ИГРА В ШАХМАТЫ С ПЕРЕМЕННЫМ УСПЕХОМ
Евгений Весник частенько играл в шахматы с кинорежиссёром Алексеем Золотницким, но никогда не выигрывал, поскольку соперник играл гораздо сильнее и даже имел какой-то шахматный разряд. Однажды Весник привёл в гости к Золотницкому какого-то незнакомого ему человека. Посидели, попили чаю, а потом, как обычно, решили сыграть в шахматы. Но на этот раз Весник сослался на головную боль и предложил вместо себя своего приятеля. Расставили фигуры, игра началась, и вот через десяток ходов Золотницкий растерянно говорит:
- Ничего не пойму... Но положение у меня безнадёжное, сдаюсь.
- Знаете, у меня тут одна мысль мелькнула по поводу вашей защиты. Дайте-ка я доиграю вашу партию, - вежливо говорит незнакомец.
Доску развернули и игру продолжили. Через несколько ходов Золотницкий вскочил в сильнейшем волнении:
- Что за чертовщина! ? Я теперь почти выигранную партию проигрываю.
- А давайте-ка поменяемся, - снова предлагает незнакомец. - У меня есть кое-какие мыслишки...
Снова перевернули доску, и через несколько ходов всё повторилось снова.
- Да кто же вы такой, скажите, пожалуйста? - взмолился потрясённый Золотницкий. - Я ещё ни с кем таких партий не играл...
- Гроссмейстер Ефим Геллер, - скромно говорит незнакомец под весёлый хохот Евгения Весника.
Дело было летом 1997 года. В Москву прилетела с мужем-миллионером (да-да) моя старая (не слишком) знакомая. И пригласила меня увидеться, и я приехал к ней и её мужу по фамилии Уокер (клянусь) в гостиницу "Балчуг".
Жара была страшная, помню. Утомлённый солнцем, я вошел в лифт, вышел на последнем люксовом этаже и пошёл по коридору...
Иду
Бугаи в костюмах, проводки из ушей, все всерьез. А кругом - зеркала, вазы, роскошь, ковры... И я в рассеяности гляжу на приближающегося Де Ниро и пытаюсь понять: что за фильм? И никак не могу вспомнить. А это же, со всей очевидностью, кино - смокинг этот, Де Ниро, охрана... Сейчас распахнется какая-нибудь дверь, и все будет, как мы любим - автоматная очередь, кровь на стенах, разлетающиеся вазы... Но что за кино-то?
Секунд только через пять я в своём перегретом состоянии соображаю, что это не кино, а гостиница "Балчуг" - и живой Де Ниро, настоящий, не целлулоидный. Гость Московского международного фестиваля. А между нами уже метров пять, и бугаи резко прибавляют шаг, чтобы не допустить встречи Де Ниро со звездой (российского телевидения).
Я, конечно, поднимаю руки, делаю шаг с сторону и встаю у стеночки с открытым в изумлении ртом.
И Де Ниро (который с такой изумленно-счастливой реакцией на себя знаком, к тому времени, уже четверть века), проходя мимо меня на крейсерской скорости, успевает развести руками и улыбнуться этой своей классической улыбкой: рот оскален, глаз почти не видно. Типа: да, парень, ты не ошибся, это я.
Совершенно непобедимое обаяние там, конечно. Топка, которую он ведь даже и не включил толком - с чего ему меня обаивать? А меня буквально окатило теплом...
Я еще подумал потом, придя в себя: бедные бабы. Это ж как этому сопротивляться? Зачем сопротивляться - это другой вопрос, но - как?
БИТВА ДВУХ БОГАТЫРЕЙ
В Ялте снимался фильм "Илья Муромец", в котором Борис Андреев играл главную роль. На съёмочную площадку пришёл здоровенный милиционер, долго разглядывал Андреева, затем покачал головой и сказал:
- Нет, не то... Слабак. А ещё Муромца играешь. Я, брат, пожалуй, поздоровее тебя буду!
