Лучшие истории

литературной карьеры, разбив фамилию на две части. По его словам, у него "никогда не было такой роскоши, как отец или хотя бы дед" — из–за своего внебрачного происхождения Чуковский не имел отчества, позже он выбрал его себе сам и добавил к псевдониму "Иванович".

"Аркадий Райкин обожал рассказывать историю, как они с Чуковским на крыльце последнего спорили, кому первому заходить.

— Вы гость. Идите первым, — говорил Чуковский.

— Только после вас.

— Пожалуйста, перестаньте спорить. Я вас втрое старше!

— Вот потому–то, Корней Иванович, только после вас и войду.

— Сынок! Не погуби отца родного!

— Батюшка, родимый, не мучайте себя!

Спор продолжался минут двадцать. Чуковский кричал: «Сэр, я вас уважаю! » — и вставал на одно колено, Райкин парировал: «Сир! Преклоняюсь перед вами! » — и опускался на оба. Потом один за другим пали ниц на заледенелое дощатое крыльцо — дело было поздней осенью…

— Вам так удобно? — интересовался Корней Иванович.

— Да, благодарю вас. А вам?

— Мне удобно, если гостю удобно.

Наконец, не выдержав, Чуковский поднялся на ноги:

— Я действительно старше вас втрое. А потому…

Райкин вздохнул с облегчением и тоже встал. А писатель как рявкнет:

— …А потому идите первым!

— Хорошо, — махнул рукой гость.

— Давно бы так, — удовлетворенно сказал Чуковский, переступая порог вслед за Райкиным. — Вот только на вашем месте я бы уступил дорогу старику. Что за молодежь пошла! Никакого воспитания! "(из комментариев)

В начале 1928 года по инициативе Крупской творчество Чуковского подверглось жесткой критике за идеологически неверные сюжеты — вместо описаний великих планов, индустриализации и коллективизации он забивал головы детей "Тараканищами", "Цокотухами" и прочими вредителями. Началась кампания, получившая название "чуковщина". "Черт возьми, — писал он директору Госиздата, — неужели Советская страна уж не может вместить одного единственного сказочника! " Последовали два года отказов издателей и редакторов, Чуковский был практически лишен средств к существованию.

"Крупская, конечно, цука была. Травила Корнея нещадно. Здесь любопытно отметь пару неожиданных обстоятельств, с положительной стороны характеризующих тирана Джугашвилли... Когда приспешники Крупской напели И. В. , что "Тараканище" это пародия не него, он лишь усмехнулся в усы и... не стал травить писателя. Напротив, некоторое время спустя, от отравил саму Крупскую, прислав ей на день рожденья коробку вкусных, но смертельно опасных при её заболеваниях конфет. Крупская не устояла перед соблазном, и... предстала перед создателем. А Сталин назвал её именем конфетную фабрику! "(из комментариев)

хоть как-то себя развлечь, вглядываясь в аудиторию, ища списывающих, чтобы с позором и развлекухой для себя, выгнать их из аудитории.

На свою беду, досрочно отвечать, вызвался очкарик, который решительным шагом направился за стол к экзаменатору.

Теория была блестяще сдана, профессор повеселел, оживленно глядя на прыщавого паренька.

Вызубрил, подумал бородатый гелертер, и выдал очкарику задачку.

Бегло прочитав условие, очкарик написал ответ, решив задачку в уме.

Уже удивленными глазами профессор дает вторую задачку. Очкарик решает ее быстрей первой и собирается идти домой с заслуженной пятеркой.

- А ну-ка, сказал профессор и уже с азартом сует третью задачку, глядя на паренька с неподдельным интересом. Решив третью задачу, очкарик многозначительно смотрит на своего мучителя, всем своим видом показывая, что пора бы заканчивать.

Но профессор не спешит с оценкой и хитро-хитро улыбаясь говорит:

- Последняя несложная задачка на сообразительность. Решишь, сразу поставлю пять.

В задачке требовалось доказать примерно следующее: что всякое замкнутое n-мерное многообразие гомотопически эквивалентно n-мерной сфере только тогда, когда оно гомеоморфно ей.

Очкарик собиравшийся уже спеть гимн гаудеамуса, прочитал условие и завис, пытаясь понять хотя бы про что эта задача.

Немного "отвиснув", он собрался с мыслями и сказал: - Мне необходимо время.

