Жена заслуженного морского офицера, адмирала Степана Лесовского – Елизавета Вестман – после смерти супруга получала за его заслуги пенсию от государства.
И вот однажды вдова Лесовского решила снова выйти замуж.
Ну что же, вполне нормальное женское желание.
Если бы только не одно меркантильное стремление – Елизавета, вступая в повторный брак, очень хотела сохранить приличную пенсию своего героического бывшего супруга. Она написала прошение на высочайшее имя о сохранении ей пенсии в надежде, что монарх и Россия «не забыли службу её мужа, адмирала Лесовского».
Но резолюция императора Александра III гласила: «Ни я, ни Россия не забыли службу почтеннейшего Степана Степановича, а вот вдова его забыла. Отказать».
Дело было в 30-е годы прошлого столетия. У легендарных теноров московского Большого театра Лемешева и Козловского были фанатки - "лемешистки" и "козловистки". Кто-то придумал собирательное прозвище "сырихи", потому что кучковались они у магазина "Сыр" на улице Горького (сейчас Тверская). Настойчивые, но тихие.
Они не пропускали ни одного концерта, ни одного спектакля, поджидая кумиров на улице, у дома или возле гримерки.
Величайшим счастьем считалась возможность заплатить 200 рублей деду-гардеробщику, который выносил калоши кумира — в них можно было постоять!
Однажды Козловский на глазах своих фанаток в этом магазине купил 200 грамм рокфора. Фанатки немедленно скупили весь оставшийся рокфор. Директор магазина едва не полез в петлю, потому что ему подняли "план по рокфору" раз в десять.
Как правильно пользоваться телефоном
Утром 26 августа 2026 года в районе массива Лирунг, у границы Непала с Китаем, произошел обвал ледника и горных пород, вызвавших катастрофическое наводнение на реке Тришули.
Множество очевидцев, находясь на безопасной возвышенности, снимали это смертоносное природное явление на камеры своих смартфонов. Но был один который, не снимал. Он позвонил своему знакомому - директору непальской средней школы, находящейся вниз по течению реки и сообщил о приближающейся катастрофе.
Далее директор школы Раджендра Давади и его коллеги начали действовать как заправские спецназовцы – в школе была объявлена тревога и учителя, буквально за три минуты, вывели учеников из классов и повели в горы, а директор Давади обзвонил водителей всех школьных автобусов и приказал им немедленно разворачиваться и увозить детей на возвышенности.
С момента звонка директору школы и до прихода разрушительной девятиметровой волны прошло всего 12 минут, но не один ученик не пострадал. Было эвакуировано 1643 ребенка.
В непальских соцсетях Раджендра Давади уже назвали "человеком, который спас целое поколение непальцев".
Шестой американский президент, Джон Куинси Адамс (1825-1829), людей совершенно не боялся. Настолько, что регулярно купался нагишом в реке Потомак, на берегах которой стоит столица США. Правда, предпочитал делать это в одиночестве, ранним утром, но привычка Адамса не была секретом для его соотечественников.
Ею, например, воспользовалась журналистка Энн Ройал: она подкараулила президента, дождалась, когда он разделся и погрузился в воду, а затем уселась на его одежду и заявила, что уйдёт только в том случае, если Адамс согласится на интервью. И добилась своего! Опубликованная беседа стала первым в истории интервью, данным президентом США женщине-журналистке.
В 1984 году американец Брюс МакКэндлесс вышел в открытый космос из корабля "Челленджер". И с помощью ранца на жидком азоте он сумел улететь в открытый космос на расстояние 97 метров от корабля. Этот момент запечатлён на фото. Брюс совершал этот трюк без какой-либо страховки.
Если бы ранец вышел из строя, у него не было бы ни единого технического способа вернуться обратно на корабль.
НАДО БЫ ЧЕГО-НИБУДЬ ПОПРОЩЕ...
Когда Эльдар Рязанов пригласил Микаэла Таривердиева писать музыку к "Иронии судьбы", он поставил задачу: нужно шесть-семь песен, которые все сразу запомнят. Таривердиев сел за рояль и за короткое время принёс целых двенадцать.
