Тургенев и Толстой.
В городе Чернь, райцентре на юге Тульской области, около шоссе Москва - Симферополь стоит памятник двум мудрым старцам - Льву Толстому и Ивану Тургеневу. Этакие старинные друзья. Толстой выглядит старше и выше, хотя на самом деле Иван Сергеич был на 10 лет старше и 11 см выше.
В жизни их отношения были гораздо сложнее. В 1850-е они как соседи часто встречались, ссорились, мирились. Хвалили и хулили творчество друг друга.
В 1861 году их отношения прервались на целых 18 лет. На ужине у Афанасия Фета Лев Толстой неодобрительно высказался о дочери Тургенева, тот вспылил и потребовал удовлетворения. Правда, на следующий день Иван Сергеевич остыл и послал Толстому примирительное письмо. Но письмо было послано на старый адрес и Лев Николаевич не получил его. Посчитав, что срок примирения истек, Толстой потребовал не интеллигентскую дуэль - три литератора, два пистолета, а потом все вместе пьют шампанское -, а поединок на ружьях, чтобы уж наверняка.
Ну уж в стрельбе из ружья Ивану Сергеевичу не было равных. И Фет это понимал. Он уговорил Тургенева пойти на мировую и не убивать горячего молодого противника.
Так Иван Сергеевич подарил миру "Войну и Мир" и "Анну Каренину". (Последнюю может быть и зря ? )
Глянул тут в календаоь. Вот те на: в этот день, 10 сентября 1975 года, умер Агостиньо Нето, первый президент Анголы. Вы скажете, конечно, : "И что? "
А вот: я был подростком, школьником, и при этом у меня остались по этому поводу воспоминания!
Я помню сухую официальную информацию в газетах. Дело в том, что у Нето был рак, и он приехал в Москву на операцию. Но приехал поздно. Операция не помогла, и первый президент Анголы умер в Москве.
Сразу же в народ пошла шутка: "Приехал Нето, уехал брутто... " Чёрный юмор. Во всех смыслах.
Чёрный юмор. Во всех смыслах.
Александр Панкратов-Черный рассказывает...
У меня есть однофамилец Александр Панкратов, тоже режиссёр. (Я не только играю, но и поставил несколько кинокартин, например, "Похождения графа Невзорова". ) Чтобы нас различали, я и взял псевдоним Панкратов-Черный: тот Панкратов - светленький. А то нас однажды так перепутали! . .
Когда Саша женился, у него родилась дочь. Но все почему-то подумали, что дочь родилась у меня. Я был в командировке - поздравления принимала тёща.
- Здравствуйте, - звонят ей. - Можно Сашу?
- Он в командировке.
- Очень жаль, хотели его поздравить.
- А с чем?
- Как с чем? У него же дочь родилась!
- А-а, ну хорошо, я сама поздравлю, - отвечала тёща.
Приезжаю из командировки, смотрю: со мной в семье никто не разговаривает. Тёща глядит мрачным взглядом.
- Любовь Васильевна, - спрашиваю её, - что случилось?
Она говорит:
- Ну что, кобеляка, добегался?! Кто эта несчастная, от которой у тебя дочь? Платишь ли ты ей, помогаешь ли?
Я с ума сходил, две недели вспоминал, от кого бы у меня могла быть дочь. Наконец до меня дошло. Позвонил Саше Панкратову - действительно у него родилась дочка. С чем я его и поздравил.
Дом, переживший Хиросиму
Менее чем в километре от эпицентра атомного взрыва в Хиросиме стоял дом, в котором жили четверо иезуитских священников.
6 августа 1945 года город исчез за считанные секунды. Камень превратился в пепел. Люди — в тени. Казалось, выжить там было невозможно.
Но они выжили.
Их звали Хуго Лассаль,
Самое удивительное произошло позже.
Никто из них не погиб от взрыва.
Ни у кого не развились смертельные последствия радиации, которые в течение лет унесли жизни тысяч других.
Их случай десятилетиями изучали врачи и учёные, потому что он противоречил любой логике и вероятности. Объяснения искали в конструкции дома, в направлении ударной волны, в совпадениях обстоятельств.
А сами священники говорили проще: в то утро они постились и молились.
