Занятная история приключилась с моим знакомым еще в советские времена.
Был (и сейчас существует) такой заочный университет народного искусства – или как-то так. Обучают в этом университете всех, кому вдруг захочется стать художником, артистом, режиссером, фотографом или оператором, а то и вовсе музыкантом. Точнее, принимают всех,
Знакомый этот работал на шахте, заработки у него были солидные, бросать свое забойщицкое дело он не собирался, а «на художника» выучиться хотел для души, для удовольствия. И способности у него были.
Университет заочный, работы свои преподавателям «студенты» отправляли по почте, общались с консультантами тоже письменно. А надо сказать, что человек этот самый знакомый весьма основательный. Когда настало время выполнять зачет по разделу «натюрморт» в карандаше и акварелью, он в бабкином сарае нашел старую игрушку - лошадь-качалку, куклу дочкину взял с ободранными волосами и облупившимся носом, сложил все это добро возле собачьей будки и изобразил пастельными карандашами, отгоняя периодически собаку Шарика, чтобы не нарушал требования жанра – «натюр»-то должен быть «морт».
К акварельному рисунку подошел тоже серьезно: на рынке у знакомой девушки Марины был куплен шматок сала «с прорезью» - розоватого, с крупинками серой соли, в огороде выдернуто пару луковиц с зеленым пером, редиска заблестела малиновыми отмытыми боками, буханка черного хлеба устроилась рядом с салом. После некоторых раздумий в центр композиции была помещена извлеченная из холодильника бутылка «Пшеничной».
Рисунок удался: цветовые контрасты черного-белого, зеленого-красного, игра капелек воды на запотевшей бутылке – это было классно. Автор упаковал свои произведения в плоский пакет бандероли, отнес на почту и стал ждать заслуженного зачета с похвалами.
Через месяц пришел ответ – преподаватель отметил стройность композиции, умело изображенную игру света и тени, творческий подход… И велел еще раз пройти тему из теоретического курса – о перспективе.
«Вы совсем не учитываете перспективу, соотношение размеров предметов на вашем рисунке ошибочно, - писал он. – Ведь это же невозможно: чтобы сало было вровень с буханкой хлеба, такого сала не бывает».
- Конечно, - говорил мой знакомый, - в московских магазинах не бывает. А в Донбассе на базаре – есть. То он цепляется, небось, потому что без слез на такую радость смотреть не может.
Как бы мне хотелось написать, что пришлось ему снова на рынок идти, напрягать знакомую девушку Марину, чтобы предоставила кусок сала посолиднее – в Москву отправлять, для наглядности. Но нет – истина дороже!
…Знакомый все сокрушался: ну, не принимают там заказные бандероли – только плоские конверты. Так и не пришлось профессору по натюрмортам увидеть настоящее сало, которое «с прорезью», розоватое, с крупинками серой соли…
Учится у нас один парень - Антошка - умный начитаный парень, очень много знает, поэтому если на семинарах ему предоставляют слово, приходиться слушать минут по 20, что быстро надоедает. Даже если просто о чем нибудь не дай бог у него спросишь - пожалуйста, бесплатная лекция на любую тему. Так вот, сегодня у него день рождения, группа думает что дарить.
И так: лекция, кто чем занимаеться, подсаживается этот парень (П) к Антошке, далее следует диалог:
П - Антон, какие лучше всего палки для лыж, ну мож они там по фирмам различаютья или как?
А - Во, а ты чо? Решил на лыжах кататься???
П - Ну да..
А - Когда?
П - 4 ноября (ну так, чтоб отстал, хотя снег только в декабре, и то если повезет)
А - ????
П - Ну эт, ладно короче, рассказывай
И тут Антошка начинает рассказывать что есть какие то супер пупер палки, и что если рост у тебя 176 см то тебе нужны палки высатой 160-165 см, потом Антошка начинает объяснять как надо отталкиваться когда едешь на лыжах, при этом он встает и показывает это незамысловатое телодвижение, учитывая что идет лекция и препод этого не может не заметить делает замечание. Далее Антон берет листок бумаги и начинает рисовать схему креплений на лыжах, указывая что должны они быть полуавтоматическими.... и т.д. и т.п.
Сидели они на последнем ряду, но у в переди сидящих не вызывало сомнения то, какое выражение лица того парнишки, который скорее всего проклял все за это время. И тут Антошка доходит до того, что начинает рассказ о том как он ходит в бассейн, и плавает там по два часа. Парень уже чисто на автомате с ним разговаривает:
П - А чо Антон? Ты в бассейне на водных лыжах катаешься?
А - ????? нет... 8()
П - А чо так? Палкпи, б%я до дна не достают????