Рязанов отобрал из них восемь.
Но когда чиновники Гостелерадио услышали, что в новогодней комедии будут звучать романсы на стихи Цветаевой, Ахмадулиной, Пастернака и Евтушенко, они возмутились:
- Да вы что, развели тут консерваторию!
Им хотелось чего-то простого, "для застолья". Но Рязанов стоял насмерть:
- Мне нужна не просто комедия, а лирическая история.
В итоге, песни оставили, и они стали культовыми. А фразу "развели тут консерваторию" в киношных кругах до сих пор вспоминают, когда кто-то делает слишком "сложно" для массового зрителя.
100 лет Леониду Гайдаю
«Талант — это искра Божья. Не хочется говорить банальности, но талант всегда штучен. Гайдай, вне всякого сомнения, был отмечен Богом. Природа его таланта - это доброта, любовь, уважение к людям и, конечно, уникальное чувство юмора. Леонид Иович видел смешное там, где большинство из нас его не замечают. В жизни не каждый
Режиссёр Савва Кулиш
В это может быть и сложно поверить, но отцом советской кинокомедии стал настоящий фронтовой разведчик. Леонид Иович Гайдай проходил воинскую службу сначала в Монголии, а затем на Калининском фронте. Неоднократно участвовал в боевых операциях по захвату вражеских «языков». В 1943 году, будучи сержантом разведроты, Гайдай подорвался на противопехотной мине и получил тяжёлое ранение ноги. Он перенёс пять операций, но мастерство хирургов и собственная сила воли позволила будущему культовому режиссёру и актёру сохранить ногу: «Одноногих актёров не бывает», – с присущим ему чувством юмора говорил Гайдай фронтовым докторам. В 1944 году, после лечения в госпитале, Леонид Иович был комиссован. Гайдай вспоминает, как к ним в Монголию приехал военный комиссар для набора в действующую армию:
– Кто в артиллерию?
– Я!
– В кавалерию?
– Во флот?
– Да подождите вы, Гайдай, дайте огласить весь список!
Впоследствии этот эпизод режиссёр воспроизвёл в знаменитой картине «Операция «Ы! » и другие приключения Шурика». За свою жизнь Народный артист был награждён многочисленными наградами, среди которых Орден Отечественной войны I степени и медаль «За боевые заслуги». .
1946 год. Послевоенный Париж. Встреча русских эмигрантов "первой волны" - Адамович, Бунин, Тэффи.
Среди собравшихся и советский писатель Константин Симонов, приехавший во Францию с непростой миссией уговорить упрямого Нобелевского лауреата Ивана Бунина вернуться на родину.
Предпосылки на успех уговоров были. Бунин
Сам Симонов вспоминал: "Я понаслышке уже знал про абсолютно безукоризненное поведение Бунина в годы немецкой оккупации, слышал, что он категорически отказался хотя бы палец о палец ударить для немцев. Я относился к Бунину как к очень хорошему. Словом, мне хотелось, чтобы Бунин вернулся домой".
Но Иван Алексеевич все же отказался. "Поздно, поздно… Я уже стар, и друзей никого в живых не осталось. Из близких друзей остался один Телешов, да и тот, боюсь, как бы не помер, пока приеду. Боюсь почувствовать себя в пустоте. А заводить новых друзей в этом возрасте поздно. Лучше уж я буду думать обо всех вас, о России – издалека", - попытался вежливо аргументировать свой отказ Бунин.
В воспоминаниях присутствовавшего на этой встрече Георгия Адамовича находим эпизод, который проливает свет на иные причины отказа Бунина вернуться домой:
"В начале обеда атмосфера была напряженная. Бунин как будто "закусил удила", что с ним бывало нередко, порой без всяких причин. Он притворился простачком, несмышленышем и стал задавать Симонову малоуместные вопросы, на которые тот отвечал коротко, отрывисто, по-военному: "Не могу знать".
— Константин Михайлович, скажите, пожалуйста... вот был такой писатель, Бабель... кое-что я его читал, человек бесспорно талантливый... отчего о нем давно ничего не слышно? Где он теперь?