Борис Фёдорович молча поднялся, обхватил милиционера поперёк туловища и с размаху забросил в море.
Назавтра в местной газете появился фельетон о распоясавшемся артисте, который "топит в море милиционеров".
Андреев прочитал пасквиль, страшно рассердился и дал зарок больше не появляться в Ялте. Слова своего он не нарушил, и много лет спустя, уже пожилым человеком прибыв с туристическим теплоходом в Ялту, на берег так и не сошёл.
Наконец-то: актёр Юрий Чурсин выступил за возврат денег за непонравившийся спектакль.
По его мнению, в театре должен существовать механизм, при котором зритель мог бы вернуть билеты, если посчитает постановку неубедительной.
- Чтобы у зрителя не было ощущения, что он заложник - деньги потратил и вынужден смотреть то, что не нравится. Чтобы он имел право в любой момент спуститься, постучать в кассу и сказать: «Верните деньги! » - предложил Юрий Анатольевич.
Шикарное предложение, и особенно ценно, что оно пришло изнутри, из театральной среды.
Проблема в том, что актёры не работают для зрителя - они, видите ли, «служат сцене». То есть варятся в своей мрачной тусовке эксгибиционистов и завистников, не имея никакой обратной связи от публики - их устраивает мнение прикормленных критиков.
Но почему в хорошем ресторане мы сперва пробуем блюдо и можем потребовать его замены или вовсе отказаться, не оплатив, а в театре нас вынуждают отдать деньги за кота в мешке? ! Артист должен отвечать рублём за свои гримасы!
Артист должен отвечать рублём за свои гримасы!
В неудобную ситуацию попал Роман Абрамович: премьер Британии Стармер дал олигарху 90 дней, чтобы добровольно перевести 2, 4 млрд фунтов, полученные им в 2022 году от продажи футбольного клуба «Челси» в специальный фонд помощи Украине.
«Я хочу сказать Абрамовичу, что часы тикают. Держи данное тобой слово и заплати сейчас. Если нет, то мы готовы идти в суд».
Абрамович продал «Челси» в 2022 году после введение Британией санкций. Деньги англичане сразу заморозили. Хотя олигарх обещал направить их на помощь всем пострадавшим от конфликта на Украине, а не только украинцам.
Сейчас, когда Европа судорожно ищет любые деньги для Киева, вспомнили про Абрамовича. Варианта у того два: добровольно отдать деньги Украине (только в этом случае британцы согласны их разблокировать) или идти в суды.
Уверен, что Абрамович выберет судиться — тянуть до лучших времен.
Забавно, что в комментариях к заявлению Стармера британцы в основном поддерживают Абрамовича в духе «руки прочь от Абрамовича, он сделал для Британии больше, чем любое правительство в Лондоне».
Не поспоришь: Абрамович годами выводил деньги из России и вкладывал их Британию.
Лет пятьдесят назад говорили, что Лондону с Биг Беном нечего задаваться, ведь в Ленинграде есть свой Бен - Бенцианов. Бен Бенцианов был необычайно популярным эстрадным артистом, редкий "Голубой огонёк" обходился без его пародий, песен или сатирических монологов. Ему благоволили Хрущёв и Брежнев, а вот с первым секретарём Ленинградского обкома
На торжествах по случаю 50-летия пуска Волховской ГЭС Бенцианов в юмористическом ключе рассказывал, что на V съезде РСДРП в Лондоне вышел казус: не хватило средств для организации питания делегатов. И тогда на помощь пришёл какой-то английский промышленник: под расписку, которую подписали все делегаты съезда, он одолжил необходимую сумму. После того, как большевики пришли к власти, деньги они ему вернули. Видимо, первому секретарю очень не понравились денежные отношения вождей партии с акулой капитализма, отвечать за которые пришлось эстрадному артисту - так началась его негласная опала. Нельзя сказать, что Бенцианова совсем отлучили от эстрады, но исчезла реклама, площадки стали скромнее, его стали забывать.
