Медицинские истории #палата

жила».

* «Отмечается улучшенное состояние больного - он самостоятельно протягивает ноги».

* «Несмотря на проводимую терапию, у больного появились трупные пятна».

* «В руках у девочки треснула посуда и разлетелась на стеклянные части, частично впившись в ее организм с целью травмирования».

* Запись анестезиолога-реаниматолога: «Реанимационные мероприятия без эффекта - очнулся сам».

* «Состояние больного удовлетворительное, температура нормальная, стула не было, был обход профессора».

* «Больная N. Возраст - 70 лет. Диагноз: острый холецистит. Сопутствующая патология - девичество».

* «У больного имеются жена, две дочери и прямая паховая грыжа».

* «Два года назад врачи обнаружили у больной Р. нервную систему».

* «Направление больного в урологическую клинику. Причина направления: ушиб правой почки о самосвал».

* «Пульс больного хорошего наполнения, ритмичный, 2-3 раза в день».

* «Больная Харитонова Ульяна Яковлевна, 97 лет. Состояние удовлетворительное, сознание ясное. В постели активна».

* «Больной А. : глаза голубые, уши чистые».

* «Жалуется на зрение: уже не может отличить девушку от женщины».

* «После того как собака укусила больного за ногу, она скрылась в неизвестном направлении».

* «По словам соседей по палате, газы отходят хорошо».

* «Диагноз: ушиб правого яичка о краешек Можайского шоссе».

* «... и клизму сделали, а он все равно молчит».

* «В поезде женщина упала, и ее стало бить. Когда побило - она встала».

* «Анамнез жизни: житель Урала».

* «Язык большой, сухой и весь в отпечатках пальцев"

соседу о том, что происходит за окном. Он видел лодку, рыбаков с огромным уловом, детей, играющих на берегу, юных любовников, держащихся за руки и не сводящих друг с друга сияющих глаз.

В то время как он наблюдал все эти удивительные события за окном, его соседа мучила глухая злоба. «Это несправедливо, — думал он. — За какие такие заслуги его уложили у окна, а не меня, и я могу лицезреть только дверь с облупившейся краской, в то время как он любуется видом из окна? »

Однажды, лежащий у окна сильно закашлялся и стал задыхаться. Он пытался дотянуться до кнопки вызова медсестры, но у него не было сил, потому что он содрогался от кашля. Сосед наблюдал за происходящим. Ему ничего не стоило нажать на свою кнопку, но он этого не сделал.

Через некоторое время первый затих и вытянулся на своей постели.

Когда его унесли, сосед попросил медсестру, чтобы его переложили к окну. Медсестра выполнила просьбу больного, перестелила его постель, помогла ему перелечь на противоположную кровать и, убедившись, что больному удобно, направилась к двери. Вдруг её остановил удивлённый возглас больного:

— Как же так! Это окно выходит на глухую серую стену! Но тот, кто умер, рассказывал мне, что видел лес, озеро, облака, людей… Как же он мог всё это видеть из этого окна?

Медсестра печально улыбнулась:

— Ваш сосед - [бал]абол

Таак , а восьмая свободная?

- Да, но. .

- Ничего, ничего-два дня он всего, не больше.

- Ладно доктор, а вы больной идемте со мной, я сейчас ключ возьму вам всё покажу иду за ней, думаю если вниз поведет типа морга, запомнить коридоры , повороты если что как обратно сигать нет, прям на этаже, открывает ключиком дверь:

- Вот ваша палата, вот вам ключ, располагайтесь, пойдете гулять, дверь на ключ блин смотрю -одноместные хоромы, всё блестит и сияет, телевизор, все дела... ну полежал , пошел гулять , коридор длиннющий, по стеночкам больные туда-сюда. , тетка тачку катит , кастрюльки, тарелки, ложки:

- Пропустите, обед везу

- А мне где пообедать? я ходячий.

- Новенький, что-ли?

- Я-то, сегодня , вот недавно

- А тебе нету, только завтра будет, придешь в столовую, и покатила дальше, гремя кастрюлями, обед обломался, стало скучно, гуляю дальше, смотрю тетка обратно рулит:

- Может чо -нить дадите, а то не доживу до завтра?

