Свежие истории от 12 сентября 2026
www.anekdo.net - наше зеркало для заграницы и VPN
Это было в универе на экзамене. Были на мне замечательные узенькие резиновые такие джинсики. С застёжкой на молнии и пуговкой вверху на поясе. Ну вот. Взяла я билет, сажусь. Чувствую, в области живота какую-то лишнюю свободу. Молния расстегнулась — разошлась. Какие тут уж ответы на вопросы!
Силюсь незаметненько под столом застегнуть молнию. Минут пять возни. Чем привлекаю внимание препода. Подозревает, что я там прячу шпору. Подходит. Говорит мне: "Встаньте!".
Я сдуру вскакиваю и роняю листки и билет. На пол. Зачем-то наклоняюсь их поднять...
Дальше — почти неизбежно отрывается верхняя пуговица. Джинсы резиновые — немедленно слезают с попы, демонстрируя всем мои чудные чёрные кружевные трусики. Экзамен остановился. Публика ждёт продолжения банкета.
Подтягиваю штанцы, как могу, и плюхаюсь на стул. Препод всё понял. Народ ржёт.
— Идите, Лисицина. Пять. В следующий раз приходите с шестом...
* * *
Его имя знают немногие, ведь он запомнился своему поколению, как чудак, показывающий новорожденных недоношенных детей публике, человек, спасший миллионы младенцев по всему миру. Его обвиняли в бесчеловечности и алчности, а он просто делал свое дело, спасая детские жизни.
В конце XIX века во Франции появились первые инкубаторы для недоношенных
и ослабленных детей. Их изобрел доктор Александр Лайон. Он был уверен, что его изобретение изменит мир и поможет спасти миллионы детских жизней. Но представители Церкви думали иначе. Считалось, что если по божьей воле ребенок появился на свет раньше срока, то он сам должен бороться за свою жизнь. Если это не получалось, значит, он был просто не готов к земной жизни. Пытаться выходить и вылечить недоношенного — значит вмешиваться в планы Всевышнего, что противоестественно и грешно.
Работники больниц тоже отказывались подключать инкубаторы. Им это казалось экономически невыгодным. У большинства больниц не было ресурсов, чтобы выкупить боксы и поддерживать их работу.
Но все изменилось, когда за дело взялся Мартин Коуни.
Никто точно не знал (и не знает до сих пор), кто он такой и откуда взялся. По одной версии, Мартин родился в Польше в 70-х годах XIX века. По другой — немного раньше, и в Германии. Одни источники говорят, что он получил медицинское образование во Франции, другие эту версию опровергают. И вторые, судя по всему, правы, поскольку никаких записей в архивах и учебных заведениях о нем нет. А исследователи, пытавшиеся найти хоть какие-то документальные подтверждения и источники, касающиеся ранних годов жизни Мартина, всегда уходили ни с чем.
К концу XIX века Коуни был известным в узких кругах шоуменом с собственной развлекательной программой. Но уже к началу 1900 года Мартин начал представляться педиатром, специализирующимся на недоношенных детях. В 1903 году он скупил больше десятка инкубаторов, расставил их в арендованном помещении в парке развлечений в США, заполнил боксы младенцами и напечатал сотни афиш. Он приглашал всех желающих посмотреть на его новую шоу-программу: "аттракционы" с детьми весом менее 900 грамм. А газеты это подхватили и поддержали врача громкими заголовками: "Тут вы увидите странных маленьких существ (до 25 одновременно). Трудно поверить, что все они когда-нибудь станут полноценными людьми. Они больше напоминают обезьян, чем мужчин или женщин".
С первого же дня работы выставка стала невероятно популярной. Люди часами стояли в очереди, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть на крохотных детей.
Зрители относились к выставке младенцев как к диковинному шоу. Но цель самого Мартина была в другом: он искренне мечтал дать этим детям шанс на выживание. Как только аттракцион закрывался для посторонних глаз, все помещение обрабатывали санитарными средствами. К детям приходили кормилицы, которые по рекомендациям Коуни сидели на строжайшей диете, чтобы преждевременно родившиеся дети получали с молоком максимум полезных микроэлементов. Если кого-то из них Мартин ловил за курением или распитием алкоголя, выгонял без разбирательств. Кроме того, новорожденные всегда находились под наблюдением медсестер. Одной из них, кстати, была дочка шоумена.
