Незавидна участь актёра, которому не удалось добиться успеха: незнакомцы при встрече спрашивают его, кто он по профессии, режиссёры им пренебрегают, жена ругает за безденежье. Как тут не обратиться к главному на Руси утешительному средству? Прибегал к горькой и актёр Василий Васильевич Измайлов, выступавший на сцене Александринского
Один из друзей решил Измайлову помочь и устроил его в Царскосельский клуб играть в какой-то драме. И чтобы актёр не запил, строго-настрого приказал буфетчику клуба водки ему не наливать, а для надёжности присочинил, мол, Измайлов во хмелю буянит.
Василий Васильевич об этом услышал, зашёл в буфет и заговорил душевно с буфетчиком:
- Знаешь, есть у нас актёришка Измайлов, так вот ему водки давать нельзя!
- Да меня уж предупредили, - отозвался буфетчик.
- Этот Измайлов, мало того, что пьянчуга, ещё и буян! - продолжал Василий Васильевич, входя в роль. - Налей-ка мне, голубчик, рюмочку.
- Не извольте беспокоиться, - отвечал буфетчик, подавая Измайлову рюмку и закуску.
- Однажды пьяный Измайлов стёкла начал бить, нет, ему пить нельзя! Никак нельзя! . . Ещё рюмочку, пожалуйста!
Буфетчик поддакивает и наливает ещё.
- Если Измайлов напьётся, так и спектакль не состоится! Он же пьяный играть не сможет! А теперь, налей, братец, в стаканчик!
Так в приятной беседе Василий Васильевич выпил ещё пару стаканов водки, а потом вдруг как закричит на буфетчика:
- Ты что наделал?! Ты спектакль сорвал! Ведь Измайлов - это я!
Бедный буфетчик от неожиданности чуть графин с водкой не уронил. Вот ведь как получилось: лучше всего сыграл Измайлов в буфете! И как убедительно!
После премьеры первой оперы Сергея Рахманинова «Алеко», к молодому двадцатилетнему автору, впервые выступившему в Большом театре со своим произведением, подошел Пётр Ильич Чайковский и смущённо спросил: — Я только что закончил двухактную оперу «Иоланта», которая недостаточно, чтобы занять целый вечер. Вы не будете возражать, если она будет исполняться вместе с вашей оперой?
Потрясённый и счастливый Рахманинов не смог ответить и молчал, будто воды в рот набрал.
— Но если вы против... — начал Чайковский, не зная, как истолковать молчание молодого композитора.
— Он просто потерял дар речи, Пётр Ильич, — подсказал кто-то из окружающих.
И Рахманинов в подтверждение слов о потери дара речи усиленно закивал головой.
— Но я так и не понял, — засмеялся Чайковский, — против вы или нет. Если не можете говорить, то хоть подмигните...
Рахманинов так и сделал. Подмигнул. Для убедительности несколько раз подмигнул.
Как-то, при посещении Нью-Йорка, американский писатель Марк Твен был приглашён за город на званый ужин к одному из приятелей. Выпили, поели, ещё выпили, а потом в сигарной комнате начались разговоры о политике, которые пожилого писателя раздражали так же, как мокрые ноги, чечевичная похлёбка и дураки. В общем, Твен покинул
Похлопав себя по карману пиджака, Твен с тоской понял, что где-то посеял своё портмоне, а это означало, что откупиться от преступников не получится, и одежда - единственное его состояние на тот момент.
Как же удивились головорезы, когда вместо того, чтобы испугаться, закричать, молить о пощаде на коленях, бойкий старичок стал в боксёрскую стойку и бодро заявил:
- Предупреждаю сразу, господа, что я буду сопротивляться. Как могу, как умею. Кошелёк я где-то посеял, а мои вещи вам придётся снимать с холодного тела, ибо я не представляю и даже представлять не хочу, чтобы появиться на публике в позорном виде.