Пока стандартный процессор Антона перерабатовал эту нестандартную информацию, парень встал и ушел.... с какой то грустью в глазах. .. P.S. А Антону подарили 2 книги Гумилева...
P.S. А Антону подарили 2 книги Гумилева...
Вспомнил один студенческий эпизод, когда читал нам теплотехнику очень пожилой преподаватель П. (это было более полувека назад). Мы его звали "теплодед".
Для нас теплотехника был непрофильным предметом, и мы стремились его как-нибудь "спихнуть". Начиная экзамен, препод приглашал первого же студента, давал 3 руб. (напоминаю
Приносят, П. вскакивает, потирает руки и, тревожно глядя на принесшего, спрашивает:
- Вот спасибо, водичку принесли! С сиропчиком! Как я и просил?
Но по ходу этой тирады менялось выражение лица от радостно-возбуждённого до тревожно-подозрительного, на лице так и было написано: "Неужели ,гады, и в самом деле воду принесли? " Вынимает пробку, принюхивается, наливает стакан, пьёт, и вдруг лицо расплывается в улыбке:
- Опять мне эту гадость подсовываете? Сколько раз прошу – купить газированную воду, а мне всегда несут одно и то же!
К концу экзамена выпускать "теплодеда" из аудитории было небезопасно, он сидел в обнимку со старостой и варнякал:
- Друзья, я тоже был студентом! Люблю молодежь! Я никого стипендии не лишил? А отличников не лишил повышенной стипендии? Я же всё понимаю, я вас люблю!!! М-М-м-у!!! – так он целует старосту в приступе уважения.
ЕГЭ:
Одноклассница рассказывала, что парня встретила в одной аудитории, он говорит: "А я хорошо подготовился, у меня даже шпора есть! " И показывает ладонь, а на ладонь бумажка приклеена с надписью: "Ты сможешь, чувак! "
Все знают, что в дипломной работе читают только три раздела: введение, заключение и библиографию. И вот закончил однажды мехмат Харьковского универа мальчик-отличник. Защитился на ура, а сам диплом не отправили в печки на преподских дачах, а оставили на кафедре в назидание другим студентам - типа образец, так он все красиво оформил.
И вот однажды приехала в универ какая-то большая комиссия из Киева.
Ну им этот диплом и показали вместе с восторженной рецензией - вот типа наша гордость.
А министерские чиновники возьми да почитай целиком (не иначе от не хрен делать). Ну и читают: введение, первая глава пошла. Все хорошо, красиво, наукообразно... На первых трех страницах. А на четвертой полстраницы и далее: "А на... я я все это пишу? Один х... никто эту х.. ню читать не будет". А далее страниц 500... рецептов из поваренной книги - вплоть до библиографии и заключения, где опять все как положено.
Я профессор. Преподаю уже 20-й год. Как-то утром (3-4 часа) ко мне пришел студент и под окном сдавал зачет. После всей речи я спросил его, почему именно утром. Он ответил, что до обеда он все забудет, и ушел.
Тема диссертации в институте экологии Волги:
Влияние шока при вылове карпа на его пищевкусовые свойства.
Представляю экспериментальную часть работы - и млею...
Закончил медицинский в г. Уфа.
Профессура (имеется в виду "старая" профессура) в моей Alma Mater делится на две очень большие группы: те, которые стали профессорами благодаря своим мозгам и те, которые стали ими-же благодаря "политике национальных кадров". Сейчас к ним присоединились ещё и дети "старых" профессоров, но это к делу уже не относится.
Итак... Первый курс, занятия по одной из основополагающих дисциплин - анатомии. Студенты отвечают на вопросы по предыдущей теме. И тут одна из моих одногрупниц в ответе допускает какой-то словесный ляп (какой не помню за давностью лет). Всё бы ничего, если бы это не вызвало приступ гнева у преподавателя. Понеслось: "Вы, никчёмные болваны!!! Чему вас только учили семья и школа!!! Привыкли на всём готовом - мама-папа под боком, голова не забита что поесть, во что одеться и т.д. и т.п. Вот я, простая башкирская девчонка, приехала в Уфу, даже не зная толком русского языка. Я, когда училась, в одной руке держала учебник по предмету, а в другой - учебник русского языка. А теперь? Послушайте мой абсолютно правильный русский язык!!!"
И так далее и тому подобнее ещё минут на пятнадцать.
А в конце: "Ну ладно, это всё отступление. Стало быть так, товарищи студенты. Читаем к следующему занятию пятую главу (задумывается) от начала и до... (ведёт пальцем по оглавлению) . .. и до КОНЧАЛА". Немая сцена. Занавес.
Немая сцена.
Занавес.