Но тут грянула перестройка, и Бену Бенцианову неожиданно предложили порадовать своим искусством делегатов XXIX Ленинградской партконференции в Таврическом дворце. Сольник после десяти лет прозябания! Бенцианов очень волновался и серьёзно к нему готовился: он понимал - нужно выступить, как в последний раз! Чутьё артиста не подвело: он оказался ПОСЛЕДНИМ артистом, выступившим на ПОСЛЕДНЕЙ Ленинградской партконференции...
Мансы Одесского Цирка
Сегодня в разговоре случайно вспомнил и подумал, что может кому-то еще будет интересно.
Много лет назад в Одесском цирке снимали эпизод для фильма "Гранатовый браслет" по Куприну. И сам рассказ, и фильм я уже забыл, а вот связанный со съемками случай помню.
Там по сюжету некий поклонник дарит
Так вот, наездница скачет на лошади по манежу, а в это время шпрехшталмейстер объявляет что-то очень важное, типа "его высокоблагородие такой-то жалует красавицу-наездницу подарком" и в это время в манеж выгоняют стадо баранов (подарок).
То наездница не там остановила лошадь, то бараны не так, как хотелось режисеру, выходят в манеж, то публика (массовка) не так аплодирует - словом снимали эпизод раз восемь. Всем уже все осточертело. А надо заметить, что в съемках звук записывается отдельно от картинки. После репетиций и многих дублей шпрехштальмейстеру (как же я мог забыть его фамилию - он десятки лет был в этой ипостаси в Одесском цирке, его все одесситы знали), так вот он в очередной раз выходит такой весь во фраке, с манишкой и бабочкой и очень солидной фигурой и вместо положенных по сюжету слов раскатисто объявляет:
- А пошли вы все к такой-то матери и чтоб вас туда и сюда и растудыть...
Это в приукрашенном виде, а на само деле его тираде мог позавидовать любой биндюжник.
Ну все посмеялись, поаплодировали лучше прежнего и забыли - устали все-таки, тем более, что съемки шли после обычного представления, т. е. ночью.
Фильм получился очень милым, по тем временам даже хорошим. Публика принимала его очень хорошо, его даже наградили, кажется, чем-то.
А спустя несколько месяцев после выхода на экраны была сделана копия с титрами и фильм показали в клубе глухо-немых. Хохот стоял в зале тот еще - они ведь читали по губам! . .
Если рассмотреть истории пушкинских дуэлей, нетрудно догадаться, что великий поэт был человеком вспыльчивым, задиристым, но добродушным и отходчивым. Из тридцати поединков большая часть закончилась примирением сторон, состоявшихся дуэлей только пять, из них в четырёх случаях вызывали Пушкина, а, значит, выйти к барьеру
Поводом для ссоры часто оказывался какой-нибудь пустяк. Подполковник Старов поссорился с Пушкиным из-за того, что оркестр не проявил к нему уважения, и вместо кадрили сыграл заказанную поэтом мазурку. В день поединка стояла мерзкая погода, и оба дуэлянта промахнулись. Старов, опытный вояка, отметил, что Пушкин так же хорошо стоит под пулями, как пишет стихи. Поэт бросился его обнимать.
Во время дуэли на Чёрной речке всё было иначе: сошлись враги, и один из них должен умереть - таковы жестокие условия этого поединка.
Дантес выстрелил первым, не дойдя шага до барьера - двадцатипятилетний красавчик очень хотел жить. Пушкин не успел. Случилось непоправимое, но разве могло быть иначе? Вряд ли, ведь "гений и злодейство - две вещи несовместные"...
Поэт и дипломат Фёдор Иванович Тютчев часто бывал очень рассеян. Однажды великая княгиня Елена Павловна, благоволившая Тютчеву, пригласила его на бал в петергофский дворец. С утра Фёдор Иванович побывал у своих друзей, отобедал там и отдохнул. Его лакей тем временем привёз парадный фрак, повесил на стул и уехал. Проснувшись, Тютчев оделся и, не беспокоя хозяев, отправился во дворец.
