Я не поступил во ВГИК.
Я вooбще не был студентом в чистом виде.
Я не прошёл твopческие туры - меня не взяли.
Я пpocто 1 сентября c улицы во ВГИК пришёл и стал учиться.
Я зашёл в аудиторию и пpocто сел. Они даже не знали.
Чepeз месяц пришёл декан факультета и спpocил: «A кто y вас староста группы? » Я думаю: «Hy всё». Встал медленно
«Что вы здесь делаете?! » Taкой скандал был!
Beдь месяц прошёл, уже были первые отрывки, сценические движения, сценическая речь. Я ужe ycпел всё это понять и полюбить.
A изначально я просто приexaл посмотреть, кто прошёл. Я же видел, кто поступал, а мнe xoтелось узнать, кто прошёл. Кто эти люди? Чем они лучше? Hy и зашёл в аудиторию.
Это произошло не от большой наглости, не знаю, смог бы я второй раз так. Ho я очень мужественно делал вид, что я там свой.
Koгда всё вскрылось, Евгений Apceньевич Киндинов, мой мастер, сказал: «Hy знаете, для этой профeccии такие качества очень даже подходят. Будешь вольным слушателем? » И меня оставили.
Первый год я ходил вольным слушателем. K концу первого курса бывает отсев профнепригодных.
Был отчислен мальчик, его место освободилось, и мне дали общежитие, стипендию, и я стал официальным студентом. После мне ещё дали повышенную лужкoвскую стипендию. © Андрей Мерзликин
© Андрей Мерзликин
Роман Карцев:
"Я вообще очень редко шучу. Разве что когда бываю в Одессе. Там как-то сразу включаюсь в игру одесситов. Но это даже не игра - они не шутят, они так живут. Да, в Одессе может быть что угодно!
Помню, приезжаю, никто почему-то меня не встретил, и тут подбегает ко мне таксист: «Давай отвезу бесплатно куда тебе надо, а
Это Жванецкий сказал, что юмор - состояние, и я с ним согласен. А на одесситов, наверное, влияет солнце, море. Такого, как в Одессе, больше нигде не бывает. «Девушка, можно завтра с вами встретиться? » «Вы что, с ума сошли? Я замужем! Давайте сегодня! » Или. «Девушка, я вчера у вас покупал колбасу. Она стоила 5 гривен, а утром - уже 10». Она говорит: «Да вы не ложитесь! »
Как-то в одесской гостинице я обнаружил в ванной дохлую мышь. Звоню администратору: «У вас тут в ванной дохлая мышь! » Слышу, как она кому-то кричит: «Софа! Хватит их травить, одна уже дохлая! » И мне: «Пока ее не трогайте, пусть лежит! »
А знаете, как моя мама говорила? «Я тебе сейчас как дам, так ты у меня будешь иметь! » И где, кроме Одессы, вы еще такое услышите? "
Записная книжка Н. Миклухо-Маклая.
Первый раз отправляясь к деревне папуасов на Новой Гвинее, Миклухо-Маклай не взял с собой револьвер, чтобы не впасть в искушение использовать его в случае опасности. При учёном были только записная книжка и карандаш. Жители не обрадовались вторжению: женщины и дети попрятались, а вооружённые
В ответ на это Миклухо-Маклай разложил в тени циновку, улёгся на неё и благополучно уснул, рассудив, что "если уж суждено быть убитым, то всё равно, будет ли это стоя, сидя, удобно лёжа на циновке или даже во сне". Пробудившись через пару часов, путешественник увидел куда более умиротворённых туземцев, которые мирно сидели поодаль уже без оружия.
Проживая среди папуасов, Миклухо-Маклай "сменил" несколько местных имён. Сначала туземцы решили, что на их землю приплыл злой дух Бука: их испугали артиллерийские залпы, которые дал корабль в честь дня рождения генерал-адмирала.
