Мне 12 лет, отец злой, зовёт нас с мамой в мою комнату. Там на ковре два белых пятна. Он в ярости спрашивает: "Откуда это?" Мы испуганно отвечаем, что не знаем. Ментовские замашки вкупе с больной фантазией рисуют в его голове образы жены-шлюхи и дочери-проститутки. Внезапно я понимаю, что это, и в истерике извиняюсь за испачканный дезодорантом ковёр. Отец с недоверием трёт пятно и нюхает руку. Только с возрастом я поняла, что он подумал. А ведь из-за меня мама в очередной раз могла быть избита уродом.
В школе отношения с одноклассниками не клеились — они были из одной детсадовской группы, я была единственной чужой. В 5 классе стало еще хуже — одноклассники скатились по учёбе, я осталась единственной отличницей. Естественно, особой любви ко мне не питали. Конечно, у меня всегда были друзья, но и стабильные враги тоже были. К их несчастью, сидеть и глотать слезы я не собиралась. Каждый день собиралась в школу как на ринг. Легко могла дать под зад, воткнуть в руку циркуль или ребром учебника под нос. Сама никого не трогала, но себя в обиду не собиралась давать. Могла расцарапать харю — специально затачивала ногти и покрывала специальными эмалями. Как результат, к классу 7 ненавидели на расстоянии. Что самое смешное, не держу обиды. Но, честно говоря, считаю, что такое детство стало хорошей закалкой. Там, где многие знакомые опускают руки, я засучиваю рукава и иду вперед, не боюсь нападок и могу себя защитить.
Ехали с девушкой из кинотеатра, это было четвёртое или пятое свидание. Тут она что-то увидела, попросила срочно остановить машину. Останавливаемся, выходим, рядом с дорогой лежит здоровенный пёс, пена из пасти, визжит, кружится, лёжа на земле.
Дальше всё как в тумане: девушка берёт из машины рюкзак, достаёт оттуда какие-то ампулы, шприцы, таблетки, мешает в бутылке воду с чем-то. Начинает делать собаке уколы, заливает ту воду с какими-то таблетками в пасть, одной рукой держит, другой уколы шпарит. Я вообще в шоке стою полном. Пёс начинает успокаиваться, она как-то перевязала ему пасть, достала из рюкзака ошейник, поводок, одновременно звонила, как я потом узнал, в клинику, чтобы готовились, мы привезём собаку с отравлением. Дальше она сама положила пса в багажник, чуть ли не за ручку отвела меня и усадила за руль, сказала, куда ехать.
Когда я пришёл в себя, сказала, что вот ответ на мой вопрос, почему она, такая интересная, весёлая и красивая, одна. Она — волонтёр, помогает животным. "Если ты, — говорит, — к такому не готов, то это ок, я всё пойму, только уходи тогда прямо сейчас".
Я никуда не ушёл. Пса через несколько дней выписали, отвезли его моему дядьке в дом. А в моём багажнике теперь на регулярной основе то переноски с кошками, то собаки. Уж если она чужую псину умирать не бросила, я с ней точно не пропаду!
Встречались шесть лет, с 11 класса. Всё было круто: и понимание, и ceкс, и общие темы, и в быту сошлись. Но потом парню взбрело в голову, что одна девушка за всю жизнь — это зашквар какой-то, и он меня очень любит, но погулять хочет. Сказал это через пару дней после волшебного Нового года. Предложил сделать паузу на год, а я любила до одури и согласилась.
Других романов так и не завела за это время, но мозги на место встали. Рассказы общих знакомых, мол, где он, кого и когда — весьма неплохо возвращают к реальности. И когда недавно этот идиот завалился расслабленным ко мне на порог с кольцом, он был весь удивлён отказу. Он ведь даже следил, что у меня никого не было... Соврала, что трахалась с соседом и парой коллег, и поняла, что в постели он лузер.
С улыбкой и слезами в глазах рассказала, что всё ещё безумно его люблю, но жить без нормального ceкса до конца своих дней не готова, и если ближе к 50 годам, когда потребности станет меньше, он всё ещё будет один, то я готова встретить с ним старость. Он ох[рен]ел так, что даже не нашёл сил ругаться. Чувствую себя отомщённой.
