Спортивные истории

Анатолий, второй, молча вращал лёд в бокале. Сергей, первый, наблюдал за ним с ленивым сочувствием хищника.

— Не топи своё эго в скотче, Толя, — протянул Сергей. — Хочешь по-настоящему сложную партию? 712-й номер.

— Если ты про очередную модель, которая думает, что Каспаров — это марка водки, то уволь, — огрызнулся Анатолий.

— Она играет, — загадочно улыбнулся Сергей. — И я тебе скажу больше. Я взял у неё ладью. И проиграл.

Анатолий замер.

— Ты что несёшь? Ты взял? У кого-то, кроме Карлсена? И проиграл? Ты пьян.

— Абсолютно трезв, — отрезал Сергей. В его глазах вспыхнул опасный огонёк. — Просто сходи. Попробуй.

Это был вызов. Не шахматный — настоящий. Анатолий осушил бокал и, не говоря ни слова, направился к лифту. Он шёл доказать, что мир всё ещё подчиняется логике.

Вернулся он через час. Бледный. Раздавленный. Он молча налил себе виски, руки едва заметно дрожали.

— Ну? — спросил Сергей, как будто уже знал ответ.

— Она сразу предложила, — глухо начал Анатолий. — Без прелюдий. Открыла дверь, улыбнулась и сказала: «Гроссмейстер? Сыграем. Я даю вам фору в ладью».

Он сделал большой глоток.

— А потом она сказала ставку. Если она выигрывает — получает то, о чём в этом отеле говорят украдкой. Проиграть значило не уступить фигуры, а уступить себя.

— Идеальная мотивация, — кивнул Сергей.

— Я так и думал! — Анатолий почти зарычал от бессилия. — Я сел за доску с одной мыслью: «Проиграй красиво». Это же элементарно! Зевнуть ферзя, подставить короля под вскрытый шах… Но я не смог!

Он посмотрел на свои руки, как на чужие.

— Она делает ход. Смешной, слабый. Но в её взгляде — вызов. Не шахматный, а какой-то другой. Каждый её промах был не случайностью, а приглашением. Не в партию, а в унижение. Она играла так, будто наслаждалась тем, что я должен притвориться слабым. Для неё это был фетиш власти. Для меня — гадость похлеще поражения.

Он сжал кулаки.

— Я пытался отдать фигуру, а рука сама делала защитный ход! Это было как пытка. Я боролся не с ней, а с самим собой. Она играла в поддавки, а я не мог не выигрывать! Я поставил мат в двадцать три хода… и почувствовал себя самым жалким идиотом на свете.

Он в отчаянии посмотрел на друга.

— Как? Как ты смог? Как ты заставил себя проиграть, когда всё твоё существо этому противится?

Сергей долго смотрел на него, а потом криво усмехнулся.

— А ты думаешь, это я заставил себя проиграть?

Он наклонился вперёд, лёд в бокале тихо звякнул. В зрачках блеснул странный свет, будто отражение чужой доски.

— Она играет не фигурами. Она играет нами. И в этой партии проигрыш — тоже её ход.

Анатолий хотел что-то возразить, но заметил: на столике между ними лежала белая ладья. Он точно не помнил, кто её туда поставил.

через 5-10 секунд можно, и всякие отказы в голове прокручиваешь, типа: «Доворот сюда, уходим на ту площадку, доворот туда, отворачиваем за задний свободный, чековка глубокая, так что отвернул и сел вот сюда, а если всё хорошо, то летим вооон туда за мост, там травка и охрана далеко. А если доворот 180° с закруткой, то распинываемся против (главное запомнить, в какую сторону начало крутить), уходим в предсвал и садимся у подножья дома». И это, замечу, обычный прыжок, а не СЛОЖНЫЙ.

Называется этот увлекательный процесс «дрочить на экзите»и и составляет немалую часть психотерапевтической ценности бейс-джампинга.

Честное слово, я так хорошо себя не чувствовал, приземлившись с домика, как после года с психотерапевтом. Почему? Потому что все проблемы, скажем так, побоку, когда ты стоишь на краю пентхауса «Алых Парусов». Хороший домик был, пока пентхаус не продали!

Ладно, это всё неважно. Давайте я расскажу вам про свой не то пятый, не то шестой прыжок. Было мне тогда лет 20 (стаж бейсджампинга у меня, если что, примерно лет 19-20, то есть прыжков примерно 400).

Так вот, стою я там и просто, с-с-с@ка, уссываюсь от страха. Но все же смотрят! Надо прыгать! Ну я и прыгнул. «Хотя бы не кричит», — критически прокомментировал на видео мой на тот момент ментор.

