Смешные истории

я.

— Можете ходить с грязной.

— О, какой язвительный молодой человек! Жалко, я не знала, что у меня будет такой важный гость. Купила бы чего-нибудь особенного к чаю. Вы, кстати, чай будете без какого варенья: без вишневого или без клубничного?

— Если можно, то без малинового.

— Пожалуйста! У меня все есть.

Насчет варенья она, конечно, хохмила. Нашлось у нее и варенье, и печенье, и конфеты — как это водится в приличном еврейском доме. Вот иногда видишь человека всего пять минут, а такое ощущение, что знаешь его всю жизнь. Точно такое же чувство возникло у меня после встречи с Миной Моисеевной.

Когда я вижу на сцене Клару Новикову с ее тетей Соней, для которой пишут лучшие юмористы, я всегда думаю: а как же тетя Миня? Ведь ей никто не писал, она все придумывала сама.

Помню, сидим мы с ней, беседуем. Вдруг — телефонный звонок. Кто-то ошибся номером. Громкий мужской голос, который слышу даже я, кричит:

— Куда я попал?!

— А куда Вы целились? — спрашивает тетя Миня.

Хотя в душе она была стопроцентной еврейкой, терпеть не могла разговоров, какие мы все потрясающе умные.

— Ай, не морочьте голову, вот Вам мой племянник, дофке еврей, — тупой, как одно место. Кончил в этом году школу — и что? С его знаниями он может попасть только в один институт — в институт Склифосовского!

Я иногда начинал ее дразнить:

— Но мы же с вами избранный народ!

— Мы — да! Но некоторых евреев, по-моему, избирали прямым и тайным голосованием, как наш Верховный Совет.

Теперь пришла пора сказать, кем же была тетя Миня. Она была профессиональной свахой. Сегодня, в эпоху брачных объявлений и электронных связей, эта профессия кажется ушедшей. Но только не для тех, кто знал Мину Моисеевну.

— Человек должен уметь расхвалить свой товар, — говорила она.

— Реклама — это большое дело. Посмотрите, когда курица несет яйцо, как она кричит, как она кудахчет. А утка несет тихо, без единого звука. И результат? Куриные яйца все покупают, а про утиные никто даже не слышал. Не было звуковой рекламы!

Не знаю, как она рекламировала своих женихов и невест, но клиентура у нее была обширная, телефон не умолкал с утра до вечера.

Было сплошным удовольствием слушать, как она решает матримониальные дела.

— Алло! Что? Да, я Вас помню, Володя. Так что Вы хотите? Чтоб она была молодая, так, красивая, и что еще? Богатая. Я не поняла, Вам что, нужно три жены? Ах, одна! Но чтоб она все это имела. Ясно. Простите, а что Вы имеете? Кто Вы по профессии? Учитель зоологии? Хорошо, звоните, будем искать.

— Алло! Кто говорит? Роза Григорьевна? От кого Вы? От Буцхеса. Очень приятно. А что Вы хотите? Жениха? Для кого, для дочки? Нет? А для кого, для внучки? Ах, для себя! Интересно. Если не секрет, сколько Вам исполнилось? Тридцать шесть? А в каком году? Хорошо-хорошо, будем искать. Может быть, что-то откопаем.

— Алло, это Яков Абрамович? Хорошо, что я Вас застала. Дорогой мой, мы оба прекрасно знаем, что у Вас ужасная дочь, которая не дает Вам жить. Но все равно, когда я привожу жениха, не надо ему сразу целовать руки и кричать, что он Ваш спаситель. Они тут же начинают что-то подозревать!

Когда Мине Моисеевне исполнилось 75, она приняла самое важное решение в своей жизни — уехать в Израиль. Все подруги по дому дружно ее отговаривали:

— Миночка, куда Вы собрались на старости лет? Жить среди незнакомых людей!

— Я вот что подумала, — сказала тетя Миня, — лучше я буду жить среди незнакомых людей, чем среди знакомых антисемитов!

И она уехала. Тихо, незаметно, никому ничего не сказав. Тогда в аэропорту "Шереметьево" фотографировали всех провожающих, и она не хотела, чтобы у нас были неприятности после ее отъезда.

Прошли годы, многое в мире изменилось. Советский Союз установил дипломатические отношения с Израилем — и я впервые оказался на Святой земле.

Я сразу же попросил своих друзей отыскать Мину Моисеевну, если она еще жива, а если нет — хотя бы узнать, где она похоронена.

На следующее утро чуть свет в моем номере зазвонил телефон:

— Алло! Это великий русский писатель Шолохов-Алейхем?

— Тетя Миня! — заорал я.

— Это Вы?

— Ну да! Что ты так удивился, будто тебе позвонил Ясир Арафат?

Через пару часов я уже завтракал в ее квартире, точь-в-точь копии московской: те же занавески на окнах, те же фотографии на стенах, такой же маленький телевизор, по которому шли все те же наши передачи.

— Ничего не меняется, — сказала она, перехватив мой взгляд.

— Все как было. Даже профессия у меня та же.

— Как? Вы и здесь сваха?