Познакомившись с учёным поближе, местные жители стали называть его "тамо русс" — "русский человек". Позже переименовали его в "каарам тамо", что значило "человек с Луны". Случилось это после того, как появившийся у путешественника среди местных жителей друг Туй узнал о болезни его слуг. Туй предупредил: если Миклухо-Маклай останется один, туземцы его убьют, а дом разрушат. Чтобы избежать этого, учёный решил припугнуть папуасов, подтвердив свою репутацию сверхъестественного существа. Дождавшись проплывавших мимо рыбаков, он запустил в воздух фальшфейер, который туземцы приняли за "огонь с Луны".
Ещё через некоторое время Туй оказался на грани смерти из-за глубокой раны на голове — на него упало дерево. Миклухо-Маклай несколько дней старательно выхаживал друга, пока тот не оказался вне опасности. После этого путешественник получил имя "тамо билен", что означает "человек хороший"... Из сети
Из сети
«Лолита» еще не была готова, а Владимир Набоков уже понимал: роман получается провокационным и скандальным. В какой-то момент он даже подумывал уничтожить рукопись, но жена отговорила. Посещала мысль о псевдониме, благо опыт скрываться под чужой фамилией (Сирин) уже был. Но потом Набоков решил выступать с открытым забралом, правда, где именно
В итоге опубликовать «Лолиту» взялись в Париже, в «Олимпии-пресс». Сначала вроде бы ничего не случилось: мало ли что там выходит в издательстве, специализирующемся на пикантной литературе для взрослых? Но потом книга попала в Англию, и тут началось! В парламенте разгорелись жаркие дебаты о необходимости нового закона о цензуре, по запросу министра внутренних дел Великобритании парижский тираж «Лолиты» был арестован (а вместе с ним - и другие англоязычные книги этого издательства).
Набоков пытался оправдываться, говорил, что «Лолита» - «серьезная книга, написанная с серьезной целью», «рассказывающая о печальной судьбе ребенка: вполне обыкновенной маленькой девочки, захваченной отвратительным и бессердечным человеком».
Полемика перекинулась за океан, в американские газеты. На то, чтобы решить, можно ли познакомить «Лолиту» с читателями США ушло 3 года. И чтобы вы думали? Первое же американское издание, поступившее в продажу 65 лет назад, в августе 1958-го, разлетелось вмиг. Благодаря продаже прав на экранизацию, Набоков смог оставить работу в университете и переехать в Швейцарию, полностью посвятив себя любимому хобби – коллекционированию бабочек.
Гитарист британской рок-группы Queen Брайан Мэй привык использовать вместо гитарного медиатора шестипенсовую монетку. Он объяснял, что монета не только удобнее лежит в руке, но и позволяет добиться необычного скрежещущего звука, благодаря зазубренному краю. Выпуск шестипенсовиков прекратился в 1970 году, но в 1993 Королевский монетный двор Великобритании выпустил партию таких же монет специально для сольного гастрольного тура Брайана Мэя.
Константин Райкин вспоминал:
У меня в 19 лет был такой блокнотик, куда я вместе с телефонами девушек записывал их особенности. Ну, там были разные подробности о барышнях... Конечно мои родители этот блокнотик обнаружили и были несколько шокированы моей любвеобильностью. И вот что папа мне сказал: «У нас на лестнице парикмахер повесился. Знаешь, что он написал в предсмертной записке? «Всех не перебреешь». Сынок, моя аллегория ясна? »
«Всех не перебреешь». Сынок, моя аллегория ясна? »
Увидев свою дочку на обложке главного нацистского семейного журнала Sonne ins Hause («Солнце в доме») Полина Левинсон (Pauline Levinson) обомлела. Она купила журнал и с удивлением узнала, что ее дочь признана «Идеальным арийским ребенком», что конкурс для его идентификации организовало Министерство пропаганды, и что победительницу
Поскольку мама малышки точно фотографию не отправляла, она отправилась к единственному человеку, который мог это сделать. Ханс Баллин (Hans Ballin), известный берлинский фотограф не стал отпираться. Он был очень доволен своей шуткой. Узнав о поисках «идеального арийского ребенка», образ которого должен был использоваться в пропагандистских целях, он намеренно отправил на конкурс фотографию шестимесячной Хесси Левинсон, сделанную в его студии. Конечно, фотограф знал, что малышка – еврейка, поэтому хотел посмеяться над нацистской расовой теорией, которая, по мнению шутника, и выеденного яйца не стоит.