- Пожалуйста, - хитро щурясь и лыбясь уже во все лицо, ответил экзаменатор.

Прошло больше часа, некоторые за это время уже получили заветные оценки, многие конечно не сдали, только очкарик что-то писал, зачеркивал, снова писал, вытирая пот со лба.

- ЭЙ! , вдруг непроизвольно закричал очкарик, как будто что-то вспомнил. Все присутствующие непроизвольно уставились на очкарика, включая главного бородатого злодея.

- ЭЙ, это я тебе говорю, бородатый, - указывая на профессора пальцем, продолжал кричать он, как будто был не в себе. У всех открылись рты, включая бородатого изверга, который не привык, когда на него орет студент и при этом обращаясь к нему на ты, тыкает пальцем.

- Профессор, эта же великая гипотеза Пуанкаре, как я ее могу доказать за час, ее сто лет никто доказать не может!

Профессор секунду подумав, молча поставил отлично в экзаменационный лист, подошел к будущему студенту, пожал ему руку и сказал:

- Поздравляю Вас, товарищ студент, с зачислением в наш Университет. Вы первый, кто хотя бы смог назвать автора этой задачи.

Так в 1982 году, Григорий Перельман стал студентом Ленинградского государственного университета на математико-механическом факультете.

Р. S. Спустя 20 лет Григорий Перельман все же сумел доказать одну из семи задач тысячелетия, с решением которой, впервые столкнулся студентом на вступительном экзамене по математике. Задача теперь носит имя: Гипотеза Пуанкаре- Перельмана. В 2010 году математику присудили премию в 1 миллион долларов, от которой он отказался. "

по типу -- " Хочешь пить -- так встань и попей " , " Вывиди собаку -- я хоть в квартире от тебя проветрю " и т . д. , будто я уже не спасённый вчерашний командир , а Товарищ Че в лапах у боливийской военщины .

Но в этот раз повод был вообще экстраординарный , а тобишь 25-летие моего лучщего друга , профессионального алкоголика , регулярно участвующего в " товарищеских встречах " с чинами налоговой полиции , таможни и районным депутатами . Я неосторожно полез пить в эту " высшую лигу " , и как результат -- " Свяжешься с лучшими -- сд@хнешь как худший " , умер где-то к середине вечера . Утренняя амнезия была классическая , т . е . я помнил только такси , ещё везущее меня в ресторан . Но вот окружающая обстановка была настораживающая . Я был в своей кровати , раздет и аккуратно накрыт пуховым одеялом , на голове холодный компресс , у изголовья минералка , кефир и пачка Алказельтцера . Я заподозрил недоброе и , дабы провести дознание , начал звонить вчерашним участникам "выездной сессии ". Очень скоро выяснилось , что я вёл себя в " лучших традициях " -- приставал к официанткам , бил морду бармену и рассказывал начальнику нашей районной налоговой инспекции прелести налогооблажения США , Южной Америки и стран Карибского бассейна . От этого мои непонятки ещё более углубились , и я решился на отчаянный шаг -- выведать всё у жены . Сиплым голосом проблеяв : " Настя , а что вчера было ? " , я получил полуторочасовой ответ , значительно дополнивший полученную ранее информацию . Но главное , в финале слетела пелена загадок (в виде минералки , кефира и т . д . ) окружавших меня всё это утро. Оказывается в кульминации вечера , когда я уже забыл об отношении человечества к отряду прямоходящих , я каким-то образом изловчился и поймал за платье , проходящий мимо объект женского пола , и заглядывая молительно в глаза произнёс , как выяснилось позже , спасительную для себя фразу : " Чувиха , слышь , а позови , пожалуйста , Настю ! " . Спасительность этой фразы была в том , что "чувиха" , которую я поймал , была моей женой , неопознанной по причине глубокого анабиоза!

По-видимому , моей женой это было расценено как проявление глубочайшей верности , за что я и был вознаграждён утренней реанимацией . Чего и вам желаю .

ледянка.

Перед турникетами нарисовались двое четких парней лет по двадцать, с пивными бутылками в руках. Посовещавшись, кто первый, один отдает другому пиво на хранение и стартует.