Пошёл сын в том году в первый класс. Он худенький, маленький, стеснительный. Где-то с ноября каждое утро в рёв, не хочет в школу. Поговорила с учительницей. Она мне поведала, что есть два утырка из 3-го класса, обижают тех, кто сдачи дать не может. Хотели уже переводиться в другую школу, а сосед (бывший афганец, хромой и с одним глазом) говорит, давай, мол, я мальчишкой твоим займусь, мужика из него сделаю. И ведь взялся.
Всю зиму, весну, лето они бегали, отжимались, боксировали, купались до холодов. Во второй класс мой сын пришёл с развитыми мускулами, прессом и уверенностью во взгляде. Он не стал никого обижать, ибо его взрослый друг научил его терпению и уважению. На него теперь просто никто не задирается. И он может защитить слабого. Он встречает меня с работы и помогает по дому, рассуждает и обоснованно спорит. Как же я благодарна своему соседу.
Работаю в офисе. Я очень спокойно ко всему отношусь. Могу начать петь в метро или танцевать. Если кому-то нужны деньги, то я их даю. Шучу постоянно. Люблю шутить на работе над коллегами, хотя являюсь руководителем направления.
Когда я только устроился на работу, меня отправили работать в дополнительный офис. Была у нас там подсобка, где были всякие причиндалы, бумага для принтера, а также обеденная зона по совместительству. Во время обеда я старался быстрее поесть, ставил 2 (если повезет, то 3) стула и ложился спать, накрывшись курткой, причём отворачивался зубами к батарее, спиной ко входу. Сначала все были в шоке, мол, как так. Потом руководитель давала мне выговоры, а я ей объяснял, что в обед я сам распоряжаюсь своим временем.
В итоге вызвали в главный офис, хотели уволить. Я объяснил, что к чему, и меня оставили в покое. Кроме того, даже назначили такое время, чтобы ко мне никто не ходил, пока я спал : )
Работаю с детьми уже много лет. Я работала и в государственном детском саду, и в частном, на себя работала и продолжаю работать. Я педагог по раннему развитию, логопед, методист. И заметила вот какую тенденцию.
Сейчас родители в большинстве люди, которые росли в 90-е годы. Большинство не имело ничего ценного и воспитывались весьма авторитарными
Теперь эти дети выросли и добирают всё, чего у них не было в детстве. Покупают кучу косметики, гаджетов, хотят лучшие автомобили и большие квартиры, неистово стремятся к материальному. И своим детям дают такую же огромную свободу. Прийти в садик в короне и огромном пышном платье, потому что дочка так захотела — да. И пофиг, что это неуместно, и что ребёнку в этом гулять на грязной осенней улице. Выложить видео, где ребёнок орёт, что ему наклеили не те обои, умиляться и вздыхать, мол, вот придётся переклеивать — да. И пофиг, что это может быть минутный каприз ребёнка. Бежать в магазин за три квартала, потому что доченька любит творожок с динозавриком на упаковке, а в обычном магазине возле дома его нет и дочка разнылась — тоже да. Устроить ребёнку день рождения с кучей гостей, мишурой, выступлением артистов и шоу с мыльными пузырями — да, правда, деньги на него пришлось взять из отложенных на отпуск/кредит, но это ерунда, нельзя же обидеть ребёночка!
Вот этот посыл, что нельзя обидеть, ущемить, травмировать, живёт сейчас в родителях. И я вижу, как пагубно он отражается на детях. Малыши Показать ещё считают, что им должны и всё должно быть так, как они захотят. Даже самые крошки! Ситуация. Я занимаюсь с мальчиком 5 лет. Сижу перед ним на кресле на колёсиках, он на цветном детском стульчике. Заявляет мне: "Хочу сидеть на твоём стуле на колёсиках". Я говорю, что это моё и взрослое, а у него своё. Он говорит: "Ну и что, садись на мой, а я на твой". Я отказала, объяснив, почему нет. Истерика. И больше они ко мне не ходят, потому что "это не специалист по работе с детьми, она не уважает личность ребёнка! " Таких примеров десятки, ежедневно.