Для кого-то это — всего лишь странная архитектурная случайность.
Для кого-то — совпадение, которое невозможно игнорировать.
Для кого-то — напоминание о пределах человеческого понимания.
История этого дома не меняет трагедии Хиросимы.
Но она оставляет вопрос, на который до сих пор нет окончательного ответа: всё ли в мире подчиняется лишь статистике — или иногда происходит нечто гораздо большее, чем случай?
Я должен был остаться никем. Жизнь нанесла мне рану — еще при рождении поллица мне парализовало. Учителя считали меня умственно отсталым, а мать поставила крест еще в детстве. На протяжении семи лет, семи долгих голодных лет, агенты и продюсеры хором твердили мне, что я должен бросить сначала актерскую, а затем сценарную стезю. Меня разворачивали на кастингах, еще до того, как я снимал куртку, а продюсеры браковали мои сценарии, не прочитав ни строчки. Я глотал слезы на работе. Чистил клетки львов в зоопарке, рубил мясо. 7 долгих, тяжелых лет. 7 лет слез, пота и веры в себя. Вы тоже ничего не добьетесь, пока не переживете период отчаяния. А потом? А потом я целый год жил на 1600 долларов. И написал «Рокки». Верьте в себя и любите свою маму. Сильвестр Сталлоне
Сильвестр Сталлоне
Фильм «Кавказская пленница» должен был начинаться с довольно забавной сцены, которая была отснята, но в окончательную версию картины так и не попала. Сотрудник милиции проходит вдоль недавно установленного забора в тот самый момент, когда Вицин с непередаваемым выражением лица бывалого художника рисует букву «Х». Моментом позже к Трусу подходит Юрий Никулин, который немного задумчиво смотрит на одинокую букву на заборе, берёт уголь у Вицина и рисует рядом букву «У».
И тут взгляды Балбеса и блюстителя закона встречаются. Милиционер ускоряет шаг и направляется прямиком к художникам. Но Никулин не теряется и второпях завершает начатое. А уже через пару мгновений на заборе начинает красоваться надпись «Художественный фильм». Этот фрагмент был безоговорочно запрещён художественным советом
Эдвард Радзинский рассказывал:
" По окончании театрального института мою жену распределили в Грозный, в Русский театр. Там был один замечательный актер. Он играл все - Отелло, Гамлета… А Мавра играл так страстно, что бедная Дездемона вечно ходила с вывихнутыми пальцами.
В пьесе "Кремлевские куранты" он играл Сталина и в гриме был до удивления похож… В это время как раз шла борьба с культом личности, и у вождя в пьесе сократили почти весь текст. Но тому актеру и не нужно было слов! Однажды в очередную годовщину Октября в театре собралось все партийное начальство. И вот началась пьеса, вышел Сталин… И так взглянул на ложу, что они все мигом встали, а точнее - вскочили! Актера звали Леонид Броневой. "
Во время съёмок фильма "Бриллиантовая рука" Леонид Гайдай не ограничивал импровизацию актеров, а даже поощрял ее. Фирменное запрокидывание головы Геши Козодоева и фраза "Руссо туристо, облик морале, ферштейн? "- придумки Андрея Миронова. А вот Папановское "Идиот! " было сказано не по сценарию и адресовалось ассистенту режиссера, который испортил дубль. Гайдаю так понравился эпизод, что он вставил этот кадр в сюжет картины.
В 1967 году к 50-летию Советской власти Олег Николаевич Ефремов поставил в театре трилогию Декабристы, Народовольцы, Большевики.
Авторами трилогии были известные драматурги Михаил Шатров, Александр Свободин и Леонид Зорин. В это же время Ефремов много работал с драматургом Михаилом Рощиным и ставил пьесу Александра Володина "Назначение".
Ефремов отправился в Кремль. Естественно, перед тем как туда попасть, нужно было пройти через несколько кордонов охраны и везде предъявлять документы. На одном из постов стоял молодой солдатик из кремлевского полка, для которого увидеть живого
Ефремова - это огромное событие в жизни, тем более что в то время Олег Николаевич был безумно популярен благодаря фильму Три тополя на Плющихе.