Что произошло дальше? Впечатлённые услышанным, преступники усадили писателя в свою повозку и довезли до станции, оплатив билет на поезд до города.
Позднее Марк Твен рассказал эту удивительную историю Майку Буну - одному из своих приятелей и издателей. И тот, в изумлении (сам побывал на месте товарища, но закончилось всё ударом по голове и прогулкой в неглиже до дома) взглянув на писателя, покачал головой и произнёс:
- Мистер Твен, наверное, вы - единственный человек, который, будучи жертвой грабителей, не только не пострадал от них, но даже получил от них помощь.
- Они просто не выдержали моего дьявольского обаяния, - отшутился в ответ писатель.
13 сентября 1917 года в Одессе на сельскохозяйственной выставке общественности была представлена абсолютно лысая курица. Представитель местного научного сообщества, седой профессор по фамилии Багиров рассказал собравшимся о революции в области птицеводства. Мол, теперь повару даже не нужно ощипывать птицу. Фирма «Идеальная курица»
Седым профессором Багировым на самом деле был 17-летний одессит Осип Шор. После этой аферы он предложил местному раввину Берштейну продавать места в раю. На стене синагоги даже повесили схему рая с прейскурантом. На взносы желающих раввин отреставрировал синагогу и собственный дом...
Особого внимания заслуживает 10-ти месячное путешествие Осипа из Петербурга в Одессу без гроша в кармане. Чтобы заработать он выдавал себя за гроссмейстера, художника, пожарного. Кроме того, Осип женился на тучной даме, которая держала лавку. Так и перезимовал... Отдельный этап жизни Шора работа в одесском уголовном розыске. Там он стал ведущим оперуполномоченным по борьбе с бандитизмом и противостоял группировке самого Мишки Япончика.
Через какое-то время Осип переехал в Москву и там поведал о своей жизни писателю Валентину Катаеву. Тот и предложил малоизвестным журналистам Ильфу и Петрову написать о Шоре книгу. Вот так и родился Остап Бендер...
БДИТЕЛЬНЫЙ ПРОВОДНИК
В тридцатые годы Эраст Гарин ехал с группой артистов в Ленинград. По пути, собравшись в купе, они читали вслух пьесу Николая Эрдмана "Мандат".
Рано утром, едва поезд прибыл в город на Неве, в купе вошли люди в штатском и арестовали Гарина. Дело в том, что проводник, проходя мимо, прислушался, и какие-то реплики показались ему подозрительными. Он сообщил бригадиру поезда, что в его вагоне едут антисоветчики, а тот связался с представителями органов.
Артиста доставили в тюрьму и допрашивали двое суток. Причём один из следователей очень внимательно прочитал пьесу и наставил уйму вопросительных и восклицательных знаков. Но, в конце концов, Гарина отпустили.
А через некоторое время состоялась премьера этой злополучной пьесы. После спектакля к Гарину подошел тот самый следователь и поздравил с успехом.
- А куски, которые я отмечал, вы всё-таки не вычеркнули, - сказал следователь. - Правильно сделали, молодцы! . . Я, к слову сказать, из органов уволился, так что теперь могу свободнее говорить... Правильно сделали!
Нафиг Чебурашку. Сегодня мы, дорогие друзья, будем вычислять нацию Алладина!
Вы мне сейчас ответите, что араб он, ну перс в крайнем случае, и интересного расследования у меня не выйдет сто пудов. Однако же, не все так однозначно, сказала бы дочь офицера. Самое раннее упоминание об Алладине мы находим, внезапно, не в арабском
Не углубляясь в текст и не включая Шерлока, мы, тут же, с первой страницы данного шедевра, обнаруживаем, что Алладин был бродягой и аферистом… в одном из городов древнего Китая, завербованный и увезенный морем дальше по Халифату большим магом и чмарадеем. (Запомните этот момент). Выходит, Алладин наш любитель пуэра и вонтонов? Ну нет. Арабское имя с головой выдает, что он не китаец по этносу. Давайте разберемся, кто же жил у нас в древнем Китае из мусульман.