На ярко освещенных аллеях парка поэта несколько раз останавливали знакомые, выражая удивление по поводу его фрака, но Тютчев не обратил на это внимания. Едва сдержала смех при встрече и великая княгиня. Вскоре Тютчев уехал домой. А наутро его друзья сообщили удивительную новость: кто-то накануне обокрал их выездного лакея:
- Ливрея висела в передней и вдруг исчезла. И то удивительно, рядом на стуле лежал ваш фрак - его не взяли, а на поношенную ливрею польстились!
Фёдор Иванович добродушно рассмеялся, поняв, в каком наряде он щеголял вчера на придворном балу.
Зиновий Гердт: "А вообще к КГБ у меня очень теплое отношение. У меня был знакомый малый... в общем из тех, которые всегда ездили с нашим театром за границу, их представляли так: «Это сотрудник Министерства культуры». А мы их между собой — не знаю почему — называли «сорок первыми». И с одним таким малым по имени Игорь у меня сложились очень теплые отношения. Как-то в Испании я жутко напился в каком-то обществе дружбы. Утром в номер приходит Игорь, приносит пирожок, бутылку простокваши, алкозельцер и говорит: «Госбезопасность о тебе заботится! Это я тебя вчера привел, раздел и спать уложил... »
В те же дни мы гуляли с ним по площади Торос в Мадриде, присели на скамейку. Игорь задумчиво говорит: «Зиновий Ефимович, я недавно взял твое досье... Ну, знаешь, это том Маркса, это — Капитал"! Но не бойся. Я был у генерала, поручился за тебя, и он разрешил всю эту макулатуру сжечь. Сейчас в твоей папке одни анкетные данные». Я легкомысленно так отвечаю: спасибо, конечно, но мне, мол, все равно, что мне сделают, ну, за границу не пустят, так я поездил достаточно, посадить не посадят, времена не те... Игорь выслушал мою болтовню и медленно, четко произносит: «Времена ТЕ, Зиновий, времена всегда ТЕ... »
«Времена ТЕ, Зиновий, времена всегда ТЕ... »
ЗАЯВЛЕНИЕ
После шумного выхода на экраны фильма "Мой друг Иван Лапшин" Андрею Болтневу в местном, новосибирском отделении СК предложили вступить в Союз кинематографистов СССР. Он написал заявление: "Прошу принять меня в Союз кинИматАграфистАв. Андрей Болтнев". Первый секретарь Западно-Сибирского отделения СК предложил Андрею переписать заявление, исправив ошибки, но тот, улыбаясь, отказался: "Это же московские чиновники в Союзе читать будут! Пусть посмеются, глядишь, и - запомнят мою фамилию, пригодится". И уже потом, когда его позвали работать в Москву, сказал позавидовавшему ему тогда Владлену Бирюкову: "А ты вот зря интеллигента из себя корчил. Прикинься валенком - и скоро будем рядом работать! ". Но Владлена Бирюкова, известного всей стране по "Вечному зову", так в Москву и не позвали...
Евгений Стеблов рассказывает...
Есть три вида узнавания артистов. Человек смотрит на тебя и начинает вспоминать, то ли ты его земляк, то ли вместе с ним в тюрьме сидел. Второй вид: понимают, что это артист, снимавшийся в таком-то фильме, но не помнят его фамилию. И, наконец, третий вид узнавания, когда говорят: "Смотрите,
Больше всего недоразумений бывает, конечно, с первой категорией.
Я начал сниматься в семнадцать лет (фильм "Я шагаю по Москве"). Мне хотелось славы, но когда меня начали узнавать, я жутко смущался. Я был студентом Щукинского театрального училища и часто ходил обедать в кафе "Прага". И вот, помню, со мной за столиком сидит мужчина средних лет и пристально на меня смотрит. Я начинаю немножко посмеиваться. Вдруг он говорит:
- Здравствуйте.
Я отвечаю:
- Как вы себя чувствуете?
- Да ничего, спасибо.
- Не узнаёте меня? - спрашивает.