Впереди Ефремова шла группа авторов. Охранник берет в руки паспорт Михаила Шатрова и читает в нем фамилию: Маршак. Фамилия не совпадает с указанной в списке гостей. В результате проверки Шатров, объяснивший что-то про псевдоним, проходит.
Дальше солдат берет паспорт Володина и читает: Лившиц. Снова проверка.
В некотором недоумении охранник пропускает Володина. Следом идет Михаил Рощин.
Уже совсем удивленный солдат читает в его паспорте: Гибельман. За Рощиным проходит Свободин. В его паспорте указана фамилия Либерте.
И когда наконец подходит Олег Николаевич Ефремов, солдатик дрожащей рукой берет его паспорт и, глядя не в документ, а в глаза Ефремову, говорит: Олег Николаевич, ну Ефремов - это хотя бы не псевдоним?
Позорный случай на корабле, который преследовал Ивана Тургенева всю его жизнь.
В 1838 году у немецких берегов сгорел русский пароход «Николай I», следовавший из Петербурга в Любек. Возгорание произошло ночью неподалеку от города Травемюнде.
На пароходе находилось 160 человек, большинство из которых – женщины. Кроме
Помимо прочих, на пароходе находились известный поэт и литературный критик князь Петр Андреевич Вяземский, а также 19-летний начинающий писатель Иван Сергеевич Тургенев.
Первый ехал в Германию поправить здоровье, для второго поездка была первым заграничным вояжем.
Пожар «Николая 1» стал для Тургенева одним из самых болезненных событий в жизни. И не только потому, что он оказался на волосок от смерти, но и потому, что в пожаре сгорела его репутация.
Согласно рассказам пассажиров парохода, князь Вяземский вел себя в минуту смертельной опасности исключительно хладнокровно. Он вместе с командой занимался организацией эвакуации пассажиров, сажал в лодки женщин и детей.
Поведение Тургенева было прямо противоположным. Будущим писателем овладела настоящая паника. Он метался по палубе, хватал за руки матросов, умолял спасти его, предлагал крупные суммы, которыми владеет его маменька – пожилая богатая вдова.
Когда началась погрузка в шлюпки, Тургенев ломанулся к лодкам, отталкивая женщин и детей. Он кричал: «Я единственный сын богатой пожилой вдовы, спасите меня! ». Что интересно, у Тургенева был старший брат. Эта фраза впоследствии буквально преследовала Ивана Сергеевича.
Еще одна фраза будущего писателя – «Умереть таким молодым! » - тоже стала своего рода мемом 19 века.
Ситуации добавляет колоритности и тот факт, что Тургенев был около 2 метров роста и очень толстый. Паникующий молодой здоровяк, лезущий к шлюпкам, отлично запомнился пассажирам парохода, большинство из которых, кстати, сохранили хладнокровие.
Пожар на «Николае 1» Тургеневу припоминали всегда. Малодушие, проявленное в минуту опасности, и трусость, которая так порицалась в дворянской среде. Даже родная мать писала Ивану Сергеевичу, что его поведение на пароходе было недостойным. Она указывала на то, что даже матери семейств не устроили такого представления, как Тургенев.
Впоследствии писатель неоднократно пытался оправдаться. В своем очерке «Пожар на море», написанном за 3 месяца до смерти, он признает, что предлагал 10 тысяч рублей матросу за спасение своей жизни «для пожилой маменьки». Но тут же он пишет, что проявил хладнокровие и мужество и ловил женщин, прыгающих в шлюпки. Читатели не поверили Тургеневу.
В конце приведу стихотворение Петра Вяземского, которому не нужно было оправдываться за события на «Николае Первом».
Я на море горел, и сквозь ночную тьму
(Не мне бы тут стоять, а Данте самому),
Не сонный, наяву, я зрел две смерти рядом,
И каждую с своим широкозевным адом:
Один весь огненный и пышущий, другой —
Холодный, сумрачный, бездонный и сырой;
И оставалось мне на выбор произвольный Быть гусем жареным иль рыбой малосольной.
Быть гусем жареным иль рыбой малосольной.
Как-то раз Джоаккино Россини, уже снискавший славу и признание, был приглашён на званый обед в один роскошный особняк.