- Он ещё шутит! давай иди в свою палату, что мешаешь тут, где твоя палата?

- Моя-то, вон там -восьмая

- ВОСЬМАЯ?! и тут всё испарилось, и тетенька и тачка и кастрюльки, ну блин, наверно меня в какую-то в особо заразную палату поместили, странно это всё, невесёлый прибрёл в свою восьмую, включил телик, тук-тук, так тихонечко кто-то в дверь скоблится:

- Извините, можно к вам? мы обед привезли, тут недоразумение, счас всё исправим, вы можете не вставать, мы вас покормим,

- Анечка сейчас стол накроет и поможет, Анечка я дальше. а ты покорми больного

- Анечка, это что у вас такое творится? исполняете последнее желание для приговоренных?

- ХИ-ХИ , что вы. , что вы, у нас такой хороший доктор, и весь персонал и палата у вас такая... . , так что мы вас спасем.

- Анечка, а что с палатой? , она не для заразных?

- ОЙ, насмешили, она у нас для особо важных персон, всегда закрыта, очень редко открываем, отдыхайте я сейчас всё приберу, е сли вам что вдруг нужно будет, вот есть кнопочка... . сегодня моя смена.

Хрущевская оттепель приоткрыла железный занавес, и СССР стал активно контактировать с другими государствами. Одним из новых друзей страны Советов стала Индия. Именно туда 7 декабря 1959 года и отправился дважды лауреат Сталинской премии художник Кокорекин Алексей Алексеевич, специализировавшийся на создании пропагандистских плакатов. В ходе двухнедельного отпуска он осматривал достопримечательности экзотической Индии и даже побывал на похоронах брахмана.  

Сразу после возвращения в Москву, у художника поднялась температура и начался сильный кашель. Больного госпитализировали в Боткинскую больницу, где ему поставили диагноз «грипп». На теле Кокорекина появилась сыпь, которую списали на аллергию от лекарств. Алексея Алексеевича положили в палату к больным гриппом. На третий день стало понятно, что художник умирает, и к нему пустили родственников.  

Для того, чтобы все-таки определить заболевание, из Ленинграда прибыл известный академик медицины Николай Краевский. Но и он не поставил верный диагноз. Одна из медсестер робко заметила, что такие симптомы характерны для оспы, но слушать ее никто не стал. На носу был Новый год, и советские люди спешили на праздник, поэтому художника в спешке кремировали 31 декабря.  

Через две недели, в уже наступившем 1960 году, у некоторых пациентов Боткинской больницы появились такия же, как и у Кокорекина, лихорадка, кашель и сыпь. Материал, взятый с кожи одного из больных, отправили в НИИ вакцин и сывороток. 15 января 1960 года академик Морозов выявил в материале частицы вируса натуральной оспы.  

Новость оперативно сообщили высшему руководству страны. Стало понятно, что Москва и весь Советский Союз находятся в шаге от эпидемии болезни, которую не лечат.  

Перед личным составом столичной милиции и КГБ поставили задачу в кратчайшие сроки выявить всех, с кем контактировал художник, начиная с момента его посадки на самолет в Индию. В группу риска попали пассажиры самолета, его экипаж, таможенники, коллеги, друзья, родственники. Следствие даже установило, что перед тем, как вернуться домой, Кокорекин сутки провел с любовницей. Масштаб работы был огромен. Выяснили, что в течение нескольких недель больной контактировал с несколькими тысячами людей. Выявить всех было практически нереально.  

Медицинские работники сосредоточились на двух основных очагах эпидемии — Боткинская больница и семья художника. Известная на весь СССР московская больница была переведена на казарменное положение. В нее никого не впускали и никого не выпускали из нее. При этом персонал, больных и их родственников о причинах такого режима в известность не ставили. Власти старались не допустить паники, и это давало результаты.  

В карантине находились несколько тысяч человек. В короткий срок определили, что в больнице оспой заразились 9 человек из персонала и три пациента. Среди родственников и друзей Кокорекина выявили семь инфицированных: вторая жена, а также первая, которая заразила своего мужа и сына; страховой агент художника и несколько его приятелей. Всего Кокорекин заразил 19 человек, они в свою очередь инфицировали еще 23 человека, из которых несколько передали заболевание трем людям. Из 46 больных трое умерли.  