Конец рабочего дня (последняя пара). Старый, изнурённый жизнью и работой, препод ведёт практические занятия по Теории систем автоматического управления. У доски - студентка. Препод диктует ей условия задачи:
«Рисуем квадрат. Это - датчик. Подписываем его буквой «Д».
Теперь рисуем стрелку от датчика во второй квадрат. Это - усилитель. Подписываем его «У».
От усилителя рисуем стрелку в третий квадрат. Это - рулевой агрегат. Подписываем этот квадрат «РА»…»
Нарисовав сказанное, студентка уставилась на творение своих рук и призадумалась. В тишине учебной аудитории был отчётливо слышен скрип от вращения не смазанных шестерёнок и бешеный топот отмороженных тараканов в её голове. Студенка сначала краснеет, затем белеет, потом синеет и, наконец, взрывается двумя фонтанами слёз. У неё начинается не поддельная фирменная истерия:
Кто ДУРА?! Я ДУРА?! - взвизгивает она сквозь слёзы - Да как высмеете! ! Да я! ! Да мне! ! Да вас! ! Да вас всех! ...
После этого путанного монолога студентка, заливаясь слезами и соплями, пулей вылетает из аудитории. Группа истерично хохочет. Старый препод, в состоянии полнейшего охренения, тупо пытается понять, что это было. Занавес.
Эта история произошла в 70-х. Один профессор в Киевском Политехе коллекционировал
Эта история произошла
фамилии. Такие как Небейбаба или Похмелкин его уже не вдохновляли. Но
вот один протокол он даже на стену повесил. Подпись была такая: "Ловля, Блох и Комаров." Forester?
"Ловля, Блох и Комаров."
Forester?
Когда-то этот случай заставил улыбнуться группу из 20 человек, может, хоть кто улыбнется и здесь.
Дело было в конце 90-х в университете...
Только-только открыл для себя классическую музыку и, благодаря своему преподавателю, бескрайний мир зарубежной литературы.
И вот, на какой-то паре, сижу в средних рядах, стараясь не отсвечивать, слушаю в наушниках одну из девяти симфоний и читаю "Чайку по имени... ".
Лектор решил обратить свое внимание на наглого студента и спросил "Ну, и что слушаем? " Не заметив, как он подошел, мне оставалось честно ответить:
- Бетховена
Некоторое недоумение преподавателя и, через паузу:
- А кого читаем?
- Баха.
Полное недоверие с подозрением на насмешку, проверка обложки книги, проверка музыки из наушников и я был милосердно оставлен безнаказанным. Всему выпуску филологического факультета 01 года - привет.
Всему выпуску филологического факультета 01 года - привет.
На радиофаке паяли всё – от простеньких приёмников до персональных компьютеров. Да-да, в те далёкие прекрасные времена, а точнее, в 1991-м году, модные тогда «Спектрумы» и «Радио-86РК» студенты радиофака не покупали готовыми, а сами паяли из отдельных шурушков-комплектующих.
Даже клавиатуры и корпуса для них делались из заранее
Не паяли только почему-то на радиофаке миниатюрные радиостанции «уоки-токи» для подсказок на экзаменах. Видимо негативный опыт из гайдаевской комедии «Приключения Шурика» вызывал такое недоверие.
Однако Лёха с Женькой вопреки предрассудкам решили сломать эту традицию и собрать парочку «уоки-токи». Тем более скоро маячил зачёт по экономике – предмету непрофильному и поэтому друзьями нечасто посещаемому.
Надо сказать, что в 1991-м году экономика была наукой довольно абстрактной – старые советские учебники теряли актуальность прямо на глазах, а какова должна быть новая экономика, мало кто представлял. К слову, это и сейчас, через 20 лет, заметно. Поэтому наш экономист Юрий Борисович по доброте душевной большинству студентов, тем, кто не сильно прогуливал, поставил зачёт автоматом. Женьке повезло, а Лёхе, увы, нет.
Но Женька вызвался Лёхе суфлировать на зачёте.
Итак, собранная пара раций была спаяна и упрятана в пустые пачки из-под сигарет «Космос» - с двух метров не отличить, только мелкие отверстия для динамика и микрофона выдавали эти чудеса студенческой мысли. Весь вечер перед зачётом друзья носились по общаге – проверяли свои шедевры, всё было ОК.
Но как гласит закон Мерфи – если какая-то неприятность может случиться, то она обязательно случится. Вот и у Лёхи прямо на зачёте отказал режим передачи. Как позже выяснилось, не вовремя подсела батарейка – на приём её ещё хватало, а вот более мощный режим передачи она уже не вытягивала.