А жили в те годы в империи уйгуры и казахи. Так что же, Алладин закусывал конину баурсаком в свободное от кувырканий с Жасмин время? Как бы не так! Чтобы сказка сложилась, уплыть он должен по морю, а в тех краях сухо как у проститутки после 5 клиента.
Что же делать? Неужели тупик? Еще чего! Заседание продолжается, и командовать парадом будет Вики! Русские китаисты знаниями с нами не поделились, зато в английской версии легко найдется регион Zhongyuan. Красивый южный уголок, с выходом к морю. И как раз населенный малым китайским народом мусульманской веры!
И звучит гордое имя этого народа, согласно Вики, как… готовы? hui people!
Такие вот дела. Ждал я от своих изысканий чего угодно, да вот только не такого. Алладин наш был по нации х[рен], и из песни слова не выкинешь. Ни се-се себе какая нихао получается!
А вы говорите, Чебурашка, апельсины… Жду обсуждения животрепещущего вопроса в гос. думе. Интересно, в какие же парламентские выражения это облекут наши обмудсмены?
Помните знаменитую сцену встречи Штирлица с женой, из фильма "17 мгновений весны"?
Мало кто знает, но в первоначальном варианте жена Владимирова-Исаева приходила на встречу с мужем… с их маленьким сыном. Но Лиознова этот вариант забраковала, посчитав, что мальчик будет только мешать — Штирлиц наверняка будет «пожирать» глазами ребёнка, а не жену. Элеонора Шашкова блестяще сыграла роль жены. Она вспоминала:
"… На площадке выясняется, что моя роль без слов! А надо играть любовь! «Куда смотреть? » — спрашиваю . — «В камеру». — «Не умею я на железку смотреть с любовью»…
Вдруг открывается дверь, входит Тихонов и говорит: «Я же должен знать, с кем завтра играть». Сел рядом с камерой. Если бы не глаза в глаза — ничего бы не получилось! На этих двухстах метрах плёнки я прожила с ним целую жизнь: любила, прощалась, ждала, надеялась и верила…
Меня всё время спрашивали: «Вы, наверное, были влюблены в Тихонова? Ведь так сыграть невозможно! » Но я же актриса! Люблю партнёра на съёмочной площадке до умопомрачения, умереть могу за любовь…
Эти два дня я любила Тихонова до самозабвения…
Я любила его. Целых два дня…" Они оба совершенно гениально ПРОМОЛЧАЛИ эту сцену ...
Они оба совершенно гениально ПРОМОЛЧАЛИ эту сцену ...
Знаете, Иван Андреевич Крылов сочинил свою басню "Квартет" совсем не для того, чтобы ленивый ученик 4-го класса наконец-то осознал: без способностей, знаний и умений никакое дело не получится. Вовсе нет! Двести лет тому назад "Квартет" считался политической сатирой, над которой смеялись не меньше, чем над шутками Михаила Жванецкого.
Однажды во время гастрольной поездки по Грузии Евгений Весник отстал от поезда. Выскочил на перрон в дорожной пижаме и тапочках, и пока торговался с продавцом привокзального киоска, поезд ушел. Ни денег, ни документов, ни знакомых... Но по странной случайности в кармане пижамы оказалась фотография, на которой Весник был снят рядом со знаменитой цыганской певицей Лялей Черной. В привокзальной милиции, куда артист обратился, сказали, что поезд будет только завтра. И тут Весник увидел, что в привокзальном скверике расположился небольшой табор. Словно по наитию, артист отправился к цыганам, показал фотографию и поразился тому, как благоговейно они относятся к своей звезде. Его тут же одели с головы до ног, подарили часы, дали денег, накормили, напоили, посадили в легковой автомобиль и отправили догонять поезд.