Но маме победительницы было совершенно не смешно. На дворе 1936 год, и уже действуют новые расовые законы, извращенно ограничивающие свободы евреев - от запрета на работу в государственных учреждениях и вступление в брак и интимные отношения с немцами до невозможности покупать и водить автомобиль, ездить на велосипеде, купаться в море и даже сидеть на парковых скамейках. Семья уже от этого пострадала. Яков Левинсон, талантливый оперный певец и отец «идеального арийского ребенка» был уволен из оперного театра и вынужден работать коммивояжером, чтобы прокормить семью.
Перепуганные родители, опасаясь, что Хесси узнают и ничем хорошим это не кончится, почти год не выходили с ней на улицу. А их дочь действительно была популярна. За журнальной обложкой последовали плакаты и открытки, и, понятно, что на отчисления от их продаж, еврейская семья не претендовала.
В 1938 году Яков Левинсон был арестован, и ему чудом удалось вырваться из тисков гестапо благодаря протекции друга, члена НСДАП. Не мешкая, семья уехала из Германии в Латвию, оттуда – во Францию, потом – на Кубу, и в 1949 году обосновалась в США.
И всегда Левинсоны возили с собой журнал, купленный мамой Полиной в Берлине, с «идеальным арийским ребенком» на обложке. Сейчас он хранится в мемориале Яд Вашем. А передала его в архив Хесси Тафт (Hessy Levinson Taft), ставшая профессором химии в университете NY.
Когда снимали в Тбилиси «Не горюй! », в перерыве между съемками Георгий Данелия решил навестить своего родственника Рамина Рамишвили (тот лежал с инфарктом, а съемки проходили недалеко от больницы). Позвал с собой Евгения Леонова ("Джентльмены Удачи", Винни-Пух):
- Рамин будет счастлив!
Врач завел гостей в палату. Рамин, когда увидел Леонова, расцвел. Даже порозовел. И соседи Рамина по палате расцвели. Смотрят на Женю и улыбаются.
Посидели в палате минут пять, стали прощаться. Тут врач попросил:
- Товарищ Леонов, пожалуйста, давайте зайдем в реанимацию. На минутку. Там очень тяжелые больные, пусть и они на вас посмотрят.
Зашли в реанимацию. Та же реакция. И тогда врач взмолился:
- Товарищ Леонов, давайте обойдем всех! Ведь сердце - это очень серьезно, а вы лучше любой терапии на них действуете!
Когда Данелия с Леоновым обошли все палаты и стали прощаться, врач сказал:
- А в женское отделение?
Делать нечего, обошли и женское отделение... Женя везде улыбался, шутил, - врач был прав, на больных Леонов действовал лучше любого лекарства.
Знаменитый актёр и драматург Пётр Андреевич Каратыгин прекрасно рисовал. Однажды, раздосадованный на своего собрата по Александринскому театру Василия Андреевича Рассказова, он изобразил актёра в виде рыбы с человеческой головой прямо на одной из декораций. Сердиться было на что - Рассказов по обыкновению многих творческих людей боролся с жизненными невзгодами с помощью стаканчика крепенького и так увлекался этой борьбой, что пропускал репетиции и опаздывал на спектакли. В подпитии Рассказов обводил окружающих мутным взглядом, забывал, что нужно делать на сцене, и на ругань не реагировал, за что его и прозвали "сигом". Таким "сигом" его и нарисовал Каратыгин. Все сразу узнали выпивоху, разумеется, кроме него самого.
- Что это? Рыба-пила? - спросил Рассказов Петра Андреевича в недоумении.
- Не знаю, что пила эта рыба, но что она сопьётся, это точно! - отвечал сердитый Каратыгин.
Пожалуйста, не показывайте детям Грету Тунберг, ведь она показывает другим детям дурной пример, как можно легко "откосить" от уроков - достаточно громко поорать "за экологию", заодно и бесплатно покатаешься по миру (пока другие сидят за партами).