В эти критические дни московские врачи, сотрудники КГБ и милиции совершили подвиг. Они оперативно выявляли потенциальных больных и изолировали их от общества. Были проверены однокурсники и преподаватели дочери Алексея Кокорекина, найдены все 117 пациентов, которые были на приеме у обследовавшего художника терапевта.  

Всего в карантин поместили более 9000 человек. Во время бесед с представителями органов, потенциальные носители оспы выдавали имена любовников и собутыльников. Жена художника призналась, что сдала в комиссионку на перепродажу вещи, которые муж привез из Индии. Из-за дефицита одежда, которая могла заразить людей смертельным заболеванием, ушла мимо кассы. Спецы из КГБ, используя свой опыт и неограниченные возможности, сделали невозможное и вышли на покупателей.  

В 1960 году все 7 миллионов жителей Москвы были вакцинированы. Привили, в том числе, и умирающих. Каждую неделю укол делали 1,5 млн человек, а проводили вакцинацию 10 тысяч прививочных бригад, в которые ,помимо врачей и фельдшеров , входили студенты медицинских вузов. Через месяц вспышку оспы удалось погасить.

железную дорогу. В этом месте формировались эшелоны и поэтому можно было запрыгнуть на движущийся вагон на подножку и катиться на нем какое-то время несколько километров после спрыгнуть. Иногда поезд разгонялся очень сильно и слезть с него было уже нельзя приходилось ехать до следующей станции по дороге поезд проезжал различные технические полустанки и станции. И вот идет поезд мы все запрыгиваем на эти подножки и едем. И видимо я ехал спиной вперед и не видел что там спереди. И вдруг мне начали махать ребята а я подумал они просто дурачатся и тоже им начал строить рожи и орать типа "а-а-а".

Но в какой-то момент я вдруг понимаю что они мне объясняют и поднимаюсь на несколько ступенек вверх по вагону оборачиваюсь и вижу, что поезд уже проезжал полустанок, который расположен так близко от вагонов буквально несколько сантиметров и если бы я не сообразил подняться на эти две ступеньки вверх меня бы просто размазало по этому бетонному помосту. Ведь напомню расстояние между бетонной плитой и вагоном буквально десять сантиметров, так сделано специально для удобства разгрузки вагонов.

В тот момент я наверное вспомнил бы все молитвы мира, но я их попросту не знал было советское время в религию никто не верил, тем более дети. Это была моя первая смерть.

Второй раз смерть подкараулила меня в армии, в которой я служил два года. Я отучился в учебке, но очень условно, водить БМП я не умел я все это время служил писарем, тем не менее за какую-то провинность расскажу как-нибудь в следующий раз об этом. Короче за какую-то провинность меня высылают с этой воинской части в регулярный войска и я оказываюсь в ЗГВ (Западная группа войск ГДР). Ну и попадаю в пехотную мотострелковую роту в разведвзвод, где прохожу службу. Жизнь солдата это конечно отдельная тема вот, а здесь я просто служу в мотострелковом батальоне и...

Каждый день мы чистим и готовим свою бронетехнику, мы там её вылизываем и надраиваем. Так как она постоянно выходит в поле на ученья, её бесконечно нужно чистить и содержать. Мы живем там. Обычный день в огромном ангаре мы внутри и снаружи БМП занимаемся работой. Стоя за БМП затягиваюсь сигаретой и что-то не так... Я стоял облокотившись спиной на бетонную стену ангара передо мной многотонная БМП и... Вот не колеса, а гусеницы казалось бы, но она покатилась на меня, а между нами 50 сантиметров, она катится я скольжу в бок. Я спиной протираю стену. Ш-ш-ш-ш-ш. Буквально выскользнул в сторону она только чиркнула мне по ватнику и своим задом БМП продавила бетонную стену и выгнула её немного наружу и остановилась.