Вскоре после возвращения в Москву Весник отправил деньги цыганам, но те вернули их обратно телеграфным переводом.
В 2007 г. бывший чикагский риэлтор Джон Малуф за 400 долларов купил на “гаражной распродаже” коробки, в которых оказались около 150 000 негативов и несколько тысяч фотографий.
Малуф сделал покупку вслепую, на обычном для Америки аукционе, когда содержимое хранилищ, за которые не платят, выставляют на торги без предварительной оценки.
Малуфу достался настоящий бриллиант — он открыл миру потрясающего фотографа по имени Вивиан Майер.
Женщина, которая оставила после себя богатейшее наследство в виде своего архива уличных съемок, на протяжении 40 лет работала няней в разных богатых семьях (она, например, служила в семье знаменитого телеведущего Фила Донахью).
Майер гуляла с детьми по городу и фотографировала уличную жизнь на свой Rolleiflex, просто в качестве своего хобби, почти никому не показывая результаты, но не забывая аккуратно складывать и хранить негативы. Женщина и не подозревала, что снимает на уровне лучших мировых мастеров уличной фотографии.
Когда архив с негативами и отпечатками стал занимать слишком много места, Майер сняла хранилище, которое оплачивала, пока не оказалась в доме для престарелых.
Тогда-то ее архив и достался Джону Малуфу, который стал устраивать выставки работ Вивиан, выложив часть фотографий на Flickr. В 2011 году был издан первый фотоальбом с работами Майер, о ней заговорили как о великом фотографе, но она об этом не узнала, уйдя из жизни в апреле 2009 года.
БИТВА ДВУХ БОГАТЫРЕЙ
В Ялте снимался фильм "Илья Муромец", в котором Борис Андреев играл главную роль. На съёмочную площадку пришёл здоровенный милиционер, долго разглядывал Андреева, затем покачал головой и сказал:
- Нет, не то... Слабак. А ещё Муромца играешь. Я, брат, пожалуй, поздоровее тебя буду!
Борис Фёдорович молча поднялся, обхватил милиционера поперёк туловища и с размаху забросил в море.
Назавтра в местной газете появился фельетон о распоясавшемся артисте, который "топит в море милиционеров".
Андреев прочитал пасквиль, страшно рассердился и дал зарок больше не появляться в Ялте. Слова своего он не нарушил, и много лет спустя, уже пожилым человеком прибыв с туристическим теплоходом в Ялту, на берег так и не сошёл.
Александр Панкратов-Черный рассказывает...
У меня есть однофамилец Александр Панкратов, тоже режиссёр. (Я не только играю, но и поставил несколько кинокартин, например, "Похождения графа Невзорова". ) Чтобы нас различали, я и взял псевдоним Панкратов-Черный: тот Панкратов - светленький. А то нас однажды так перепутали! . .
Когда Саша женился, у него родилась дочь. Но все почему-то подумали, что дочь родилась у меня. Я был в командировке - поздравления принимала тёща.
- Здравствуйте, - звонят ей. - Можно Сашу?
- Он в командировке.
- Очень жаль, хотели его поздравить.
- А с чем?
- Как с чем? У него же дочь родилась!
- А-а, ну хорошо, я сама поздравлю, - отвечала тёща.
Приезжаю из командировки, смотрю: со мной в семье никто не разговаривает. Тёща глядит мрачным взглядом.
- Любовь Васильевна, - спрашиваю её, - что случилось?
Она говорит:
- Ну что, кобеляка, добегался?! Кто эта несчастная, от которой у тебя дочь? Платишь ли ты ей, помогаешь ли?
Я с ума сходил, две недели вспоминал, от кого бы у меня могла быть дочь. Наконец до меня дошло. Позвонил Саше Панкратову - действительно у него родилась дочка. С чем я его и поздравил.