— Не могу знать.
— А еще другой писатель, Пильняк... ну, этот мне совсем не нравился, но ведь имя тоже известное, а теперь его нигде не видно... Что с ним? Может быть, болен?
— Или Мейерхольд... Гремел, гремел, даже, кажется, "Гамлета" перевернул наизнанку... а теперь о нем никто и не вспоминает... Отчего?
Длилось это несколько минут. Бунин перебирал одно за другим имена людей, трагическая судьба которых была всем известна. Симонов сидел бледный, наклонив голову... "
Элизабет Хедли, первая жена Хемингуэя, везла показать издателю рукописи мужа. Она на минутку отлучилась из купе поезда. Пока её не было, портфель с рукописями исчез.
А выходила она, чтобы купить что-нибудь почитать в дороге. Говорят, Хемингуэй очень злился даже тридцать лет спустя.
Говорят, Хемингуэй очень злился даже тридцать лет спустя.
Сестра принцессы Дианы могла стать женой принца Чарльза, но испортила все одним интервью.
Диана, возможно, и завоевала миллионы сердец поклонников по всему миру, но своим статусом принцессы, как ни странно, она во многом обязана своей сестре Саре. Речь о Саре Спенсер, имевшей большие шансы быть на месте Дианы. Если бы не маленькая
Как все начиналось и закончилось между Чарльзом и Сарой.
Граф Джон Спенсер мечтал, что одна из его дочерей станет женой принца Чарльза. Сперва он делал ставку на очаровательную старшенькую дочь по имени Сара. Девушка была не только хороша собой и с приятными манерами, но и обладала легким характером, который сперва привлек принца, а после стал поводом для разрыва.
Смешливая и яркая Сара играючи находила общий язык со всеми окружающими. Чарльзу с ней было весело и он получал удовольствие от непринужденного общения. И все потихоньку шло к свадьбе, пока в дело не вмешался роковой случай. В тот самый момент, когда пресса уже пророчила их скорую свадьбу, все испортила одна фраза Сары, сказанная репортеру в конце 1970-х.
«Мне все равно, за кого выходить замуж, за мусорщика или за принца, – заявила предполагаемая невеста будущего короля. – Лишь бы между нами была любовь».
Разумеется, Сара всего лишь хотела сказать, что по-настоящему влюблена в сына Елизаветы II, а не встречалась с ним из-за его статуса. Но нивелирование различий между «принцем» и «мусорщиком» в ее фразе обидело не только Чарльза, но и всю семью Виндзоров. «Вы только что сделали нечто невообразимо глупое», – публично обратился к Саре принц Чарльз, тем самым поставив жирную точку в их отношениях.
Хотя, возможно, дело не только в сравнении принца с мусорщиком, но в том, что девушка поделилась с другими изданиями исповедью о своей борьбе с анорексией, о популярности среди мужчин и о других нюансах насыщенной девичьей жизни до Чарльза. Королевская семья не приняла таких душевных откровений.
В отношениях между Сарой и Чарльзом была поставлена жирная точка, и принц обратил свое внимание на младшую сестру Сары — Диану, которую отец планировал отдать в жены принцу Эндрю.
В 1980 году Сара выходит замуж за колоритного Нила Эдмонда Маккоркодейла. Брак оказался очень крепким и удачным. Сара родила троих детишек и до сих пор живет счастливо с мужем.
Сейчас у нее уже есть внуки. Она проживает в деревне Сток-Рочфорд, относящейся к графству Линкольншир. Любимые занятия женщины — охота и благотворительность.
Так что, очень даже верна поговорка, гласящая, что не было бы счастья, да несчастье помогло.