Быстрый мощный разбег, упор руками о турникеты и вуаля – зачетный прыжок: 10 баллов за технику и столько же за артистизм (даже Огинский не проснулся... ) К этому времени я уже купил проездной и тоже прошел внутрь. Второй паркурист подошел вплотную и отдал товарищу через турникет две бутылки, чтобы уже с пустыми руками направиться к линии старта.

Тогда я еще не знал, зачем я остановился полюбоваться его прыжком, но теперь я конечно это знаю: кто-то же должен был описать эту грустную историю…

Передо мной стоял дедушка с внучкой и даже немного загораживал момент старта.

Четкий парень быстро набрал разгон, он метил перепрыгнуть рядом с нами, вот уже руки пошли вперед, чтобы опереться о турникеты. Но что это было. . ? (думаю, что досконально увидел только я) - за мгновение до упора, дед неожиданно быстро подложил под руку летящего спортсмена свою красную ледянку...

Рука на ледянке резко съехала вбок и четкий парень как гвоздь со всего маху головой вошел в бетонный пол. Автоматика сработала четко и пол в момент касания головы спортсмена, обесточил весь организм...

Приятель которому достались два пива и победа по очкам, ходил вокруг поверженного соперника не зная куда девать бутылки.

Дедок от греха подальше потащил внучку к эскалатору, я за ними.

На лестнице девочка спросила:

- Деда, а почему тот дядя так страшно упал?

Дед:

- Потому, что он вместо проездного на метро купил бутылку пива...

и то, что я болею, — моя вина. Я, конечно, благодарен, что меня не считают инвалидом, но так тоже нельзя ведь. У меня нет никакой нормальной жизни, кроме этого лечения, и без него тоже. Замкнутый круг.

Меня достало, что все считают, что раз я хожу, то мне не тяжело; а еще люди, которые воспринимают только видимость моего здоровья, они не представляют, как мне тяжело сделать шаг, не говоря уже о лестницах. Как теперь становится трудно играть на фортепиано (музыку я обожаю) или вообще делать что-либо с дрожащими руками! А я просто молчу про это.

У нас почему-то все в крайность: либо инвалид, либо здоровяк. Получается, когда ты маленький и болен чем-то таким, то ты герой, но как только ты вырастаешь, этого мало, и уже мало того, что ты 19 лет борешься непонятно с чем и ты устал. И самое смешное вдобавок ко всему, что люди, которые строят из себя философов про понимание и мир по жизни, которые потом, увидев хромающего человека, чуть ли ни с отвращением смотрят на него без всякого уважения, даже не постесняются, обернутся еще раз 10, и таких, как они, 1000, и поводом им служит непохожесть. Зато домой придут и репостнут что-нибудь типа: "Это мальчик по имени Н, и ему нужна помощь", — а через пару лет, может, когда они пройдут мимо этого самого Н, убьют его одним взглядом.

А родителям таких детей хочется напомнить, что дети не могут всегда быть сильными, не надо их в этом винить, ведь это тоже непросто всю жизнь бороться за здоровье, которого не было. И если чадо опускает руки, надо подбодрить и обнять.

шелупонь, чтобы не путалась она под ногами зубров летней шабашки. И по наивности своей не настучало куда не надо на приписки и воровство штаба. К счастью или к несчастью для них какой-то местный леспромхоз запросил группу студентов поставить им на дальней площадке навесик для лопат и тачек. Кого? Да вот этих, пусть тренируются. И вот привозят малолеток на дальнюю заимку, выгружают им бак картошки, коробку тушенки, показывают пальцем на сарай, где жить и другим пальцем на место, где через неделю должен стоять навесик. Махнув рукой, говорят - лес и столбы тама, проволока вертеть здеся, доски и шифер снимите вон с тех амбаров. Заберем через неделю. И умотали. Остались мы одни. Кое как устроились, соорудили мангал и пошли искать столбы. Но наверное не в ту сторону. Сейчас то мы понимаем, что то, что мы нашли не было предназначено для навесика. Это были опоры ЛЭП, соскладированные или просто припрятанные кем-то до лучших времен. Но приказ есть приказ. Сказано делать, значит надо. То что эта хрень неподъемная по весу - никого совершенно не заставило думать. Наоборот, мы же инженеры-физики будущие. Из труб разрушенной водокачки сделали железную дорогу, на нее поставили ролики от сгнившего трактора, нарисовали на бумажке в клеточки план. И вперед.

