Свекровь перестала с нами общаться. Совсем. Больше никаких контактов: не приезжает без предупреждения в гости и не визжит под дверью из-за того, что мы её не впускаем, потому что нас нет дома; не поздравляет меня с 40-летним юбилеем, хотя мне 30; не устраивает истерики-манипуляции здоровьем перед мужем из-за того, что он отказывается к ней приезжать. Больше никаких звонков, дурацких картинок в мессенджерах, непрошенных советов, телефонов гадалки (чтобы знать свою судьбу, иначе как жить? ), неадекватных просьб. Её в нашей жизни больше нет просто потому, что мы отказались крестить нашего ребёнка, справедливо полагая, что в сознательном возрасте он сам выберет, во что верить или не верить. Вот так легко свекровь исчезла с наших радаров. И не нужен ей такой "долгожданный" внук, неинтересен больше сын. Я, конечно, атеист, но слава богу, что ли…
У меня взрослые дочь и сын, то есть я, так сказать, и свекровь, и теща в одном флаконе. Насмотревшись на отношения у дочери и у сына, хочу заступиться за мужчин (сразу оговорюсь, что люблю обоих детей одинаково, своей дочери тоже самое говорю, если вижу, что она перегибает палку).
За моей дочерью ухаживает очень хороший молодой человек (учится
Так вот избаловал он своим вниманием мою дочь. Она стала проситься на море с ним, за границу, захотелось ей курортов (недорогих, но все же). Ее парень не против, но предложил путевку оплатить каждый за себя. Моя дочь тоже работает и тоже имеет средний достаток, оба не транжиры и вполне могут позволить себе съездить отдохнуть. Но моя дочь обиделась. А я полностью поддерживаю мужчину. Почему он должен оплачивать ей отдых? Он не муж ей пока. Дай бог, если отношения будут крепнуть и развиваться. А если нет? И каждая такая девушка у парня будет что-то просить. Если каждую возить отдыхать, при этом не забывать ухаживать и одаривать вниманием, он может сам остаться не у дел. Все это объяснила дочери. Поняла она, позвонила и извинилась перед парнем за свое поведение. Весь наш разговор слышал сын. Искренне надеюсь, что и у него в жизни все будет хорошо.
Когда мне было 10 лет, у меня появилась младшая сестра. Я не была рада её появлению: меня потеснили в собственной комнате, поставили кроватку и шкаф с игрушками и ползунками, сестра постоянно пищала, капризничала, когда подросла, ползала и хватала мои вещи. Я должна была забирать её из садика, сидеть с ней, а мне так хотелось гулять с друзьями!
В пятом классе меня начал преследовать местный хулиган года на два-три старше. Дразнил, обзывался, подкарауливал после школы и закидывал снежками. Меня это всё доводило до полного отчаяния, я старалась на переменах не выходить из класса и ходила в мороз без шапки, чтоб заболеть и передохнуть от всего этого. Учителя видели и знали, но на мои жалобы хихикали и говорили, что это я просто ему нравлюсь.
Однажды он в очередной раз на меня напал недалеко от входа в спортзал. Это увидел молодой тренер секции баскетбола, взял его за шкирку, внятно объяснил, что так делать не надо, и пообещал в следующий раз оторвать голову. Остаток года я ходила домой только этой дорогой, хотя приходилось делать крюк, но и хулиган меня не доставал.
До сих пор не понимаю, как так получилось, что парнишка-студент без педагогического образования для незнакомой пятиклассницы сделал больше, чем классный руководитель и завуч. До сих пор ему очень благодарна.
Несколько раз уже доводилось выслушивать «аргументы» про то, что это не Россия кормит свою столицу, а наоборот, Москва, а также Питер и почему-то Краснодар, изо всех своих сил не позволяют окончательно загнуться российской глубинке. Типа, только в Москве и этих городах дела идут, работа кипит, а в провинциях «сидят на жопе ровно»,
В нашем провинциальном городе есть кондитерская фабрика, которую в советское время мой дед строил, а отец и мать на ней работали. Отец — какое-то время, а мама — практически всю взрослую жизнь, недавно лишь ушла на пенсию совсем.
Чем-то сверхнеобычным ассортимент фабрики не поражал, но продукция (главным образом конфеты) спросом пользовалась стабильно.
В год приватизации коллектив грамотно вложился в своё же производство и не прогадал. Пусть без огромных доходов по акциям, но девяностые пережили спокойно, не потеряв предприятие и сохранив работу и заработок. В нулевых пошли даже на подъём благодаря пришедшим молодым и толковым технологам, внедрявшим что-то новое. Несколько предприятий-смежников были плотно завязаны на нашу фабрику и тоже жили, не тужили.