Поступает Соловьев к Ромму, ну первый тур, второй, а на третьем всем дали задание написать по рассказу на заданную тему, про лошадь, что ли. Все написали, ну, кому тройку поставили, кому четверку, а Соловьеву — двойку. Читали помощники, само собой, они же Ромму все результаты и докладывают. Ну и в качестве ridicule говорят — представляете, мол, кто лучше, кто хуже написал, а этот ну просто взял и внаглую рассказ Чехова перекатал. Ромм хмыкает, говорит, а какой? Да не помним, как он называется, про лошадь-то. Ромм настаивает: ну хоть из какого тома собрания? Помощники мнутся, Ромм отравляет их в библиотеку, те возвращаются ни с чем. Вы ох[рен]ели, орет Ромм, человек написал рассказ, который несколько взрослых человек спутали с Чеховым, а вы его не взяли? Догнать, вернуть!
Биограф Эйнштейна обратил внимание на то, что ранее мало кому приходило в голову. А именно: был ли Эйнштейн богатым человеком? Если да, то какова судьба его денег?
Т. е. всем известно, что в начале жизни Эйнштейн был очень беден, буквально голодал. Но потом?
Пришлось покопаться в биографии великого человека. Оказалось, что
А нигде. Миллионером он был формально. У него не было бухгалтера ответственного за личные финансы. Контракты за выступления, лекции, фильмы, книги и т. п. Эйнштейн подписывал небрежно, не обращая внимание на размер гонораров. (Многие организаторы выступлений этим беззастенчиво пользовались: с одной стороны получали максимум, Эйнштейну перечисляли минимум, разницу - себе).
Много денег Эйнштейн, будучи восточным человеком, просто отдавал родне. Которой он был всегда предан. Оплачивал учебу талантливым студентам. Мог свою месячную зарплату принстонского профессора отдать лаборантке кафедры. Был абсолютно равнодушен к одежде, украшениям и другим внешним признакам успеха. В 1932 году купил плащ и носил его до дыр до самой смерти в 1955 году. И т. д.
Альберт Германович вообще не интересовался деньгами. Он жил в другом мире, в другой вселенной, в Четвертом измерении. Деньги должны были обеспечивать ему только уединение в принстонском домике, книги, тишину и скрипку. Этого ему было вполне достаточно.
Из всех дорогих покупок у него была только парусная речная яхта. Но и ту нацисты "ариизировали". Очень непрактичный был человек.
Очень непрактичный был человек.
Cогласно контракту, заключенному между Александром Дюма и директором парижского театра-варьете, последний обязывался выплачивать писателю сверх гонорара по тысяче франков всякий раз, когда его пьеса после двадцатого представления давала больше 60 тыс. франков сбора.
Поскольку пьесы пользовались большим успехом и условия контракта явно выполнялись, Дюма как-то раз зашел после первого акта двадцать пятого представления за своими деньгами. Но директор, увиливая от уплаты, заявил, что выручка не достигла оговоренной суммы. Для пущей убедительности он даже назвал первую, пришедшую ему на ум цифру: 59 997 франков. Дюма молча вышел и вернувшись через несколько минут, сказал, протягивая директору только что купленный входной билет:
— За него я выложил пять франков. Надеюсь, теперь, когда выручка составила 60 002 франка, вы не станете утверждать, что условия контракта не выполнены.
Пальмиро Тольятти был генеральным секретарем итальянской коммунистической партии. Вместе с Антонио Грамши он в 1920-х организовывал рабочие забастовки на заводе Fiat. В 1930 году Тольятти принял советское гражданство, а потом и поселился в Москве. Участвовал в «разоблачениях» и репрессиях против итальянских
В 1964 году Тольятти находился на отдыхе и лечении в Крыму. Во время посещения детского лагеря «Артек» он потерял сознание и скоропостижно скончался. Гроб с телом Тольятти в Италию сопровождала советская партийная делегация во главе с Брежневым. Через два месяца Леонид Ильич уже сместит Хрущева и займет его место.
Скоропостижная кончина Тольятти вызвала массу кривотолков, перед итальянскими коммунистами поучилось неудобно и всего через два месяца Президиум Верховного Совета РСФСР постановил: Переименовать город Ставрополь Куйбышевской области в город Тольятти. Есть какая-то ирония судьбы в том, что именем человека, который разваливал производство автомобилей в Италии назвали город, в котором начали производить машины по итальянской лицензии.