— Почему нет? Здесь тоже надо соединять женихов и невест. Как говорится, сводить концы с концами.

Дальнейшая часть дня проводилась под аккомпанемент сплошных телефонных разговоров тети Мини:

— Алло? Слушаю!... Да, я Вас помню. Вы хотели невесту с хорошим приданым. Так вот, можете открывать счет в банке "Хапоалим" — я Вам нашла невесту. За нее дают 50 тысяч шекелей. Что Вы хотите? Посмотреть ее фото? Милый мой, за такие деньги я фото не показываю. Получите приданое, купите себе фотоаппарат и снимайте ее сколько влезет!

— Алло? Бокер тов, геверет!

— И тетя Миня затараторила на иврите, как пулемет.

— Ненормальная румынская еврейка, — сказала она, положив трубку.

— Денег полно — и она сходит с ума. Не хочет блондина, не хочет брюнета, подавай ей только рыжего! Откуда я знаю почему? Может, у нее спальня красного цвета, хочет, чтоб муж был точно в цвет!

— Алло? Ша, что Вы кричите? Кто Вас обманул? Я Вам сразу сказала, что у нее есть ребенок. Какой позор?.. В чем позор?.. Ах, ребенок родился до свадьбы! Так что? Откуда ребенок мог знать, когда свадьба?..

А я сидел, слушал все это и умирал от счастья и восторга! Потому что за окном был Тель-Авив, потому что рядом была тетя Миня, потому что, слава богу, есть то, что в нашей жизни не меняется.

Не знаю, может, это звучит немного высокопарно, но для меня тетя Миня олицетворяет весь наш народ: тот же юмор, та же деловая жилка, скептическое отношение ко всему и удивительная жизненная сила. Все, что позволило нам выжить в этом кошмарном мире!

Порой мне кажется, что брось тетю Миню в тундру, в тайгу — и уже через пару дней она будет ходить по чумам, сватать чукчей и эскимосов:

— У меня для Вас потрясающая невеста! Она даже не очень похожа на чукчу, скорее на японочку. Какое приданое?.. Какие олени?.. Нет, он сошел с ума! Я ему предлагаю красотку, а он хочет оленей. Да Вы только женитесь — и у вас рога будут больше, чем у оленя!

Сегодня тети Мини уже нет на земле. По нашему обычаю умершим нельзя приносить цветы, но никто не сказал, что им нельзя дарить рассказы. Я написал его в память Мины Моисеевны и жалею только о том, что она его не услышит. Иначе она бы непременно сказала:

— Между прочим, про меня мог бы сочинить и получше! К тому же ты забыл вставить мою главную фразу о том, что надо уметь радоваться жизни. Обязательно напиши: "Пока жизнью недоволен — она и проходит мимо нас"

Тогда он отстранил первого помощника, посадив того под арест в каюте.

Но у Паттена была чахотка. В плавании болезнь обострилась, и капитан впал в беспамятство.

Итак, первый помощник под арестом, второй — малограмотный и не может принять командование. Муж при смерти у Мэри на руках.

И тогда девятнадцатилетняя девочка, жена капитана приняла командование на себя.

Первый помощник передал ей записку. Мол, со всем уважением, сударыня, но вы же баба, выпустите меня, я буду командовать, я специалист. Вы не справитесь, вы нас погубите.

Мэри ответила что-то вроде: Со всем уважением, , но — Мой муж тебе не доверял и считал тебя ленивой и ненадежной скотиной. Сиди там и не рыпайся.

Первый помощник начал будоражить моряков, и на судне начался мятеж.

Мэри быстро его погасила. И повела судно дальше. Многие недели плавания...

Кроме командования судном, Мэри ухаживала за умирающим мужем, читала медицинские книги, которые у нее были...

Когда они приплыли в порт назначения, Мэри отказалась от лоцмана и сама встала за штурвал.

Маленькая деталь: в момент прибытия ее судна в порт жена капитана была на 8 месяце беременности.

Хозяева груза были так впечатлены, что наградили ее, дали 1000 долларов.

Мэри ответила письмом: Это всего лишь мой долг как жены, помогать мужу.

Муж ее умер вскоре. Мэри родила сына.

Но она тоже заразилась чахоткой и умерла, не дожив до 25 лет.

Такая вот история первой женщины-капитана торгового судна.

сыр и мышеловка неотделимы друг друга... я усвоила давно и прочно:), а чтобы отвязаться... В общем, организовали у него на квартире собрание таких же несчастных попавшихся, ну я, чтоб не быть там в гордом одиночестве, прихватила свою 9-летнюю (что важно:) дочу. Мои ожидания не обманули — мужик увлеченно впаивал что-то про сетевой маркетинг, периодически разбавляя свою речь идиотскими вопросами к слушающим, типа..."Будете ли вы стирать другим стиральным порошком, если вам нравится тот, который вы используете "... аудитория вяло реагировала... Наконец, в качестве жертвы было выбрано мое чадо — эдаким сюсюкающим тоном этот оратор обращается к ней:

— Что бы ты, Ирочка, выбрала — миллион рублей сразу или рубль, удваивающийся каждый день в течение месяца.