Поскольку никто из зрителей не знал об истинных целях Мартина, его вскоре начали обвинять в алчности и бесчеловечности. Коуни несколько месяцев подвергался травле и злобным насмешкам. На улицах вслед ему выкрикивали матерные слова, в него бросались камнями и другими подручными предметами. Медики обвиняли Мартина в нарушении врачебной этики, называли самозванцем. Но Коуни просто не обращал на них внимания, продолжая делать свою работу.
Относиться к Коуни иначе стали лишь тогда, когда первых детей, участвовавших в его развлекательной программе, начали выписывать. Маленькие пациенты возвращались домой к родителями здоровыми и упитанными. Это заставило людей изменить мнение о докторе и вызвало вторую волну его популярности.
"Аттракционы" Мартина Коуни проработали почти сорок лет. За это время через его боксы прошло 6,5 тысячи недоношенных детей, которые вернулись домой живыми и здоровыми.
Парадоксальным образом Коуни заставил медиков разных стран относиться к недоношенным детям как к настоящим пациентам. Благодаря его опыту в 1940-х годах американские и европейские больницы стали открывать специальные отделения для ухода за детьми, родившимися раньше срока.
У него не было инвесторов, и, когда интерес публики к выставкам начал угасать, Мартин поддерживал жизнеобеспечение инкубаторов на собственные средства. Заработать на этой истории ему так и не удалось: Мартин Коуни скончался в возрасте 80 лет в одиночестве и полной нищете в 1950-х годах.
(По материалам "Шоу инкубатора и ребенка" Сильверман, Уильям А.)
1-апреля. Одна пожилая дама впадает в нечто и ни с того ни с сего решает разыграть офисную публику, включая директора. Тихо подходит к каждому и шепотом говорит, что звонили де из бухгалтерии и сказали зайти получить какую-то фантастическую сумму. Только, конечно, не надо никому говорить, чтобы не завидовали. Ну, кто же не поверит МарьПетровне. Все, включая директора, стали подкрадываться к кассе и просить выдать им их миллион. Тихо, чтобы никто не заметил. Можно представить, как реагировала на это касса. Самое смешное было потом, когда все, обругавшись и разозлившись на Марь Петровну отправили в кассу девочку-припевочку, без году неделя на фирме, причем, в должности курьера. И она таки пришла обратно счастливая — действительно, дают деньги, и показала толстенную пачку рублей. Тут все повторилось уже второй раз. Возмущенный коллектив стал требовать свой миллион. Каждому. Кассирша, наверное, по этой причине уволилась на следующий день, кому охота работать с толпой сумасшедших. Уволилась, правда, и девочка- припевочка. Она сразу тогда поняла, что все розыгрыш, нарезала бумаги, положила сверху пару купюр и разыграла уже всех остальных. В отличие от МарьПетровны, ей этот розыгрыш не простили.
* * *
Переписка с поставщиком из Индии. Пишу: подтвердите, пожалуйста, сроки, у вас указано от 10 до 30 дней.
Отвечает: "Yes. "
Пишу: "Yes — это 10 дней или 30? "
Отвечает: "Yes. "
Звоню, объясняю голосом, медленно, что мне нужна дата поставки, хотя бы примерная. Он выслушал, извинился, сказал, что все понял и пришлет письмом.
Письмо пришло через минуту.
Ну, вы догадались, да? "Yes. "
* * *
Как опытный инструктор хочу сказать, что многие больше жалуются на женщин водителей, но таких баранов как некоторые мои ученики-парни я еще не встречал. За много лет стажа с девушками у меня было всего пару аварий, зато с парнями столько, что пальцев жителей моей деревни не хватит. Но был один особый уникал, после пяти занятий у нас с ним было две разбитых и одна помятая машина. На первом занятии он умудрился въехать в витрину магазина, а на третьем перепутал тормоз и газ и промчался на красный свет, благо машин не было, и врезался он только в полупустой автобус на остановке за перекрёстком.