Не знаю, как объяснить родителям, что прежде чем уважать личность ребёнка, надо эту самую ЛИЧНОСТЬ сформировать. И личность — это не свободный ребёнок с ощущением вседозволенности, которого нельзя травмировать. Личность знает свои границы и чужие, даже в 3 года! Должен быть родительский авторитет, а не потакание. Суровые родители, не знавшие психологии, воспитали поколение детей, которое до этой самой психологии дорвались и теперь воспитывает своих детей в извращённом понимании свободы. Я с лёгким ужасом жду, какие дети вырастут из них.
Была у меня мелкая промежуточная начальница с исключительно зловредным характером. Ее не любили, но коллектив молодой и веселый, преимущественно мужской, уживались более-менее. Внешне она была костлявой блондинкой с миловидным лицом и плохонькой кожей. За неимением форм гордилась своими синеватыми от вен ногами и недолюбливала грудастых меня и напарницу. И вот как-то разлилась она назидательной мыслию по древу о том, как надо с мужиком жить, дабы не гулял. Мол, идет он такой по улице, видит — идут НОГИ. Приходит домой, а там у него такие же. Зачем ему налево? Дернул меня черт негромко пробормотать себе под нос, мол, идет он такой, смотрит — идут СИСЬКИ. Приходит домой, а там ноги. Коллектив услышал, оценил, заржал и наградил овациями. В общем, недолго я после этого проработала. Язык мой — враг мой.
Подруга однажды попросилась переночевать, потому что дома отчим напился, а мать была в командировке. Мать провела мне лекцию, что это не наши проблемы и подруга может идти в полицию, если все так плохо. Подруга 2 дня ночевала на улице. Пока моя мать была на работе, подруга ела, мылась и спала у меня. На третий день мы догадались протащить ее ночью в квартиру, а утром выгнать до того, как мама встанет. Так еще 3 дня ночевали, пока на четвертый мать не застала и не выгнала подругу в 4 ночи в подъезд. Меня посадили под домашний арест на месяц, но было уже плевать, в тот день ее мать возвращалась из командировки.
Все закончилось хорошо, мать подруги выгнала отчима. Мы до сих пор лучшие подруги. Учились в одном ВУЗе, были свидетельницами на свадьбах друг друга, а теперь купили квартиры рядом и дружим семьями. А вот свою мать я так и не поняла и не простила.
До чего же за[дол]бали все эти удалёнщики, которые ходят работать в кафе с ноутбуками! Сядут, воткнут в розетку свой ноутбук, возьмут чашку кофе (предварительно сфоткав её и выложив в соцсети с многозначительной надписью) и в лучшем случае какую-нибудь закуску, и сидят часами! Занимают места, потому что в кофейнях обычно поток быстрый,
Вчера зашла попить кофе в перерыв. И я, [м]лять, как будто не выходила из офиса своего! Полно народу, эдакий опенспейс, специально посчитала, что из 16 столиков 9 были с ноутбуками! У кого-то созвон (ой, простите, колл! ), а потом ещё колл по обсуждению с кем-то другим предыдущего колла. У второго тоже колл. Третья записывает видео на фронталку, я правда, не знаю, слышно там что-нибудь или нет, потому что стоит гул, но что-то [зв]издит про моду. Четвёртая проводит онлайн занятия по инглишу, тренирует фонетику, мать её, межзубные звуки, фыркает и плюётся. Ещё один что-то печатает, параллельно по телефону обсуждает. Ещё одна люто херачит по клавиатуре пластмассовыми своими когтями. И всё это вокруг меня, [м]лять!
Я просто хочу попить кофе под приятную, ненавязчивую музыку, насладиться видом из окна или видом красивого зала. Я не хочу ходить по чужим проводам по полу (розеток не хватает, какие-то столики стоят в центре и оттуда тянутся вилки к розеткам на стенах).
Кофейни — это не рабочие места! Работаете удалённо — обеспечьте себе, с@ка, ДОМА рабочее место! И там [зв]издите и клацайте. Если у вас дома ремонт с перфоратором/двадцать маленьких детей/больная Показать ещё бабка/потоп/пожар, да похрен что, валите в коворкинги, сейчас их полно в мегаполисах! Специальное место, где можно сидеть и работать. А в кафе ходят, чтобы поесть и попить, а не работать там и мешать другим, сраные деловые колбасы, [м]лять!
Я начальник отдела в крупной фирме. Недавно ко мне пришла моя зам — умная, хваткая женщина, которая начинала с низов и стала хорошим специалистом. Пришла увольняться! Я опешил, стал расспрашивать, что случилось; может, в декрет надо или случилось что, да и замену ей найти будет нелегко. Предложил повышение зарплаты, а она заплакала.