Мое дите невозмутимо ответило — конечно, удваивающийся рубль... Мужик (явно расстроенный — как же сорвалось эффектное обличение глупости простого смертного:) продолжает уже полусюсюкающим тоном — а почему, Ирочка...? Мое чадо так же спокойно:

— А потому, что любому идиоту понятно, ЧТО 2 В 29 СТЕПЕНИ ЭТО БОЛЬШЕ ЧЕМ МИЛЛИОН...

Мужик онемел... а дите еще и добавило поучительным тоном...

— ЭТО НАЗЫВАЕТСЯ ПРОГРЕССИВНАЯ СИСТЕМА ИСЧИСЛЕНИЯ ПРИБЫЛИ...

Дар речи к мужику вернулся только минут через пять, лекцию он закончил как-то неуверенно и к ребенку с глупыми вопросами больше не приставал.

порадовались.

— Джентльмены, у вас ничего не щемит? Ведь эту срань потом кому- то закрашивать придётся?

Может у меня голос сильно скрипучий, может собака (добрее зайца зверя нет!) грозно выглядит, он вообще- то здоровый, сорок килограмм – оробели отроки – причём им- то под двадцать, а мне за шестьдесят – при остром конфликте расклад явно не в мою пользу. А от собаки точно толку не будет – он только руки облизать может, не боец. Такой вот пёс.

Однако безобразничать прекратили, и ретировались.

Итак, история.

Дочка моя младшая, после гимназии нацелилась поступать в фармацевтическую академию, что на Петроградской, на улице профессора Попова – ну, который радио.

Волновалась очень – там тогда конкурс был не маленький — профессия престижная, желающих много. Жена нашла ей репетитора – из этой же академии – стоило недёшево, но надо было позаниматься, барышня в гимназии особым рвением к учёбе не отличалась.

Ходила, занималась – но глядя со стороны, у меня складывалось впечатление, что особого сверкающего эффекта от этих занятий ждать не придётся – как- то невесело она с уроков возвращалась. А что я могу? Только заплатить преподавателю. Сам- то давно забыл школьную физику, химию и биологию.

Небольшое отступление – у нас в парадной все стены были исписаны и изрисованы всякой дрянью – входная дверь не запиралась, на третьем этаже жила, что называется "неблагополучная семья", и гопников по лестнице шастало в достатке. Неприятно, конечно, но всех дураков не исправишь. Спасибо, что не ссали по углам.

И вот однажды возвращаюсь домой- глядь, меньшая в полной депрессии, со слезами на глазах, отмывает стену от наскальных надписей. Это при том, что трудолюбием- в смысле хозяйственных забот она вовсе не страдала. Водичкой с тряпочкой. Ага- маркеры. Водичкой.

На мой немой вопрос- чуть не плача-

— Папа, я себе зарок дала – если отмою все стены в парадной, то точно в академию поступлю.

Да, думаю, при такой эффективности отмывания, в следующем году точно поступишь.

Вслух я этого, разумеется не сказал. Зашёл домой, переоделся, налил ведро горячей воды, сыпанул туда какого- то порошка, не знаю, что за дрянь, но жена им пользовалась только в перчатках – вырви глаз назывался, и присоединился, так сказать, к трудовому процессу.

Дело пошло живее. За час примерно мы отмыли два пролёта – действительно чисто стало. Соседка снизу поднимается-

— Ой, какие вы молодцы! Погодите, я сейчас переоденусь-

И выходит через десять минут со своим ведром, щёткой и порошком. В перчатках – кстати, её порошок оказался существенно поэффективнее нашего, она успевала отмыть пролёт, пока мы с дочкой вдвоём оттирали половину.

Потом присоединилась ещё семья – муж с женой с четвёртого этажа, а дочка их по лестнице бегала, всем воду горячую в вёдрах меняла. Соседкин порошок сыпали уже во все вёдра – она ещё пакет принесла – видать запасливая.

Часа за два с половиной мы отмыли ВСЕ похабные надписи и картинки на ВСЕХ стенах в парадной – с чердака до первого этажа и спуска в подвал. Субботник, блин…

К слову – дом, так называемая "Сталинка", пять этажей, но потолки по три с половиной метра – есть где разгуляться.

Разошлись довольные- на лестнице стало чисто. Позже мы скинулись всей парадной на нормальную дверь, поставили домофоны – двадцать лет прошло, на стенах ни одной надписи.

В академию дочка поступила.

P. S. — не закончила, правда. Но так увлеклась дизайном костюмов, что сейчас у неё своя фирма, раскрученная студия с большим собственным производством – там только швей человек двадцать работает, интернет магазин, зарегистрированный в ЕС, и большие интересные перспективы – а дипломы дизайнера по костюмам она получала в Лондоне и в Киото.

Эта барышня вообще с характером — умеет своего добиваться.

Дружим, общаемся. Недавно напомнила мне ту акцию – с отмыванием стен. Говорит – я тогда правда была чуть не в отчаянии, спасибо, что поддержал.