Однажды гробовщик Элмон Строуджер обратил внимание, что количество заказов в его компании стремительно падает, и бизнес терпит серьезные убытки, хотя жители города, само собой, продолжали умирать с той же периодичностью, что и раньше.
В то же время, - приметил Элмон, - у соседнего похоронного бюро дела шли в гору…
После проведения небольшого собственного расследования Строуджер выяснил, что супруга конкурента работает на местной телефонной станции и все звонки от убитых горем родственников, желающих заказать ритуальные услуги, она сразу же перенаправляет на номер своего мужа.
Тогда Элмон решил устранить телефонистку…
Нет-нет, он сделал это максимально по-джентльменски.
Строуджер изобрел, а затем запатентовал устройство, которое в народе получило название «телефон без барышень и проклятий» («no dames’n"damns telephone»). Фактически оно являлось первой в мире автоматической телефонной станцией.
А потом… Элмон основал собственную текоммуникационную компанию, и этот бизнес оказался куда прибыльнее ритуального.
Так борьба с недобросовестной конкуренцией сделала бывшего гробовщика «отцом всех АТС».
Станции системы Строуджера использовались до 70-х годов 20 века. Кроме того, он изобрел ещё и всем нам известный дисковый набиратель номера.
Александр Ширвинд вспоминал:
"Мы снимались под палящим солнцем где-то в горах, в старинном замке с 6 утра 18 часов подряд, и около 12 ночи нас привозили обратно, в гостиницу «Ереван», самую лучшую тогда. Рестораны в те времена работали максимум до 11 часов вечера. Однажды, по приезде со съемок, голодный, я усталой ручонкой поскребся в дверь ресторана, чтобы меня кто-нибудь из убирающих официанток увидел.
Вышла милая армянка, видимо, самая главная там, узнала меня, впустила и сказала: «Я посмотрю, если что осталось». Принесла мне какую-то незамысловатую холодную закуску. Я расслабился, спросил, как ее зовут, и обнаглел до того, что поинтересовался, нет ли чего выпить. Она говорит: «Буфет закрыт». «Ну, может, где-то осталось? » Она ушла.
Через некоторое время возвращается: «Там есть только сливовая». Я говорю: «Дорогая, я ее обожаю». Она на меня с удивлением посмотрела, ушла еще раз и приносит мне графинчик. Я выпиваю. «Это не "Сливовая"», - говорю. Она уверяет: «Сливовая». И тут я догадался, что сливовая это не из сливы, а слитая из недопитых рюмок. С тех пор я не пью сливовицу".
Пётр I познакомился с Жаном-Батистом Леблоном в 1716 году в Париже. Леблон был уже знаменит. Пётр посулил ему 5 тысяч рублей годового жалованья и почётную должность генерал-архитектора. И Леблон рискнул. Перед ним была поставлена грандиозная задача, а какой творческий человек устоит перед такой головокружительной перспективой?
Пётр,
Вернувшись из-за границы, Пётр первым делом оправился на Васильевский, осматривать каналы. Каналы, или вернее канавы, были мелки, узки и к судоходству непригодны. (Генерал-губернатор Меншиков опять нагрел руки в отсутствие царя). Пётр спросил мнение Леблона. Честный архитектор вынес вердикт: всё засыпать и выкопать заново. Пётр потемнел лицом и приказал позвать Меншикова…
С тех самых пор генерал-губернатор стал делать всё, чтобы избавиться от генерал-архитектора. Жаловался царю на медлительность Леблона, ругал его план, не упуская ни одной оплошности француза.
План Леблона был отвергнут. Расстроенный генерал-архитектор стал убеждать царя и сгоряча ругать столь любимую им регулярную застройку. Пётр рассердился и ударил архитектора. Леблон, привыкший себя уважать, был потрясён и сломлен. Он слёг, а тут ещё прицепилась обычная питерская хворь. И талантливый архитектор умер, не дожив до сорока лет. А каналы на Васильевском острове потом засыпали...