А потом, ближе к десятому году пришли москвичи... Нет, сначала они лишь вежливо приценились-поторговались, «щедро» предложив сумму, едва равную остаточной стоимости предприятия. То есть как за сумму металлолома. Получили вежливый, но твёрдый отказ. Вроде как «отвяли».
Но вскоре на фабрику со всех сторон посыпались проблемы. Неожиданные и резкие разрывы отношений смежниками, начались перебои поставок всего, даже воды. Все проверки-инспекции шли к нам нескончаемой чередой. Производство простаивало, контракты не выдерживались, долги росли, доходы падали. И как-то подозрительно не было возможности найти иные инвестиции, кроме как «руки помощи», протягиваемой всё от той же конторы москвичей. В общем, шло типичное целенаправленное удушение здорового предприятия с целью его либо ликвидации, либо выкупа.
Ну что... фабрика живёт. Технология, ассортимент и объёмы производства особо не изменились. Но главный офис теперь в столице. Туда же утекают и все финансы, возвращаясь лишь крохами на поддержание производства. Управляющие менеджеры теперь тоже столичные, работающие вахтовым методом. Любую самую мелкую фигню, связанную с финансовыми затратами, надо подолгу утрясать, согласовывать с «центром». Зарплаты у местных по минимуму. Хорошие специалисты, энтузиасты своего дела из таких условий давно свалили, работают лишь те, кому податься больше некуда. Сырьё идёт главным образом китайское, свои смежники успешно развалились. Качество стало неважное, далее своего региона и соседних областей ни одна конфетка не уходит, а уж до Москвы не доходит и подавно, такого дерьма там не хотят. Бабло лишь подавай. Вуаля! Москва теперь реально о нас заботится, кормит!
Вуаля! Москва теперь реально о нас заботится, кормит!
Прочитала про девушку, которая нашла мамины страпоны после смерти. Теперь меня не отпускает мысль о том, что моя дочь или родители тоже найдут четыре коробки игрушек для ceкса, если со мной что случится. Надо придумать самоуничтожающиеся ceкс-атрибуты: не используются месяц — превращаются в зонтик
Мою бабушку эвакуировали из блокадного Ленинграда в 13 лет. Она должна была ехать в "теплушке" вместе со своей крестной и 17-летней дочкой крестной. Накануне эвакуации у дочери крестной начался кровавый понос, но она взяла слово у моей бабушки никому об этом не рассказывать, иначе ее бы сразу положили в госпиталь, и всем пришлось бы снова дожидаться своей очереди на спасение. Мать обнаружила, что у дочери кровавая диарея только в пути. Она умерла в вагоне на второй или третий день их путешествия. Мать не плакала. Не было сил. Она лишь хотела сойти с поезда и похоронить свою дочь на ближайшей станции, в одной из деревень. Но ее предупредили, что, если она останется ради старшей девочки, то потеряет и младшую: слишком переполнены были эвакуационные поезда, места на всех не хватало. И тело осталась лежать на перроне, среди несколько десятков других тел несчастных блокадников, не доживших до спасения. Местные жители похоронили их в братской могиле. А поезд с окаменевшей от горя матерью и рыдающим подростком шел вглубь Ленинградской области. Моя бабушка до сих пор плачет, вспоминая эту смерть, и не может себе простить, что вовремя не рассказала о болезни.
В детстве поехали с мамой и братом на экскурсию в Абхазию. У нас был местный экскурсовод. Я почему-то все время была в центре его внимания. Мы приехали в какой-то храм, до него еще нужно было подняться вверх по холму. Все идут друг за другом по лестнице, и тут он берет меня за руку и говорит моей маме, что хочет показать мне другую дорогу к этому храму. Я тогда не поняла, почему маму в этот момент охватил ступор, но я все-таки пошла с ним.
Он не был педофилом, не сломал мою детскую психику, он действительно показал мне другую дорогу к этому храму. Мы наблюдали чудесные виды и он даже подарил мне веточку, которую сорвал с оливкового дерева. Когда опять проезжали через границу ночью, отвел меня в магазин и купил шоколадку.