Вечер был изумительно хорош. Гостей, в ожидании трапезы, разместили на открытой веранде, залитой тёплым итальянским солнцем. Лёгкие беседы, изысканные закуски и тонкое вино создавали настроение неторопливого удовольствия. Аппетит, подогретый ожиданием, томно зрел в предвкушении пира, сервированного в соседнем, богато убранном зале.
И вдруг… из-за резных дверей донёсся оглушительный грохот, лязг и звон, словно внутри разразилась настоящая какофония падающей посуды. Дискант разбитых фарфоровых тарелок слился с басовитым гулом опрокинутых блюд и серебряным перезвоном столовых приборов. Музыка катастрофы!
Естественно, первым к источнику этого неожиданного «концерта» устремился маэстро. Вернувшись через мгновение, он с невозмутимым, даже слегка разочарованным видом сообщил встревоженным гостям:
— Успокойтесь, синьоры и синьорины. Ничего фатального. Это всего лишь служанка неловко зацепила край скатерти и обратила в руины весь наш будущий пир. Обед, увы, откладывается.
Он сделал театральную паузу, и в уголке его глаза мелькнула знаменитая лукавая искорка.
— А я-то, признаться, уже подумал… Неужто кто-то вознамерился исполнить для нас увертюру к «Тангейзеру» Вагнера. ..
В 1964 году на съёмках отечественного фильма "Свет далёкой звезды" произошла заминка. Один из главных актёров растянул себе ногу поскользнувшись на пустом месте и вся съёмочная группа вынуждена была ждать пока доктора поставят его на ноги. Вот такая тавтология. Съёмки были за городом, на натуре, сроки горели поэтому артисты, костюмеры,
Ну как водится каскадёры и военные заскучали, немного выпили. Без фанатизма, но достаточно для того чтобы офицеры - капитан и старший лейтенант решили прямо в поле пострелять по банкам и другому мусору из ППШ имеющегося у них на вооружении и из недавно принятого АК. За всем этим весельем наблюдала почти вся съёмочная группа. И даже актёр Евгений Яковлевич Весник отпущенное ему время тративший с немалой пользой - разучивая новую роль для другого фильма. Дабы войти образ он даже нацепил на нос пенсне, манишку и дурацкую соломенную шляпу.
Наблюдая за стрельбой военных, а также за тем как старлей с ППШ явно проигрывает по очкам капитану Весник смешно пошевелил наклеенными усами и подошёл к старлею.
- Ну кто так стреляет? Дай, я тебе покажу мальчик как это делается, - сказал Евгений Яковлевич сноровисто беря в руки ППШ и бодро в несколько коротких очередей с ювелирной точностью сбил все мишени.
На этом он не остановился. Под удивлёнными взглядами он подошёл к капитану взял в руки новенький АК и сделал несколько выстрелов из него.
- Дааа... - заключил он рассматривая оружие. - Из этого конечно куда сподручнее. Хорошая машинка.
Военным (и не только военным) с отвисшими челюстями, в отличии от директора каскадёрской группы Мезенцева, было невдомёк что этот смешной мужичок в пенсне и соломенной шляпке ветеран войны имеющий потрясающий калейдоскоп наград полученных за такие подвиги о которых кино снимают.
Напоследок довольный произведённым эффектом Весник обернулся и сказал:
- Если вы попросите покидать меня гранаты, пострелять из миномёта или пушки, то я всё это умею, но делать не буду. У меня теперь другая профессия... .
Незавидна участь актёра, которому не удалось добиться успеха: незнакомцы при встрече спрашивают его, кто он по профессии, режиссёры им пренебрегают, жена ругает за безденежье. Как тут не обратиться к главному на Руси утешительному средству? Прибегал к горькой и актёр Василий Васильевич Измайлов, выступавший на сцене Александринского
Один из друзей решил Измайлову помочь и устроил его в Царскосельский клуб играть в какой-то драме. И чтобы актёр не запил, строго-настрого приказал буфетчику клуба водки ему не наливать, а для надёжности присочинил, мол, Измайлов во хмелю буянит.
