Шесть лет в институте, год интернатуры и вот работаю врачом в поликлинике и подрабатываю в нескольких частных клиниках, так как деньги очень нужны. За год ужасно устала, даже отпуск не помог... С утра не работу себя идти заставляю, пациенты высасывают всю энергию, вечером силы только доползти до кровати. Видимо, выбрала не свою профессию, но и выхода не вижу, что делать, не представляю. Уйти? А куда? Снова учиться? А на кого? Ничего не хочется, только спать-спать и чтобы никто не беспокоил((
Недавно вышла из продолжительной депрессии не благодаря родным, друзьям, хотя они пытались мне помочь, врачам или таблеткам, а благодаря уборщице! Мне настолько ничего не хотелось делать, тем более убираться дома, что наняла уборщицу через клининговую компанию. Когда она пришла, мне стало стыдно за свой бардак, и в итоге мы убирались вместе и болтали, включили музыку, смеялись! Теперь у меня чисто дома и в голове! Теперь прибираюсь каждый день под музыку и танцую, как делала это прежде.
Я - учитель. Я работаю в одной из лучших школ страны (не в столице, но по рейтингам уже лет 10 на 3м месте). Работаю более 15 лет. Поэтому ненавижу все, что связано со школой. Я знаю ее изнанку. Я каждый день общаюсь с нервными, стервозными с@ками, которые ненавидят детей и, не стесняясь, обсуждают их и их родителей, сериалы, прически Пугачевой и всякий интернет-бред. Я ненавижу рамки, в которые загоняют детей, держат на страхе отчисления из крутой школы, престарелых завучей, которые учат молодых инновационным методам, а у самой уже диагноз на лицо. Ненавижу домашнее задание, из-за которого у детей нет времени ни на что, даже на сон. Ненавижу так, что летом мне школа снится в кошмарах. Для меня первое сентября всегда траур, я всегда в черном. Работу поменять хочу, но не могу, все считают меня классной училкой, дети - любят, семья гордится, да и удобно, полдня — и дома, все лето - отпуск. Перевела старшую дочь на домашнее обучение, а в свободное от школы время разрешила ходить на любые секции. Она учит два языка, занимается танцами, ходит в художку, и к трём репетиторам, по предметам, по которым будет сдавать ЕГЭ. Она счастлива, свободна, я завидую ей до жути. Жду, когда подрастет младшая, чтоб не так зависеть от детей и УВОЛЮСЬ К ЕБЕНЯМ! А во всех соцсетях напишу: Я БОЛЬШЕ НЕ УЧИЛКА, [м]ляТЬ!
Моя подруга была замужем. Они планировали ребенка. Она забеременела, позже, во время беременности, врачи ей сказали о том, что анализы показали, будто у их ребенка будет синдром Дауна. Муж подруги очень просил ее сделать аборт, говорил ей, что у них будет еще здоровый малыш, что это тяжело тащить на себе больного ребенка. И я была на его стороне. Но подруга категорически отказалась делать аборт, потому что это грех, и ребенок должен жить, пусть и больной.
Спустя время они развелись, муж ушел от нее, потому что он не планировал тратить свою жизнь на вечный уход за больным ребенком. Но он исправно платит алименты, покупает дорогие лекарства, дает деньги на дорогостоящие процедуры, хотя ребенка и не навещает. Тем не менее, моя подруга считает его козлом, который бросил ее одну с больным ребенком, который заставил ее не работать и постоянно следить за дочкой. А то, что она сама приняла решение быть матерью инвалида, несмотря на то, что муж просил не делать этого, она не понимает. Когда я начинаю ей объяснять, что мужа можно понять, и что я бы на ее месте не стала сохранять беременность, она меня оскорбляет.
Сестренка серьезно заболела и лежит в больнице, звоню ей перед сном, и начинаю рассказывать волшебные истории, собственного сочинения и она засыпает, забыв об уколах и капельницах. Однажды говорит, что рассказала ребятам о моих сказках, и им так понравилось, что они тоже захотели послушать, можно ли? Теперь, в восемь часов вечера, я звоню сестричке, она включает громкую связь и почти все отделения собирается вокруг телефона, сказки слушают, рисунки в подарок передают, как они говорят, иллюстрации
Я лечилась в психиатрической больнице четыре года. Сейчас стою на учёте. Меня туда отправили родители, чтобы я больше не разговаривала с "невидимым другом". Сейчас мне 18 лет, а там я была в период с шести лет до десяти. И единственное, что я хочу сказать, так это то, что если у ребёнка развито воображение, то это не значит, что он болен…
До четырех лет была инвалидом по зрению. Никто, даже достаточно квалифицированные врачи, не брались оперировать мою катаракту. Моя мама уже совсем отчаялась, как вдруг случайно узнала об относительно новом центре, куда немедленно и обратилась с проблемой. Я помню удивленные взгляды врачей, когда я, четырехлетний ребенок (первый в истории этой клиники такой маленький пациент), исправно и терпеливо проходила все процедуры при обследовании; помню прекрасного анестезиолога, который носил меня на ручках и всячески развлекал; и никогда не забуду хирурга, который был для меня добрым волшебником, спасшим от слепоты, проведя сложнейшую и тяжелейшую операцию. Было круто приехать спустя много лет в клинику к этому же хирургу и видеть гордость в его глазах от проделанной работы и прекрасного результата.