Пришлось Женьке в дверную щель устанавливать визуальную связь с корешем, сидящем в классе, и тот в ответ кивал головой, типа, либо «давай, диктуй», либо «стой, не успеваю».
В итоге, конечно, Юрий Борисович спалил Лёху. Взяв псевдопачку «Космоса», он укоризненно посмотрел на Лёху:
- Да-а, я был лучшего мнения о радиофаке. Изымал я подобные штучки и у химфака, и у металлургов, и у стройфака, но чтобы у студентов-радистов отказывала электроника – это нонсенс!
- Дык, непрофильный актив это, Юрий Борисович. – Лёха выдал термин, только что продиктованный ему Женькой. - Бес попутал, извините. Да и баловство это, мы обычно более серъёзные вещи паяем, «Спектрумы», например, - попытался защитить радиофак Лёха.
- Спектрумы? А это непрофильный актив? – помахал «Космосом» Юрий Борисович и расхохотался...
- Есть зачёт! – Лёха похлопал Женьку по плечу. – Только вот что, мы должны Юрию Борисовичу «Спектрум» спаять, я обещал. И нам денежка, и ему дешевле, чем на базаре покупать. Экономическая взаимопомощь, понимаешь, экономика наших дней, блин, - Лёха расплылся в улыбке.
Вот так Лёха с Женькой начали свой совместный компьютерный бизнес. А вот «уоки-токи» на радиофаке больше по-прежнему не паяли. Не знаю, правда, как сейчас.
Как-то раз заявился вдруг ко мне неизвестный студент с уже готовой, престраннейшей "курсовой работой", как он сам её назвал. И потребовал её тут же принять и зачесть. Я из любопытства пролистал эту рукопись - бессвязный бред на нескольких листках, исписанных крупными каракулями. На вопрос мой, кто давал ему задание на эту курсовую, парень невозмутимо ответил, что никто. Сам он себе тему придумал - и сам же её реализовал.
Я помолчал, дивясь разнообразным превратностям преподской жизни, да и говорю: знаете, у меня единственный вопрос к Вам - почему я? Вот почему именно мне Вы этот манускрипт решили принести-то? Чем я перед судьбой так провинился?
Тут паренёк оглядел меня неодобрительно, если не брезгливо, и тоскливо так протянул: "так больше же некому... остальные-то ещё хуже... "
В ВУЗе, примерно 5 лет назад у одного нашего преподавателя случился день варенья. Ну препод действительно держался стойко, пил все что ему предлагали - студенты, преподаватели, методисты и лаборанты, а у самого просто ни в одном глазу. Ну организм такой - сначала ничего - а потом все сразу.
Учился я на заочке, получилась у нас лекция как раз у этого препода при чем в 8 вечера.
Стою в коридоре. Картина.
Сначала из за угла высовывается рука. Потом портфель, следом подтягивается улыбающаяся физиономия нашего препода. Очки набок, галстук ослаблен и открывает дверь первой попавшейся аудитории, естественно не нашей, а там лекцию ведет очень милая, симпотичная молодая преподавательница, он заползает туда.
Ухмыляясь и улыбаясь во весь свой рот, покачиваясь, по синусоиде заходит в кабинет и говорит заплетающимся языком:
- Девушка, спасибо, а теперь сяяядьте на свое место, я продолжу! - и выталкивает ее из за кафедры.
Та в ужасе, делать нечего, садится, при этом случайно и очень тихо роняет:
- Нажрался...
- Госпожа, как вас там, вам придется остаться после занятий, я проведу с вам прррофилактические беседы. - открывает свои лекции и наичнает читать - ... Они хотели пойти с Сириусом, но гора домашних заданий заставила Гарри, Рона и Гермиону остаться... Аудитория грохнула.
Аудитория грохнула.
Начало 90-х. Ширятся международные связи. Вот и в наш педагогический
институт, на факультет иностранных языков приехала делегация англичан.
Декан с завкафедрами водит их по зданию, вот тут у нас то, вот у нас
это. Дошла очередь и до компьютерного класса. Заходит вся делегация в
свободный компьютерный зал а там... Талантливый студент запустил
красочную программку, которая крупными переливающимися буквами пишет на экране "If you want to f@ck for funny, f@ck yourself and save your
money!" Делигация англичан видит эту надпись и сдержано хихикает. А
декан вместе с завкафедрами все дружно производят грозный "Кхм!" Студент оборачивается, меняется в лице и начинает судорожно искать как это безобразие остановить. Декан сбивается со своей речи и уводит всех
дальше.
Я тихо радовался что я лаборант в соседнем классе, где в этот момент шла пара. А мой коллега очень грустил - он знал кого будут завтра. .. и далеко не for funny.
далеко не for funny.