Бейс, друзья мои, это психотерапия и физиотерапия в одном флаконе. Забраться по наружной стороне антенны на 100 метров это тот еще спорт. И вот ты стоишь на краю, и никто, никто не побуждает тебя сделать шаг в бездну, только ты сам. И ты его делаешь, и побеждаешь самого себя, и просто прыгаешь в ничто, отлично понимая, что через 10 секунд ты либо приземлишься в порядке, либо ляжешь не земле хладным трупом.

Особо в этом занятии не помогает то, что ты видел друзей, которые ровно так и ложились. К сожалению, бейс — наиболее травмоопасный и смертельный вид спорт. Примерно один из 60-70 бейсеров погибают в ходе спортивной карьеры.

нагрузками. Так я попал в секцию лёгкой атлетики. В то время туда брали кого угодно, главное условие-отсутствие плохих оценок в школе. Никаких особых талантов там не проявил, бегал не быстро, прыгал не далеко, поэтому меня назначили стайером. Специальность обязывала наматывать охренилиард кругов по стадиону три раза в неделю. Со временем даже дремать на бегу научился. Кстати бегать далеко удобнее всего под тупую речёвку-отвлекает и меньше устаёшь. У меня любимыми были Вини Пух и Yellow Submarine.

Спустя полгода я стал вполне здоровым пацаном, стали появляться неплохие спортивные результаты. Через 6 лет в 16 я получил первый взрослый разряд и прогресс закончился. Тренер объяснил это тем, что я достиг своего "плато". До КМС не хватало 35-40 секунд на 5 км. Попросил добегать до окончания школы, у него там была какая-то отчётность. На этом и остановились...

2. Под Новый год школа организовала для нас крутую дискотеку, не как обычно в спортзале, а арендовала у шефов ДК. Планировалось совместное мероприятие для трёх соседних школ. Я не был любителем подобных мероприятий, но на такую мегатусу повёлся. Танцую я с девицей и вдруг вижу, что моего друга бьют троё ушлёпков. Он парень крупный, под 90 кг. , а эти на полголовы его ниже и довольно дохлые. Тем не менее сопротивление он им не оказывает. Пока к ним подошёл, ему ещё и стакан газировки успели на голову вылить. ОФП у нас в секции была на высоком уровне, а драться в то время умели все. Одного сразу вырубил, второго за шею поймал и к полу придавил, третий убежал. Вроде чистая победа, но друг не рад и с претензией: "Зачем полез, я сам мог разобраться, теперь тебе Вова пи... . ".

Что он имел в виду я понял после дискотеки, когда на улице нас встречало человек десять, многие с арматурой в руках. Как выяснилось я "нахлобучил" любимого восьмиюродного брата предводителя местной шпаны. Как человек "серьёзный", он такое простить не может, его мамка с папкой и брат-сиделец перестанут уважать.

Короче "отметелили" меня очень качественно, а друг-с@ка ушёл. Они его отпустили, типа он правильный пацан, не то что я.

Я очень сильно обиделся. Поэтому когда они со мной закончили и отошли покурить, тихонько поднялся, подошёл сзади к главарю и выдал своей сильной легкоатлетической ногой очень смачного пенделя. После этого включил свою максимальную скорость и побежал домой. Погоня сдулась быстро, куда им за мной угнаться.

Утром сестра замазала мне разбитую рожу какой-то косметикой и я пошёл в школу.

В классе было очень тревожно, все были в курсе произошедшего и строили догадки, что будет дальше. Те кто всё знают сообщили мне безрадостную весть, что я унизил "очень крутого человека", у которого под началом ходит 100500 отморозков и мне кранты. Те кто вообще всё знают сказали, что за отморозками стоит ещё более "крутая фигура"- некий авторитет Сиплый или Хриплый, а может и Гнойный. Бывший друг в глаза не смотрел и старался не отсвечивать. Бить я его не стал (сейчас бы стал). Сразу выяснилось, что каждый одноклассник из себя представляет. Надо отдать парням должное, большинство предложило помочь, если будет нужно. 12 человек против 100500 не выстоят и я отказался. Школу и семью, а тем более милицию в наше время в свои проблемы вмешивать считалось "зашкваром", пусть тогда этого слова и не было в обиходе.

Образ жизни у меня изменился координально. Раньше я выкладывался только на тренировках, сейчас ежедневно. Упыри караулили меня каждый день и в разных местах. Бег мой был непрерывным, куда там до меня Форесту Гампу. Единственное место где я чувствовал себя спокойно была школа. Там на вахте постоянно находилась уборщица тётя Тася с мокрой тряпкой и вход недругам был надёжно закрыт. Я думаю, если бы тёте Тасе пришлось защищать Фермопильский проход, она бы справилась лучше греков.