* * *
Наверно в каждом мужчине есть что-то такое. Я парень — самый обычный адекватный, проблем с девушками никогда не было. Мне 25. Живу в мегаполисе. Еду утром в автобусе на работу. Заходит пара девушек и еще народ набивается. В итоге одна из двух девушек становится ко мне спиной. Причем очень плотно, что я начинаю чувствовать ее попу через куртку. Когда автобус тормозит на кочках и вообще — она слегка бьется каждый раз мне в член. Я конечно возбудился. На вид девушкам около 25-28, примерные такие. В общем, меня это так заводит, само чувство, что незнакомка трется об тебя — ну не то чтобы трется, а вот так вот касается. Я так и не понял, специально она это делала или не замечала — это загадка, конечно. Но касания были ощутимы нами обоими — это точно. Я так завелся, внутри все кружится, такое приятное чувство. Ну я немного прислонялся сам время от времени. Она будто бы сама назад стремилась — хотя со стороны и не сказать — мило вела диалог со своей подругой. Я ее лица толком не видел. Ну а вообще это незабываемые ощущения. Сумасшедше приятно. Можно ли вообще определить в таких случаях, специально так девушка делает или нет, чтобы ей как бы подыграть? Девушки, вопрос к вам — как вы относитесь к таким ситуациям? Вас это заводит, может вообще завести? Мне так понравилось, что вообще нашел бы такую подругу и ездил бы с ней в общественном транспорте и сзади прислонялся бы к ней.
* * *
Челюсти Подлясья, или Новейшие полицейские протоколы
История польской криминальной хроники обогатилась сюжетом, достойным не то голливудского хоррора, не то лекции на кафедре вирусологии.
В тихом городке Замбрув, что в Подляском воеводстве, дежурный патруль выехал на стандартный вызов: "На тротуаре лежит тело, на
попытки вернуть его в сознание отвечает невнятным мычанием".
Медики, прибывшие первыми, лишь развели руками:
— Тут не медицина нужна, тут нужен вытрезвитель. Дама просто переоценила свои силы в дегустации крепких напитков.
Но стоило суровым польским стражам порядка попытаться погрузить 39-летнюю гражданку (третих стран) в патрульный автомобиль, как в ней проснулся древний инстинкт хищника. Вместо банального сопротивления нарушительница применила биологическое оружие — намертво вцепилась зубами в руку одного из полицейских.
Спустя час. Приёмный покой инфекционного отделения. Пострадавший страж порядка, бледный и слегка взъерошенный, сидит на кушетке. Над его травмированным предплечьем консилиум из двух врачей изучает глубину укуса.
— Так, коллега, пишите: "Рваная рана от укуса самки Homo sapiens, находящейся в состоянии сильной алкогольной интоксикации". То есть, временно non sapiens. Что думаете?
— Ситуация нестандартная, — хмурится молодой доктор, поправляя очки.
— Нам нужно поднять архивы. Уколы от бешенства ставить будем? Всё-таки агрессия неспровоцированная, пена у рта присутствовала... Ну, то есть, не пена, а следы недопитого алкоголя, но клиническая картина похожая.
Полицейский, округлив глаза от ужаса, нервно сглатывает:
— Доктор... А может, не надо? Пожалуйста! Я читал в детстве, там сорок уколов в живот... Я лучше просто спиртом протру!
Младший врач добродушно усмехается и хлопает бедолагу по здоровому плечу:
— Да ты не бойся, парень! Это в прошлом веке сорок штук кололи. И вообще, их сейчас не в живот, а в руку ставят. Потерпишь. Зато никакого заражения!
— Да я заразы и так не боюсь, я теперь женщин на улице боюсь... — тихо бормочет патрульный, косясь на шприц.
Пока в больнице решали вопросы вакцинации, польская Фемида сработала быстрее, чем антитела в организме укушенного. По закону за покушение (в прямом смысле!) на полицию даме светило до трёх лет тюрьмы. Но, видимо, представив, что в камере её придётся кормить исключительно через защитную решётку, власти решили не рисковать здоровьем тюремных надзирателей.
Буйную туристку оперативно передали пограничникам, выдали билет в один конец до родины и выставили пятилетний запрет на въезд в Шенгенскую зону. Теперь Подляское воеводство может спать спокойно. По крайней мере, до тех пор, пока у местных стражей порядка полностью не заживёт производственная травма.