Само собой про нас забыли. Приехали принимать задание через две недели. Их встретила банда бородатых опухших от укусов мошки и комарья бичей в рванье, оставшемся от красивенькой вначале формы стройотрядовцев, а за их спиной стояло ЭТО! Гигантского размера херотень высотой метров 20, накрытая толстенным ржавым железом с балансирами от ветровой нагрузки (мы же физики блин). Ох йобтыть, только и выговорил директор леспромхоза. Дальше шел слэнг из персонала окрестных зон. Наверное мы оприходовали председателеву заначку. Кончилось все в целом хорошо. На наш ангарчик местные вначале водили экскурсии, а потом приспособили для хранения левого пиломатериала и списанных вертолетов. Заплатили нам по 300 руб и отправили от греха подальше домой к мамам. Только вот уезжали мы мальчиками, а приехали бойцами, мужиками впервые сделавшими свое мужское тяжелое дело-подвиг. Это был стройотряд, йобтыть.

советский складной ножичек в виде рыбки. Милый такой ножичек, только кончик обломан. Я ещё похвалил, мол, молодец, сосед, классный у тебя нож. Больше как-то никаких разговоров у нас никогда и не было.

А сегодня хлопец выглядел не очень. Бледный какой-то, серьёзный, один глаз под очками залеплен пластырем, видимо, для коррекции зрения, или типа того. Да и мама накануне праздника не особо улыбалась. Хотя, чему тут радоваться, у них пару месяцев назад, старый год убил дедушку.

Я поздоровался и весело добавил:

- С наступающим!

Соседи ответили. И тут я как-то моментально придумал себе супергеройский поступок, решился на него и сказал, обращаясь к мальчику:

- Молодой человек, у меня небольшой вопрос – а вам вообще, новогодние подарки нужны?

Мальчик застеснялся, вопросительно посмотрел на маму, но кивнул.

И тогда я картинно покопался во всех карманах, обнаружил там замусоленную десятикопеечную монетку, сдул с неё мусор и торжественно вручил пареньку:

- Вот, молодой человек - это вам Дед Мороз передал. Берите-берите, теперь она ваша. И смотрите, не потеряйте – это ведь настоящие деньги, пусть и не очень большие. Ну, ещё раз, с наступающим!

Мальчик взял монетку, сказал – «Спасибо» и удивлённо посмотрел на маму. Я гордо повернулся и с чувством выполненного долга , пошёл к своей двери. Голос соседки не заставил себя ждать:

- Он хоть и маленький, но всё же вы…

Я оглянулся, как будто что-то вспомнил и перебил соседку, обратившись к мальчику:

- А, кстати, молодой человек, вы, вашу монетку решили хранить до лучших времён, или может, потратите её на новогодней распродаже?

- На какой распродаже?

- На обычной, которая бывает только раз в году и открывается вот прямо сейчас, всего на пару минут.

- А…

- В таком случае проходите в магазин. Прошу за мной.

Я распахнул свою дверь и жестом пригласил парня. Он робел, но переступил порог. Мы прошли в комнату и я открыл стеклянный шкаф, где у меня хранится небольшая, но очень дорогая моему сердцу коллекция разных ножей, штук двадцать всего, может чуть больше :

- Уважаемый покупатель, здесь и сейчас, за вашу монетку вы можете приобрести любой нож с нашей новогодней витрины. Прошу, смелее, выбирайте.

Мальчик «завис» как громом поражённый, поморгал одним глазом, подумал, отдышался, потом протянул десять копеек и робко указал на самый толстенький, красный, швейцарский нож.

Я похвалил клиента за отличный выбор, упаковал нож в родную серую коробочку, взял монетку, придирчиво изучил её на предмет подлинности, удовлетворённо кивнул и наконец вручил покупателю приобретённую вещь.

А монетку спрятал обратно в карман, может быть до следующего нового года...

P. S.

Всех с Новым Годом! Будьте здоровы, берегите себя и почаще водите друг друга в магазин новогодних распродаж.

– дикое поле, где располагались в основном складские помещения и ремонтные депо.

В девяностые часть складов арендовали предприниматели – и если раньше владельцы помещений вели себя аккуратно, то «новым Русским» было на всё наплевать.