Сидела в декрете, сыну исполнилось полгода. Денег не хватало катастрофически: официальная зарплата у меня была маленькая, всё было по-серому, поэтому декретные были крошечные. А потом меня и вовсе уволили. Муж стал жадничать, не давал денег даже на самое необходимое: памперсы, лекарства, еду, стоматолога, стал гнать на работу. На мой
Мою десятилетнюю сестру сбила машина. За рулём был сын депутата: гоняли с друзьями на окраине города. Случилось всё на глазах у нашего отца, которому на месте предложили денег. В первый раз он отказался, и во второй, и в третий. Сумма выросла до стоимости квартиры, и тогда он согласился молчать. Сестра в больнице с переломами, лечение предстоит долгое, есть шанс, что ходить будет только с костылями. И она не может понять, почему того типа не накажут.
Год назад, сдав анализ на ВИЧ, получил + результат. Рассказал маме, отцу и младшей сестре. Она нахмурилась и сказала: "Ничего, с этим живут". Руководство на работе узнало после медосмотра, так как анализ обязателен, и попросило меня перейти на другую работу. Долго меня мурыжили, в итоге ушёл по собственному желанию. Придя с работы, в сердцах сказал, что повешусь. Сестра расплакалась, по итогу увезли ее в психбольницу, так как жгла одежду на плите и говорила бред. Чувствую себя виноватым, но всем насрать: СПИД-центру насрать, работодателям насрать, идти на автомойку после хорошей работы не хочу. И правда хоть в петлю лезь.
Сыну 16 лет, и он страшный кошатник. Дома кота ему, видимо, не хватает, поэтому он на улице гладит всех кошек, что не успели убежать. Сколько раз говорила: "Нельзя, уличные кошки внешне могут быть здоровы, но это не так". Любовь к усатым сильнее страхов! Сильнее здравого смысла! Итог — лечим стригущий лишай: таблетки, мази, ежедневная дезинфекция дома, кипячение белья, обработка паром всей одежды, еженедельная проверка всех домочадцев у дерматолога и кота у ветврача. Молчу уже про позор в школе.
В 14 лет лежал в больнице, а в соседней палате лежал ОДИН трехлетний мальчик из детдома, кормили его персонал пару раз в сутки, купали раз в неделю, а когда выписался наткнулся на местную газету и статья о нем была, там было написано, что все его обожают, балуют, играются и живёт как в раю. А я помню, как он плакал, к нему заходила медсестра, давала по бошке и закрывала на ключ. СМИ они везде СМИ
Два года назад я три месяца пролежала, не вставая с постели - один из позвонков в моем позвоночнике стремительно разрушался, и врачи ничего не могли с этим сделать. Позже выяснилось, что внутри позвонка росла опухоль, и однажды мой позвонок развалился почти полностью...
Каждое утро начиналось с того, что я шевелила ногами, чтобы увериться, что меня еще не парализовало, потому что прогнозы были плохими - меня или парализует, или я вообще умру. И вот прошло два года, а я жива, я хожу и веду совершенно обычный, полноценный образ жизни. Опухоль чудесным образом не задела спинной мозг, не повредила нервов - и врачи просто за голову хватались, как такое произошло. Мой случай был настолько уникальным, что про него написано несколько медицинских статей, но главное не в этом.
Каждый раз, когда я танцую, я не могу сдержать слез счастья - все еще не могу поверить, что все обошлось. Счастье в том, что ты с утра проснулся, и ты вместе со своими близкими здоров.
Когда я ещё работал фельдшером на линейной бригаде, вызвали нас на перевозку. То есть просто завезти в больницу осмотренную терапевтом бабушку. Поднимается на этаж, видим открытую дверь, заходим. Этажи никто не считал. На диване сидит бабушка. В общем, померили давление и почти похитили её, когда вдруг вошли родственники с квадратными глазами. Оказывается, нужная бабушка была этажом выше! А эта, полностью покорная судьбе, даже не протестовала: в больницу так в больницу))
Как-то решила я привести тело в порядок, подтянуть фигуру, стала посещать тренажёрку. Однажды иду с тренировки и размышляю, что надо бы и растяжкой заняться, а то вся будто деревянная. И моя правая нога, внезапно поскользнувшись на утоптанном снегу, неумолимо едет вперёд. Не успев даже толком сообразить, что случилось, я сижу на дорожке в нифига не грациозном шпагате. С одной стороны — адская боль, будто вот-вот пополам порвусь, встать не могу, собрать ноги в кучу не получается. Но в то же время ситуация настолько идиотская, что не заржать просто невозможно. Вот и сижу, растянувшись вдоль тротуара: попытки подняться превращаются в нелепые конвульсии, сопровождаемые попеременно то лютым ржачем, то рыданиями. Проходивший мимо парень поднял, дотащил зареванную раскоряку до дома, вызвал врача, сгонял в магазин за тортом и в аптеку за лекарствами.
В общем, я тогда отделалась неделей пингвиньей походки, а мой спаситель сейчас укладывает спать нашего двухлетнего сына.