На 2 курсе встречался с девушкой, забеременела. Решила рожать, я ее не поддержал, и она оборвала все контакты. Через год нашел ее, страсти утихли, начал видеться с ребенком. Только 1, 5 года назад начали нормально общаться с бывшей, вспомнили, почему были вместе. Завязались отношения, потом решили съехаться. И только ленивый меня не предупредил, что она ищет отца ребенку и использует меня. Не укладывается у людей в голове, что ребенок мой. Не надо "искать отца", я и есть отец! Лучший друг даже на это ответил, что все равно мог бы помоложе найти и без детей. И вот так один друг против наших отношений, второй — бездетный, просто перестал общаться. Одна подруга призналась в симпатии и сказала, что не хочет мешать. Осталась подруга в другом городе и коллеги, с которыми не успел поделиться. Полгода был в депрессии, а потом познакомился с отцом-одиночкой на детской площадке. Он рассказал, как ему бойкот объявили, когда он выиграл суд за ребенка, а я — свою историю. Позвал сразу нас с сыном в поход на день, потом в шахматный клуб с ними. Нет, мы не стали лучшими друзьями. Просто я понял, что вокруг еще полно людей.
Был одногруппник. Весь из себя готичный. Он постоянно терся на кладбищах и посещал похороны незнакомых людей. Объяснял тем, что его завораживает смотреть на покойников. Потом он пропал. По слухам, застали его, раскапывающим с неясными целями свежую могилу молодой девушки, и упекли в дурку. Было это в нулевых, периодически вспоминаю его и ищу в соцсетях, но тщетно.
У нас на заводе просто Дисней! Двое молодых закадычных друзей решили стебануть фрезеровщика нашего (120 кг веса, 190 рост; он гайки вытачивает). Так они его Гаечкой и прозвали, ходят ржут над ним, а он подходит, берет их за шкирки и говорит: "Слышь, бурундуки! Я не Гаечка, я, мать вашу, Рокфор! " Ржали всем цехом. К нему кличка не привязалась, а эти так и ходят - бурундуки))))
Обожаю, когда на улице сильный дождь, снег или мороз за 20 градусов. И не потому, что я люблю пасмурную погоду. А потому, что тогда соседи не выходят к подъезду и не гундосят до полуночи. Не курят и не орут пьяными. Не ржут как лошади над глупыми шутками. Я люблю, когда тишина.
Я живу в частном доме, во дворе стоит небольшая беседка. Сегодня моя жена пришла с работы и спросила, мол как мы с другом посидели. Я в непонятках, какой друг? Тогда она ответила, что утром, выходя на работу, она увидела в беседке какого-то паренька, спросила чем может помочь, а он спокойно ответил, что пришел ко мне, представился Дмитрием, и поинтересовался в ответ, кто она. Пару секунд я простоял размышляя, а потом меня как током ударило.
Я вспомнил, как мой друг Димка, с которым мы когда-то и построили эту беседку, 8 лет назад, за несколько дней до аварии, в которой он погиб, зашел ко мне с утра поболтать и спросил, мол когда я жениться-то успел? И девушка-то какая красивая, рыжуля. Я тогда подумал, что он шутит, а он как-то загадочно посмотрел на меня и ничего не ответил. У моей жены ярко-рыжие волосы, и познакомились мы лишь 4 года назад.
У моей жены ярко-рыжие волосы, и познакомились мы лишь 4 года назад.
У меня двойной подбородок, и это сильно бесит! Вот только четвёртый десяток пошёл, а из-за подбородка второго кажется, что все 50 уже...
Время от времени перед какими-то важными событиями (не всеми, конечно), я вижу, как это все произойдет. Сложно объяснить... Перед сложным экзаменом увидела во сне все задания и ответы на них, в ночь перед смертью бабули плакала и плакала, не могла остановиться. Смерть мужа моей подруги увидела прямо у него в глазах, отрывок - будто секундное кино в отражении глаз. Знала, когда рожу ребенка. Сложно объяснить, временами страшно... Действительно страшно.
Поняла - это дар, это надо беречь. Еще бы научиться этим пользоваться. Вчера проводила маму, она была у нас в гостях, и легла с ребенком на сон-час... Во сне вижу, как мама с какой-то незнакомой женщиной подходят к пешеходному переходу, и на них несется автобус, моргаю и уже вижу похороны, как я держу ее холодную руку... Я закричала, дочка проснулась и заплакала.
Мама вечером рассказала, что, подходя к пешеходному, она услышала, как я ее зову, и как заплакала моя дочка, мама развернулась, отошла от дороги, ища нас. В этот момент женщину на пешеходном сбивает автобус. Я знаю, что умру в 67, видела уже своих внуков... Теперь хоть знаю, что у меня не шизофрения или какое-нибудь другое отклонение психики.