Оказывается, её отец всё её детство над ней издевался, в том числе стал виновником её бесплодия, но алименты платил. Теперь он стал инвалидом и тоже подал на алименты. А у неё вся зарплата белая, и от неё хорошая такая сумма будет капать ему в карман. Этого она пережить не может, поэтому порешала с мужем, что увольняется, официально устраивается в шарашкину контору на минималку, а так будет фрилансить неофициально. Я попытался уговорить её остаться, но такой у неё затравленный взгляд при упоминании отца… Пришлось уволить ценного сотрудника только из-за того, что у неё отец — ублюдок
Стою в очереди в магазине. Передо мной девушка лет 25. Симпатичная голубоглазая блондинка. Подходит её очередь на кассе, она говорит продавцу, мол баночка пива и крабовые чипсы. Продавец приносит все заказанное к прилавку и задаёт обычный в принципе вопрос, если вы школьник: "Вам 18 есть?". Блондиночка, да и я тоже, опешили, ну никак не выглядела она на 17 и ниже. И не то чтобы макияж там, этого добра на ней было минимум, просто по некоторым можно сразу сказать, сколько им лет, вот и по этой девчонке тоже. Замешкавшись, блондинка отвечает: "Да, есть... Мне слава Богу 25 уже..." продавец ей охотно верит, начинает считать сумму, а девушка задумавшись продолжает: "Хотя почему слава Богу-то? Лучше мне было бы 17..." И уже чуть громче: "Знаете-ка что? Не продавайте мне пиво! Это ведь нарушение закона! Сегодня мне 17! Полтора литра сока вишнёвого и шоколадку!"
Я сплю. У меня тяжёлая работа по четырнадцать часов в день. Я сплю.
Люблю своего молодого человека, он замечательный, но мне нередко просто не хватает времени на него. И теперь я сплю, завтра на чёртову работу, мне звонит мой чёртов любимый, плачет и говорит, что его долбаная бывшая лежит в его долбаной постели. А я даже не могу отреагировать, потому что я настолько устаю на работе, что могу почувствовать только желание поспать.
Моя прабабушка родила ребёнка от немца в 1942 году: немец изнасиловал её. К тому времени от голода у неё умерла дочь 15 лет, погиб на фронте старший сын. От мужа вестей не поступало — тишина. Жила прабабушка в Ленинграде. И когда родила сына, моего деда, решила утопить его в Неве. Завернула в тряпку и понесла по трескучему морозу к проруби, где блокадники набирали воду, шатаясь от слабости. А когда уже подошла к проруби и хотела кинуть в неё ребёнка, вдруг заплакала, решила: ну и пусть его отец — подонок, насильник и оккупант, сын-то и мой тоже. Оставила, спасла в блокаду, вырастила. В 1947 вернулся с войны муж и бросил её, сказал, что изменяла в войну. Так и осталась она одна с сыном, наполовину немцем. Вырастила достойного умного человека, учёного-физика, доктора наук, доброго и весёлого. Да и сама прожила долго, я хорошо её помню. Я обожал дедушку всей своей детской душой. А правду о своём рождении он узнал только в день смерти прабабушки. Тогда я первый и единственный раз видел любимого дедушку пьяным.
Трепались с коллегами за жизнь в курилке, разговор зашёл о семье. Из двенадцати человек только один парень высказался "за", что хотел бы жену и детей, все остальные — резкое "нет". На "почему? " пошли разные тёрки, но в основном всё сводилось к одному: "Зарплата — мизер, тут самим бы выжить, зачем детей ещё тащить в эту нищету мучиться? " Задумался. Работа интеллектуальная, коллектив — цвет нации: образованные, культурные, идейные люди. И вот эти прекрасные, цветущие генетические линии на них прервутся именно потому, что эти люди хорошие, добрые, и им совесть не позволит рожать детей без уверенности, что смогут обеспечить. Зато всякому биомусору плодиться не лень, они о благе детей не думают, им бы на пять минут удовольствие получить. Вот и разрастается терновник увечных генотипов, искорёженных алкоголем, табаком, а когда и веществами покруче, испорченных отсутствием воспитания, любви, заботы.