Ну просто там все закричали катится-катится и после бронемашина остановилась. Оказывается какой-то солдат внутри лазил на месте механика-водителя и случайно скинул ручник и поэтому стоявшая под наклоном 17 тонная броневая машина пехоты покатилась на стоящего за ней солдата на меня. Так я умер второй раз.

Третий раз я умер от инфаркта, но это вовсе не интересно. Чтобы чуть оздоровиться решил начать ходить пешком. Начал с двух-трех километров по палате потом вышел на ежедневные 10-15 километров в день и так ходил года два-три стал себя лучше чувствовать о всяком сердце и думать забыл и решил сделать рекорд по пешей прогулке в день. Сам для себя. Спортивный интерес. Думаю дам 50 километров день и для сердца полезно и весело.

Прошел из конца в конец весь город несколько раз и намотал 38 километров. Бодренько пришел домой поел и даже не попив как следует воды лег спать.

Ночью обезвоживание и инсульт. Об этом у меня есть рассказ про мертвую руку, потом как-нибудь расскажу. Так я умер в четвертый раз. Это было достаточно глупо с моей стороны не попить воды после 38 километров пешком. Там в реанимации во второй раз в своей жизни понял что мое призвание быть блогером реаниматорщиком который снимает сюжеты со своим участием из реанимаций города. Ведь я уже побывал в трех реанимациях.

Но это я шучу. Решил что не буду больше ходить пешком по многу буду в рамках 10 километров в день жить. Врач который лечил меня в 13 больнице, выдающийся доктор кардиологических наук профессор и практикующий врач Илья Григорьевич Правка выдал мне справку, что я физически здоров и могу работать станочником на заводе Нижегородские моторы группы ГАЗ, чем я и занимаюсь. Вам тоже всем желаю здоровья и поменьше умирать.

принадлежности. Зашел к приятелю в соседний подъезд и попросил отвезти меня в больницу.

Жена и дети гостили на Украине, и было как-то чудно, что со мной такая штука случилась, а самые близкие ничего об этом не знают.

В приемном покое хирург подтвердил мой диагноз и велел сразу готовиться к операции.

Медсестра поинтересовалась, - есть ли у меня бритвенный станок, а то она принесет казенный многоразовый, чтобы я мог подготовить операционное поле. Предупредила, что в том станке стоит очень хорошее лезвие «Восток», которое она самолично поставила лет пять назад.

Отказавшись от халявы, я выбрил лобок и гениталии своим собственным инструментом.

В тот же день меня оперировали.

Наутро в палату зашел хирург, осмотрел шов, поинтересовался самочувствием.

Спросил его:

- А, в самом деле, аппендикс был воспаленный?

Врач закивал головой:

- Да, да! Такой уже ядреный был, налитой. Ещё чуть-чуть и мог лопнуть.

Позже я убедился, что так он отвечал всем своим пациентам, чтобы не терзались мыслью, что их зря порезали.

В восьмиместной палате нас было шестеро. Всем удалили аппендикс. Мы перезнакомились и обвыклись. Интересную закономерность заметили – если кто-нибудь начинал рассказывать анекдот, все подтягивали к животу правую ногу. Чтобы было не так больно смеяться.

В палату зашел парень лет двадцати. Поглядев на него, я подумал, что так, должно быть, одеваются сельские хлопцы, когда хотят выглядеть «по-городскому».

Оглядел нас, заговорил:

- Здорово, мужики! Как дела? Не тушуйтесь, все путем будет! Тут как? Аппендициты умеют удалять? Не ссыте, все будет ништяк!

Мы, удивленные его напором и непонятной многословностью, молчали.

В палату зашла медсестра. Показала ему свободную койку, тумбочку, предложила переодеться. Спросила - есть ли у него бритвенный станок. Узнав, что нет, сказала, что сейчас принесет.

Парень, пощупав на скуле трехдневную щетину, продолжил свою речь.

Теперь я понимаю, что он просто глушил свой страх перед операцией, а тогда его говорливость казалась раздражительно неуместной.

Медсестра принесла старенький бритвенный станок, который уже многие годы использовался незапасливыми больными для эпилирования операционного поля.

Вот - сказала она – побрейтесь.

Парень снова потрогал щетину на лице и удивленно поблагодарил.