Мораль сей басни:
Граждане, отправляясь в заграничные вояжи, помните: даже самый крепкий алкоголь не делает вас неуязвимыми. А если уж вас так и тянет оставить след в истории, попытайтесь сделать это не зубами на теле полицейского, а хотя бы отзывом на "Трипэдвайзоре".
Ну, а польским стражам порядка — скорейшего выздоровления. И новых, менее травматичных протоколов.
* * *
Купил как-то осенью в Перекрёстке росток малины. Название сорта не запомнил. Запомнил только, что ремонтантная. Первое лето она проростала. Прочитал в Гуголе, что ремонтантный сорт малины надо осенью обрезАть под корень. Обрезал. Следующим летом она снова проросталаи к осени достигла росту метра-полтора. Без ягод. Закралось сомнение в обряде обрезания. Понял, что если продолжу обрезать по осени, то рискую повторить подвиг программиста, который следовал инструкции на шампуне: "Намылить голову, смыть водой. Повторить". И вышел из ванной только, когда шампунь закончился. Оставил, в итоге малину, как есть. Настало ещё одно лето, спасибо партии за это! Малина дала новые ростки, а прошлогодние заветвились. В середине июля на них появились ягоды. А созрели они в начале октября. Уже когда ночью ударил первый морозец. Были ягоды красные, красивы и очень крупные. Но отвратительные по вкусу... Ещё одно лето наступило. Уже в конце мая появились ягоды, а в середине июля они созрели. Крупные, тёмно-красные и очень вкусные! Скармливаю их домашним. А сам питаюсь тем, что даёт нам полудикая природа. Ну какая она может быть дикая в Подмосковье. Да и вкус у ягоды из леса отменный! Лучше садовой. Пару ягод съешь и аромат на полчаса. Земляника, лесная клубника, малина, черника (форте: )), костяника. Немного, но разбросано по всему лесу. И охраняют её верные стражники: комары, слепни и клещи!
* * *
Рассказал(а) Татьяна Чернова
Сальса
Кто-нибудь сальсу со мной станцует? Да? Нет? Ну это же совсем просто, товарищи: ногу вперед, приставить, потом назад, приставить, повернуться и... все сначала!
Поехали?
Я сальсу увидела воочию на Кубе. На пляже учили ее танцевать. Типа утренней зарядки. Я так хотела... ну так хотела присоединиться к смеющейся толпе, попарно
по песочку танцующей... И что-то мне мешало. Ай. Так трудно было выйти и начать. Уговаривала себя: вот завтра, а завтра говорила — ну завтра так точно, а завтра наступило — пора в дорогу собираться!
Короче, я на Кубу второй раз поехала, чтобы сальсу станцевать! А там облом. Никто утром зарядкой сальсу не танцевал, потому что в то лето чудесная балетная труппа давала спектакли чуть ли не каждый вечер... 30 минут до начала которого приглашая публику подняться на сцену и попробовать себя в сальсе вместе с артистами балета. Подняться на сцену, Карл... С артистом балета, Карл! Естесственно, я просидела всю неделю с мохито в руке, уговаривая себя не бояться. До последнего вечера тряслась. А в последний вечер я отложила коктейль, решительно сжала губы. Приготовилась к атаке на сальсу.
Тут выходит ведущая и обьявляет, что в честь последнего вечера заезда сальса отменяется, зато зрителей ждет сюрприз после спектакля!
У меня слезы в глазах. Похерили мечту опять. Сижу-плачу, пью мохито. Вот спектакль закончен и они обьявляют: Последний вечер! Все танцуют танго!
Прикиньте. У меня состояние предынфарктное, потому что я почувствовала что-то недоброе, когда ко мне подошел солист труппы и протянул мне руку. На ломаном английском я попыталась ему обьяснить, что примо, я не умею! секундо, я не разговариваю!
— Зачем тебе разговаривать? Заткнись (он сказал мне Шер ап!). Можешь даже глаза закрыть. Доверься мне! Я все сделаю сам.
Чего он там делал сам — я не помню. Когда музыка замолкла, меня крутанули и посадили на место.
А сальсу-то я так и не научилась!
* * *