Пальмиро Тольятти был похоронен при огромном скоплении народа. Итальянский художник Ренато Гуттузо создал по этому поводу масштабное полотно, где можно разглядеть Анжелу Дэвис, Хо Ши Мина, Долорес Ибаррури, Розу Люксембург, Лукино Висконти, Сальваторе Квазимодо, Жан-Поля Сартра, Сталина и сразу ПЯТЬ Ленинов. Хрущева на картине нет.
Пылкий и неутомимый Евтушенко писал тогда:
«Ну, а фашистской суке Муссолини
Мы городом Тольятти насолили».
Как в 1964 году можно было насолить Муссолини, расстрелянному в 1945 году не очень понятно, но поэты выше таких мелочей.
А теперь про «Жигули». К началу 1960-х автомобилей в СССР катастрофически не хватало. Хрущев, а затем Брежнев поставили задачу создать массовый народный автомобиль — дешевый и надежный. Своих мощностей и технологий для такого рывка не хватало, поэтому решили купить готовое решение «под ключ».
Советская сторона вела переговоры сразу с несколькими западными концернами — Volkswagen, Renault, Ford, Peugeot и Fiat. Каждый предлагал свою модель и условия строительства завода. Главным конкурентом считался Renault с переднеприводным хэтчбеком Renault 16 — «Автомобилем 1966 года» в Европе. Технически он был прогрессивнее, чем Fiat 124, но именно это сыграло против него.
Fiat 124 был классической, хорошо понятной конструкцией: задний привод, простой двигатель, ничего лишнего. Советские инженеры и рабочие могли освоить его производство и ремонт без долгой переподготовки. Передний привод Renault 16 казался Москве слишком сложным для советской реальности — и для производства, и для обслуживания.
Но главным аргументом оказался не экономический, а политический. Итальянская компартия была крупнейшей компартией Западной Европы, и советско-итальянские отношения были значительно теплее, чем с Францией, Германией или тем более США. Вернувший после похорон Тольятти из Италии Брежнев сказал: «итальянцы нам ближе».
4 мая 1966 года в Турине был подписан протокол о сотрудничестве, а 15 августа 1966 года в Москве — генеральный договор. Fiat обязался построить завод мощностью 660 000 автомобилей в год в городе Тольятти. Ах, какое совпадение! Это же символ.
Справедливости ради надо добавить, что советские инженеры внесли более 800 изменений в конструкцию Fiat –усилили кузов, подняли дорожный просвет, доработали двигатель, усилили стартер, улучшили уплотнения и защиту от коррозии в зимнем климате.
p. s.
Добавлю, что первая модель «Жигулей», выпущенная в 1970 году, стоила около 5 600 рублей. При средней зарплате в 120 рублей на покупку машины советскому гражданину нужно было откладывать все заработанные деньги почти четыре года. Итальянец при проклятом Муссолини мог купить себе «народный автомобиль» за полтора года.
Воспоминания…
«Сколько себя помню, всегда хотел учиться в Щукинском театральном училище. Тогда «Щука» гремела, ой-ой-ой! Курс набирал Катин-Ярцев, был такой великий артист у нас. Помните детское кино про Буратино? Вот он играл Джузеппе. Он везде играл: в «Семнадцати мгновениях весны», в «Следствие ведут знатоки». Он был очень известный актер. И очень хороший педагог. Из его рук вышли Андрей Миронов, Наташа Гундарева, Юра Богатырев – все хотели к нему. И я хотел.
Пришел я, значит, на прослушивание в «Щуку». И Виктор Карлович Монюков, который сидел там на экзаменах, вдруг мне говорит: «Никуда больше не ходи, я беру тебя в МХАТ, мы с Катин-Ярцевым обо всем уже договорились». И я подумал-подумал и решил – ну, так тому и быть. Останусь-ка я здесь. У Монюкова, кстати, тоже немало было видных учеников: Олег Борисов, Лев Дуров, Николай Караченцов, Марина Голуб… Вот такой междусобойчик произошел. Хотя Москва мне тогда ужасно не понравилась. Я так любил Ташкент. Солнце, дыни, виноград…». Игорь Золотовицкий
Игорь Золотовицкий