Медсестра улыбнулась, и выходя, сказала в пространство:

- Объясните ему.

Я сказал новичку:

- Ты что думаешь? Тебе надо лицо брить?

Он, все еще не понимая, ответил:

- Ну да, а то что же?!

- Нет, дорогой! Этим станком ты побреешь лобок и яйца!

- Не буду!

- Будешь! А то медсестрам придется самим тебе твое хозяйство обривать, когда ты под наркозом уснешь. Еще и порезов наделают… Да ты не сомневайся! Это не прикол, а обязательная процедура.

- Врешь!

- Да на, смотри!

Я спустил штаны, и он визуально убедился, что это бритье не придумано специально для него.

Вздохнув, и все еще недоверчиво покачивая головой, он направился к туалету.

В полной тишине двенадцатилетний мальчишка, лежащий на койке, хихикнул, и подтянул правую ногу к животу.

Все настороженно повторили его движение, и кто-то поинтересовался:

- Ты чего?

Мальчишка, давясь от смеха, сказал:

- Повезло ему, что не успел лицо этим станком побрить…

Накануне главрач зашел к нам:

- Ну что, женщины? Что комиссии говорить будем?

Мы в один голос принялись заверять, что всем довольны и никаких жалоб у нас нет.

- Так не пойдет, - перебил нас врач. - Вы знаете, что вам должны выдавать фруктовые соки? А фрукты? А почему вы должны в палате пол по очереди мыть?

Что правда, то правда. Народ у нас не избалованный. Привыкли довольствоваться тем что есть.

Состоялось у нас что-то вроде репетиции, в ходе которой мы узнали для себя много нового.

Потом это выглядело так: Комиссия в составе товарищей из Министерства и чиновников рангом пониже заходит к нам в палату. Товарищи из Москвы интересуются как нам тут живется. Мы, как и было условлено, начинаем в голос возмущаться, что нам не дают того, другого и так далее.

Товарищи из Министерства обращают недоуменные взгляды на товарищей из области. Товарищи из области бросают уничтожающие взгляды на главного врача. Главный врач растерянно разводит руками. Краснеет. Пытается что-то сбивчиво лепетать. Явно оправдываясь. Через некоторое время все удаляются.

А через неделю у нас появились и соки, и витамины, и санитарка, которая делала уборку в палатах.

А наш главный врач ходил и украдкой довольно улыбался.

больше склонялась к мысли идти рожать в новую больницу, очень хорошо отзывались, новая больница, отличное оборудование, специалисты со всей страны Больница была с двойный эффектом WOW! ! Сначала вы поражались ее размером снаружи, а потом ее великолепием внутри. Я серьезно.

Больницу построили в чистом поле, вернее даже на болоте в очень малонаселенной местности, в радиусе 50 км было 3 городишки с населением от 10 до 20 тысяч и с десяток деревень и поселков с населением от 50 до 350 человек. Средний возраст жителей- 75 лет, почти вся молодежь давно уехала. Я не знаю, как считается колличество койко-мест на тысячу населения, но такая больница и в центре Милана пустовала бы. Два корпуса по 8 этажей, вернее на первом были лаборатории и некое подобие поликлиники, а вот остальные 7 этажей отдали под больницу. В родильном отделении было 20 двухместных палат, т. е одновременно могло находиться 40 мам. Проблема в том, что в этой местности с трудом рождалось 300 детей в год.

При строительстве больницы местным жителям рассказали о грядущем притоке людей, процветании, экономическом росте, развитии территории и т. д и тп. Помните Новые Васюки у Остапа Бендера и международные шахматные турниры? Именно так. Иденственное, что действительно произошло- поднялись цены на съемное жилье. Все вновь прибывшие врачи сняли жилье в ближайших деревнях, цены утроились, а потом оказалось, что кроме как врачам, никому это жилье и не надо, но цены уже не опустились. Далее, к больнице не было дороги. В планах развития безусловно была 6-полосная дорога с многоуровневыми развязками, но это в планах, а по факту была узкая дорога длинной 20 км, соединяющия городок А и городок Б, примерно на 13-ом км сделали аппендикс длинной прим 3 км в сторону больницы. Т. е из одного городка получилось 16 км, из другого 10 км. Первая часть по узкой дороге среди болот, где 2 кобылы не разминутся, зато последние 3 км по 2 полосы в каждую сторону. Это была единственная дорога в больницу.