Въехать и выехать в этот район можно было только двумя путями – с Обводного по Митрофаньевскому шоссе, и с Московского проспекта через путепровод на Ташкентской улице. Путепровод проходил над железнодорожными путями от Варшавского вокзала. Получилось так, что гружёная фура, проезжая по путепроводу, подпрыгнула на ухабе, и на крышу вагона проезжающего пассажирского поезда грохнулся здоровенный шмат бетона.

Путепровод мгновенно признали аварийным и закрыли. С Октябрьской железной дорогой шутки плохи.

А дальше произошёл анекдот, который я хочу рассказать.

Тогдашний мэр Петербурга- В. А. Яковлев сподобился проехать по набережной Обводного в районе Балтийского вокзала.

Надобно отметить, что качество дорожного покрытия там было- хуже не придумаешь. Это не ухабы были, акульи зубы.

Очевидно, у городского главы было плохое настроение, потому, что приказ – «ОТРЕМОНТИРОВАТЬ НЕМЕДЛЕННО» он отдал в категорической и безапелляционной форме. Откуда же ему было знать, что ремонт дороги напрочь перекроет последний въезд и выезд из промзоны. Где на складах хранилось очень много разных вещей – в том числе и под военным грифом «совершенно секретно».

Итак, я еду по Обводному – впереди пробка, асфальт кладут. Медленно приближаюсь к перекрёстку с Митрофашкой – глядь, с Митрофаньевского на набережную по встречке пытается выехать небольшая колонна с военными номерами- Уазик впереди, два грузовика и ГАЗ 66 с тентом. Сигналят, толкаются.

ГАИшники из стоящей рядом машины перегородили дорогу бульдозером, асфальтоукладчики и катки вовсю стараются- выполняют распоряжение мэра. Капитан ГАИ лениво отгоняет желающих проехать с обеих сторон-

- Ремонт, граждане, подождать придётся… Не знаю, сколько, дорожные работы… Распоряжение администрации…

Из армейского УАЗика выскакивает старший лейтенант-

- Капитан, освободите проезд, у меня спецконвой, срочное дело.

- Старлей, ты что не видишь? Дорогу ремонтируют. Подожди.

- Я не могу ждать, у меня приказ.

- И у меня приказ. Сам мэр распорядился.

- Капитан, повторяю, я не могу ждать, освободите проезд немедленно!

- Старлей, не борзей, ты знаешь, что будет, если работу не выполнят в срок? Подождёшь, что там у тебя, кальсоны везёшь в казарму? Срочный груз?

- Бл. . дь, если кто узнает, что у меня там, полгорода обосрётся! Приказываю немедленно освободить проезд!

- Хамить своему начальству будешь, на х. . й пошёл – и не забывай, со старшим по званию разговариваешь!

Лейтенант каменеет лицом, подходит к шишиге –

- Караул, ко мне!

Из кузова ГАЗ-66 выскакивают человек восемь солдат. Не поймёшь по виду- не то Тувинцы, не то Буряты. Морды плоские, глаза пустые. Но все с автоматами.

- В шеренгу становись! Оружие к бою!

- КАПИТАН. В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ. ПРИКАЗЫВАЮ. НЕМЕДЛЕННО. ОСВОБОДИТЬ. ПРОЕЗД. ИНАЧЕ. ОТКРЫВАЮ. ОГОНЬ.

Кто видел, как у солдат, секунду назад равнодушных, глаза загораются недобрым огоньком? Когда они ждут приказа- «Огонь», заранее чувствуя свою силу?

Кто видел, как меняется физиономия секунду назад вроде бы самого главного начальника на дороге- а теперь беззащитного ГАИшника, всей шкурой ощутившего, что с ним не шутят- что Бурятам всё равно в кого стрелять- а за выполнение приказа ещё и отпуск дадут?

Мне вот довелось посмотреть.

Мент побелел, споткнулся поворачиваясь, фуражку уронил, что- то прокаркал хрипло, водила с бульдозера сдал назад, и колонна, прямо по горячему, проехала на набережную Обводного, оставляя за собой продавленные в асфальте следы.

Нам пришлось подождать ещё немного, я успел рассмотреть, как капитан с бледной физиономией что- то кричал в рацию, сидя в машине- очевидно жаловался начальству на самоуправство армейских.

Не знаю, что там было дальше – я уехал.

Всем, кто помнит девяностые – для ностальгии. Весёлое было время.