А 48-50 лет назад мы из шкуры вон лезли, что-бы придумать "вескую" причину не идти в школу. Можно было попытаться симулировать простуду или другую болезнь. Но мой отец был врачом, гениальным диагностиком, потому знаете, сколько нервов мне стоило, пока я научился "болеть" (не раскрываю тайн по педагогическим соображениям).
Правда, я это делал всего пару раз в старших классах, на день-два, не наглел... да и учился хорошо...
А как Грете будет обидно через несколько лет: её одноклассники окончат вузы, получат хорошо оплачиваемые работы, а она так и останется ничего не знающей, не умеющей... пустым местом. Потом она подсядет на алкоголь, "дурь" и к 25-27 годам превратится в старуху или её похоронят, как "неизвестную, обнаруженную на улице ХХХХХХ".
Судя по-всему, у неё нет родителей/друзей, которые могли-бы ей всё это разъяснить, а соответствующие службы, опекающие детей и их права, явно не желают связываться с "экоактивистской"...
Зиновий Гердт жил на даче рядом с Александром Твардовским. Часто устраивали литературные дуэли - кто больше стихов знает наизусть!
Твардовский шпарил целыми поэмами, всегда побеждал.
Но речь о другом. Как-то зимой он подвозил Гердта в Москву на своей черной "Волге".
И вот они выезжают на трассу и видят, как от автобусной остановки отъезжает автобус, а за ним с двумя огромными бидонами бежит тетка. Автобус, разумеется, не останавливается. Тетка с досадой грохает бидоны на дорогу и пуховым платком вытирает пот со лба.
- Останови, - командует водителю Твардовский, распахивает дверь черной "Волги" и командным голосом тетке, - Садитесь!
- Это я детям везу, - жалко запричитала тетка.
- Садитесь, - повторил Твардовский.
Тетка подхватила бидоны и вдруг рысью помчалась прочь...
- Вы б ей еще красную корочку показали, - сказал язвительно Гердт.
Дальше ехали молча.
- Да. .. Буду печатать Исаича, - уже перед самой Москвой проговорил Твардовский.
Жила в английском поместье семья. Бедно жили, хотя понятие бедность очень относительное. У них был большой дом, своя земля, прислуга, но старые платья, протекающая крыша и одно и то же блюдо на обед каждый день. Вот такая бедность.
Жена рожала детей одного за другим: сына — наследника бедного поместья — и кучу дочерей. Рожала-рожала
Дети подрастали и было решено отправить четырех старших девочек в пансион, чтобы расширить домашнее образование. И пансион этот был тоже бедным. Бедность — понятие относительное. В то время бедный пансион не отапливался, девочек держали впроголодь, и в итоге две сестры умерли. От туберкулеза. Или от кори. Ну про медицину я уже рассказывала. Вот такой был бедный пансион.
Остальных вернули домой и больше никуда не отпускали. Пусть получают домашнее образование, но останутся живыми. Так и жили: престарелый отец, выпивающий сын-наследник и три сестры.
И если сыну-наследнику было, чем заняться (пить — сложное занятие, между прочим, сложное и захватывающее), то девочки не знали, куда себя приложить. Маялись-маялись, да и засели писать романы.
Про бедные английские поместья, где растут рододендроны.
Про вересковые пустоши, где гуляют ветра.
Про чопорные пансионы, где готовят будущих гувернанток.
Про леди, любящих страстно, но умирающих рано, обычно родами, но иногда чахоткой.
И про мужчин, что пьют запоями, но вообще хорошие. И тоже пишут романы.
Под своими именами публиковаться женщинам в то время было нельзя, поэтому все три взяли фамилию Белл, приписали к ней разные мужские имена и отправили в редакцию.
Все три романа увидели свет. И стали прорывом в английской литературе. Критики их ругали, а люди читали. Скупали из книжных лавок и требовали новых тиражей. Строили домыслы, кто эти Беллы и не один ли это человек.
Девушки недолго и неудачно попробовали себя в роли гувернанток, а потом вернулись домой и всю оставшуюся жизнь так и прожили в бедном поместье.