Через пару недель я пообвыкся со своим положением и стал наглеть. То что я делал сейчас называют "троллингом". Например: имея полную возможность оторваться от преследования, не делал этого, а сохранял небольшую дистанцию. Чем выматывал противников до полного изнеможения и моральной деградации. Вопли и проклятия радовали меня как ребёнка новая игрушка. Пару раз попадались придурки, которые бегали быстрей остальных. Они неосторожно отрывались от пелотона и получали в "бубен", после того как я резко тормозил и мы оказывались один на один.

Вся эта бодяга тянулась до майских праздников, как им было не лень не понимаю.

У меня вариантов не было, а они?

Кончилось всё в один день и сразу. Что произошло не знаю и сейчас. Те кто вообще всё знают говорили, что "самый главный" Лысый или Одноглазый, а может Шершавый или Палёный и компания, "присели" по статье, как дилетанты. Мне было пофиг я уже привык постоянно быть начеку и меня это больше не беспокоило. Тем не менее привычка двигаться рысью не проходила долго.

3. Четыре месяца бега не прошли бесследно. В конце мая я, пусть и впритык, выбежал на КМС. Тренер был счастлив, начал гордиться своей методой и поверил в себя.

4. У любого следствия есть причина. Последствия этих дней я ощутил через год с небольшим, когда поступал в институт. Необходимые баллы на экзаменах я набрал, но при зачислении выяснилось, что Рабфаку понадобились дополнительные места на дневной факультет и, часть тех кто сдал экзамены по баллам впритык, на очное не попадают. Я был в их числе, а осенью мне исполнялось 18, и я точно уезжал в армию. Вот здесь и пригодилась спортивная квалификация. Институт экономический, гендеры в соотношении 70/30 в пользу женщин. Меня спросили: ты готов защищать честь института в спортивных баталиях. Да, готов, ответил я, и был зачислен. И вот по злой иронии судьбы я постоянно бегал ещё 4 года.

P. S. Смешно, но получается, что я являюсь тем, кто я есть, благодаря в том числе и отмороженной шпане.

N. B. Высказывания гопников переведены мной на понятный читателю язык, по мере моих сил конечно.

События происходили с конца декабря 1981 по май 1982 года.

позади, мне торжественно объявили, что я включен в сборную СССР для поездки на юношеский чемпионат Европы по плаванию. Место проведения – Вена, Австрия. Радости не было предела, как и желания порвать всех соперников на мелкие кусочки. Дело за пустяком – в школе надо взять характеристику для открытия визы.

Классная руководительница (учительница истории), услышав мою просьбу о характеристике, посмотрела на меня с ленинским прищуром, и выдала целую речь. Краткое содержание: Тебе? Для поездки в капиталистическую Австрию? А ты помнишь как ты спорил со мной на уроках? Это говорит о том, что человек ты ненадежный, и не сможешь быть достойным представителем нашей советской Родины за рубежом. Никакой характеристики тебе не будет, не надейся.

Скандал был грандиозный, все учителя были на моей стороне, но так как эта мадам была еще и парторгом школы, ее мнение возобладало. И выиграв очередные соревнования, я вместо сборов перед Австрией отправился домой, где вскоре прочитал в «Советском Спорте» отчет об этом чемпионате. Обе мои дистанции выиграл какой-то венгр с результатами намного хуже, чем у меня за пару недель до этого.

Потом была и характеристика, и сборная, и выигранные соревнования, но их масштаб был уже не тот. Может поэтому я не стал делать спортивную карьеру. Я очень доволен тем, как сложилась неспортивная жизнь, но, как известно, несбывшееся зовет нас, и олимпийские кольца, тогда такие возможные, все же иногда снятся…

кафе, обсудили все нюансы предстоящего похода.

Настал день Х. До туристического приюта идти 10 часов по горной тропке. Дорога непростая. И то, что я увидела, повергло меня в шок. Брат моего парня, «дрищ», как мой парень его называет за глаза, шел с невероятной лёгкостью. Он нес тяжелые вещи своей жены, она шла почти налегке. Всю дорогу он шутил, рассказывал анекдоты. С лёгкостью перебирался через ручьи по камням. И совсем не ныл, как ему тяжело! Мой парень упал раза 4. Пока дошли до приюта, был уже весь в грязи и с разбитой ладонью. Всю дорогу он кряхтел, ныл, выпил всю свою воду, а затем и мою. Пот по нему бежал в три ручья. В итоге он чуть не отстал, что нас сильно напугало. Стали делать большие привалы, чтобы он отдохнул. В итоге пришли в приют почти ночью. Поели. Помылись в бане. Легли спать в домике, утром решили пойти к водопадам. Просыпаемся, «дрища» нет. Он, пока мы спали, малины насобирал и на всех сделал завтрак. Когда пошли обратно, мой парень выпил нам всю кровь, материл брата, который нас сюда потащил.

В итоге, когда мы вернулись, он накатал огромный пост на страничке о том, как культуризм делает человека выносливым и сильным духом даже в самых тяжелых условиях на грани выживания.