Вся больница сверкала и блестела, местные не понимали, зачем такое великолепие. Они просто не знали слова распил, а я так и представляла смету: тумбочка прикроватная 600 евро, крючок для полотенец 100 евро, подушка 300 евро и тд. Это не считая оборудования, там я даже представить боюсь.

Жарким летом в день Х меня с огромным животом и схватками привезли в больницу. В палате я была одна, что и немудрено, на все отделение было аж 5 мам, причем остальные уже родили. .

Фотографии у меня получились отменные. Никто не верит, что это государственная больница, а не отель 5 звезд. В палате была 2 кровати для мам (я была одна), 2 кроватки для малышей, шкафчики и тумбочки, диванчик для приема гостей, стол для обеда и столик с вазой для цветов (так и вижу в смете ваза- 200 евро), туалет с отличным душем и с пеленальным столиком. Не буду перечислять все, и так понятно, что эта больница обошлась, как бюджет Анголы или Ботсваны на медицину на пятилетку.

Родился мой сын. Он был очень крупным, я довольно мелкая. Да, отвлекусь еше раз, в таких больницах дежурный врач-анестезиолог сидит не в отделении, а дома, его вызывают в случае необходимости. Поэтому глядя на меня врачей больше всего мучил вопрос вызывать мне анестезиолога или я сама справлюсь. Роды были долгими и сложными, но я справилась, сил реально не осталось, я уснула в палате рядом с кроваткой сына. А когда проснулась, его рядом не было, меня охватила паника. Выхожу в коридор и что я вижу? Новогоднюю елку и деда мороза. Волосы от ужаса встали дыбом. Неужели я 6 месяцев в коме провела? Почему я не сошла с ума в тот момент, остается загадкой. Меня окликнул муж. Он делал фотографии ребенку, не хотел меня будить. А елка? Она и вчера была, просто я не заметила. На самом деле в больнице снимали фильм. По сценарию фильма главный герой попадает в аварию, а потом выходит из комы на Рождество. Продюсер (или кто занимается подбором площадок) выбрал нашу больницу, т. к она была очень красивой и практически пустой. И из всех отделений выбрали родильное, т. к в нем все счастливые и улыбаются, в отичие от, например онкологии, где все грустные и плачут. На улице плюс 40, жара и духота, все черные от загара, зато в свитерах и куртках ходят по украшеннуму гирляндами мраморному холлу вокруг елки. Мамы и родственики путают настоящих медсестр и актрисс из фильма. Потом то я научилась отличать их, форма немного отличалась. Ну и финал истории, мы ж про подмену младенцев говорили. Все дети одеты по погоде в легкие боди и укрыты голубой или розовой простынкой, и только моя свекровь боясь, что ребенок застынет, укрыла его шерстяным одеялом (на улице 40 градусов, в помещении кондей взрывается, чтоб поддерживать 25). Режисер не мог упустить такой колоритный кадр. В одной из сцен на заднем плане идет медсестра с люлькой с закутаным в одеяла младенцем. Это мой сын, длительность сцены в фильме прим 0, 4 секунды. Сына сделали звездой кино и вернули нам. Потом подошла настоящая медсестра и сказала, что надо показать педиатру, всех детей показывают педиатру, это рутина, ничего особенного. В этот момент она заметила, что у ребенка нет браслета. Думала, что это киношники сняли, мы еще толком не понимали о чем речь. В больнице начался небольшой переполох. Как так, непорядок. Мы к вам по человечески, а вы браслеты детям снимаете. Киношники ушли в отказ, какие браслеты, мы вообще не при чем, нам бабушка люльку дала 5 метров по коридору прокатить, мы ничего не трогали.

Браслет нашелся. Он лежал на дне люльки под матрасом (люльки тоже подписаны), его просто забыли одеть при рождении. Так что у моего сына есть уникальные кадры, на всех фото в свой перый день жизни новорожденный без браслета. Ну и измученная мама, зато с браслетом.