор, я его слышу, даже если он далеко. Маленький Тёма научил меня слушать…

классы не пойдёт.

Сдаёт экзамен "Вася". За восемь классов школьной жизни надоел он всей школе до икоты: закоренелый двоечник, неведомо сколько раз остававшийся на второй год. Все преподаватели только и надеются, что вот сейчас он, наконец-то, закончит школу и всех избавит от своего присутствия, отправившись в какое-нибудь ПТУ. И сам "Вася" тоже жаждет этого всей душой. В общем, понимание цели у всех есть, и все преподаватели дружно тянут "Васю" на заветную троечку. Хоть бы и с минусом.

Экзамен. По литературе. А "Вася", понятное дело, ничего не читал. Он вообще ничего не читал, кроме учебника, да и тот - через пень-колоду. И всем ясно, что, закончив школу, "Вася" читать уже никогда ничего не будет, а писать - разве что в зарплатной ведомости свою фамилию нацарапать.

И достаётся этому горемыке вопрос "Образы Кутузова и Наполеона в творчестве Толстого". По роману "Война и мир". Кто-то думает, что "Вася" способен прочитать два здоровенных тома? Ну-ну... Он их даже в руках не держал.

Однако ж отвечать надо. Ну, "Вася" что-то там мямлит - условно по теме; преподаватель его, как может, подтягивает и подталкивает наводящими вопросами. Получается что-то вроде: "Какой Кутузов был? " - "Хороший" - "А Наполеон? " - "Наполеон - плохой". (Хотя это - далеко не факт, что Наполеон был плохой: французская гвардия его любила. Ну это - так, к слову... )

В общем, "Вася" продвигается к заветной троечке.

А надо сказать, что на экзамене всегда обязан был присутствовать педагог из "чужих" - для объективности оценки. Вот этого дядечку чёрт за язык и дёрнул:

- А скажите-ка, кто у Толстого в сцене "Совета в Филях", когда русский генералитет решает судьбу предстоящей битвы, в доме крестьянина за печкой сидел?

И "Вася", ничтоже сумняшеся:

- НАПОЛЕОН!

И - получает единицу! И немедленно остаётся ещё на один год, "осчастливливая" своим присутствием всю школу!

С тех пор и на долгие годы в лексиконе школяров, да и учителей, укоренилось выражение, знаменующее собой полное фиаско в самую последнюю минуту - "НАПОЛЕОН ЗА ПЕЧКОЙ"!

Типа: "Да ну, Наполеон за печкой приключился". Или "Опять Наполеона за печкой ляпнул"...

Менялись поколения учеников, а выражение бытовало ещё долгие годы после того, как злополучный "Вася" всё-таки закончил школу. Абсолютно бессмысленное для всех, кто был не в курсе этой легендарной, передававшейся из уст в уста истории...

(Кстати, если кто роман не читал или напрочь забыл - за печкой сидел ребёнок, девочка, внучка хозяина избы. Наполеон там, разумеется, никак не мог оказаться. )