- Нет, не узнаю.
- Ну-ну-ну, ничего. Как правило, все пациенты мои меня не узнают.
- Извините, - говорю я, - что вы имеете в виду?
- Да вы понимаете, что я имею в виду. Ничего страшного, я могу вас понять. Все обойдётся, ваш случай не самый тяжёлый...
Потом выяснилось, что он психиатр. Он извинился, но сказал, что душевнобольные действительно делают вид, будто врачей не узнают: любое напоминание о болезни травмирует их.
ТЕАТРАЛЬНАЯ ЭТИКА
Рассказывают, что старейшая актриса Малого театра Елена Николаевна Гоголева была очень щепетильна в вопросах театральной этики.
В частности, страстно боролась даже с малейшим запахом алкоголя в стенах театра. Но однажды она была в гостях в подшефной воинской части, и там её уговорили выпить рюмочку коньяку. Гоголева очень переживала. Придя тем же вечером на спектакль, она встретила Никиту Подгорного.
- Никита Владимирович, - сказала она ему, - простите Бога ради! Нам с вами сейчас играть, а я выпила рюмку коньяку!
Подгорный, в котором к этому моменту "стояло" этого напитка раз в двадцать больше, тут же громогласно возмутился:
- Ну как же вы, Елена Николаевна! То-то я думаю: от кого коньячищем пахнет на весь театр?
Олег Басилашвили рассказывал:
"Это был японский университет, в котором учатся люди от 8 до 20 лет, из них готовят элиту японской власти, крупнейших бизнесменов, политических деятелей. В тот вечер полуторатысячный зал был наполнен, стояла идеальная тишина. Мы играли «Дядю Ваню». Японцы не очень понимали, что происходит на сцене, у них совершенно другое восприятие театра, ведь они привыкли к Кабуки, к Но.
После спектакля нам устроили небольшой ужин, на котором я разговорился с ректором университета. Я спросил, зачем они потратили большие деньги на перевозку декораций, артистов, на транспорт, установку, гонорары, если студенты все равно ничего не поняли из того, что увидели. Он сказал:
«Да, я знаю это, но у меня есть ощущение надежды, что один или два человека, которые посмотрели спектакль, потом, когда вырастут лет до 25-30, вспомнят ту хрустальную ноту нравственного одиночества, которая витала на вашей сцене. И Япония тогда станет богаче». Я был совершенно потрясен этим ответом. "
Я был совершенно потрясен этим ответом. "
Ариадна Эфрон в письме В. Ф. Булгакову:
"Когда-то меня «гнали этапом» с Крайнего Севера в Мордовию - шла война, было голодно и страшно, долгие, дальние этапы грозили смертью. По дороге завезли меня в какой-то лагерь на несколько дней - менялся конвой. Отправили полы мыть в столовой; стояла зима, на чёрном полу вода замерзала, сил не было.
Даёт это всё мне - чужой человек чужому человеку... Я спрашиваю — как его имя? мол, приехав на место, напишу мужу, он вернёт Вам долг. А человек этот - высокий, худощавый, с живыми весёлыми глазами - отвечает: «Моё имя Вы всё равно забудете за долгую дорогу. Но если и не забудете и мужу напишете, и он мне “вернёт долг”, то денежный перевод меня не застанет, сегодня мы здесь, а завтра там - бесполезно всё это». - «Но как же, - говорю я, — но кому же вернуть — я не могу так просто взять? » — «Когда у Вас будет возможность, — отвечает он, — “верните” тому, кто будет так же нуждаться, как Вы сейчас. А тот в свою очередь “вернёт” совсем другому, а тот - третьему... На том и стоим, милая девушка, так и живём! » Он поцеловал мне руку и ушёл - навсегда.
Не знаю до сих пор, кто он, как его зовут, но долг этот отдавала десятки и сотни раз и буду отдавать, сколько жива буду. «Думка» его цела у меня и по сей день, а тот сахар и те деньги спасали мне жизнь в течение почти трёхмесячного «этапа».