Василий Васильевич об этом услышал, зашёл в буфет и заговорил душевно с буфетчиком:
- Знаешь, есть у нас актёришка Измайлов, так вот ему водки давать нельзя!
- Да меня уж предупредили, - отозвался буфетчик.
- Этот Измайлов, мало того, что пьянчуга, ещё и буян! - продолжал Василий Васильевич, входя в роль. - Налей-ка мне, голубчик, рюмочку.
- Не извольте беспокоиться, - отвечал буфетчик, подавая Измайлову рюмку и закуску.
- Однажды пьяный Измайлов стёкла начал бить, нет, ему пить нельзя! Никак нельзя! . . Ещё рюмочку, пожалуйста!
Буфетчик поддакивает и наливает ещё.
- Если Измайлов напьётся, так и спектакль не состоится! Он же пьяный играть не сможет! А теперь, налей, братец, в стаканчик!
Так в приятной беседе Василий Васильевич выпил ещё пару стаканов водки, а потом вдруг как закричит на буфетчика:
- Ты что наделал?! Ты спектакль сорвал! Ведь Измайлов - это я!
Бедный буфетчик от неожиданности чуть графин с водкой не уронил. Вот ведь как получилось: лучше всего сыграл Измайлов в буфете! И как убедительно!
Диана Дисней Миллер считала своего отца просто "папой", пока ей не исполнилось шесть лет. Тогда ее одноклассник спросил ее: "Твой папа - Уолт Дисней?".
В тот день Диана пошла домой и стала ждать, когда папа вернется с работы. В конце концов Уолт вошел в большой дом Диснеев около обеда и опустился в свое любимое кресло. В тот день Диана подошла к отцу немного иначе, чем обычно. Она спросила его, широко раскрыв глаза: "Ты Уолт Дисней? " .
Уолт, не понимая, о чем спрашивает его дочь, бросил на нее недоуменный взгляд и сказал, что, конечно же, он Уолт Дисней. Так его звали. Диана снова задала свой вопрос: "Но... ты тот самый Уолт Дисней?!"
Уолт улыбнулся от уха до уха. "Да, я тот самый Уолт Дисней".
В своей книге, которую она написала вместе с Питом Мартином, "История Уолта Диснея", Диана рассказала, что задала вопрос, который ее отец, вероятно, никогда не думал услышать от собственной дочери: "Можно мне ваш автограф? "
В 1917 г. Говард Картер начал искать гробницу Тутанхамона. Копал 6 лет. Ни черта не нашел. Были израсходованы все деньги. А деньги были не свои. На Картера посыпались насмешки ученого мира. Главный проект жизни пошел прахом. Началась депрессия.
По условиям концессии, экспедиция должна была после окончания работ "рекультивировать" место
3 ноября 1922 г. был последний день работ. Картер спустился в котлован. И вдруг среди мусора и щебня увидел часть камня со странно ровной поверхностью. Полностью расчистил камень. И показалась высеченная в скале ступенька...
Так была найдена гробница Тутанхамона.
В 1871 г. Генрих Шлиман начал поиски легендарной Трои. 150 рабочих копали 3 года. Все было безуспешно. Лопаты выгребали из траншей только камни и песок. Проект сожрал все деньги, Шлиман был фактически разорен. Была уничтожена и его репутация. Почти все члены экспедиции были жестоко разочарованы в своем кумире, уволились и вернулись на родину.
В ученом мире стало признаком хорошего тона насмехаться над Шлиманом. Каждая газета не пропускала случая отпустить что-нибудь остроумное в адрес Шлимана.
Шлиман и шарлатан стали синонимами.
Шлиман принял решение 15 июня 1873 г. прекратить работы. Написал последние письма всем участвовавшим в проекте, рассчитался с рабочими последними деньгами, всех поблагодарил и отпустил.
В последний день Шлиман пришел с женой на место бывших раскопок. Рабочих уже не было, все ушли. Шлиман обходил опустевший огромный котлован. Как бы прощался с рухнувшим делом всей жизни. Он был полностью опустошен, не хотел жить. (Жена, из предосторожности, забрала его револьвер). И вдруг Шлиман увидел как в песке что-то блеснуло. .. Так была найдена доселе мифическая Троя.
Так была найдена доселе мифическая Троя.