Похоронили спившегося брата. Ухаживали за слепым отцом. Боялись выезжать дальше деревни. Болели и умирали. Еле-еле доживая до 30 лет.
Только одна, последняя, дожила до 38. Успела даже выйти замуж, уехать из поместья, узнать о том, что ее роман стал популярен, забеременеть и вскоре тоже умереть. Родить она не успела. Род прервался.
Это были сестры Бронте.
Эмили Бронте, написавшая «Грозовой перевал».
Энн Бронте, написавшая «Агнес Грейс».
И Шарлотта Бронте, написавшая «Джейн Эйр».
Сейчас это классика английской литературы. По этим произведениям снимают фильмы и ставят спектакли. Воссоздают быт того времени и копируют стиль.
А я всё думаю, какие трагические судьбы целого рода. Какая богатая на таланты и бедная в своих несчастьях семья. А бедность да, понятие относительное.
А бедность да, понятие относительное.
13 сентября 1965 года легендарные The Beatles выпустили сингл своей знаменитой песни «Yesterday», которая вошла в альбом «Help! ». Лирическая композиция о вчерашнем дне стала классикой, а каверы на нее записываются чаще, чем на любую другую песню.
Мелодия, которой было суждено стать легендой, пришла в голову Полу Маккартни однажды с утра: он проснулся, сел за фортепиано и начал играть. Музыкант опасался, что песня может оказаться плагиатом и в течение месяца обращался к разным экспертам, чтобы удостовериться, что ниоткуда ее не позаимствовал.
Пол говорил: «Помню, я считал, что людям нравятся грустные мелодии, что в одиночестве им становится немного печально, они ставят пластинку и вздыхают. С этими мыслями я и написал первый куплет, все слова встали на свои места, и песня получилась»
Людмила Поргина рассказывает.
«Когда мы с Караченцовым познакомились, я второй раз была замужем, а Коля ни разу не был женат.
Но когда впервые увидела Колю на сцене, подумала: «Или этот мужчина станет моим мужем, или я наложу на себя руки! » Увидев его, я подумала: «Я его искала! » А какая у него фигура была! Красавец, атлет! Он некрасив, может быть, лицом был, но весь - сияние, движение, радость, солнце. Поэтому у меня эти 45 лет промчались как один день. С Колей никогда не было скучно. Я в жизни никогда грубого слова от него не слышала - ни крика, ни вопля. Только: любимая, дорогая, солнце мое, девонька. И последние слова, он уже выдыхал, сказать уже не мог: обожаемая.
Коля сделал мне предложение. Но я была замужем. Коля сказал: «Разводись, и сразу пойдем в загс». Я развелась буквально через неделю. Но потом два года ждала официального предложения от Коли. Я ему как-то сказала: «Колечка, я сделала все так быстро, а ты никак не можешь решиться». Он говорит: «Мы так хорошо живем. Зачем нам загс? » «Каждая женщина хочет, чтобы ее назвали супругой, женой любимой», - объяснила я ему.
У меня было еще два варианта: один жених - немец, другой - француз. Я говорю: «Коля, если ты отказываешься, я рассмотрю другие предложения... » Хотя, конечно, мне никто не нужен был, кроме него. В этот же день мы с Колей поехали и подали заявление в загс. Мужчин надо иногда подгонять, как-то подводить к решению».
"... Однажды он (Вадим Спиридонов - прим. ) опоздал на озвучание. А он в этом плане был очень аккуратный человек. А тут ждём его, ждём. Нет его. Всю картину был аккуратен, а тут не идёт.
Когда он пришел, я говорю: "Ну что ты, Вадик, с тебя брали пример. Я на тебя всегда ссылался. А тут сидим, уже час целый тебя ждем".
– Валерий Иванович, вы знаете, что произошло? Я еду в такси. Таксист на меня смотрит, смотрит. Потом вдруг останавливает машину и говорит: "За что ты сволочь, Ваньку-то в тюрьму посадил? А ну, сволочь, вылезай из машины. Не повезу"... – Валерий Усков, режиссёра фильма "Вечный зов".
– Валерий Усков, режиссёра фильма "Вечный зов".
